В замке Зирант (1)
В замке Зирант (1)
- Вы станете моими детьми. Радуйтесь без стеснения. Можете даже плакать от восторга.
- …
Саннарсис гордо выпятил грудь и высокомерно произнес это, но мы с Кугаргом переглянулись, а затем синхронно склонили головы.
«О чём он говорит?» - так мы подумали.
- У меня есть и мамочка, и папочка, и я не хочу быть ребёнком Саннарсиса.
- Я тоже не хочу.
Когда мы отказались, Саннарсис выглядел недовольным.
- Вместо того чтобы считать это честью, вы отказываетесь.
- Потому что Саннарсис - нахлебник.
- Я же сказал, что я не нахлебник!
Саннарсис встал с дивана и раздражённо сказал.
- В любом случае, вы станете моими детьми. Напрягите свои беззаботные лица и сделайте их более благородными.
Это уж слишком. Какое это - благородное лицо? И вообще, я не стану ребёнком Саннарсиса.
Я на всякий случай сделала строгое лицо, а потом энергично покачала головой.
Тем временем Саннарсис взял колокольчик, лежавший на приставном столике рядом с диваном, и позвонил в него.
Тотчас же раздался стук в дверь.
- Дух-сама, вы звали?
- Входи.
В комнату тихо вошла женщина-человек, одетая как служанка. Наверное, она присматривает за Саннарсисом.
Но неужели она постоянно ждёт за дверью, даже когда Саннарсиса нет, чтобы быть готовой к вызову по звонку?
- Что вам угодно?
Служанка немного удивилась, заметив меня, Кугарга и одноглазого рыцаря в комнате, но не показала этого и обратилась к Саннарсису. Как и положено служанке низкого ранга, обращающейся к члену королевской семьи, она не смотрела Саннарсису прямо в лицо, слегка опустив взгляд, чтобы не быть невежливой.
Саннарсис живёт в этом замке, но, похоже, он не так близок с людьми, как я и рыцари из форта.
Он посмотрел на служанку, указал на меня и сказал.
- Я хочу покрасить шерсть этого щенка в золотой цвет.
- Я лисичка.
- Лисичка? Вот как. Довольно круглая лисичка.
- Потому что шерсть пушистая.
Хочу заметить, что я ни в коем случае не толстая. Не хочу, чтобы меня неправильно поняли.
Саннарсис, хоть и удивился, что я лисичка, продолжил давать указания служанке.
- Покрась её в тот же цвет, что и мои волосы.
Сказав это и потрогав свои волосы, он добавил: «В человеческом обличье у меня короткие волосы, поэтому в этом обличье меня легче узнать», и превратился в животное.
Животным обличьем Саннарсиса была очень красивая золотая лошадь. Грива тоже была прекрасного золотого цвета и сверкала при каждом движении.
- Вау, как красиво!
Когда я это выпалила, Саннарсис выглядел довольным.
- Ну конечно.
- Угу. Но не крась мою шерсть.
- Так не пойдёт. Мои дети должны быть с золотыми волосами.
Я подумала, что прежде чем говорить о цвете шерсти, лошадь и лиса и так не выглядят как родитель и дитя, но, видимо, это никого не волнует.
Более того, мне кажется, что одноглазый рыцарь излучает убийственную ауру, направленную на Саннарсиса, который пытается покрасить мою шерсть. Я уверена, что одноглазый рыцарь не позволит покрасить меня против моей воли.
Саннарсис, почувствовав нечто необычное, вздрогнул, взглянув на одноглазого рыцаря. Наверное, у того было очень грозное выражение лица. Поразительно, как он может напугать даже духа.
Служанка тоже дрожала от давления одноглазого рыцаря, но ещё больше, казалось, была смущена самим фактом «окрашивания шерсти духа».
- В-вы ведь тоже Дух-сама, Лисичка-сама? Окрашивать шерсть духа - это такое богохульство... Я никак не смогу этого сделать. К тому же краска для волос дает неестественный золотой оттенок. Сложно добиться красивого цвета, и к тому же это повредит шерсть.
Саннарсис, принявший облик лошади, недовольно посмотрел на женщину, которая сказала, что не может.
Женщина, склонив голову, продолжила.
- Прошу прощения, Дух-сама. Мне так жаль портить такую блестящую, пушистую и мягкую шерсть...
Служанка, наконец, высказала свою истинную мысль и ещё ниже поклонилась Саннарсису.
- Фым. Ну, у Милфилии шерсть действительно обладает загадочным очарованием...
Саннарсис на удивление легко принял слова женщины.
- Однако это беда. Кугарг пусть остаётся чёрным, это хорошо, но я хотел сделать Милфилию золотой... Что ж, ничего не поделаешь. Пусть остаётся белой. Белый цвет близок к золотому, и он не противоречит образу цвета света.
Похоже, Саннарсис сдался. Я тоже облегченно вздохнула, что мне не придётся стать блестящей золотой лисичкой.
Служанка тоже с облегчением выдохнула, подняла голову и сказала Саннарсису.
- Дух-сама, я пойду и приведу Его Величество Короля. Если Его Величество узнает, что здесь другие духи, он непременно захочет с ними встретиться.
- Король, говоришь… Мы скоро снова отправимся в путь.
- Я поспешу. Его Величество сегодня в этом замке, так что вам не придётся долго ждать.
- Понял. Я подожду всего три минуты.
- Ка… Как прикажете.
На мгновение на лице служанки промелькнуло выражение «три минуты слишком мало», но в итоге она глубоко поклонилась и вышла из комнаты. Учитывая, что у неё всего три минуты, она, должно быть, бежит по коридору.
Саннарсис, вернувшись в человеческий облик, перевернул золотые песочные часы, стоявшие в комнате, чтобы отсчитывать время. Он, похоже, собирался добросовестно ждать три минуты. Какой пунктуальный.
- Эти песочные часы хороши.
Сказала я, когда одноглазый рыцарь опустил меня на пол. Одноглазый рыцарь, похоже, не хотел опускать меня и Кугарга в незнакомом месте, но нам надоело, что нас носят на руках.
Я хорошенько потянулась, затем встряхнулась, чтобы снять напряжение.
- Конечно. И песок внутри тоже золотой.
Похвастался Саннарсис, но к тому времени я уже потеряла интерес к песочным часам. И, поддавшись на предложение Кугарга: «Милфи, давай поиграем в догонялки!», я побежала по комнате.
Комната такая большая, что отлично подходит для бега!
- Э-эй, прекратите, вы двое. Почему вы вдруг бежите? Мы же в помещении!
Я пронеслась мимо ног Саннарсиса, запрыгнула на диван, чуть не врезалась в приставной столик, преследуя Кугарга.
Затем Кугарг запрыгнул на подоконник, и я, не обладая такой прыгучестью, тоже стала подпрыгивать на полу, пытаясь как-нибудь забраться на подоконник.
Саннарсис, увидев меня такой, сказал.
- Как ни крути, у тебя ничего не выйдет, Милфилия. Оставь это. И Кугарг, не крутись там так сильно. Там стоят три вазы с цветами. Все они дорогие. Если ты их заденешь…
- Я не такой неуклюжий.
- Эй, смотри вперёд, вперёд!
В тот момент, когда Кугарг обернулся к Саннарсису, он врезался в вазу с цветами. Причём он задел крайнюю из трёх стоявших в ряд ваз и опрокинул её, так что они стали падать одна за другой, как домино.
Глядя, как вазы падают с грохотом, Саннарсис схватился за голову со словами: «Ох…»
И последняя ваза, падая, свалилась с подоконника на пол. То есть прямо ко мне.
- А, Милфи!
Кугарг вскрикнул от испуга, но в следующее мгновение одноглазый рыцарь уже поднял меня на руки.
В последний момент я избежала попадания осколков разбитой вазы и не промокла от воды. Вместо этого пол был залит водой, а осколки вазы и цветы разбросаны повсюду.
- Мил, ты в порядке?
- Да. Спасибо, одноглазый рыцарь.
- Вы…
Саннарсис схватился одной рукой за голову. Неужели он думал, что мы спокойные и послушные дети?
- Просто чтобы ты знал, мы ещё даже не показали свою истинную сущность.
Пригрозила я Саннарсису, всё ещё на руках у одноглазого рыцаря, приняв решительную позу.
- Это ещё не всё. Если ты хочешь сделать нас своими детьми, будь готов. Эта комната превратится в полный беспорядок.
Я уверена, что разобью все вазы и кувшины, Кугарг разорвёт в клочья когтями шторы и диваны, я изгрызу ножки столов и стульев, а комната будет полна шерсти, даже если убирать каждый день, и она будет прилипать к одежде, откуда ни возьмись.
Не недооценивай мою шерсть.
- Ужасно…
Пробормотал Саннарсис, слегка побледнев, в ответ на мою угрозу.
Но почему Саннарсис хочет детей? Он не выглядит как человек, любящий детей или обладающий отцовскими чувствами.
И даже если бы он на самом деле любил детей, почему бы ему не спариться с другим духом, вместо того чтобы похищать человеческих детей или делать нас своими.
(Почему он так не сделает?)
Внезапно я задалась этим вопросом.