Глава 1.0

— А сейчас перейдем к более интригующим и интересным новостям. Известный ученый Георгий Буш представил миру своё новое изобретение: машину времени. Однако как бы он ни восхвалял своё устройство, люди всё никак не могут поверить в реальность происходящего. Именно поэтому учёный готов уже на следующей неделе привести машину в действие и отправить свою ассистентку на сто лет назад.

Элиза потянулась к пульту и переключила канал на передачу про космос, а затем повернулась и посмотрела на Георгия. Волос у него на голове было мало, и то все седые. Щетины не было – он старался бриться каждую неделю. Ученный мирно сопел, расположившись в широком и мягком кресле, что стояло в углу комнаты. Такой расслабленный вид Георгия пугал её. Ей казалось, что он слишком легкомысленный, а ведь это наверняка скажется на его новом изобретении. Но, как бы то ни было, она являлась его ассистенткой, набиралась у него опыта и искренне уважала. А значит не помочь с машиной она не могла. Она обязана была это сделать, даже если внутри всё взорвется и она умрет, так и не попрощавшись с родными. Но Элиза тут же замотала головой. Попрощаться с родителями она должна, даже если будет уверена, что вернётся целой и невредимой.

Только она опять повернулась к телевизору, как позади послышалось шуршание, а затем недовольный стон. Георгий поднял голову и уставился на помощницу в белом халате. Несколько секунд они смотрели друг на друга, пока учёный не вспомнил нечто очень важное. Он, подскочив так словно и не спал всё это время, подошёл к висящим на стене полкам, начав перебирать на них бумаги. Наконец, найдя то, что надо, он подозвал Элизу к себе. Та поднялась из-за круглого стола, за которым часто обедала вовремя перерыва, и подошла к ученому.

— Смотри сюда, — он показал ей список, — это то, что… ты должна сделать в прошлом. Э-э-э. Список короткий, как сама видишь, но тут так же есть и э-э-э… памятка.

Георгий часто, когда разговаривал, любил зависать в середине предложения, из-за чего случались довольно-таки длинные паузы, а приукрашивалось всё это звуком «э-э-э». Голос его был хриплым, но громким, и казалось, что услышать его можно даже находясь в соседнем помещении.

— Памятка?

— Да, э-э-э… памятка как пользоваться машиной. И ещё тут написано, так сказать, напоминание тебе.

Он потряс двумя листами перед лицом ассистентки.

— Обязательно несколько раз прочти это, чтобы там… не было надобности доставать их. Понимаешь?

Элиза кивнула. Неужели всё это и правда происходит? А может ли она прямо сейчас отказаться от этого? Ей было немного не по себе. Только недавно ей стукнул двадцать четвертый год, как жизнь преподносит такой интересный подарок. Да и этому изобретению она не сильно-то и доверяет. В путешествие во времени Элиза не верит и считает это антинаучным. Инопланетяне на землю прилетят раньше, чем она отправится в прошлое.

— Слушайте.

Георгий посмотрел на неё, ожидая последующего вопроса, однако Элиза лишь опустила голову и, тяжело вздохнув, отмахнулась. Что уж уходить от ответственности. Она сделает это. Всегда выполняла его странные поручения, и в этот раз сможет. Просто посидеть в машине, пока он не поймет, что это полный провал. Ничего сложного.

Вернулась домой Элиза, как обычно, за полночь. Все уже давно спят, а на столе, на кухне, стоит тарелка гречневой каши с курицей. Конечно, она предпочла бы этому рис с рыбой, но отказываться от того, что приготовила мама не стоит. Поставив блюдо в микроволновку, Элиза включила нижний свет, и уселась на мягкий диван, уставившись в одну точку на потолке. Целая неделя до заявленного дня у неё свободна, ведь Георгий решил, что ей всё-таки стоит провести больше времени со своей семьёй. Она благодарна ему за это; отдых — это ведь всегда так чудесно.

Мать, узнав о недельном отпуске дочери, безумно обрадовалась и так же взяла отгул на работе, посоветовав мужу сделать то же самое, однако тот отказался. Сказать, что Элиза была расстроена, ничего не сказать, но что поделать, если отцу работа дороже.

— Ну ничего, вы ещё обязательно увидитесь. Мне кажется, что для нас твоё путешествие будет знаешь как, — мать, развешивающая мокрое бельё на балконе, задумалась, а потом, улыбнувшись, продолжила: — как секунда. Вот увидишь, мы даже соскучиться по тебе не успеем, как ты вернёшься.

— Конечно так и будет. По правде говоря, я не верю в то, что всё пройдёт удачно. Уверена, что у него не получилось сделать машину времени. Но всё-таки я его поддержу. Хотя жаль, ведь это будет такой позор.

Сказав это, Элиза помогла маме закончить с бельём и понесла пустой тазик в ванну. Мать пошла следом за ней.

— А ведь ты права. Георгий уже совсем старик.

— Ему лишь семьдесят пять.

— Ой-ой-ой, — передразнила её мама. — Давай я тебе косу заплету, так давно этого не делала.

Противиться воли матери Элиза не стала. Лишь вышла из ванны и, придя в гостиную, села на деревянный стул и закрыла глаза. Мать лёгкими движениями хватала одну рыжую прядь волос дочери и переплетала с другой. Делала она всё это так нежно и приятно, что аж в сон клонило.

За окном ярко светило солнце, поэтому старую люстру никто не включал. На жёлтой стене висела папина любимая абстрактная картина. Элизе она тоже нравилась, но она часто не могла понять её смысл. Два громоздких шкафа расположились у одной стены, а между ними висел телевизор, по которому шла программа про животных. Здесь было так уютно, что Элиза уже начинала тосковать.

Как пройдет тот самый день, Элиза понятия не имела. Машину она видела лишь раз и то через стеклянную дверь. Выглядела та словно большая серая капсула. Окон не имеется, зато присутствует железная дверь с круглой ручкой, как у сейфа в каком-нибудь фильме. Как рассказывал Георгий, то внутри машины находится лишь специальное кресло, в которое она должна будет сесть. А перед креслом - панель управления. На панели учёный задаст год и по сигналу, когда дверь уже будет плотно закрыта, Элиза нажмёт зелёную кнопку, тем самым запустив процесс перемещения в прошлое.

— Ну что, ты готова?

Элиза и моргнуть не успела как пролетела целая неделя. Казалось, что мама только села заплетать ей косу, как она уже стоит перед Георгием и кучей журналистов. На ней надето простое коричневое платье с карманами. Как выразился сам учёный, это нужно для того, чтобы не привлекать к себе сильного внимания, ведь простое платье должно отлично вписаться в среду тысяча девятисотых.

— Пожалуйста, ты главное старайся… не влезать в конфликты. Просто узнай, что там происходит, как ведут себя люди, какой у них этикет и так далее. Э-э-э… лучше ни с кем не разговаривай. Знаешь ведь, что такое эффект бабочки?

Элиза кивнула. Георгий похлопал её по плечу и отправил к журналистам, чтобы та отвечала на их вопросы.

И машина, и журналисты находились в одном большом белом помещении, и единственное, что их разделяло – жёлтая лента и три охранника. Георгий высказал своё мнение об этом и сказал, что машина не будет вытворять что-то такое, что могло бы навредить людям, однако выставлять её на улицу на всеобщее обозрение он не собирался. Уж слишком сильно дорожил своим устройством.

— Элиза, вы сами решили стать участницей данного эксперимента? — спросил первый журналист.

— Да, я сама это решила, выдвинула свою кандидатуру Георгию Бушу.

— В какой год вы планируете отправиться?

— Георгий хочет, чтобы я отправилась в тысяча девятисот двадцать четвертый.

— Как вы собираетесь вернуться назад? — задал вопрос второй.

— Машина работает на сверхмощных батарейках. Они будут держаться пятьдесят дней. Даже если у меня не будет электричества, я смогу настроить машину и вернуться назад.

— Вы собираетесь поменять события прошлого?

— Нет. Любое моё вмешательство может все испортить и изменить будущее. Это делать категорически запрещено.

 — Что вы…

Но не успел третий журналист спросить, как пришел Георгий и оттащил Элизу к устройству. Дав ей в руки сложенные пополам две бумажки и складной ножик он показал ей на кресло в машине. Девушка кивнула, засунула предметы в карманы, удивившись, как это платье легко скрывает их существование. Как только она села внутрь, все в помещении затихли и начали пристально наблюдать за происходящим.

Элиза уселась поудобнее на кожаном кресле и сложила руки в замок, поднеся их к лицу. По жизни она любила верить во все хорошее, и даже сейчас она старалась не изменять себе.

— Я верю в тебя, — Прошептал учёный и закрыл дверь машины времени.

Внутри было безумно тихо и невероятно душно. Элиза могла слышать только то, что говорит Георгий, находящийся в двух шагах от изобретения.

— Спасибо за внимание, сейчас я скажу своей помощнице нажать на кнопку запуска.

Раздался приглушённый стук, по которому Элиза поняла, что настало время нажать на эту проклятую зеленую кнопку. И она сделала это. Машина задрожала. Сначала медленно, словно заводится мотор, а затем все сильнее и сильнее, пока Элизу не начало шатать в разные стороны. Девушка ухватилась за кресло, но дело это не спасало. Неужели она умрет от такой нескончаемой тряски?

Машина исчезла. Журналисты ахнули. Сначала они направили камеры на пустое место, где до этого стояло устройство, а затем на ученого, на лице которого читалось непонимание. Георгий прикрыл рот рукой и тихо сказал:

— Неужели я забыл сказать ей пристегнуться?

— Что?! — вскрикнул первый журналист. — Она умрет?

— Нет-нет, э-э-э это лишь может принести некоторые неполадки, а так всё должно быть хорошо, разве что…

— Что?!

— Кажется я забыл указать год.