Глава 8.0

Алёна вышла из убежища, держа в руках два комплекта чистой одежды для Элизы и Вероники. Вручив первой рубашку со штанами, а второй темное, слегка помятое платье, она указала в одну сторону, где, по её словам, находилось место для купания.

Алёна описывала источник как небольшое холодное озеро, воду которого она могла запросто нагреть за несколько минут. Насчёт средств гигиены просила не волноваться, так как уверяла, что в том месте хорошенько их припрятала, чтобы не нужно было носить всё туда-сюда. Правда Элиза сомневалась на этот счёт, но ничего лучшего ей предложить не могли, поэтому она решила довериться новой подруге.

Пока они молча шли, Элиза не переставала размышлять. Но мысли продолжали быть спутанными, а факт того, что она давно не принимала ванну, и теперь тело от и до пропахло потом, делало только хуже. В последние дни голова жутко болела и как только она начинала думать о чем-то касающегося проекта Георгия, как новая волна боли накатывала с новой силой и ничего дельного сообразить не выходило. Такое происходило с Элизой только в случаях долгого отсутствия ванной, именно поэтому она старалась принимать полноценный душ каждые два дня.

В пару к болям в голове пришла бессонница. Высыпаться на новом месте было практически невозможно, из-за чего с каждым часом разум становился всё более затуманенным. Но хоть и троха ясного ума ещё присутствовала, однако принимать серьезные решения было нельзя. Ещё немного и, после ванны и крепкого сна, она сможет обдумать произошедшее за эти несколько дней и набраться смелости найти то место, в котором оказалась, как только попала сюда.

— Мы пришли, — из раздумий Элизу вытянул низкий голос Алёны.

Перед ней открылась весьма странная картина: поляна, не такая большая, как это можно было представить, но и не маленькая, а в центре поляны - небольшая, в четыре-пять по ширине шагов, лужа. Края этой «лужи» были обложены камнями. Где-то они были высокими и большими, а где-то совсем маленькими.

— А что насчёт мыла? — поинтересовалась Элиза, продолжая разглядывать «лужу».

— Всё здесь.

Алёна подошла к одному из высоких камней и подняла его. Под ним оказалось углубление, которое помешало в себя мыло, какие-то тряпочки и странный порошок. Элиза поморщилась, вспомнив как точно так же, на даче, её отец доставал из-под камней червей и многоножек.

— Вот, почистите зубы.

Она дала двоим по тряпке и по мешочку с порошком. Элиза стояла с этим всем в руках, пока Вероника наматывала тряпку на палец, а затем, нанеся порошок, начала чистить зубы. Элиза, разинула рот, потеряв дар речи.

— Почему ты стоишь? — спросила Алёна, тоже начав скрести пальцем о зубы.

Что делать, Элиза не понимала. Грязной тряпкой, по грязным зубам? Строго решив, что ничего подобного делать не будет, она отложила это в сторону и потрогала воду в «луже». Та оказалась не просто холодной, а ледяной, словно море зимой.

— Сейчас я её нагрею.

Закончив с чисткой зубов, Алёна подошла к воде и опустила в неё руку, предварительно щелкнув пальцами. Элиза наблюдала за ней все эти три минуты и, неожиданно для себя, обнаружила, что у Алёны выступили капли пота по всему телу. Закатанные рукава обнажали влажные руки, мелкие капли катились по щекам, лбу и шее.

«Неужели собственный огонь так действует на неё?»

Элиза продолжала наблюдать, пока Алёна не вынула руку, а капли пота внезапно не пропали с её тела. Последняя, обнаружив на себе пристальный взгляд, вопросительно глянула на Элизу. Та сразу же опустила глаза, и подошла к воде и вновь потрогала её. На удивление та оказалась довольно теплой, чуть ли не горячей.

«Лужа небольшая, но на трёх человек точно хватит», — промелькнуло в голове. 

Мыло было только одно, и естественно здесь не нашлось никаких гелей для душа, а уж тем более шампуней, поэтому мыть волосы оказалось куда тяжелее, чем предполагалось. Элиза несколько раз намыливала голову и смывала пену, пока не осталась более-менее довольна результатом. Хоть идеальной чистоты довиться не удалось, она убедила себя, что это лучше, чем ничего.

Закончив приводить себя в порядок, она выбралась из импровизированной ванны и надела коричневые широкие штаны и такого же цвета майку со шнуровкой. Достав из платья складной нож, она незаметно положила его в карман новой, весьма удобной, одежды и посмотрела, чтобы его не было видно.

После водных процедур мысли девушки прояснились. Ей даже не понадобился крепкий сон, чтобы понять, что прямо сейчас она может сделать.

— Не подскажешь в какой стороне здесь дорога?

Спрашивала Алёну о той самой песчаной дороге, по которой добралась до города.

— Куда ты собралась? Может нам пойти с тобой?

— Не стоит. Я сама.

— У тебя волосы ещё даже не высохли...

Элиза лишь отмахнулась и поторопила Алёну с ответом. Всё равно фена не было, а поэтому сушка, хоть и под палящим целый день солнцем, займёт несколько добрых часов.

— Ну как знаешь. Тебе нужно идти прямо в ту сторону. Прямо и только прямо. Если заблудишься, то не мои проблемы.

— Спасибо, я скоро вернусь.

Скоро или нет, она, конечно, не знала, как и не знала то, сможет ли найти дорогу назад. Но одно понимала точно: ей нужно вернуться и проверить то место, где она оказалась в первый раз.

Когда Элиза скрылась за гущей деревьев, Алёна повернулась к Веронике и смахнула её длинные густые волосы с плеча.

— Они так хорошо скрывали твой шрам. Откуда он взялся?

☆☆☆

Элиза шла прямо, стараясь никуда не сворачивать. Вокруг лишь однообразные деревья, что могли запросто сбить с курса, но девушка решила воспользоваться своим старым методом. С помощью ножа она оставляла метки в виде креста, по которым сможет вернуться обратно, если заблудится.

На удивление, времени, потраченного на дорогу, ушло гораздо больше, чем предполагалось. До этого ей казалось, что они находятся не так уж и далеко, где-то может в тридцати минутах ходьбы. Но, как оказалось, потребовался целый час, чтобы выйти к широкой песчаной дороге.

Добравшись до неё, Элиза присела у обочины, чтобы перевести сбившееся дыхание и унять колющую боль в боку. Затем, оглядевшись, она попыталась понять в какую сторону ей стоит идти, чтобы найти то самое место. Однако, куда ни посмотри, везде одинаковый пейзаж. Тогда девушка встала спиной к темному лесу. Как она знала, то с правой стороны находится город, а с левой – неизвестно. Убежище и источник на приличном расстоянии от города, и, как ей кажется, это расстояния куда больше чем то, которое она преодолела в первый день. Значит стоит идти направо.

Но долго шагать уже не пришлось. Меньше, чем через двадцать минут она обнаружила поперек дороги огромную полосу, словно тащили некий большой и тяжёлый предмет.

☆☆☆

— Это не так важно, — отмахнулась Вероника, и уложила свои волосы обратно.

— Ты уверена? Он выглядит весьма…

— Да, — она резко перебила Алёну.

— Хорошо, как знаешь, но если что…

— Мне не нужно сочувствие ведьмы.

Сказала, как отрезала. Хоть Алёна и не собиралась ей сочувствовать, а лишь хотела узнать историю появления шрама, но такое замечание от Веры задело её. Ей не нужно сочувствие? Или сочувствие именно ведьмы? Она так четко поставила ударение именно на последнее слово. А ведь Алёне до этого казалось, что Вероника весьма спокойная девушка, которая никому не будет перечить или грубить. По крайней мере именно такое впечатление она и создавала. Но что это было? Алёна же не выбирала свою судьбу, она не хотела быть ведьмой в этом треклятом мире. Она хотела бы вернуться на несколько лет назад, чтобы предотвратить весь этот хаос. Если бы тогда она не была настолько глупа, то, возможно, сейчас проживала бы свою лучшую жизнь, а люди не стали бы так поголовно ненавидеть всех ведьм.

Улыбнувшись Веронике, Алёна решила, что больше не будет её о чем-либо расспрашивать. Может она просто задела её за живое и поэтому та так отреагировала? Однако, по предположениям Алёны, если Вера и правда ненавидит ведьм, то почему просто не ушла, а осталась здесь? По телу пробежали мурашки. Задумала что-то плохое? Стоит держать ухо востро.

— Нужно возвращаться уже, вылезай.

Алёна, переодевшись, стала ждать, пока Вероника сделает то же самое. Затем, спрятав средства гигиены обратно под камень и взяв старую одежду, направились назад к большому дубу.

По дороге Алёна собирала различные травы, которые только могла увидеть. Сильно она в них не разбиралась, а потому хватала всё, что под руку попадется. Вероника же шла чуть поодаль, стараясь не подходить к ведьме слишком близко. Как только Алёна останавливалась, чтобы сорвать очередную травинку, Вера тоже прекращала движение. Иногда она бросала взгляд на собираемые травы, но особой разницы в них не видела. Понимать, зачем Алёне всё это, она не собиралась. Пусть сама разбирается, а она лезть в это не хочет.

Уже в убежище, Вероника закрылась во второй комнате и, прочитав молитву, уснула. Алёна же разложила на столе все травы и ягоды, которые смогла собрать и принялась думать, что с ними можно сделать.

☆☆☆

Элиза перешла на другую сторону полосы и попыталась понять откуда та ведет. С одной стороны дороги, там, где темный лес, она обнаружила широкий овраг примерно в десять метров длины. Заглянув в него, увидела кучу поломанных кустов и одно упавшее дерево. Именно отсюда и начиналась эта не сильно широкая полоска. Посмотрев в другую сторону, Элиза заметила, что та уходила в берёзовую рощу. Часть деревьев там точно так же, как и кусты в овраге, лежали поломанными, однако на этот раз создавалось впечатление, словно их кто-то специально срубил и отодвинул, чтобы не мешались. Девушка подошла к лесу и вошла в него, идя прямо по проложенной тропе. Однако далеко уйти не смогла. Перед ней, откуда ни возьмись, выскочила лиса, злобно зарычав на неё. Животное расставило лапы, преграждая путь. Оно не бросалось на девушку, но и отступать не собиралось. Лишь рычала и лаяла. Элиза, испугавшись, замерла на месте не в силах пошевелиться. Так двое стояли напротив и испепеляли друг друга взглядом. Может дальше её нора с лисятами, только и подумала Элиза. Потихоньку придя в себя, девушка сделала шаг назад. Лиса оставалась на месте и продолжала рычать. Элиза продолжала отступать, стараясь не поворачиваться к животному спиной. Медленно, пока она полностью не вышла из леса, а лиса не исчезла из поля зрения, скрывшись в гуще деревьев.

☆☆☆

Алёна всё никак не могла понять, что ей нужно делать с травами, которые она собрала, а потому, спустя пару часов размышлений, отобрала несколько и положила их в ступку, начав толочь. В этот момент она услышала, как кто-то ходит по поверхности. Не успев отправить один из своих огненных шариков на проверку, как в дерево постучали пять раз. Значит Элиза уже пришла. Открыв ей проход, Алёна продолжила заниматься приготовлением яда.

— Что ты делаешь? — ужаснулась Элиза, прикрыв рот с носом рукой.

— Снотворное? — Алена улыбнулась, не подавая виду, что совершает нечто ужасное.

— Ты не можешь добавить эту ягоду, она же ядовитая, — Элиза указала на вороний глаз. — Как ты вообще ещё сама не отравилась? Быстро вынеси это отсюда.

И как только ведьма не может различать простые ягоды от ядовитых, а самое главное – почему она сама не отравилась? Иммунитет?

Алёна спохватилась и, быстро схватив травы и ягоды, выскочила наружу. На улице уселась у дерева, продолжая своё дело. Хоть она и не сильно разбиралась в ботанике, но на глаз прикинуть могла, что ядовитое, а что – нет. Конечно, она часто ошибалась, но в этот раз чуйка её не подвела. Некая черная ягода станет главным ингредиентом в её «снотворном».