Магический артефакт удачи

I

Озёрный город Дюлак — туристический город, развившийся вокруг прекрасного озера Дюлак. Это место славится множеством живописных пейзажей, но особенно знамениты утренний туман над берегом и гладь озера в ясный день.

Озеро Дюлак отличается более высокой прозрачностью по сравнению с другими озёрами. Причина в том, что из-за состава почвы в окрестностях в нём могут обитать лишь ограниченные виды живых существ, и вода не пригодна для питья. Поэтому, хотя город и расположен у воды, на рыбные блюда рассчитывать не приходится.

В целом климат там мягкий и жить довольно удобно, но в путеводителе написано, что в сезон дождей туда лучше не ехать. Виолетта даже приготовила для Клои и более простые, приземлённые книги, чтобы ей было легче разобраться.

— Что значит — «в сезон дождей лучше не ехать»?

Клоя, лёжа на кровати, забарахталась.

— Прошу, прекратите.

— Ух! — Инес рубанула Клою ребром ладони по шее.

Клоя рассталась с Моник и остальными и вернулась в свою комнату. Инес, как обычно, безупречно застелила постель и сделала всё прочее, но, судя по всему, она только что вернулась откуда-то. На вид цвет её лица не изменился, однако по хорошему кровообращению в руках и ногах, видневшихся из-под наряда служанки, Клоя поняла, что ещё совсем недавно та двигалась очень активно.

На руке у Клои был магический артефакт усиления пяти чувств, восстановленный Эральдом, поэтому она могла замечать в Инес едва уловимые перемены, которые другие бы не заметили.

— Я приготовлю еду, так что, пожалуйста, не поднимайте пыль.

— Поняла, — Клоя поднялась с кровати и села на стул.

Инес стала расставлять блюда с тележки, и перед Клоей поставили креветки в панцире и чашу для омовения пальцев. Она помнила, как на первом уроке этикета её очень отругали за то, что она не поняла: воду в металлической чаше с плавающим ломтиком лимона не пьют, а моют в ней руки.

— Господин Лаз, вам сюда.

Инес налила воды в кубок Эральда и поставила блюдо, горой наполненное орехами. Синий священный зверёк по настроению то приходил к Клое, то уходил к Моник. Сегодня, похоже, ему хотелось побыть у Клои.

— Чиро, то есть, господин Лаз, господин Лаз…

Инес, как и всегда, смотрела на поедающего орехи Лаза извращённо-восторженным взглядом. Даже зная, что это переродившийся Чиро, она, похоже, ничуть не утратила любви к маленьким зверькам.

Краем глаза глядя на служанку, у которой от умиления при виде зверька уже шла носом кровь, Клоя обратилась к Эральду:

— Сказали, что церемония представления должна состояться в течение двух месяцев, но как понимать то, что она как раз приходится на сезон дождей?

Разговаривать во время еды — нарушение этикета, но в напряжённой жизни Божьего Избранника это время использовали как редкую возможность для обмена важной информацией. Рядом сидел Эральд и перелистывал документы.

— Ровно пятьдесят лет назад было решено, что церемонию представления Божьих Избранников будут проводить в озёрном городе. Дюлак, который в те времена едва ли можно было назвать городом и который был просто глухой деревушкой, стали называть туристическим городом именно после того, как там начали проводить эти церемонии.

— Деревушкой.

— Да, виды там, конечно, были красивые, но других достопримечательностей не было.

— И еда, судя по всему, невкусная.

Озеро там близко по свойствам к солёному, так что рыбы почти нет, а почва из-за соли непригодна для выращивания растений. Достоинств у этого места немного.

— Если там так много дождей, разве соль не должна вымываться?

— Похоже, ближайшие возвышенности и горные районы когда-то были морским дном и затем поднялись над землёй. С дождями эта соль и стекает в озеро. Впрочем, большая часть нашей страны похожа на такие места.

Как и сказал Эральд, королевство Мютос изначально считалось бесплодной землёй, мало пригодной для жизни. Гористой местности было много, равнин — мало, да и те немногие равнины из-за засоления позволяли выращивать лишь ограниченное число культур. То, что нынешнее королевство вообще существует, стало возможным благодаря пятистам годам усилий по улучшению почвы и тому, что в горах и на возвышенностях, считавшихся совершенно бесполезными, обнаружились полезные ресурсы.

Пока они разговаривали, Инес ловко прислуживала. Виолетта же сейчас отдыхала, сменившись с Инес. Хотя при двух служанках свободного времени должно было заметно прибавиться, даже так у Божьей Избранницы всего две служанки — всё из-за того, что официально Божьи Избранницы считаются не аристократками, а духовными лицами.

Прибавилось не только служанок, но и рыцарей-охранников. Кто именно? Один из трёх красивых рыцарей, которые раньше сопровождали Виолетту; оставшиеся двое, похоже, перешли к Моник. Когда Эральд уходил на перерыв, этот рыцарь-охранник оставался при Клое. Вскоре обещали добавить ещё одного охранника.

«Что, если придёт ещё один красавчик?»

Клоя подумала, что ради баланса неплохо бы получить хотя бы одного охранника с лёгкой озорной ноткой, и тут же продолжила разговор с Эральдом:

— Если верить описаниям, в эти два месяца сезона дождей дождь идёт так часто, что говорят: из шестидесяти дней дождливы все восемьдесят. И всё же церемония представления Божьих Избранников каждый раз проходит в ясную погоду. Наверное, это действительно выглядело как чудо.

— То есть от нас и требуют сотворить это чудо, верно?

Клоя тяжело выдохнула. Даже если проследить пять последних церемоний назад, погода на них всегда была ясной. Это официальные документы, так что вряд ли там что-то подделано.

— А в сезон дождей вообще бывают ясные дни?

Когда Клоя, очищая креветку от панциря, спросила об этом, Эральд пролистал материалы о погоде.

— Полностью ясный день бывает, наверное, всего один или два раза. А если считать дни с частичным прояснением, то наберётся от силы около десяти, а может, и не наберётся.

— Если вероятность — одна тридцатая, и при этом все пять раз церемония проходила при ясной погода, то это и правда иначе как чудом не назовёшь

Было совершенно ясно, что словом «случайность» это не объяснить. Вероятность была даже ниже, чем собрать роял-стрит-флеш.

— Итак, что будем делать, мисс Клоя?

— Есть одна вещь, которая меня немного беспокоит.

Клоя ополоснула испачканные пальцы в чаше для омовения рук и вытерла их салфеткой.

— Не могли бы вы уточнить прозвища тех Божьих Избранников, что были пятьдесят лет назад?

— Да. Это «Божья Избранница Удачи» и «Божья Избранница Улыбки».

Клоя самодовольно улыбнулась. Шахтёрский город на окраине, где она жила, был как раз тем местом, которое «Божья Избранница Удачи» отвоевала обратно у другой страны с помощью азартной игры. И вообще, для Клои эта Божья Избранница была особенно близкой фигурой.

— «Божья Избранница Удачи», чтобы наглядно продемонстрировать собственное чудо, специально выбрала для церемонии представления место, где часто идут дожди. Если не считать сезон дождей, там прекрасные виды для туристического места, а главное — город недалеко от столицы, так что приглашённым гостям было бы удобно, верно?

— О! — Эральд и Инес захлопали в ладоши.

— «Божья Избранница Удачи» умерла двадцать лет назад, но последующие Божьи Избранники управляли погодой с помощью магического артефакта, унаследовавшего её силу. Иными словами, задание, данное нынешним Божьим Избранницам, состоит в том, чтобы разыскать этот артефакт.

Клоя слегка задрала нос. Если собрать воедино всю имеющуюся информацию, её вывод вряд ли был ошибочным.

— И где же этот магический инструмент?

— …

Нос Клои на глазах начал опускаться.

— Ну да… не станут же задавать как задание то, что можно решить сразу, — Клоя зачерпнула суп ложкой.

Самый быстрый способ — спросить у Адольфы, но это она решила оставить на крайний случай. Если так легко обратиться к старшей Божьей Избраннице за помощью, та в ней разочаруется.

— Ммм…

— Хрум-хрум-хрум-хрум.

Пока Клоя ломала голову, Лаз без остановки ел орехи. Инес по-прежнему, с носовым кровотечением, не отрываясь смотрела на милого синего священного зверя. Клоя подобрала хлебом остатки супа, которые не смогла зачерпнуть ложкой, и отправила в рот. За окном всё было залито ярко-красным светом заката.

— …Сэр Эральд, вопрос.

 — Да.

— Сколько всего мероприятий с участием церкви проводится в год?

— Не сосчитать.

— А если ограничиться только мероприятиями на открытом воздухе？

— В год, наверное, около пятидесяти, — Эральд, как обычно, улыбнулся своей непроницаемой улыбкой.

— Тогда какова вероятность ясной погоды для уличных мероприятий? Есть ли отдел, который курирует мероприятия, которые вообще никогда не отменяются из-за дождя？

— Сейчас же выясню.

Клоя и Эральд переглянулись и улыбнулись друг другу. Похоже, Эральд понял, к чему она клонит.

Если кто-то и правда владел магическим артефактом, управляющим погодой, и использовал его на церемониях и прочих мероприятиях, следы этого непременно должны были остаться. Раз уж Адольфа задала это как задание, хотелось верить, что она не из тех, кто ставит задачи без ответа просто из вредности.

II

Закончив ужин, Клоя снова принялась сверяться с материалами. Она попросила Виолетту, которая вроде бы уже закончила работу на сегодня, принести ещё документы. Хотя Клоя думала, что это можно оставить до завтра, Виолетта с недовольным видом тут же принесла всё сама.

— Прошу прощения.

— Не стоит беспокоиться. Я уже понимаю, что вы из тех небрежных людей, которые не умеют попросить всё сразу, так что тут уж ничего не поделаешь.

Как и обещала, Виолетта продолжала держаться в выбранном образе. Со стороны казалось, будто она сердится, но Клоя уже понимала, что это просто её поведение в роли высокомерной благородной девушки.

— Какие у вас красиво завитые волосы.

Теперь локоны были ещё более чёткими и красивыми, чем в тот момент, когда они расстались чуть раньше.

 — Да, матушка с большим воодушевлением завила мне волосы.

Похоже, ради этого она даже успела один раз съездить домой. От этого Клоя почувствовала себя ещё более виноватой.

— Матушка была в восторге. Она очень любит завивать мне волосы. Конечно, для маркизы странно заниматься тем, что обычно делает служанка, но раз ей самой это доставляет удовольствие, ничего не поделаешь. Так что за это я должна поблагодарить вас, мисс Клоя, за ваше предложение.

«Значит, это не служанка их завивает…»

Глядя на её великолепные завитые волосы, Клоя, хотя уже и поужинала, вдруг захотела съесть круассан. В Великой церкви круассаны были необыкновенно вкусными — с ароматом сливочного масла и множеством слоёв.

 «Нет-нет, работа, работа».

Когда Клоя просмотрела собранные материалы, оказалось, что её догадка, похоже, была верной.

— Мероприятия, проводимые астрономическим отделом, всегда проходят в ясную погоду. — Раз уж это отдел астрономии, значит, они наблюдают за небом. То есть это подразделение, которое ничего не может делать без ясной погоды. — Странно, что за последние двадцать лет у них почти все мероприятия проходили только в ясную погоду.

Двадцать лет — то есть это как раз совпадает с годом смерти «Божьей Избранницы Удачи». А если посмотреть с другой стороны, выходит, что магический артефакт, созданный ею до смерти, начал использоваться уже со следующего года.

— По крайней мере, до прошлого года нигде не указано, что что-то было отменено.

Похоже, Виолетта тоже успела просмотреть материалы и потому отвечала без запинки. Но в этом году уже несколько раз случались переносы.

— Раз речь идёт об астрономических наблюдениях, даже если проводить их в местности, где больше ясных дней, это всё равно невероятная вероятность, не так ли? — Предположение Клои почти переросло в уверенность.

Если астрономический отдел действительно владел магическим артефактом, в котором заключена сила «Божьей Избранницы Удачи», и с его помощью управлял погодой, то если бы им удалось одолжить этот артефакт, дело можно было бы решить.

— Можно как-то выйти на астрономический отдел?

— Что поделать, придётся.

Пока Виолетта, с виду будто бы дурачась, на деле выполняла работу безукоризненно, Инес стояла в тени колонны и наблюдала за Клоей.

— Что случилось, Инес?

— Да так, мне просто показалось, что с тех пор, как пришла мисс Виолетта, у меня стало меньше работы.

Похоже, она просто изображала обиду.

— Но ведь по поводу распределения обязанностей вы же были согласны?

— Да, я всё понимаю, просто решила на всякий случай немного так себя повести. Ах да, в свободное время у меня есть и другие дела, так что не обращайте внимания. — Инес вышла из-за колонны и встала рядом с Виолеттой. 

— Не беспокойтесь. У меня ведь нет такой силы телохранителя, как у мисс Инес. И с образом мы теперь не пересекаемся — с этой причёской уж точно. Так что я бы хотела, чтобы вы могли без помех проявить все свои способности именно тогда, когда это будет нужно

Виолетта явно отдавала должное Инес. Возможно, в плане чёткого разделения ролей они и правда неожиданно хорошо подходили друг другу.

— Да. Поскольку я ещё и выполняю обязанности охраны, тут уж ничего не поделаешь.

— Раз рыцарь-телохранитель никуда не годится, безопасность Божьей Избранницы я оставляю на вас, — Эральд позади них тихонько указал на самого себя. Но, если честно, Клоя и сама не особенно рассчитывала на Эральда именно как на охранника.

«И всё-таки странная у нас компания».

Божья Избранница без дара, рыцарь-телохранитель с даром, но не слишком сильный физически, и служанка — бывший рыцарь-телохранитель. Клоя подумала, что если бы она сама ещё и могла выполнять работу служанки, всё, пожалуй, пошло бы совсем гладко, но сил на это у неё уже не было.

— Мисс Клоя, это я, ваш рыцарь-телохранитель, раздобыл образцы продукции у конкурирующих фирм, — Эральд нарочито подчеркнул слова «рыцарь-телохранитель».

— Сэр Эральд, конкуренты — это у вашего семейного дома, а к госпоже Клое они отношения не имеют. Вот потому-то я и не выношу нуворишей. Ах, интересно, что бы подумал с небес ваш прадедушка, которого когда-то называли «совестью дворца»? — поправила его Виолетта и заодно отпустила колкость. Было непонятно, говорит ли она это по роли или от души.

— Людям, которым не досталось талантов прадедушки, приходится не выбирать средства, если они хотят прокормить своих подданных, — огрызнулся в ответ Эральд, одновременно передавая Клое буклет. На страницах были наклеены изображения скатертей и тканей для занавесей, используемых на приёмах, а также посуды для подачи блюд.

— А нельзя использовать уже имеющиеся занавеси и скатерти?

— Если двигаться в таком направлении, то, думаю, проблем не будет, но придётся придумать подходящее объяснение, иначе вас сочтут скрягой. Задача хозяйки — сохранять достоинство, одновременно думая о том, как поддерживать экономику, и при этом умело распоряжаться расходами.

Под «таким направлением», вероятно, подразумевался курс на подчёркнутую скромность и бережливость.

— Но если каждый раз всё менять, разве потом не накопится целая куча запасов?

— К сожалению, в прошлый раз церемония была десять лет назад, так что ни занавеси, ни скатерти того времени уже вряд ли хранятся. Если вас беспокоит, что это окажется расточительством, то наш торговый дом Аптбильц также предоставляет услугу по перешиву скатертей и занавесей в детскую одежду, — Эральд продемонстрировал прямо-таки освежающе бесстыдную деловую хватку. Похоже, он говорил это, отлично помня, сколько хлопот Клоя натерпелась с одеждой для детей в приюте.

— Тогда дети, наверное, ещё и песню благодарности споют.

— Если среди них найдутся по-настоящему способные, придётся переманить их в церковный хор. Дети на окраине хорошо поют?

— Они куда больше любят простые песни, чем церковные гимны. — Песни, которые становились популярными в трактирах, они запоминали мгновенно. — Похоже, лорд Эральд очень любит свой родной дом.

— Родной дом я люблю, — в словах Эральда прозвучал странный акцент.

Клоя вспомнила, что после испытания по отбору Божьих Избранников Эральд рассорился со своим отцом. Причиной стало то, что он, вопреки возражениям, выставил Чиро в кандидаты в Божьи Избранники… 

Однако теперь сам Чиро, переродившийся в священного зверя Лаза, наевшись орехов досыта, спал, выставив напоказ свой округлившийся животик. Как бы Лаз ни наслаждался жизнью священного зверя, для тех, кто остался, сожаления и привязанности прошлого, вероятно, никуда не денутся.

— К тому же в торговом доме мои старшие братья справляются с делами всё лучше и лучше, куда успешнее отца.

Вот почему Эральд, вероятно, так активно занимается коммерческими делами. Его отец, граф, возможно, просто слишком занят своими обязанностями аристократа. У Клои тоже были разные мысли насчёт отца Эральда, но она решила не вдаваться в это глубже.

«Не стоит слишком глубоко влезать в чужие обстоятельства».

Как деловые партнёры Клоя и Эральд хорошо подходили друг другу. Именно поэтому она считала важным не заходить дальше определённой черты и не стала развивать эту тему.

— Вот как. Но я всё же считаю, что лучше иметь дело с поставщиками, которые дают товар получше и по добросовестной цене.

— Хм-м. Тогда, может, заставим каждого поставщика представить цену, образцы товара и сроки поставки, а потом сравним?

— Можно, но я бы хотела, чтобы все они собрались лично и представили всё сами.

— Почему?

На вопрос Эральда Клоя лишь мягко улыбнулась:

— Потому что мне будет неприятно, если лорд Эральд, посмотрев на товары конкурентов, потом возьмёт и перепишет цифры у торгового дома Аптбильц.

—…Просто тогда мы смогли бы сделать ещё дешевле.

— Божий Избранник должен сохранять беспристрастность, — Клоя широко ему улыбнулась.

III

В конце концов по всем необходимым для церемонии представления принадлежностям поставщиков вызвали лично и велели им всё объяснить на месте.

Клоя говорила о справедливости, но всё же торговый дом Аптбильц оказался силён. И скатерти, и занавеси они могли предоставить первоклассные и в короткие сроки. Цена у них тоже была ниже, чем в других сметах, а главное — ткань подходила для последующей переделки в мантии, причём в стоимость уже входила и сама переработка. Другие фирмы могли разве что удешевить ткань, но до идеи переделывать её потом в мантии, похоже, даже не додумались, и потому им было нечего возразить.

— Надо же было вообще придумать такую идею — переделывать скатерти, — остальные торговцы не скрывали восхищения.

— Божий Избранник всегда думают о будущем детей. Торговый дом Аптбильц лишь хочет поддержать этот настрой.

— …

Клоя посмотрела на Эральда холодным взглядом.

Впрочем, не всё заказывали именно у торгового дома Аптбильц. По части посуды было принято довольно неожиданное решение.

Контрагентом выбрали торгово-ремесленную гильдию деревни, славившейся костяным фарфором. Костяной фарфор — как и следует из названия, фарфор с использованием костяной золы, отличающийся гладкой молочно-белой поверхностью.

Когда-то эта керамика была в большой моде по всей стране, но с развитием шахт на окраинах пришла в упадок. Изначально костяную золу использовали как замену белой глине, так что когда в шахтах начали добывать сырьё для белой глины, причина упадка становится понятной.

Глава гильдии сперва рассказал, как именно «Божья Избранница Удачи» получила шахты, восхвалил её заслуги, а затем одновременно поведал и о закате деревни. На одном лишь сочувствии Клоя, конечно, не стала бы распределять работу, но то, как он потом повёл продажу, было впечатляюще.

— Посуду можно использовать много раз, но, с другой стороны, не очень хочется снова и снова выставлять одно и то же, верно?

Главе гильдии было, наверное, чуть за тридцать. Для деревенского общества он был ещё довольно молод, а значит, раз уж он занимает такую должность, вариантов всего два: либо наследник с влиятельными родственниками, либо действительно очень толковый человек.

— Поэтому как вам такое: мы одолжим церкви совершенно новую посуду, которой ещё не пользовались, а после использования вы нам её вернёте?

Клоя невольно издала задумчивый звук. Она совершенно не ожидала, что ей предложат не выкуп, а аренду.

— Разумеется, даже если речь идёт об аренде, плата всё равно потребуется. Но это обойдётся дешевле, чем покупка, и при этом вам не придётся потом тратиться на хранение. Если что-то разобьют, тогда это будет считаться выкупом. Как вам такое?

Для хранения нужны и место, и люди, так что для Клои это было прямо-таки подарком судьбы.

— А что будет с использованной посудой потом?

— …Если это посуда, использованная на церемонии представления, её потом можно будет вновь сдавать, например, на свадьбы. Мы бы хотели воспользоваться этим авторитетом. Разумеется, до следующей сдачи мы выдержим паузу не меньше года.

«Умно придумано».

Сдавая её Божиим Избранникам, они придают тарелкам дополнительную ценность. Даже просто сдача в аренду становится рекламой, а главное — это может стать толчком к возрождению угасающей отрасли.

Право принимать решение принадлежало Клое и Моник, но лица присутствовавших священнослужителей выражали явное неодобрение. Клоя решила, что им просто неприятна сама мысль о том, что для церемонии представления Божьих Избранников, представляющих страну, будут использовать арендованные вещи.

— А как насчёт такого варианта? — Клоя предлагает другую форму. — Тарелки ведь новые, верно? Тогда как насчёт того, чтобы церковь официально их выкупила, а после использования вы приняли их обратно по обратному выкупу?

По сути, суть оставалась той же, но формальное обоснование было другим. Несколько священнослужителей, похоже, сочли, что «если так, тогда нормально». Моник смотрела на Клою с выражением «а в чём вообще разница?», но взрослым нужны благопристойные предлоги.

Благодаря тому, что в деле оказались торговец Эральд и дочь маркиза Виолетта, обсуждение заказа еды и одежды тоже прошло очень гладко и завершилось без каких-либо проблем.

IV

Сразу же после этого Клоя, собравшая воедино сметы, представленные подрядчиками, и сроки поставки, на всякий случай понесла документы Адольфе, чтобы узнать её мнение. Адольфа на время оторвалась от своей работы и просмотрела принесённые Клоей сметы.

— Переделка и аренда, значит.

— По сути, да, аренда.

Клоя была готова к тому, что ей могут что-то высказать, но реакция Адольфы выглядела скорее благожелательной.

— Стоимость с большим запасом укладывается в бюджет. Что касается посуды, тут и говорить нечего, но по части скатертей, похоже, в дальнейшем и прочие расходы удастся снизить, но…

— Но?

Адольфа кончиком пальца поправила очки.

— Мисс Клоя, вы собираетесь придерживаться курса на скромность и бережливость?

— Нет.

Скромность и бережливость ей нравились, но Клоя считала, что там, где нужно тратить, следует тратить.

— На собственном представлении обычно хочется показать всё как можно более пышно и роскошно. Вы не думаете использовать оставшийся бюджет на какие-то дополнительные выступления или развлечения?

— Нет.

Пока что ей едва хватало сил справляться с текущей работой.

— Я считаю, что бюджет следует израсходовать полностью.

— Я тоже так думаю, но, мне кажется, в поколение меня и мисс Моник бюджет, скорее всего, будут постепенно урезать. Разве нельзя считать это своего рода сбережением на будущее?

— Сбережением?

На деле сохранить неиспользованный бюджет нельзя. Но как внутренний настрой Клоя считала это необходимым.

— Мисс Адольфа, вы ведь говорили, что хотите как можно скорее уйти с поста божьей избранницы.

— Да.

— Если мисс Адольфа уйдёт, то и мисс Элфрине, вероятно, тоже уйдёт. Насколько после этого сократится объём пожертвований？

На вопрос Клои Адольфа тяжело вздохнула.

— Как вы думаете, насколько?

— Плата за лечение мисс Элфрине, «Божьего Избранника Исцеления», огромна. Я бегло просмотрела материалы, и только за прошлый месяц она составила больше одной десятой всех доходов Великой церкви. А люди, которые считают, что жизнь можно купить за деньги, готовы платить сколько угодно. При этом отчётливо видно, что многие жертвуют церкви на постоянной основе в расчёте на то, чтобы в случае беды именно мисс Элфрине их исцелила. Если исходить из этого, то… — Клоя показывает три пальца. — Думаю, уменьшение на три десятых неизбежно.

— Я думаю, что оно превысит четыре десятых. — Прогноз Адольфы оказался ещё более жёстким. — И всё же я хочу уйти как можно скорее.

— Ради мисс Элфрине?

Выражение лица Адольфы не изменилось.

— Как вы и сказали, мисс Клоя, я и Элфрине, вероятно, уйдём вместе. Даже после ухода Божьи Избранницы не порывают полностью с церковью, но, выйдя замуж, начинают ставить на первое место семью мужа. А главное, дар Элфрине по-настоящему ценен, так что её брак с кем-то из королевского рода почти неизбежен.

Клоя поняла, что на лице Адольфы проступило сочувствие.

— А мисс Элфрине не сможет выйти замуж за того, кого любит?

Адольфа покачала головой:

— После ухода Божьи Избранницы иногда выходят замуж и за простолюдинов, но в случае Элфрине это невозможно. Если речь о таких Божьих Избранниках, как мы, у которых нет никакого дара, то одно дело, но те, кто обладает даром, после ухода, если хотят обрести настоящую свободу, должны оставить свой дар в виде магического артефакта.

— В виде магического инструмента?

— Вы, мисс Клоя, этого не знаете. Я сама узнала об этом только тогда, когда уходило предыдущее поколение до меня.

— И что-то плохое в том, чтобы оставить после себя магический артефакт?

Для Клои магические артефакты были просто удобными предметами.

— Магический артефакт — это вещь, в которую заключают дар или магию. Само собой, по силе такой артефакт уступает реальному использованию способности. К тому же магические артефакты часто создают на пороге смерти. Причина в том, что после создания артефакта сила дара может исчезнуть, а ещё говорят, что, если израсходовать дар до конца, это отнимает срок жизни и приводит к смерти.

Клоя кивнула:

— То есть если Мисс Элфрине создаст магический артефакт, она умрёт.

— Скорее всего, пока не будет создан артефакт, который почти полностью исчерпает её срок жизни, церковь не сочтёт его достаточным.

Клоя крепко прикусила губу. Это касалось не только Элфрине, но и Моник.

— Если Элфрине продолжит оставаться Божьей Избранницей в таком виде, её жизнь будет всё больше сокращаться. Даже если после ухода она останется при церкви, будет то же самое. Раз уж оставить магический артефакт она не сможет, то для Элфрине наилучший вариант — стать членом королевского рода. К счастью, среди мужчин королевской семьи есть несколько человек, близких ей по возрасту.

Если Элфрине станет членом королевской семьи, то, скорее всего, случаев, когда ей придётся рисковать жизнью, используя дар, станет меньше.

— На вашем месте, мисс Клоя, вам бы, наверное, хотелось удержать Элфрине ради будущего бюджета.

 — Нет. Как ни посмотри, а в обращении с бюджетом я довольно сильна.

Хотя можно ли ставить на одну доску государственный бюджет и домашнюю бухгалтерию церкви на окраине — это уже другой вопрос.

— Похоже, и правда умеете.

Клоя сказала это как шутку, но Адольфа ответила совершенно серьёзно.

— С местом проведения церемонии и самим приёмом, похоже, проблем не будет.

— Что до этого…

— А как насчёт самой большой проблемы? — Адольфа спросила это так, словно пыталась прощупать её.

— Я уже ухватилась за нить, которая может привести к решению.

— …Вот как.

В ответе Адольфы возникла пауза.

«Она подумала, что задача оказалась слишком простой?»

Клоя недоумевала, но всё же собрала сметы в стопку.

V

Клоя вернулась в свою комнату.

И обсуждение с подрядчиками, и отчёт перед Адольфой прошли неожиданно гладко, так что сегодня она освободилась раньше обычного. Поэтому в комнате ещё не было Инес, а Эральд отсутствовал, поскольку отнёс результаты сегодняшних обсуждений к себе домой. За дверью комнаты стоял новый рыцарь-охранник, но, похоже, он пока не собирался оставаться с Клоей наедине в её покоях.

— Ува-а.

　Обычно её за такое отругали бы, но сегодня, плюхнувшись на кровать, она просто расслабленно распласталась. Решив, что немного отдохнуть всё-таки можно, Клоя широко раскинулась на постели, как вдруг…

— Мисс Клоя, можно на минутку?

Услышав голос Виолетты сзади, Клоя вздрогнула и поспешно села.

— Что случилось?

— Мы отправляемся в астрономический отдел. Я получила для нас разрешение на визит.

Речь шла о том деле, о котором Клоя раньше просила Виолетту.

«Прямо сейчас?..»

Такое у неё, конечно, мелькнуло в голове, но с вопросом погоды хотелось разобраться как можно скорее.

— Поняла, — Клоя поправила на себе робу.

— Мы поедем в Великую церковь, где находится астрономический отдел. Вас это устроит? — Судя по всему, карета уже была приготовлена. Великая церковь находилась не так уж далеко от столицы, но солнце уже клонилось к закату, так что пешком туда не пойдёшь. — Они ведут ночной образ жизни и начинают шевелиться только после вечера. Простите, что всё так внезапно.

— Нет. Это не ваша вина, мисс Виолетта.

Клоя хлопнула себя ладонями по щекам и последовала за Виолеттой.

Когда они прибыли в Великую церковь на карете, их встретила та самая послушница, которая раньше уже провожала Клою.

«А, это же та девочка, которая тогда только и смотрела на сэра Эральда!»

Сегодня Эральда с ними не было, но зато теперь она смотрела на другого красивого рыцаря-телохранителя. И рыцарь, которого привела Виолетта, тоже отличался крайне высоким «лицевым рейтингом».

«Ну-ну, если она будет так на него пялиться…»

— Надо же, оказывается, и такие невоспитанные послушницы бывают, — Виолетта тут же отпустила колкость.

— П-прошу прощения!

— Разве вы извиняетесь не перед тем человеком? Я всего лишь простая служанка. Не забывайте, что я служу Божьей Избраннице, стоящей перед вами.

У девушки-послушницы глаза уже были почти на мокром месте. Клое было её немного жаль, но в то же время, если та будет пренебрегать своей работой, это тоже нехорошо, так что реакция Виолетты оказалась кстати.

— Мисс Клоя, впредь найдётся немало людей, которые будут вас недооценивать. Но я хотела бы, чтобы они не забывали: вам служит сама Виолетта, дочь маркизского дома.

«То есть, если кто-то попробует отнестись ко мне свысока, мне следует использовать авторитет мисс Виолетты».

Клоя всё больше начинала проникаться симпатией к этой принцессе-служанке с вертикальными локонами.

Так как был уже вечер, внутри Великой церкви людей было немного. Клоя послушно шла за Виолеттой, следуя её указаниям.

— Вон туда.

Похоже, одной из башен был как раз астрономический отдел.

— Сейчас в астрономическом отделе числятся всего три священнослужителя.

— Всего три?

— Это отдел, который с каждым годом всё больше сокращают. Главным ударом стало то, что двадцать лет назад часть астрономического отдела выделили в самостоятельный метеорологический отдел. Даже составление календаря, которое можно было бы назвать главной работой астрономического отдела, у них отобрали и передали метеорологам; а сам отдел оставили в живых лишь ради соблюдения приличий, потому что у него всё же есть история. Сегодня на месте будет заместитель начальника отдела, господин Реймон. Это тоже старинный знатный род, как и наш, но, в отличие от нас, их семья, похоже, давно забыла, что такое совершенствование и усердие, так что я никак не могу испытывать к ним должного уважения. Простите, если я скажу что-то резкое. Серебряная посуда, если не полировать её каждый день, быстро тускнеет. Ах, одна мысль о том, что те, кто почивает на одном лишь имени, могут ещё и называться обладателями голубой крови, мне невыносима.

Понимая, о чём речь, Клоя взялась за дверную ручку.

— Прошу прощения за вторжение.

Стоило ей войти, как в нос ударил особый запах бумаги и чернил. Повсюду лежали листки с наспех нацарапанными формулами, какие-то схемы звёзд, модели солнца и планет.

 — А-а-а, простите, простите! Я ещё не закончил уборку!

Молодой человек, державший в руках огромную стопку бумаг, поклонился — и в тот же миг стопка выскользнула у него из рук и разлетелась вместе с поднявшейся пылью. На листах были выписаны сложные формулы, которые Клоя не могла понять.

— Ува-а-а…

— Похоже, очень занятой человек.

— Согласна.

Клоя и Виолетта смотрели на растерявшегося сотрудника астрономического отдела. Это был высокий молодой человек с растрёпанными густыми волосами и большими круглыми глазами, придававшими его лицу милое выражение.

— Можете не убирать. Для начала, может, просто поговорим?

Для Клои сейчас был важен не беспорядок в комнате, а то, есть ли у них нужный магический артефакт. Поэтому она сразу перешла к делу.

— Не могли бы вы одолжить нам магический артефакт, управляющий погодой?

Раздался грохот. Оказалось, растрёпанный молодой человек выронил какой-то прибор, который держал в руках.

 — М-ммма-ма-ма-ма-ма… магический… артефакт?..

— Магический артефакт.

Даже не будь Клои здесь, волнение собеседника было бы очевидно.

— Я — Клоя, одна из недавно избранных Божьих Избранниц. До недавнего времени я находилась в Великой церкви как кандидатка в Божьи Избранники — неужели вы меня не помните? Я слышала, что здесь есть магический артефакт, способный обеспечить успех церемонии представления.

Она сказала это так уверенно, потому что по реакции собеседника окончательно убедилась: о существовании магического артефакта он знает наверняка. То, что она сама назвалась Божьей Избранницей, было нужно и для того, чтобы лишить его возможности отпираться, и потому, что священникам Великой церкви и так прекрасно известно, кто именно стал новой Божьей Избранницей, так что скрывать это не было никакого смысла.

— О ч-чём это вы?

Молодой человек, уставившись куда-то по диагонали вверх, принялся насвистывать, изображая такое нелепое незнание, что это уже походило на чистое шутовство. 

Было бы вульгарно сразу, словно ростовщик, требовать: «А ну выкладывай». Клоя лишь мягко улыбнулась:

— В таком случае мы сами всё проверим. Что это за магический артефакт, несложно будет выяснить по журналу выдачи. Не думаю же я, что вы незаконно храните магический артефакт, верно?

Когда Клоя с улыбкой произнесла это, молодой человек встал перед книжным шкафом, на полках которого, покрытые пылью, теснились самые разные документы.

— Уа-а-а!

В тот момент, когда молодой человек попытался приблизиться к Клое, красивый рыцарь тут же преградил ему путь.

— Нельзя пытаться причинить вред Божьей Избраннице.

Это был рыцарь из числа сопровождавших Виолетты — самый спортивный на вид из них, мужчина с коротко подстриженными волосами на затылке.

— Да какой ещё вред…

— Так вы спокойно отдадите нам магический артефакт? Или, может быть, есть причина, по которой вы не можете этого сделать? — Вместо Клои к молодому человеку шагнула Виолетта.

Тот стиснул зубы, но, видимо, поняв, что дальше скрывать бессмысленно, тяжело уронил плечи.

— Его здесь нет.

— Что?

— Магического артефакта «Кости удачи» здесь нет.

— Что?!

Клоя и Виолетта переглянулись, а молодой человек, окончательно пав духом, разрыдался.