Глава 94.0
Когда я увидела Ричарда, я замерла. Этого невозможно было избежать. Какого чёрта он был здесь, когда я приехала на север, чтобы избежать этого парня?
— Я предупреждал заранее, но прибыл сюда по приказу Его Святейшества, граф.
— Я получил сообщение… но не ожидал, что вы прибудете так скоро…
Граф смотрел на Ричарда с изумлёнными глазами. Это был растерянный взгляд. Казалось, он потерял рассудок, потому что встретил Мишель, Гилберта и Ричарда всех сразу.
Ричард улыбнулся и ответил, затем перевёл взгляд. Его голубые глаза были устремлены на меня.
— Какое совпадение, что мы встречаемся вот так, мисс Шабрина.
Ричард поприветствовал меня с улыбкой.
— Я волновался, что вы ушли вот так в прошлый раз, но теперь всё в порядке?
— …
«О чём он думает? Он не узнал меня или притворяется, что не узнал?» Учитывая, что он приехал на север с такой удивительной своевременностью, он, должно быть, узнал меня, но, судя по его нынешним действиям, он вёл себя как незнакомец.
Непредсказуемое поведение.
— Спасибо за беспокойство. Теперь всё в порядке.
Брови Ричарда слегка приподнялись.
— Я никогда раньше не видела крови. Тогда, думаю, я была груба, потому что растерялась.
— …Мне кажется, ваш голос изменился.
— Тогда у меня было не в порядке с горлом.
Я улыбнулась.
«Чёрт. Я взяла с собой магический инструмент, который мог изменить голос, на всякий случай».
Мишель смотрела на меня, гадая, зачем я использую маску и даже магический инструмент, но Шабрина была довольно… но она была странно убеждена.
«Что, чёрт возьми, ты задумал?»
Пока я не пойму намерения Ричарда, я собиралась притворяться Шабриной.
Мишель пролежала в постели несколько дней, но, к счастью, она быстро встала и поправилась.
— Я рада, что вам стало намного лучше, баронесса Севелин
Ричард, который пришёл навестить Мишель с букетом, протянул ей цветы с мягкой улыбкой, в то время как Мишель нахмурилась на Ричарда. Я наблюдала за ними из угла, даже не выходя из комнаты. Неприятно было находиться в одной комнате с Ричардом, чьи намерения всё ещё были неизвестны.
Я просто хотела уйти, но…
«Потому что я не могу оставить его наедине с больной Мишель».
Я вздохнула.
Однако, вопреки моим опасениям, Ричард не оставался в комнате долго.
— Тогда я пойду. Надеюсь, вы скоро поправитесь, баронесса Севелин.
— Спасибо за беспокойство.
После нескольких вежливых слов он повернулся, как будто собирался выйти. Правильные манеры и хорошие манеры…
«У тебя хорошая светская жизнь».
Почему-то я почувствовала единство. До сих пор все аристократы, которых я видела, были не такими… и это было другое чувство, чем у прежнего Ричарда.
— Мисс Шабрина.
Он мог бы просто выйти, но зовёт меня перед уходом. Когда их взгляды встретились, он красиво изогнул глаза и улыбнулся. Прошло некоторое время с тех пор, как я видела этот безумный взгляд, и я действительно не могу к нему привыкнуть.
— Похоже, вы заботитесь о баронессе Севелин, не имея возможности нормально отдохнуть, так как насчёт того, чтобы тоже закрыть глаза, мисс Шабрина?
— …Спасибо за беспокойство, но я в порядке.
— Я говорю это, потому что это не выглядит нормальным.
Я не хотела больше разговаривать с Ричардом. Просто было некомфортно разговаривать с этим незнакомцем.
Я выбрала слово, чтобы закончить этот разговор. Но Ричард улыбнулся и открыл рот.
— Вы даже не можете снять парик.
Ричард улыбнулся и вышел из комнаты.
Прошло несколько дней с тех пор, как Мишель слегла. Но только что пришла новость, что Мишель поправилась. Гилберт, услышав это, цокнул языком. «Как жаль».
Он хотел, чтобы она просто умерла. Он слышал, что у неё сильная аллергия, но, похоже, он не был полностью подготовлен.
— …Гилберт, умоляю тебя, будь осторожен в своих действиях.
— Я сказал, что буду, граф.
Граф с беспокойством посмотрел на Гилберта.
— Похоже, ты волновался, что она не умерла сразу.
— Я нервничаю. Я просто всё испорчу из-за тебя.
Сказал граф, цокнув языком.
— Это просто приветствие. У севера свои правила, так что ты просто сиди тихо и смотри. Не совершай ошибок на пустом месте.
— Конечно, я так и делаю. Но прежде чем это сделать, мне лучше сначала разобраться с этой сумасшедшей Шабриной.
— Ты имеешь в виду помощницу? Тебе не нужно…
— Ты не помнишь поведение Шабрины, когда эта Мишель рухнула?
Сразу после того, как она очистила окрестности, Шабрина спокойно начала оказывать первую помощь.
Врачи, которые спешили, также одобрили то, как Шабрина сделала первую помощь.
— Зачем она поехала на север? Эта сука Шабрина такая агрессивная, что я даже не могу приблизиться к Мишель.
— Эта помощница такая?
— Она просто маленькая девчонка. Но это просто немного раздражает.
Услышав слова Гилберта, граф на мгновение задумался. Женщина по имени Шабрина с каштановыми волосами и в маске — она определённо не казалась тем, кого можно легко запугать. Было хорошо известно, что баронесса Севелин был необычным контрагентом, поэтому граф был немного нервным.
Но теперь его мышление немного изменилось.
Баронесса Севелин была необычной, но он никогда не мог игнорировать помощницу рядом с ней.
— Я подумаю об этом.
— Ты не будешь думать об этом, ты должен убедиться, граф.
— Я знаю.
Граф махнул рукой, сказав, что разберётся. Собственное снабжение продовольствием, а также стабильное снабжение.
«Если две проблемы будут решены…»
С точки зрения графа, это было неплохим условием. По этой причине граф принял предложение Гилберта и решил устранить Мишель, которая приехала на север.
— Тогда пожалуйста, позаботьтесь об этом, граф.
Гилберт вышел из комнаты с этими словами.
Как бы ни была умна Мишель, ей будет трудно выбраться из этого северного края. Гилберт усмехнулся при мысли о торговом доме, который скоро станет его.
Он шёл так мимо пруда. То, что он увидел, было женщиной со знакомыми каштановыми волосами. В тот момент он подумал, что это Мишель, но это была Шабрина.
«Зачем ты носишь такой парик?»
Гилберт цокнул языком и окликнул Шабрину.
— Как там Мишель? Я думаю навестить её после долгого перерыва…
С усмешкой Гилберт мысленно насмехался над Шабриной.
Наглая и невежественная девчонка.
— Я слышал, что аллергия на арахис в тяжёлых случаях может убить. Эта сука Мишель такая сильная.
— …Следите за своими словами.
— Такая же ядовитая, как и её мать. Ах да. Если бы она была похожа на свою мать, была бы Мишель такой?
Через маску Шабрины он ясно видел, как сморщилось её лицо.
Гилберт не переставал насмехаться. Затем Шабрина глубоко вздохнула, и в тот момент, когда он собирался что-то сказать с наглым вздохом…
Бам!
Шабрина пнула Гилберта.
Плюх!
Тело Гилберта, которое не могло ответить, упало в пруд. Гилберт в тот момент даже не понял, что произошло. Однако, когда вода попала ему в рот и нос, он наконец понял ситуацию и изо всех сил пытался выбраться из воды.
Когда он поднял голову над прудом, чтобы выдохнуть, красные глаза Шабрины смотрели на него сверху вниз с презрением.
— Её глаза, которые обычно были розовыми, из-за темноты казались красными.
— Что ты… Угх!
Шабрина немедленно наступила Гилберту на голову. Гилберт отчаянно боролся, когда его голова снова ушла под воду.
— Здесь сейчас никого нет. Так что нет ни свидетелей, ни улик.
— Кха! Кха! Кха!
— Хотя я сказала Мишель не применять безрассудное насилие, каким бы мусором ты ни был…
Шабрина пробормотала, как будто ей было жаль.
— Изначально, ради господина, низким людям не оставалось ничего, кроме как хоронить грязные вещи.
— Кха! Кха!
Отсчитав ровно 30 секунд, Шабрина убрала ногу с головы Гилберта.
— Кха!
Гилберт, едва высунув голову над поверхностью, быстро вздохнул. Шабрина посмотрела на грязную фигуру со всеми слезами и соплями.
— Это ты подсыпал арахис в еду Мишель, да?
— Ты, сука, думаешь, что будешь в безопасности…
— Похоже, ты ещё не пришёл в себя.
Шабрина безжалостно подняла ногу.
Поняв, что она собирается сделать, Гилберт попытался убежать, но она быстрее опустила ногу ему на голову. Гилберт изо всех сил пытался сдвинуть ногу Шабрины, но в пруду, где его ноги не доставали до дна, было нелегко управлять силой.
Шабрина, посчитав, как и раньше, снова убрала ногу.
— Кха! Кха! Прекрати…! Прекрати сейчас же!
— Тогда ты теперь скажешь?
— Я не знаю… Кха!
Шабрина снова подняла ногу. После того как она несколько раз проделала это раздражающее действие, Гилберт открыл рот, как будто передумал.
— …Кха! Я… Угх! Кха!! Это сделал я! Теперь прекрати…
— Ты, должно быть, устал.
«Злая сука».
Гилберт открыл рот, когда был на воде, и вдохнул как можно больше.
— Как ты подсыпал арахис в её еду?
— …
Гилберт крепко сжал рот. Он не мог сказать этого, даже если бы умер. Какую бы пытку ни применили, он должен был терпеть.
Но Шабрина убрала ногу, как будто не собиралась ничего больше делать.
— Это не весело.
— …Что?
— Ты не продержался так долго, как я думала. Нет никакого вкуса к сопротивлению.
«Что говорит эта сумасшедшая девчонка?» Но слова неожиданно сорвались с губ Шабрины.
— Я слышала, ты сделал это и с Мишель. Я думала, ты продержишься дольше, но это больнее, чем ты думаешь, да?
— …Возможно.
Шабрина, которая смотрела на Гилберта холодно, как будто месть была окончена, развернулась и ушла.
Туфли были насквозь мокрыми от воды.
«Ах, это неудобно».
Я вытолкнула его от злости, но это не значит, что я ничего не обдумывала. Прежде чем это сделать, я проверила, есть ли кто-нибудь рядом, и толкнула Гилберта. Так что это не будет большой проблемой…
— Это выглядит хорошо.
Ричард появился передо мной с хитрой улыбкой, когда я вышла.
«Почему он всегда появляется в такие моменты? Это совсем не помогает».
«Чёрт».