День четвертый

Лим проснулся от мягкого прикосновения к плечу. Кики, уже проснувшаяся, сидела рядом и улыбалась ему. Её глаза светились добротой, и Лим почувствовал, что он не один в этом мире. Он снова ощутил теплоту в груди.

— Доброе утро, — проговорила Кики, и Лим в очередной раз удивился ее мелодичному голосу. Он снова хотел спросить, откуда у нее такой необычный голос, но снова сдержался, понимая, что не сможет ответить. — Как спалось?

Лим кивнул, показывая, что всё хорошо.

Кики вздохнула.

— Знаешь, я ведь не знаю твоего имени, — произнесла она, задумчиво глядя на Лима.

— Я не умею читать, и ты не можешь говорить. Я думала, как бы тебя называть.

Она задумалась на мгновение, а потом начала перечислять разные имена:

— Может, тебя звать… Мал? Или, может… Клык? Или… Мрак?

Лим каждый раз качал головой.

— Нет? Ну ладно… Может, тогда… Лим?

Глаза Лима расширились. Он не знал, как она догадалась, но именно так его звали. Он кивнул, быстро и уверенно.

— Лим? Значит, Лим, — засмеялась Кики. — Мне нравится. Очень красивое имя.

После этого они отправились в лес, решив искупаться в небольшом водопаде, который Кики знала. Вода оказалась холодной, но освежающей. Лим, не привыкший к такой открытости, немного стеснялся. Кики же, наоборот, была совершенно спокойна. Она плавала и плескалась, брызгая водой на Лима, и он, сам того не замечая, начал улыбаться, радуясь этой непринужденной игре.

Когда они вышли из воды, Кики, слегка покраснев, предложила Лиму высушиться на солнце. Лим, смущаясь, отвернулся, прикрывая свою наготу руками. Кики хихикнула, понимая его смущение.

После купания они отправились собирать ягоды. Кики рассказывала Лиму о пинках, об их городах, их обычаях и о своих надеждах. Она говорила о том, что когда найдет Икара, то они все вместе вернутся к себе домой. Кики говорила, не переставая, пока вдруг не остановилась и не сказала:

— Лим, прячься!

Лим не стал задавать вопросов, быстро пригнулся и скрылся за кустарником. Кики последовала его примеру. Из-за деревьев показалась высокая и худая фигура, облаченная в черное. Её конечности были длинными и неестественно изогнутыми. Голова была скрыта за белой маской, которая делала это существо похожим на жуткую куклу. Оно двигалось с какой-то нечеловеческой грацией, скользя между деревьев, и его движения одновременно завораживали и пугали.

— Это охотник, — прошептала Кики, ее голос был полон ужаса. — Их создаёт Лорд Люрк, он живет в замке на горе. Он забирает детей и ест их. Он хочет, чтобы все дети были рабами, а тех, кто не слушается, он просто ест.

Лим посмотрел на охотника, и его тело пробила дрожь. Это существо было не похоже ни на кого, кого он видел до этого. Оно источало смерть и страх, и Лим понимал, что встреча с ним не сулит ничего хорошего.

Лим и Кики, стараясь не издавать лишних звуков, вернулись в хижину. Сердце Лима все еще колотилось от страха после встречи с охотником, но рядом с Кики он чувствовал себя в безопасности.

Как только они переступили порог хижины, Кики, словно ничего не случилось, начала рассказывать о своих путешествиях, о странных существах, которых встречала на своем пути, о далеких землях, которые она хотела увидеть. Она говорила обо всем на свете, и её голос, мягкий и мелодичный, согревал Лима, словно теплый луч в этой вечной мгле.

Лим, сам того не замечая, даже расслабился. Впервые в своей жизни он не думал о том, как выжить, не боялся каждого шороха, и это был первый и, как оказалось, последний раз.

Внезапно его взгляд зацепился за что-то в просвете между стеной и крышей. Там, в лесу, за деревьями, мелькнула высокая, худая фигура. Лим сразу узнал охотника.

Он был здесь, он выследил их. Не Лима, нет, он не почувствовал его запаха, но Кики, ее запах был для него подобен манящей приманке.

Лим жестами показал Кики, что нужно прятаться. Он указал на лаз под полом, который был сделан для охоты на крыс.

Кики, не задавая вопросов, быстро последовала за ним, они едва успели спрятаться, как дверь хижины распахнулась, впуская в нее зловещую фигуру охотника.

Охотник ворвался внутрь, его маска бесстрастно смотрела в никуда. Он осмотрел хижину, двигаясь с нечеловеческой скоростью и грацией. Его движения были резкими и четкими. Лим, затаив дыхание, наблюдал за ним через щель в полу.

Охотник, казалось, почувствовал что-то. Его голова наклонилась, и его безглазая маска повернулась в сторону пола. Затем, резким рывком, он сломал доски пола, открывая укрытие, где прятались Лим и Кики.

Схватив Кики за руку, охотник потащил ее наверх, игнорируя ее крики и попытки вырваться. Лим остался внизу, парализованный ужасом и чувством собственного бессилия. Он хотел выскочить, хотел спасти Кики, но понимал, что это бесполезно. Он никогда не победит эту тварь, он не был таким сильным, как Кики.

Смотря на то, как охотник утаскивает Кики, Лим почувствовал, как отчаяние поглощает его. Он прощался со своим первым другом, обвиняя себя за то, что он слишком слаб. Он позволил этой твари забрать ее, и теперь он остался один.

Но даже так, Лим не сдался. Он вылез из-под пола, и на его лице было написано отчаяние и решимость. Ему было плевать, выживет он или нет, ему нужно было спасти Кики, даже если это стоило ему жизни. Он поклялся себе, что доберется до замка Лорда Люрка, и что спасет Кики, даже если это будет его последнее действие.

Лим выбежал из хижины, его маленькое сердце билось как бешеное. Страх, отчаяние и ярость смешались в нем, давая ему силы. Он знал, что ему нужно спасти Кики, что он не может оставить ее в лапах Лорда Люрка. Пусть он и не был сильным, пусть он и не умел говорить, он все равно попытается.

Он посмотрел в сторону гор, туда, где, как говорила Кики, находился замок Лорда. Это был долгий и опасный путь, но Лим был готов на все. Он поклялся себе, что спасет Кики, чего бы ему это не стоило.

Первым препятствием на пути к замку Лорда был Лес Падших – место, которое он когда-то считал своим домом. Теперь же этот лес был словно искаженное отражение ада, где каждый шаг грозил гибелью. Он больше не был просто мрачным лесом, это был хаос.

Лес Падших был изранен огнем. Черные, обугленные деревья, с потрескавшейся корой, тянулись в небо, словно когти мертвецов, отчаянно хватаясь за остатки былой жизни. Земля под ногами была выжженной, покрытой пеплом и осколками костей. Везде валялись обгоревшие останки животных, чей крик в момент гибели эхом до сих пор звучал в воздухе, словно проклятие.

Там и тут, на фоне серого неба, сверкали молнии, словно предвестники нового потока огня. Лес Падших, казалось, еще помнил то время, когда небо изрыгало огонь, когда боги наслаждались зрелищем страданий смертных.

Лим осторожно перепрыгивал с дерева на дерево, используя свои навыки лазания, чтобы избежать открытых участков, которые казались слишком уязвимыми.

Каждый шаг давался с трудом. Вокруг было полно опасностей: и зверей, которые могли появиться откуда угодно, и останков прошлого, которые могли обрушиться в любой момент.

Он понимал, что ему нужно быть осторожным. Охотник мог быть не единственным опасным существом, обитающим в Лесу Падших. Но он также понимал, что ему нужно идти вперед, несмотря на все опасности. Он не мог позволить себе остановиться, он шел ради Кики.