Проблема Ся Цзыли, тень ведьмы

Кэ Минцин уселся у панорамного окна в спальне.

За окном в ночи мерцали уличные фонари, а вдалеке по эстакаде проносился ярко освещенный скоростной поезд.

Юноша, склонив голову, придерживал левой рукой альбом, а правой выводил шариковой ручкой эскиз геройского костюма.

Первым делом он, отдавая дань уважения жуткому Человеку-Вороне, набросал шлем в форме птичьей головы с соответствующей маской-клювом. Подумал еще: «В семье всё должно быть в едином стиле».

Основным цветом костюма он выбрал синий – свой любимый… А последний, самый важный шаг:

— Открыть список чатов, нажать на имя Куроки Хитоми, отправить сообщение.

«Кэ Минцин: Слушай, раз твоя семья такая влиятельная, не могла бы ты поручить кому-нибудь изготовить для меня супергеройский костюм? В этом мире столько героев, наверняка полно частников, которые специализируются на их экипировке?»

Про себя он добавил: «Можно сделать и попроще, лишь бы издалека на человека походило. Все равно, когда попаду в компанию героев, мне его проапгрейдят».

«Куроки Хитоми: Можно. Но зачем тебе это?»

«Кэ Минцин: Пока не спрашивай, позже расскажу».

«Куроки Хитоми: Тогда приходи завтра ко мне и принеси эскиз?»

«Кэ Минцин: Договорились».

«Куроки Хитоми: Кстати, Красная Шапочка сказала, что завтра к нам в гости собирается ее одноклассница».

«Кэ Минцин: Не проблема. Поговорим в сторонке от них, и всё».

…

…

Несколькими минутами ранее в другом уголке района Старого Цзинмая.

Волшебница Эмбер сложила зонт и плавно опустилась на перила заброшенного школьного здания.

Спрыгнув с перил, она оказалась в пустом коридоре. Лунный свет, пробивавшийся сквозь окна, падал на бледное лицо девушки, пока она размеренно шла вперед.

Когда она вошла в ту самую классную комнату, свечи все еще горели, но Си Цзыюэ уже ушла.

Вместо нее у стены, ожидая, стояла другая фигура.

Эмбер подняла взгляд: перед ней была золотоволосая и голубоглазая девочка в рождественском платье, на голове которой красовалось украшение в виде красного подарочного банта.

Волшебница Красная Шапочка. Она была напарницей Ся Цзыли, но они уже давно не выполняли совместных миссий, и их отношения заметно охладели.

Красная Шапочка повернула голову и, спокойно глядя на нее, негромко произнесла:

— Семпай, мастер Си Цзыюэ уже ушла. Она велела тебе хорошенько отдохнуть, в ближайшие дни заданий не будет. А еще сказала, чтобы ты вела себя благоразумно и не нарывалась на неприятности.

Она сделала паузу:

— О том, что произошло на площади Лицзин, уже трубит весь интернет.

— Понятно.

Девушка в готическом платье ответила безучастно, и в тот же миг ее окутало призрачное сияние кокона. Когда свет рассеялся, на ее месте стояла обычная, пусть и симпатичная девушка, а зонт исчез.

Ся Цзыли помедлила, прежде чем посмотреть на Красную Шапочку:

— Слушай… как насчет того, чтобы я заглянула к тебе в гости через пару дней?

Красная Шапочка задумалась:

— Семпай, лучше тебе не приходить ко мне домой.

— Почему?

— Люди делятся на сословия. У такой девочки, как семпай, родившейся с золотой ложкой во рту, и такой, как я, родившейся среди мусора, слишком разное положение, — Красная Шапочка опустила голову и затараторила:

— Я буду чувствовать себя ущербной.

На ее лице при этих словах не отразилось ни единой эмоции, голос оставался ровным.

— Ты же говорила, что работаешь горничной в богатой семье? — Ся Цзыли смотрела в ночное окно. — Я просто хочу убедиться, что с тобой там хорошо обращаются.

— Спасибо за заботу, семпай, — Красная Шапочка подняла голову. — Но для такой деревенской девчонки, привыкшей питаться отбросами, достаточно и того, что меня кормят.

Она быстро вернула лицу беспристрастное выражение:

— К тому же меня никто не обижает, госпожа Куроки очень добра ко мне.

Ся Цзыли, скрестив руки на груди, размышляла некоторое время, а затем произнесла:

— А если я приду просто как подруга? Не смотри на меня как на волшебницу или как на семпая. Просто обычная подруга.

Красная Шапочка молчала долго, прежде чем кивнуть:

— Ну хорошо… Но я только что переписывалась с госпожой Куроки. Она сказала, что завтра к ней придет гость, и мне нужно подготовиться к его приему после школы.

— Кто?

— Одноклассник госпожи Куроки. Он наш ровесник и учится в той же школе, — голос Красной Шапочки внезапно стал холодным. — В школе ходят слухи, что он может быть парнем госпожи.

Она понизила голос:

— Ради безопасности госпожи Куроки я обязана за ним присмотреть.

Ся Цзыли на мгновение опешила:

— Какая-то ерунда… Не понимаю я вас, японок… В общем, я просто загляну к тебе, остальное меня не касается.

— Верно, — согласилась Красная Шапочка.

В этот момент за ее спиной в небе внезапно пошел мелкий снег. Раздался звон колокольчиков, и из ночной мглы, попирая копытами ветер и снег, вылетели два оленя, тянущие за собой кроваво-красные сани.

«Рождественские сани» – так называлось магическое оружие Красной Шапочки.

Обычно магическое оружие волшебниц – это «жезлы», однотипные, разве что разного цвета.

Однако «Рождественские сани» Красной Шапочки и «Золушка» Ся Цзыли были иными. Оба предмета относились к категории «мутировавшего магического оружия», что считалось признаком выдающегося таланта.

Красная Шапочка, прижав колени к груди, легким прыжком влетела через разбитое окно в парящие сани. Затем она обернулась и посмотрела на силуэт Ся Цзыли.

— Я домой, семпай.

— Иди.

Ся Цзыли кивнула, обхватив себя руками. В классе стало прохладно.

— Но!

По команде Красной Шапочки олени устремились вдаль, унося алые сани. Этот странный летний снегопад исчез вместе со звоном колокольчиков, и температура вокруг сразу поползла вверх.

Ся Цзыли тоже не стала задерживаться. Она в одиночестве вышла из здания заброшенной школы.

На автобусной остановке никого не было. Она села в последний рейс.

В пустом салоне она повернула голову и молча уставилась на свое отражение в оконном стекле.

С тех пор как она впервые убила человека, она часто видела в зеркальных поверхностях черную тень, которая улыбалась ей.

У тени были красные глаза и красный рот.

Она походила на схематичный рисунок маленькой девочки.

Ся Цзыли никому об этом не рассказывала.

Потому что это могло быть признаком «ведьмизации». Превращение в ведьму означало потерю человеческой сущности и превращение в законченного безумца… Ведьмы были проклятыми существами. Как только ты становишься ведьмой, любой – и Красная Шапочка, и Си Цзыюэ, и любая другая волшебница Корпорации – придет за твоей головой.

Она не хотела умирать.

И уж точно не хотела умирать в одиночестве.

Автобус прибыл на остановку. Ся Цзыли была единственной и последней пассажиркой.

Она вышла, но не пошла домой сразу, а немного побродила по ярко освещенному ночному рынку и купила порцию танхулу.

Расплатившись и спрятав засахаренные плоды в бумажный пакет, она размеренно зашагала к дому.

Ся Цзыли хотела поскорее оказаться дома, но в то же время желала, чтобы дорога длилась дольше.

Но как бы она ни замедляла шаг, в конце концов она была на месте. Ся Цзыли открыла дверь ключом, скинула сандалии и босиком поднялась на второй этаж, остановившись перед дверью Кэ Минцина.

Помолчав, она только занесла руку, чтобы тихо постучать, как дверь напротив внезапно открылась.

Ся Цзыли вздрогнула и подняла взгляд на Кэ Минцина.

— Что такое? — Спросил он.

В лунном свете Ся Цзыли молча смотрела на брата.

Он выглядел совершенно обычным, спокойным – ни капли сходства с тем безумным уродцем-куклой на башне Лицзин. «Ну конечно», – подумала она. — «Как это мог быть он? У меня точно голова поехала».

— Что столбом стоишь? — Спросил Кэ Минцин. — Опять таблетки выпить забыла?

— На… это тебе, — с этими словами Ся Цзыли резким, почти боксерским движением ткнула пакет с танхулу в грудь Кэ Минцину. — На улице купила.

Кэ Минцин поймал пакет и проворчал:

— Обязательно с такой силой пихать?

— Послушай, я хочу спросить, — внезапно произнесла Ся Цзыли.

— О чем?

— Если я однажды сойду с ума… стану другим человеком, которого ты совсем не знаешь… — Ся Цзыли покосилась на зеркало в коридоре.

Черная тень в зеркале оскалилась, глядя на нее с насмешкой.

Уставившись на тень, она долго молчала, прежде чем тихо спросить:

— Тогда… ты все еще будешь считать меня семьей?

Кэ Минцин поднял голову и с недоумением посмотрел ей в глаза, пока она пристально вглядывалась в зеркало вдалеке.

— Ну, ради этого танхулу я, так и быть, признаю тебя семьей, — небрежно бросил он. — В дурку сдавать не буду, оставлю дома на откорме. Когда выздоровеешь, обнаружишь, что превратилась в жирную хрюшку.

Договорив, он протянул руку и потрепал ее по макушке. Мягкие пряди волос, словно вода, проскользнули сквозь его пальцы.

— Ты зачем меня по голове гладишь? — Спустя мгновение тихо спросила она.

— От танхулу руки липкие, а ты все равно еще в душ не ходила, — невозмутимо ответил Кэ Минцин.

Ся Цзыли медленно подняла голову и показала ему средний палец. Кэ Минцин, уплетая танхулу, загнул ее палец обратно и захлопнул дверь.

Перед тем как закрыться, он специально приклеил снаружи на дверь стикер.

На стикере было написано: «Свиньям и Ся Цзыли вход воспрещен». Судя по зачеркнутым следам, сначала он хотел написать «собакам», но решил, что это слишком грубо, и заменил на свиней.

У Ся Цзыли даже не было сил злиться. Она лишь со смесью гнева и смеха посмотрела на нарисованную свинку и не стала устраивать скандал.

В коридоре воцарилась тишина. Девушка прислонилась спиной к стене и замерла, ее одинокая тень застыла в лунном свете.

Она слегка приподняла руку и коснулась волос там, где только что была рука Кэ Минцина.

«Никакого сахара тут нет», – подумала она.

Умывшись и переодевшись в ночную сорочку, она легла в кровать и уставилась в потолок.

В этот момент телефон звякнул, оповещая о сообщении в WeChat. Ся Цзыли взяла его в руки.

«Кэ Минцин: Кстати, ты видела сегодня Weibo? У нашей идолицы репутация-то пошла на поправку!»