Школа Тяньшэнь

Тан Му Джин, ещё несколько слов сказав, покинул школу.

Кан Джинтэ всё это время наблюдал за учениками. Его пальцы сжали переносицу.

Внизу несколько учеников из «Эн А» исподтишка скалили зубы на Чольсу.

Старейшина знал, к чему приведёт решение главы. Разница между поколениями должна быть больше десяти лет. Но если она составляет десять лет или меньше - тогда ссор не избежать.

Кан Джинтэ прикрыл глаза. Ну почему глава так одержим этой идеей? Настолько, что преждевременно передвинул поколение.

Он поднял глаза, смотря на закат, и несколькими прыжками добрался до павильона главы.

Тем временем Тан Му Джин стоял перед разваленной хижиной.

Он поднял руку и несколько раз постучал. Но с той стороны - тишина. Это смутило гостя, и он не выдержал:

- Чень До, живо открывай. Я знаю, что ты там.

Сказав это, он застучал сильнее.

- Чень До, если не откроешь, ты знаешь, что я сделаю.

Ещё немного подождав, Тан Му Джин потерял терпение, но перед тем как выломать дверь, послышалось:

Щелчок.

Дверь, медленно скрипя, приоткрылась. Из щели выглянули большие глаза. Маленький мальчик с настороженностью оглядел мужчину.

Ребёнок?.......вот ведь подонок.

Тан Му Джин вошёл внутрь. Деревянный пол скрипел под ногами, а неприятный запах заставил исказиться его лицо.

Пройдя немного, зелёные глаза мужчины сузились.

Внизу, в углу, несколько трупов лежали кучкой - мухи кружили над ними.

Тан Му Джин прикрыл нос и краем глаза посмотрел на мальчика. На удивление, несмотря на возраст, не превышающий и десяти лет, ребёнок был абсолютно спокоен.

Тан Му Джин начал что-то подозревать, но тут же отвлёкся, услышав смех другого человека.

Из другой комнаты вышел мужчина среднего роста с пухлым телосложением. Его рукава были испачканы кровью.

- Не обращайте внимания. В нашей секте завелись крысы. Как раз выманил и убил... Так зачем пожаловали, гость?

Чень До опустил взгляд. Его привлекла одежда гостя: дорогой шёлк с узорами на подоле, широкие рукава, которые мастера боевых искусств предпочитают фиксировать, чтобы не мешали в бою. И знаменитые зелёные глаза.

Ошибки не может быть.

- Чем же пожаловал старейшина Тан?

Тан Му Джин приподнял уголки губ.

- Слухи ходят, что у секты нищих появилось сокровище.

Услышав это, Чень До напрягся. Но улыбнулся:

- О да? Впервые слышу. Но, кажется, мои подчинённые вроде говорили что-то такое.

Тан Му Джин опустил взгляд на мужчину. Поскольку он был выше на целую голову, он смотрел сверху вниз. И ядовитые глаза непрерывно следили за человеком.

Чень До чувствовал ужасающее давление - даже дышать стало трудно. Колени тряслись. Но толстые пальцы мужчины вцепились в стену. Улыбка не уходила.

Тан Му Джин остановился.

Его заинтересовало такое лицо оппонента.

Вроде наш клан давно работает с сектой нищих. Много сотрудничали. Стоит дать ещё один шанс.

- Чень До, я знаю, что Язык пламени у тебя. Ты просто так его никому не отдашь. Разве что главе. Ты знаешь, насколько желанной вещью завладел, но не способен её защитить. Я готов выкупить её по хорошей цене.

Закончив, Тан Му Джин ждал решения. Чень До опустил голову. Прошло несколько секунд - или больше.

Кто же распространил эти слухи? Выяснилось, что в его провинции завелось несколько крыс. Избавившись от них, Чень До ожидал, что кто-то может прийти. Но не ожидал именно члена клана Тан.

Хоть они и знамениты своей одержимостью растениями, но кто вообще мог предположить, что он придёт с другого конца континента - и настолько быстро?

Чень До резко поднял руку, загнув четыре пальца.

- Я продам не меньше чем за шесть миллионов золотых монет.

- Не слишком ли завышенная цена?

Вот ведь толстяк. Думает, я не знаю, как вы любите завышать цены. Тем более у меня сейчас нет таких денег.

- Нет. Это справедливая цена. Вы не знаете, каким трудом я его заполучил.

Чень До поднял палку. Её края были окровавлены, снаружи виднелось несколько трещин.

- Ты..... Хорошо. Сейчас я отдам только половину. Через несколько дней клан Тан отправит в вашу секту вторую половину.

Ты думаешь, я дурак? Хочешь, чтобы все узнали про траву? Чень До прекрасно понимал: трава, повышающая чистоту даньтяня и ускоряющая совершенствование, настолько нужна мастерам, что может дурманить голову кому угодно.

- Нет, так не пойдёт. Траву заполучил я, секта нищих к этому не причастна. Либо плати, либо уходи.

- Ты понимаешь, что я могу просто забрать её? Наш клан не настолько зависит от секты нищих, и мы не боимся вас обидеть.

Но Тан Му Джин резко прыгнул в сторону.

- Кто посмел?!

Он обернулся. Перед ним стояла девушка. Одежда вся в чёрном, волосы завязаны в пучок.

- Клан Тан......... Сейчас это не провинция Ланье. Сейчас ты в Сычуане и должен принять их правила. А правила здесь жёстко карают убийц.

Тан Му Джин спрятал руки в рукава и медленно поклонился.

- Тан Му Джин из клана Тан. Если вы атакуете первой, мне придётся воспринимать это как угрозу и унижение клана Тан.

Хо... Клан Тан так осмелел? Раньше в эти земли нос не совал, а теперь смеет свои порядки наводить.

Девушка посмотрела на нищего.

Значит, про Язык пламени говорили правду... Я не отдам е

ё ему!

- Эта трава принадлежит только ему. И только он может решить, кому её продать. Давайте устроим аукцион.

Чень До быстро прикинул в уме. Если один из них и не собирается покупать, кто сказал, что он просто так уйдёт? Скорее всего, накрутит цену и оставит второго с пустым кошельком.

На его лице мелькнула зловещая улыбка, но он тут же её спрятал.

- Если уж устраивать аукцион, лучше позвать побольше народу, - осторожно предложил он.

Однако взгляды этих двоих не внушали доверия.

- ...Двенадцать миллионов золотых - и трава ваша, - выпалил Чень До.

- Ты же говорил - шесть! - Тан Му Джин даже подался вперёд.

Девушка молча отступила на шаг, уступая место разборкам.

- Это была прошлая цена.

- Чень До, не играй со мной. Ты забыл, что я из клана Тан? Твоя секта готова враждовать с нами?

- Не знал, что клан Тан запугивает людей. На публике вы такие гордые, такие праведные...

Девушка бесшумно вытащила меч из ножен. Рукоять была обмотана тёмной тканью, скрывающей эмблему - никто не должен был узнать, откуда она.

- Ты...! - Тан Му Джин не успел договорить.

Пол ушёл у него из-под ног.

- А... - только и выдохнул он.

Вшух!

Доски разошлись, и старейшина клана Тан провалился в темноту. Девушка осторожно заглянула в дыру - дна видно не было. Перевела взгляд на хозяина хижины.

- Я готова купить за двенадцать миллионов.

Пол с грохотом встал на место, и девушка шагнула следом за Чень До. Ступая на плиты, она ощутила странный запах - смесь старого дерева, машинного масла и ещё чего-то кислого. Услышала неестественный скрежет, словно внутри стен перетирались каменные шестерни.

«Механизм...»

Мастера боевых искусств обычно избегали таких штук. Механизмы давно исчезли из обихода, встречаясь только в древних гробницах или специально устроенных ловушках. От одного их вида по спине пробегал холодок.

Она чуть обернулась и заметила в щели два больших глаза, пристально следящих за ней. Мальчик даже не моргал - просто смотрел, не шевелясь. Девушка хотела спросить, но Чень До уже открывал потайную дверь.

Внутри пахло сыростью и землёй. Чень До достал из тайника деревянную шкатулку, бережно открыл. Пять лепестков слабо светились изнутри, словно в каждом горел маленький огонёк. Комнату наполнил тонкий аромат - свежий, чуть сладковатый, от которого слегка кружилась голова.

Сама трава была полезна для культивации, но если она распускалась, цены ей не было. С обычной травой можно было год не думать о хлебе, если тратить всё подчистую. А с цветком - вообще забыть о деньгах и скупать знаменитые павильоны.

Девушка протянула руку. Пальцы дрогнули - она знала, что это единственный в мире цветок, наполненный чистейшим природным Ци. Но едва коснувшись лепестков, отдёрнула ладонь: её словно ударило током, по руке побежали мурашки, а кончики пальцев защипало.

- Вот здесь вся оплата, - она торопливо вытащила бумагу с подписью и печатью. - Можете получить деньги через ближайший финансовый дом.

Чень До взял документ, пробежал глазами, довольно хмыкнул и протянул шкатулку. Девушка спрятала её за пазуху, прижала локтем и, не оглядываясь, выбежала из хижины. Только на пороге на мгновение замерла - ночная прохлада обожгла разгорячённое лицо. И тут же исчезла в темноте.

Чень До смотрел ей вслед. Когда шаги стихли, он обернулся к мальчику, бесшумно вышедшему из тени.

- Красный, нам пора покинуть Город Цветущих Слив.

Мальчик кивнул, вернул рычаг в исходное положение - механизм под полом щёлкнул, вставая на место.

- Отправь Жёлтому весточку. Теперь этот город в его распоряжении, - Чень До усмехнулся, глядя, как тает утренний туман.

Несколько почтовых птиц взмыли в небо. Взмах крыльев поднял ветер, треплющий перья. Одно перо сорвалось и, кружась, опустилось прямо перед чьими-то ногами.

Радан поднял перо, покрутил в пальцах - пушинки щекотали кожу - и спрятал за пазуху. Удобная всё-таки форма: никаких карманов, но за пояс или за ворот можно заткнуть что угодно.

Впрочем, сил восхищаться не было. Тело ломило, каждый шаг отдавался болью в спине. Пропитанная потом рубашка липла к рубцам, и от этого хотелось содрать с себя всё и лечь прямо на холодную землю. Радан сглотнул - в горле пересохло, язык будто распух.

Он поднял взгляд.

Перед ним возвышался павильон с табличкой «13 лепестков». Дверь, казалось, открылась сама - просто чуть приотворилась, словно приглашая войти.

Внутри пахло сушёными травами и старой бумагой. Свечи погасли, только лунный свет падал на стол, за которым сидел старейшина. Глаза закрыты, пальцы медленно гладят край чашки.

- Если пришёл - садись, - голос сухой, как шелест страниц. - Нечего стоять.

Радан шагнул внутрь. Дверь за спиной затворилась с мягким стуком. Мальчик замер, привыкая к полумраку, затем медленно приблизился и сел напротив. Пальцы сами собой сжались в кулаки.

Старейшина открыл глаза. Мгновение смотрел на Радана, потом протянул ладонь. На ней лежала тёмная пилюля - матовая, чуть маслянистая на вид. От неё пахло горечью и чем-то металлическим.

Противоядие.

Радан взял пилюлю, зажал в кулаке и коротко поклонился. Встал. Вышел. Только за дверью позволил себе выдохнуть. Адреналин ударил в голову так, что зазвенело в ушах, и он, забыв про усталость, рванул прочь.

Ноги несли сами.

Недавно во время тренировок на горе он заметил озеро. Вода блестела меж камней, и Радан тогда подумал: «Надо проверить». Спросил у других - говорят, безопасно. Но доверия к здешним не было.

Кролик, пойманный у кустов, отчаянно дёргался в руках. Радан размахнулся и швырнул его в воду. Зверёк плюхнулся, забарахтался, тихая гладь всколыхнулась, пошли круги. Кролик бил лапами, фыркал, но ничего страшного не случилось. Выбрался на берег, отряхнулся и ускакал.

Убедившись, Радан быстро стянул одежду - ткань противно липнула к спине, пришлось рвануть, чтобы отлепить. Он шагнул в воду и сразу нырнул с головой.

Холод обжёг разгорячённую кожу, смывая пот и усталость. Радан вынырнул, фыркая, разбрызгивая вокруг капли. Вода щипала раны, но это была приятная боль - живая, настоящая. Он нырял снова и снова, гонял рябь, плескался, как мальчишка, забывший, что он шпион и наследник.

И совершенно не замечал, как падает температура. В горах даже весной вода ледяная, но привыкший к суровым ночам Асмирии южанин забыл, что это не пустыня. Здесь ночи другие - влажные, промозглые, пробирающие до костей.

Последствия сказались наутро.

Он проснулся с тяжёлой головой. Тело пекло изнутри, а снаружи знобило так, что зуб на зуб не попадал. Радан сжался под одеялом, пытаясь согреться, но тепло не приходило. Пришлось заставить себя встать.

На тренировку он плёлся, держась за стены. Каждый шаг отдавался в висках пульсирующей болью. Перед глазами плыло.

Первый круг дался с трудом. Второй - мышцы горели, дыхание сбилось. На третьем ноги подкосились, и Радан едва не свалился с обрыва - чья-то рука резко дёрнула его за шиворот, прижимая к земле.

- А... старший, давно не виделись, - просипел он, пытаясь улыбнуться.

Юн Соха смотрел на него со странным выражением. Почему этот парень каждый день умудряется вляпаться в неприятности? Он что, настолько глуп?

- Ты понимаешь, что так больше нельзя? - Юн Соха легонько ткнул пальцем в щёку Радана. Кожа под пальцем была горячей, сухой.

Радан сфокусировал взгляд и вдруг уставился на лицо старшего.

- О-о, у старшего родинка под правым глазом... - голос сел, пришлось откашляться. - В Асмирии это знак благословения Богини Солнца... - бормотал он всё тише, глаза закатывались.

Юн Соха нахмурился. Мальчик бредил.

Тем временем ученики, бежавшие за Раданом, догнали их и замерли в нескольких шагах. Старший из их поколения - Чольсу - держал одного из Энов за шиворот, словно провинившегося щенка.

Они не знали, что делать. В голове всплыли воспоминания: как Чольсу наказывал их за малейшую оплошность - неправильно пошёл, неправильно ел. За ошибку одного отчитывали всех. Но сейчас, глядя на беспомощного Радана, те, кто раньше лишь скалил зубы исподтишка, вдруг осмелели.

- Старший, - почтительно поздоровались они с Юн Соха.

Тот краем глаза наблюдал за ними.

- Старший, во время тренировки любое отклонение считается нарушением, но... если кто-то намеренно мешает другим тренироваться, это ведь тоже нарушение? - голос дрогнул, но прозвучал достаточно громко.

Юн Соха понял намёк. Он перевёл взгляд на Радана, прикрыл глаза на мгновение, затем отстегнул флягу и

вылил воду прямо на лицо мальчика.

Радан вздрогнул, закашлялся, открыл глаза. Вода стекала по подбородку, капала на форму.