Исключения

Боль в животе Арвина усиливалась с каждой секундой. Он даже не был уверен, что ищет. Ворваться в лавку и украсть магический предмет он не мог, да и валяющихся на земле таких вещей тоже не находилось.

Наверное, я мог бы где-нибудь взломать дверь, но тогда меня объявят в розыск. Нет. Мне нужна кузница. Этот класс должен позволить мне что-то выковать. Если я просто найду кузницу, всё будет в порядке.

Но сказать это было легче, чем сделать. Боль была настолько сильной, что Арвин готов был поклясться: его желудок буквально пожирал сам себя. Его кололи, резали и разрывали магией бессчётное количество раз — ничто не могло сравниться с этим.

Тело умоляло его лечь и свернуться калачиком. Сдаться боли в надежде, что она быстрее закончится. Но разум Арвина восстал. Он стиснул зубы и двинулся дальше, опираясь на стену для поддержки, пока шатался по тёмным переулкам.

Когда Арвин свернул за угол, до его ушей донеслись приглушённые голоса. Он с усилием поднял глаза, щурясь. В углу переулка, глубоко в тени, стоял лысый мужчина в тёмной одежде.

Он прижимал кинжал к городу невысокой женщины в капюшоне, со светлыми волосами и изуродованным шрамами лицом. Ей на вид было лет восемнадцать-девятнадцать. Она и мужчина о чём-то спорили, но слова едва долетали до ушей Арвина. Он собрал остатки сил и шагнул к ним.

— Эй, — прохрипел Арвин, его голос, искажённый болью, звучал грубо. — Кузница. Ближайшая. Где она?

— Мы тут заняты, — сказал лысый. — Не лезь не в своё дело. Проваливай, пока не получил ножом в живот.

У меня нет времени на эти чёртовы игры.
— Отвечай на вопрос, — выплюнул Арвин. Живот сжало спазмом, и он вцепился пальцами в стену, пытаясь удержаться. — Сейчас же.

— Что, героем решил стать? — Лысый оттолкнул женщину назад, направил кинжал на Арвина и шагнул вперёд, самодовольно ухмыляясь. Внутри Арвина дёрнуло. Стойка у мужчины была совершенно неправильная.

Его ноги стояли неустойчиво, а кинжал он держал между пальцами, будто это была вилка, а не оружие. Если он пытался напугать, то у него не выходило.

— Этот кинжал магический? — спросил Арвин.

— Ты что, смеёшься? — Лысый оскалился. — Я тебя, здоровяк, как рыбу распотрошу. Меча-то на тебе не видно. Мышцы тебя не спасут, когда истечёшь кровью.

Арвин перестал слушать его слова, как только понял, что мужчина не отвечает на вопрос. Если тот не скажет, магический кинжал или нет, Арвину придётся выяснить самому.

Он подавил боль, как делал бессчётное количество раз в битвах, и двинулся. Глаза лысого расширились, и он рванул кинжалом в живот Арвина. Удар был настолько жалким, что Арвин едва не рассмеялся.

Он призвал Сеть. Возможно, он и потерял свой изначальный класс, но некоторые титулы остались. Впустив лишь крошечную часть магии в [Бич], Арвин почувствовал, как сила заполняет его.

Его рука обрушилась на запястье мужчины, и кости треснули, как сухие палки. Пальцы Арвина сжали раздробленное запястье, а другой кулак врезался в живот противника.

Тот рухнул с болезненным воплем, болтаясь на одной руке в хватке Арвина. Волна отвращения накатила на Арвина, и он отпустил [Бич], ударив открытой ладонью по черепу своего потенциального убийцы.

Вопли прекратились. Мужчина обмяк, потеряв сознание, но не умер. Покачав головой, Арвин выхватил кинжал из его безвольных пальцев. В руках оказался обычный металл — ни малейшего намёка на магию.

— Дерьмо, — прохрипел Арвин. Он опустился на колени рядом с мужчиной и обыскал его карманы. Они, как и его собственные, были пусты. Глаз Арвина дёрнулся.

Моё везение — быть ограбленным самым нищебродским вором в истории.

Его взгляд скользнул к девушке в глубине переулка, которая смотрела на него с ужасом и благоговением.

— Ты, — прохрипел Арвин, поднимаясь. Грызущая боль в животе вернулась с новой силой, но он не мог позволить себе обращать на неё внимание. Он не помнил, сколько времени у него осталось, и Сеть, похоже, не собиралась ему сообщать.

Сорок пять минут? Тридцать? Больше, кажется. Надеюсь.

— Д-да? — пискнула девушка.

— Кузница. Где она?

— Я… есть заброшенная в десяти минутах отсюда, но улица там прокля—

— Веди меня. Сейчас же.

— Х-хорошо, — задрожала она. — Пожалуйста, не убивай меня.

Арвин не стал утруждать себя ответом. Он лишь резко кивнул. Девушка сглотнула и засеменила вдоль стены к соседнему переулку.

— Туда, — неуверенно сказала она.

— Веди. Быстро.

Она поспешила подчиниться, и они двинулись глубже в город. Арвин с облегчением отметил, что девушка восприняла его слова всерьёз. Она почти бежала от него, но сам он едва мог поддерживать быстрый шаг.

Всё, что требовало больше усилий, грозило разорвать его изнутри. Девушка то и дело оглядывалась на него, будто ожидая, что Арвин внезапно передумает и оторвёт ей голову.

Они шли около десяти минут. По крайней мере, Арвину так казалось. Время словно расплывалось. Важно было лишь то, что он всё ещё был жив, когда девушка остановилась перед тёмной, обветшалой улицей.

Серый булыжник почернел от грязи, а в трещинах между камнями рос тусклый мох. Дома покосились и разрушались, некоторые уже превратились в руины. В воздухе витал лёгкий запах мусора и плесени, но настолько въедливый, что Арвин знал: отстирать одежду от него не получится.

— Э-это здание. Вся улица заброшена и проклята. Кто остаётся здесь надолго — умирает. Тут есть призрак… или что-то вроде того, — сказала девушка, указывая на разрушающийся каменный фасад. Когда-то здесь было окно, но теперь это просто дыра, а серый кирпич вокруг треснул. Сорняки пытались прорасти у здания, но засохли и погибли.

Труба, торчавшая из крыши, почти развалилась и теперь была просто грудой кирпичей, отдалённо напоминающей прямоугольник.

Арвин даже не утрудился ответить. Если здесь была кузня, ему было всё равно, что это за место и что там бродит. Он заковылял через улицу и чуть не споткнулся о неровные, разбитые ступени у входа. Гнилая деревянная дверь преграждала путь, но Арвин буквально прошёл сквозь неё.

Обломки пыли и трухлявого дерева разлетелись, когда дверь рассыпалась. Взгляд Арвина скользнул по покрытому пылью интерьеру, сразу же остановившись на задней части помещения, за прилавком.

Открытая дверь вела в другую комнату, где виднелся край наковальни. Арвин ускорился, пробираясь через руины здания. Он шагнул в заднюю комнату.

То, что его встретило, не внушало оптимизма. В углах лежали груды металлолома, и ни одна часть его, казалось, не трогалась годами. И всё же инструменты всё ещё висели на стенах кузни. Наковальня стояла в центре, рядом с парой сгнивших ведёр, которые уже провалились внутрь себя.

За ними была сама кузня, сложенная из кирпичей, ведущая к разрушенной трубе, которую он видел снаружи. Внутри ещё лежали сухие дрова, почерневшие от частичного сгорания. Среди них был и древесный уголь, будто последний кузнец пытался сэкономить, смешивая оба вида топлива. Это было небогато, но у Арвина не было выбора, и он скорее умрёт, чем сдастся без борьбы.

Арвин никогда не ковал сам, но лично наблюдал за созданием своей брони. В памяти мелькнул чёрный самоцвет, и на губах Арвина появилась горькая усмешка.

Пожалуй, я наблюдал за созданием большей части своей брони, но не всей.

Так или иначе, первое, что он вспомнил, — это огонь. А для огня Арвину нужно было…

Вот.

У очага лежал чёрный камень. Кремень. Он был почти израсходован, но Арвину нужна была лишь искра. Он подтянулся к нему, схватил кремень и ударил по нему кинжалом, взятым у вора.

Лезвие скользнуло по камню, подняв маленькое облачко пыли, но ничего больше. Не сдаваясь, Арвин ударил снова.

И ещё раз.

На четвёртый раз усилия вознаградились. Крошечная искра высеклась при ударе, упав на один из сухих, обгоревших кусков дерева среди угля. Может, удача улыбнулась Арвину, а может, боги. Независимо от причины, искра прижилась. Он ударил ещё несколько раз, пока маленький огонёк не начал распространяться по дровам.

Арвин раздувал пламя, пока оно росло, охватывая сухие дрова и быстро заполняя очаг. Он схватил ручки мехов, отчаянно сжимая их и нагнетая воздух в огонь.

Через несколько минут пламя уже ревело. Желудок Арвина напомнил ему, что у него нет лишних минут. В любой момент время могло истечь, и он умрёт.

Я даже не гарантированно создам магический предмет. Я почти не знаю, что делаю, но у меня нет выбора.

Арвин подошёл к куче металла и схватил кусок, даже не потрудившись проверить, насколько он хорош. Всё здесь было хламом, и ему не нужно было создавать шедевр.

Он швырнул металл в огонь, но тут же вспомнил, что его нужно вытащить. Ругаясь про себя и продолжая качать мехи, Арвин снова осмотрел комнату. В очаге уже лежала кочерга, но она была не совсем тем, что нужно.

Его взгляд упал на ржавые клещи, лежащие на земле в куче сгнившего дерева. Рядом, прислонённый к наковальне, был старый молот. Рукоять из дерева не выглядела надёжной, но это было лучше, чем ничего.

Арвин вернул внимание к куску металла. Он лишь слегка нагревался, но ускорить процесс было нечем. Всё, что он мог, — это продолжать качать мехи, стиснув зубы, пока боль нарастала.

Прошло ещё пять драгоценных минут, прежде чем металл наконец достаточно нагрелся. Арвин отпустил мехи, шатко шагнув вперёд и схватив клещи дрожащими пальцами.

Он сунул их в очаг, вызвав дождь искр, когда схватил слегка покрасневший кусок металла и швырнул его на наковальню. Второй рукой он схватил молот и обрушил его на металл.

Удар раздался звонким дзинь, и Арвин сразу понял проблему. Очаг не был достаточно горячим, и металл лишь слегка погнулся от удара. Но времени на то, чтобы как следует разжечь горн, не было.

Арвин поднял руку и призвал [Бич]. Его рука опустилась, мышцы наполнились силой, и он ударил по металлу снова. На этот раз он поддался, согнувшись. Арвин подавил болезненную усмешку и снова занёс молот.

Если времени не хватает, придётся срезать углы. Снова и снова молот Арвина обрушивался на полосу металла.

Он расплющил её, держа клещами, пока бил. Затем снова сунул в очаг, когда металл остыл, и вытащил, как только тот снова стал податливым. Он абсолютно не знал, как ковать что-либо, но браслет казался простым вариантом. В конце концов, это просто круг.

Он снова бил по металлу, начиная загибать его. С каждым ударом раскалённый уголь в его животе горел сильнее. Время почти вышло.

Но почти — не значит совсем, и потому он продолжал. Полоса металла начала закругляться, и наконец её концы встретились. Это был, без сомнения, самый уродливый браслет, который Арвин когда-либо видел.

Но браслетом он всё же был.

Сеть поднялась внутри него, даже несмотря на то, что металл ещё слабо светился от жара.

[Металлический браслет: Отвратительное качество] был выкован. Создание магического предмета дало вам энергию.

Достижение: [Первый шаг] получено.

[Первый шаг] — Награда за создание первого предмета. Эффект: Ваш первый предмет наделён магией. Пусть он послужит вам хорошо. Это достижение исчезает после создания первого предмета.

Сеть вывела слова в воздухе, пока Арвин осматривал свой новый браслет.

Металлический браслет: Отвратительное качество

[Горячая кровь]: Этот предмет был выкован в спешке, впитав панику угасающей свечи. Пока вы носите его, вы можете тратить немного магической энергии, чтобы наделить свои атаки стихией Огня.

Арвин мог заплакать от облегчения. Он схватил браслет, всё ещё обжигающий кожу, и поднёс ко рту. Было невероятно глупо пытаться укусить раскалённый металл, но он не знал, как ещё можно было его «съесть».

Когда его зубы коснулись браслета, волна энергии пронеслась по телу в желудок. Металл застонал у него во рту. И затем, с громким треском, раскололся.

Облегчение нахлынуло на Арвина, когда боль начала отступать. Он жевал, не осознавая и не заботясь о том, что ест чистый металл, словно хлеб, и затем проглотил. Боль продолжала стихать, но Арвин не рисковал.

Он откусил ещё кусок браслета, перемалывая металл зубами. Когда он собрался откусить снова, за спиной раздался шаг. Арвин обернулся, всё ещё жуя металл, и увидел пятерых людей в плащах, вошедших в кузню с оружием наготове.

— Вам чего? — спросил Арвин, откусывая ещё кусок. Вкус начинал ему нравиться. Почти как что-то острое, но, возможно, это просто горел язык. — Я занят.

— Это тот парень, что потрепал Блина? — спросил один из них.

— Он самый, — ответил другой, постучав по носу. — Проследили за ним сюда.

Первый мужчина недовольно покосился на самого крупного. — Босс, я…

— Заткнись, — рявкнул большой. — Нельзя просто так задирать Братьев Шестёрых и уходить. У него только кинжал, идиоты.

— Братья Шестёрка? Вы что, цирковая труппа? — поинтересовался Арвин. Он доел браслет, затем медленно выдохнул. Последние следы боли наконец исчезли.

[Металлический браслет: Отвратительное качество] был поглощён. Временно получен эффект: Горячая кровь.

Жар сконцентрировался в кулаках Арвина, и холодная улыбка тронула его губы. Он снова мог ясно мыслить. — Проваливайте, клоуны. Я ценю уединение.

— Здесь команду я, — сказал большой, направляя меч на Арвина. Магия заплясала вокруг его руки и влилась в клинок, зажигая его шипящими жёлтыми молниями. — И ты заплатишь кровью за содеянное.

Конечно, у него есть магия. Это будет чуть сложнее, чем я надеялся.

— Идиоты. — Арвин выхватил кочергу из очага, её конец раскалился докрасна. — Ну давайте. После еды мне не особо хочется двигаться, но ради вашего молчания сделаю исключение.