Заключительная глава. Ложь святой

Ⅰ

Клоя лежала, уткнувшись лицом в кровать.

С церемонии представления прошло несколько дней, и уборка, разбор дел и прочая суета наконец-то подошли к первому завершению. Воспользовавшись словами Адольфы, что сегодня уже можно возвращаться, она пришла в комнату раньше обычного.

— С завтрашнего дня обычная работа-а… Как же не хочется, — Клоя засучила ногами.

— Тэй! — Как и следовало ожидать, прилетел удар ребром ладони от Инес. — Это неприлично.

— Я понимаю, что виновата, но дайте мне отдохнуть. У меня нет воспоминаний за последние несколько дней, — попыталась оправдаться Клоя.

И правда, воспоминаний почти не было. Она помнила, что после церемонии назначения на представлении встретилась с Эральдом и остальными. Помнила и то, как встретила маленьких негодников, которые сюрпризом оказались в хоре. После этого приём потребовал меньше усилий, чем церемония назначения, и память у неё пропала.

Насколько пропала? Настолько, что Виолетта сказала ей: «Вы двигаетесь так, точно по репетиции, что это даже жутко». Воспоминания о репетиции и самом выступлении перепутались, и Клоя уже не понимала, где что.

Наверное, после того как душа Клои “покинула” тело, Виолетта и остальные ловко её поддерживали. В вопросах приёмов и тому подобного не было дворянки искуснее Виолетты, а Инес, возможно, переоделась цветком высшего света и отваживала назойливых важных лиц из других стран.

Матиас, который до самого конца мешал Клое и остальным, кажется, быстро уехал. После того как он устроил столько гадостей и всё провалилось, ему, должно быть, было стыдно смотреть в лицо начальству по возвращении на родину. Но ради того, чтобы сохранить лицо представителя страны, его адъютанты, говорят, остались.

Клоя хотела увидеть расстроенное лицо Матиаса, но одновременно вспомнила похожую на него Зоуи.

«Она ведь просила дать ей сшить платье…»

Её желание не исполнится. Но ткань-прототип Зоуи очень помогла. То, что наряды до самого конца не промокли, было заслугой Зоуи.

Когда Клоя спросила, можно ли сообщить ей об этом, Виолетта молча покачала головой. Однако особую водоотталкивающую ткань всё же планировали переработать в пальто и отправить в монастырь.

Обрадуется Зоуи или воспримет это как оскорбление — неизвестно. Но Клоя чувствовала, что совсем ничего ей не сообщить было бы нечестно.

— Не только у мисс Клои, у меня тоже нет воспоминаний за несколько дней, — Эральд тоже был совершенно измотан.

Когда он, найдя магический артефакт и остановив дождь, присоединился к ним, лицо у него уже было мертвенно-синим. После этого он снова исчез после приёма — вроде бы ради разных процедур — и вернулся только сейчас.

— Должно быть, вам пришлось очень тяжело.

— Да, тяжело. Разбираться с последствиями покупки музея.

— Вы внезапно перескочили на другую тему? — недоумённо нахмурилась Клоя.

— Если не получить право собственности на музей, мы не смогли бы задержать противника за незаконное проникновение, а наоборот, могли бы сами оказаться задержанными. Главное, что там была замешана другая страна. Отец быстро купил его, и, честно говоря, это очень помогло.

— Подождите, музей ведь не купишь за тысячу или две тысячи золотых монет?!

Если учесть и произведения искусства внутри, сумма наверняка была такой, что глаза на лоб полезут. Клоя подумала, что даже при финансовой мощи торгового дома Аптбильц это должно быть трудно, но...

— Эм… вы сейчас сказали «отец»?

В голосе Эральда прозвучала чуть более мягкая интонация.

— Мисс Клоя, вы именно к этому придираетесь?

— Просто раньше вы говорили о нём куда более колко, верно?

— На этот раз всё как-то получилось благодаря отцу. Правда, взамен доход, на который мы рассчитывали в следующие десять лет, стал равен нулю.

— Это же огромный убыток! 

Клоя даже не хотела думать, сколько именно они потеряли.

— Ха-ха-ха. Зато нам достался убыточный музей с малым числом посетителей, но само здание крепкое, так что будем думать о будущей перестройке. А если нам достанется конфискованный магический артефакт, он с лихвой всё окупит. Ах, а Божьим Избранницам через десять лет можно будет использовать этот артефакт, и проблема с погодой решится!

— …Если господин Бенжамин это услышит, он придёт его разбивать.

Хотя они наконец-то собирались сделать так, чтобы будущие церемонии представления проходили без опоры на магические артефакты. 

«Не упадёт просто так, ничего не прихватив».

Клоя даже восхитилась его настоящей торговой хваткой.

— В будущем я думаю превратить музей ещё и в музей вещей, связанных с Божьими Избранницами нынешнего поколения. У вас нет ничего ненужного?

— Сколько процентов будет моя комиссия?

Когда Клоя ответила ему тем же, Эральд рассмеялся.

— Вот это и есть госпожа Клоя.

— Да. Золотые монеты не предают, — Клоя показала жест, обозначающий деньги. — Кстати, сменю тему: я хочу переманить господина Реймона из астрономического отдела. Что скажете?

— Хорошая идея. Я тоже об этом думал.

— Нельзя, — решительно отказала Виолетта.

— Именно сейчас, как назло, начальник астрономического отдела вернулся и открыл новую комету.

— Что?

— Причём в приозёрном городе Дюлак, в ночь церемонии представления, на смотровой площадке того самого музея. Неужели вы не помните старика, который во время приёма закричал во весь голос?

— Не помню... — Клоя потеряла этот кусок памяти.

— Если подумать, я вроде бы разрешил господину Реймону войти в музей, когда он просил.

— До невозможности ушлый.

Что это за хитрый старик-любитель такой, начальник астрономического отдела?

— Говорят, это комета, которая появляется раз в десять лет. Начальник астрономического отдела был знаком с «Божьей Избранницей Удачи», поэтому, похоже, ради наблюдений подстраивал дату церемонии представления. Чтобы её официально признали, нужно было несколько раз вести записи, и только теперь её наконец утвердили.

— Какое смешение личного и служебного.

Клоя лишилась слов от изумления. Тогда становилось понятно и то, почему «Кости удачи» попали в астрономический отдел.

— Хотелось бы позволить себе один раз его ударить.

— Если Инес ударит, старик умрёт, — всё же предупредила её Клоя.

— Впрочем, обычно дату определяли, прикрываясь магическим артефактом, а в этот раз она действительно случайно совпала с днём, когда можно было увидеть комету. Совпадение поистине божественное.

— И правда.

Если в итоге астрономический отдел продолжит существовать благодаря полученному достижению, переманить Реймона станет труднее.

— В итоге комету назвали «Метла Божьей Избранницы».

— Разве это не звучит скорее как что-то ведьминское, а не Божьей Избранницы?

— Это часть очарования.

— Вот как…

Клоя расслабилась, ссутулившись. И снова получила наказание от Инес.

— Осанка плохая.

— Простите.

Клоя извинилась, встала и посмотрела в окно. С её зрением она могла разглядеть священных зверей на дереве, получивших щедрую награду.

— Похоже, священные звери довольны наградой.

— Я их не вижу.

— Да. Они правда очаровательны.

Инес снова обильно истекала носовой кровью. Может, благодаря любви к маленьким животным зрение Инес тоже усилилось.

— Мисс Моник, кажется, стремится к стране, где никто не будет голодать.

— Ах, это её обещание, верно?

Теперь, когда её официально представили как Божью Избранницу, нужно было показать, какую работу она будет выполнять.

— А вы, мисс Клоя, что выберете? Всё-таки обещание, связанное с детьми?

— Нет, — Клоя отрицательно покачала головой. — Моё обещание — через десять лет удвоить средний доход.

— Вы замахнулись широко.

— Широко? Я ведь не сказала, чей именно, — Клоя широко ухмыльнулась.

— А, вот оно как.

Проницательный Эральд, похоже, понял.

Раньше Клоя уже говорила о том, насколько образование влияет на доход за всю жизнь. Если десять лет давать детям образование, удвоить доход будет несложно. Но что будет, если делать это на уровне всей страны?

— Думаю, рост окажется ниже, чем предполагает мисс Клоя.

Если образование получат все, преимущество самого факта образования исчезнет. Но это всё равно лучше, чем вообще не иметь возможности выбирать работу.

— Это я учитываю. Но вместо обещания, которое выглядит так, будто я отдаю предпочтение только детям, разве богатым господам не лучше предложить обещание, которое покажется им привлекательным?

— Фу-фу. Вы прекрасно понимаете.

Эральд разбирался в экономике куда лучше Клои. Если ослабить завязки на кошельках богатых людей, это приведёт к оживлению экономики.

— Это не значит, что мне всё равно, что будет через десять лет. Разумеется, я буду стараться выполнить обещание. Просто в процессе, возможно, возникнет некоторый перекос.

— Думаю, это хорошо. Заодно позвольте и нашей торговой компании поучаствовать.

— Я хочу сотрудничать с лучшей компанией на честных условиях.

— Будьте снисходительны.

Клоя и Эральд рассмеялись.

— Тогда, поскольку моя работа на сегодня почти закончена…

Виолетта стала собираться домой. Она не слишком углублялась в торговые разговоры, так что, наверное, эта тема была для неё скучной.

— Мисс Виолетта. Спасибо вам. Без вас приём и всё, что связано с аристократами, просто не состоялись бы.

— Нет. Я лишь оказала поддержку, естественную для служанки.

— Завтра тоже рассчитываю на вас.

Виолетта, покачивая завитыми локонами, вышла из комнаты.

— Инес, вам тоже спасибо.

— Да. Хотелось бы получить особый отпуск. Например, лечение в лесу священных зверей. — Инес всё ещё смотрела в окно. — Я пойду подготовлю ужин. Осанку держите прямо.

— Да, я понимаю.

— Завтра тоже работа. Ложитесь спать пораньше.

— Поняла.

Клоя решила ждать ужина с правильной осанкой.

Ⅱ

Со следующего утра Клоя вернулась к обычным обязанностям. В рабочем кабинете старшая Божья Избранница Адольфа уже начала работу.

— Простите, что опоздала.

Клоя поспешно направилась к своему столу. На нём лежала гора документов, ещё больше обычной.

— Вы были уставшей. — Адольфа встала и подошла к Клое. — Думаю, на этот раз задача была труднее, чем у Божьих Избранниц любого другого поколения. Но мисс Клоя и мисс Моник успешно провели церемонию представления.

— Да, — Клоя тоже встала перед Адольфой. 

— Я не очень хорошо знаю, что делать в таких случаях. Но попробую, подражая другим.

Адольфа крепко обняла Клою и нежно погладила её кудрявые волосы.

«Ах…».

У Клои сами собой потекли слёзы.

— Вы очень хорошо постарались.

Женщина-жрица, которая приняла Клою, когда та рассталась с отцом, отрезала волосы и, едва спасшись, добралась до окраинной церкви, тоже вот так же нежно обнимала её и гладила по голове.

Слёзные железы не выдержали. С открытыми глазами Клоя роняла слёзы, капля за каплей.

— Жаль, что я не смогла помочь больше.

— Госпожа Адольфа... вы и так... очень помогли...

Клоя ответила голосом, в котором прорывались всхлипы.

— Вообще-то это обязанность, которую должны брать на себя жрецы. То, что всё перекладывали на Божьих Избранников, — позор. Простите, что я не смогла изменить это при своём поколении.

Клоя молча покачала головой.

— Теперь вы оказались в положении, когда даже если захотите плакать, плакать уже нельзя. Но передо мной — можно.

— С-спасибо вам.

Адольфа казалась холодной, но лучше всех понимала положение Клои. Клоя выплакала столько слёз, сколько смогла, затем подняла лицо и улыбнулась.

— Среди жрецов тоже не все плохие. Как-никак, старший жрец Бенжамин помогал нам.

— Этот человек помогает тем, кого сам признаёт.

— Да. Я понимаю, что он доверяет госпоже Адольфе.

Клоя отстранилась от Адольфы и посмотрела ей в лицо.

— Д-доверяет? — Адольфа немного неловко отвела глаза.

«О-о-о?»

У Клои сработало чутьё.

— Вопрос: старший жрец Бенжамин не женат?

Многие жрецы религии Альб не вступают в брак в качестве самоограничения, но женитьба не запрещена.

— …Я слышала, что жена умерла у него очень давно.

«О-о-о-о?»

— Но это мужчина, который, когда меня нет рядом, ведёт себя непочтительно по отношению к Элфрине. Кто, кроме его покойной супруги, вообще стал бы за него выходить?

То, что Элфрине зависела от Адольфы, было видно всем, и, вероятно, Бенжамин для неё был просто бельмом на глазу. Клоя хотела сохранить хорошие отношения и с Элфрине, поэтому не стала указывать на это.

— И ещё: господин Реймон оказался неожиданно способным, я была удивлена. — Ей было искренне досадно, что астрономический отдел всё-таки не распустили. — Но изначально виноват именно астрономический отдел. — Голос Адольфы вернулся к прежней твёрдости. — Что касается астрономического отдела, я уже подала в финансовый отдел предложение: их расходы на поездки и транспорт слишком велики. Начальнику астрономического отдела придётся как следует поразмыслить над своим поведением.

Глаза Клои засияли.

— Госпожа Адольфа, я вас обожаю!

На этот раз Клоя сама невольно обняла её. Адольфа, слегка покрасневшая, казалась такой милой, что трудно было поверить, что она старше.

Ⅲ

Рабочий день закончился, и Клоя направилась из кабинета в свою комнату. Инес, Виолетты и ещё одного телохранителя, Реми, рядом не было. Впервые за долгое время она осталась наедине с Эральдом.

— С одним только сэром Эральдом немного тревожно.

— Мисс Клоя, у вас острый язык.

— Да. Иначе я бы не могла отвечать приграничным сорванцам.

Клоя вдруг вспомнила тех маленьких негодников в белых одеждах на площадке церемонии представления. Она покинула окраину меньше полугода назад, но они уже заметно выросли и прибавили в весе. Вспомнив самого младшего ребёнка, который бросился к ней с объятиями, она немного загрустила.

Небо было ярко-красным, тяжёлые облака наполовину скрывали закатное солнце. Ради смены настроения они возвращались в комнату через внутренний двор, и окрашенный вечерним светом сад казался иным миром.

Вдруг Клоя направилась к садовой беседке.

— Вы не возвращаетесь в комнату?

— Хочу посмотреть, как садится солнце.

— Нужно вернуться до темноты, иначе опасно.

— Вы ведь защитите меня, господин рыцарь-телохранитель.

Клоя любила смотреть, как небо меняется от красного к фиолетовому, а затем к чёрному. И точно так же ей нравилось вот так обмениваться лёгкими колкостями с Эральдом. 

Слышен был только шелест листьев. В это время, кроме Клои и Эральда, вряд ли нашлись бы ещё такие чудаки, которые пришли бы во внутренний двор. Клоя села на твёрдую каменную скамью и стала смотреть на небо, которое менялось, словно смешивали краски. Эральда она оставила стоять, но он телохранитель, пусть потерпит.

За эти два месяца произошло так много всего. Все были головокружительно заняты, и сейчас это время — просто смотреть на закат, занятие на первый взгляд бесполезное, — казалось ей драгоценным.

— Миссс Клоя.

— Что такое?

Клоя обернулась.

— Вы жалеете, что стали Божьей Избранницей?

В голосе Эральда не было бодрости. Он словно пытался разглядеть выражение лица Клои, но из-за света за её спиной всё равно ничего не видел.

— …Не говорите это сейчас.

Когда она снова сможет увидеть детей? Став Божьей Избранницей, она вряд ли сможет часто бывать на окраине. Когда она приедет туда в следующий раз, старшие дети, наверное, уже покинут приют. Случится ли когда-нибудь, что они выйдут в общество, и она встретит их снова?

— Я ужасный человек. Я использую вас, мисс Клоя.

— Вы только сейчас это поняли? — Клоя нанесла ещё один удар. — — Я уже не собираюсь бесконечно ворчать о прошлом. Бывали моменты, когда я думала, что мисс Виолетта справилась бы лучше меня, но церемония представления уже прошла. Назад дороги нет.

— Да.

— Через десять лет я потребую щедрую выплату по окончании срока. Настолько щедрую, чтобы можно было купить целый город.

— Расширю торговые пути компании.

— До тех пор вы будете меня защищать? Господин рыцарь-телохранитель со слабой силой рук?

— Ради вас я смогу выбросить одну-две золотые шахты.

— Страшно то, что это не звучит как шутка.

И правда, Эральд купил музей целиком. Нет, это был отец Эральда? Она мельком видела его на приёме, но, кроме внушительной полноты, ничего о нём не запомнила.

Клоя знала, что между Эральдом и его отцом есть разлад. Но, кажется, из-за случившегося на церемонии представления в чувствах Эральда тоже произошла небольшая перемена.

— Тогда я объявлю прямо. Я буду защищать «Божью Избранницу Благого Знамения», что бы ни случилось.

— Что это такое?

«Благое знамение» — предвестие радостного события.

— Это прозвище мисс Клои. Ходят слухи, что вы одну за другой обратили все дурные приметы вспять, призвали не просто ясную погоду, а радугу, а под конец даже комету.

— Нет-нет-нет.

Ведь церемония представления до середины проходила под дождём.

— Если прозвище будет настолько благоприятным, давление окажется слишком большим. Нет ли имени более приземлённого?

— Тогда, может, лучше «Божья Избранница Великой удачи»?

— Это ни в коем случае нельзя.

Если так сделать, окончательно станет ясно, что женщина, наживавшаяся в окраинных игорных домах, была Клоей, а это было бы проблемой.

— Я всё ещё не чувствую, что стала Божьей Избранницей.

— Вы скромничаете.

Эральд опустился на колено и взял руку Клои.

— …Вы как настоящий рыцарь.

— Я и есть рыцарь.

— Точно.

— Мисс Клоя, вы несомненно Святая.

— Не Божья Избранница? — Клоя склонила голову набок.

— В народе ставят серию пьес под названием «Святая и рыцарь». Наверняка скоро выйдет часть «Святая благого знамения».

— Тогда мне полагается комиссия.

— Комиссию получить не выйдет.

Сказав это, Эральд почтительно поцеловал её руку. Этот нарочито галантный жест она принимала уже не раз, и теперь смущаться было поздно.

— Говорят, самая популярная сцена — там, где рыцарь клянётся святой в верности под садовой беседкой.

— …

«Мой рыцарь-телохранитель».

Клоя чувствовала к Эральду что-то вроде товарищества. Но теперь там родилось доверие, и зарождалось нечто ещё более глубокое.

— Мисс Клоя, если бы не вы, эта церемония представления закончилась бы провалом.

— Она удалась потому, что рядом был сэр Эральд.

Они поблагодарили друг друга.

Жрецам религии Альб не запрещено вступать в брак. Некоторые используют духовный сан как повод отказаться от брака, но в принципе было можно и так, и иначе.

«Наверное… я его люблю».

Это было ещё что-то похожее на робкую влюблённость. Клоя подумала, что, наверное, не стоит уже сейчас держаться за чувство, которое ещё неизвестно, вырастет ли. Она не хотела ошибочно что-то принять за другое. Клоя тоже человек. Разные чувства могут смешаться, и она может сделать неправильный выбор.

«Пусть оно не вырастет», — пожелала Клоя.

Раз уж она стала Божьей Избранницей, десять лет службы неизбежны. Нельзя терять голову из-за любви.

«Но сейчас — совсем немного».

Ей захотелось хотя бы немного сократить расстояние. С этой мыслью Клоя медленно склонила голову.

— Удачи моему рыцарю-телохранителю.

Клоя, словно накладывая заклятие, поцеловала Эральда в чёлку. 

Это была лишь театральная игра, чтобы он не заметил её истинных чувств; Клоя тихо солгала собственному сердцу. Она пожелала, чтобы они всегда оставались хорошими деловыми партнёрами.

Пустой вечерний внутренний двор. Божья Избранница и рыцарь под садовой беседкой.

На краткий миг, пока закат окончательно не погас, Клоя и Эральд стали одной картиной.