Глава 37.3

Цзянь Иань пришлось дать ей маленький кусочек торта.

— Но на сегодня это последний.

Затем она вытерла дочке слёзы.

— Пошли посмотрим, как там собирается твой братик.

Одежды Су Аньжань взял немного, однако у него имелся один пункт: пижаму он всегда покупал только того же бренда и разных цветов одновременно.

В данный момент мальчик с хмурым лицом не знал, какую выбрать на время поездки к бабушке.

Поскольку сегодня был понедельник, брать требовалось красную, только он забыл спросить у мамы о времени пребывания в родном доме.

— Что такое? — спросила Цзянь Иань.

— Мам, сколько дней я буду у бабушки?

— Пока не продолжатся съёмки, то есть до пятницы. Если хочешь, можешь всё время оставаться с бабушкой, или попросить тётю-домработницу, чтобы она отвезла тебя в садик, — отвечая на его вопрос, женщина параллельно вытирала лицо Су Аньци от крошек.

Су Аньжань кивнул и осматривал свой гардероб, приложив правую руку к подбородку. После осознания чего-то он прошептал:

— Раз я вернусь только в пятницу, тогда возьму четыре комплекта.

Мальчик достал красную, оранжевую, жёлтую и зелёную пижамы, опрятно их сложил и аккуратно поместил в свою небольшую сумку.

Далее он достал конфеты из коробки, серьёзно и внимательно посмотрел на них несколько секунд, изредка поглядывая на Цзянь Иань, но в итоге с беспомощным вздохом переложил к собранным вещам только малую часть.

Су Аньжань пообещал маме не кушать много сладостей каждый день, а становиться обманщиком и испытать на языке колючки ежа ему не хотелось. Завершив сборы подарками для дедушки с бабушкой, он довольно кивнул.

Цзянь Иань наблюдала за ним восхищёнными глазами. Раньше он тайком ел сладкое, но на протяжении последних двух дней постепенно привыкал к соблюдению ограничений. Кроме того, мальчик проявлял ответственность и в других аспектах. Он сильно изменился с момента их первой встречи.

Наблюдая за тем, как Су Аньжань застёгивает молнию в сумке, женщина напомнила ему:

— Проверь ещё раз, ничего ли не забыл.

Тот остановился. От пришедшей в голову мысли у него заблестели глаза.

— Мам, а можно взять с собой Байлянь?

Когда он это сказал, в комнату тотчас вошла кошка. Она запрыгнула на стул с тихим «мяу» и уставилась на Су Аньжаня большими глазами.

Цзянь Иань не знала, как на это реагировать.

— А она не задохнётся?  — после серьёзных раздумий она сказала: — Значит, хочешь взять Байлянь? Я-то могу согласиться, но вот насчёт бабушки не уверена. Давай сначала спрошу её, и, если она разрешит, возьмёшь кошку в следующий раз, идёт?

Су Аньжань кивнул.

— Идёт.

Перепроверка собранных вещей дала понять, что среди них отсутствовала его рабочая тетрадь. Мальчик побежал за ней из комнаты на первый этаж.

Цзянь Иань только покачала головой.

Она забрала Су Аньци к себе в комнату, чтобы упаковать и её вещи.

— Хорошо, пошли.

Видеооператоры забрали своё оборудование и покинули дом. Дождавшись приезда няни, Цзянь Иань поручила ей заботиться о Дахе и Байлянь.

К дому семьи Су они прибыли в полпятого. Чжао Вэньци, которой Цзянь Иань позвонила заранее, дожидалась их у порога. Без Ли Шэннань воздух казался гораздо свежее.

Горничная подняла взгляд и смотрела на прибывшую женщину с толикой удивления. Цзянь Иань серьёзно изменилась. Чжан Вэньци попыталась взять у Су Аньжаня сумку, но тот ей не позволил.

— Мама говорит мне выполнять свою работу самостоятельно, — сказал он.

Этим мальчик удивил её ещё сильнее. Прошло всего две недели, а с ним произошли разительные перемены. Казалось, Цзянь Иань решительно настроилась меняться. Это радовало. Несмотря на хорошие ресурсы семьи Су, дети не могли расти исключительно под присмотром матери. В таком случае их непокорность была бы неизбежной. Решение, принятое госпожой, оказалось верным.

В вестибюле Цзянь Иань посадила Су Аньци в ходунки. Затем она обратилась к домработнице:

— Я на ночь не останусь...