«Письма из ада»

Труп отца лежал между ними, как пропасть. Дима сидел на корточках, вертя в руках браслет с гравировкой «Смирнов А.Г.». Его пальцы дрожали, но голос звучал спокойно, слишком спокойно:

— Значит, он не сбежал. Его превратили.

Антон молчал. Фикус обвил его плечи, чёрные листья шелестели, будто пытались утешить. Внутри горело — не боль, а стыд. Стыд за то, что ненавидел отца все эти годы, пока тот гнил здесь, в клетке.

— Ищем записи, — Антон встал, отряхивая радиоактивную пыль с коленей. — Если он работал над «Проектом: ЩИТ», должны быть данные.

Они разбрелись по ангару. Дима рылся в ящиках с инструментами, Антон — в столе с бумагами. Фикус тянулся к каждому листку, будто искал отцовский почерк.

— Вот! — Дима выдернул из-под обломков металлический ящик с биркой «Архив. Совершенно секретно».

Внутри лежали дневники. Антон открыл первый — датированный за месяц до исчезновения отца.

Запись от 12.03.20XX:
«Эклипс» требует ускорить эксперименты. Говорят, порталы становятся нестабильными. Проект «ЩИТ» — единственный способ создать защиту. Но как? Мы скрещиваем людей с артефактами, и они сходят с ума. Сегодня №7 разорвал двух техников. Лена умоляла меня остановиться, но если я уйду, они найдут другого. Может, я уже монстр?

Запись от 25.03.20XX:
№14 показал невероятные результаты. Его символ — цепь — поглощает энергию порталов без побочных эффектов. Но «Эклипс» хочет большего. Приказали подключить его к EX-рангу. Я отказался. Сегодня ночью увезу Лену и детей. Если успею.

Последняя запись:
Они знают. Заблокировали все выходы. Лена… Простите меня, мальчики.

Дима швырнул дневник в стену.

— Он хотел нас спасти! — голос его сорвался. — А мы всё это время думали…

Антон поднял фотографию, выпавшую из дневника. На ней — их семья: отец, мать, они с Димой, маленькие, в парке. На обратной стороне надпись: «Чтобы помнили, какими мы были».

Фикус коснулся снимка, и вдруг комната наполнилась голограммами.

Прошлое.

Отец в лаборатории, подключает устройство к своему запястью. Цепи на стенах дрожат, портал за стеклом пульсирует кровавым светом.

— Активация ЩИТА через символ №14, — голос отца звучит по динамикам. — Если это сработает, мы сможем…

Портал взрывается. Цепи рвутся, обвивая его тело. Крики. Кровь на стёклах.

«Прервать эксперимент!» — чей-то голос.

Отец падает, его рука превращается в металл. Последние слова: «Лена…»

Голограммы погасли. Антон стоял, сжимая фотографию, пока фикус высасывал боль из его груди. Дима рыдал, бия кулаками по полу.

— Мы должны уничтожить это место, — Антон развернул схему ангара, найденную в ящике. — Здесь есть реактор. Если перегрузить…

— Нет! — Дима вскочил. — Здесь его работа! Его наследие! Мы можем использовать это, чтобы…

— Чтобы стать такими же, как он? — Антон показал на останки отца. — Сломанными куклами «Эклипс»?

Дима замер. Его глаза блестели яростью, но впервые за годы — и слезами.

Грохот снаружи прервал их. Стены ангара затряслись, с потолка посыпалась штукатурка.

— Они нашли нас, — Антон посмотрел на мониторы. Камеры показывали десятки фигур в чёрных комбинезонах с логотипом «Эклипс».

— Время выбирать, Тошка, — Дима достал из рюкзака детонатор. — Бежать или сжечь всё к чёрту.

Антон взглянул на фото семьи. Мама улыбалась.

— Жги.

Они бежали через подземные тоннели, пока ангар взрывался за их спинами. «Эклипс» кричал в рации, но Дима заглушил сигнал своей EMP-бомбой.

У выхода, уже на безопасном расстоянии, Антон остановился. В руке он сжимал единственную уцелевшую страницу из дневника отца:

«Если вы читаете это, я уже мёртв. Ищите “Зеркало Истины” — артефакт EX-ранга. Только оно может остановить чёрное солнце. Простите…»

Фикус коснулся бумаги, и чёрные прожилки на листьях вдруг засветились золотом.

— Что это? — Дима прищурился.

— Направление, — Антон указал на горизонт, где над руинами висело чёрное солнце. — Он хочет, чтобы мы закончили за него.

Дима молча кивнул. Впервые за много лет они шли в одну сторону.

А за спиной горело наследие отца, освещая им путь.