Глава 11.0
За несколько недель пребывания в мрачном замке среди вампиров, Моника начала привыкать к их странному, ночному распорядку. Тусклый свет сотен свечей едва пробивался сквозь тяжелые готические окна, бросая искажённые тени на холодные каменные стены, пропитанные вековой сыростью и безмолвной тревогой. Замок казался живым существом.
Необъяснимо лёгкий гнет на душе отдавало в каждом коридоре — здесь забывались человеческие надежды и память растворялась в темноте. Стены украшали выцветшие старинные гобелены, изображающие битвы и трагедии давно ушедших эпох, а резные деревянные двери скрипели под дуновением холодного ветра, словно предупреждая о чём-то незримом.
Моника, встав ранним "утром" — что в этом месте означало примерно шесть часов вечера, — отправилась в библиотеку, где свитки лежали на столах под пыльной сетью паутины. Её пальцы, слегка дрожащие от усталости и тревоги, осторожно перелистывали хрупкую бумагу, стараясь понять угрюмые тексты, наполненные заклинаниями и древними запретами. Но одной ей было справиться не под силу — поэтому она решила дождаться пробуждения Каэля.
Взамен тишина замка позволяла ей слышать собственное учащённое дыхание и далекие эхом доносящиеся шаги в залах.
Завтрак прошёл как обычно — в мертвой тишине, прерываемой только тихим звоном посуды и едва слышными шагами. Дождавшись, когда вокруг останутся лишь она и Каэль, Моника преградила ему дорогу у выхода.
— Каэль, ты сейчас свободен? — её голос прозвучал робко и смущённо, — Я не понимаю содержание свитка, который мы вчера нашли, и мне нужна помощь…
— Сегодня меня ждёт работа. Помогу, как освобожусь, — пробубнил он.
— Извини за беспокойство, -засмущалась девушка, - тогда буду ждать, ха-ха...
«Что это сейчас было?» — спросила она сама у себя. Мона ещё ни разу не просила у него помощи напрямую, а теперь получилось неловко и странно. «И что это был за глупый смешок?!» - не унималась она у себя в голове.
Всю ночь Моника провела в библиотеке, окружённая старыми томами, переплетенными кожей, а также запахом дерева, плесени и древних слов. Свечи тускло горели, отбрасывая странные тени на стены, словно кто-то наблюдал за ней из мрака. Казалось, замок сам испытывает её терпение и волю.
Обед и ужин она пропустила, не в силах оторваться от загадочных посланий, что таились в свитках.
На рассвете измотанная девушка вышла в сад, где тени деревьев казались живыми и шептали что-то на заброшенных аллеях. Там, в беседке, окутанной первыми лучами утреннего солнца, сидела Кристина — её взгляд как всегда был полон глубокой усталости, словно она несла тяжесть вечности в своих глазах.
— Здравствуй, Моника, — первая начала она.
— Здравствуйте... — голос Моники дрожал, не зная, как продолжить диалог.
За всё время, единственный раз, когда они обмолвились хоть словом, был тогда, когда Мона только прибыла в графство. Было очень неловко. Сегодняшний день вообще особенно неловкий.
— Ты так и не нашла выход? — с негромкой тоской спросила Кристина.
— Нет, — ответила Моника, — но я уже на пути к этому. Но, Кристина, - замялась она, будто то, что она собиралась спросить слишком личное или откровенное.
-Да?
-Разве вам можно находиться на солнце?
Женщина рассмеялась так, будто у неё спросили о том, почему солнце светит, а птички летают.
-Можно, но думаю, что причину ты в скором времени сможешь узнать лично у Каэля, - с этими словами она обернулась и посмотрела в одно из окон дворца, - ступай, он тебя ждёт.
С этими словами Кристина растворилась в тенях, оставляя Монику одну с ощущением странной, болезненной неопределённости.
Эта маленькая и немного бессмысленная беседа была глотком свежего воздуха. Хотя можно ли назвать это беседой? Просто пара фраз, не несущих в себе почти никакого смысла.
Мона поднялась обратно и вскоре встретила Каэля у входа в её покои. Его лицо было как всегда серьёзным.
— Я завтра всю ночь свободен. Буду ждать тебя в библиотеке, — сказал он и исчез, едва Моника смогла промямлить "Угу".
«Даже не попрощался, могла бы еще немного посидеть в саду, итак ничего особо важного не узнала…», — подумала она, чувствуя то странное, едва уловимое напряжение между ними.
Следующая ночь обещала быть наполненной открытиями и, возможно, опасностями. С этой мыслью Моника закрыла глаза и погрузилась в глубокий, мрачный сон.