Людям свойственно любопытство к неизведанному

Глава 53. Людям свойственно любопытство к неизведанному

— Вы, жалкие слабаки, откуда у вас вообще взялась смелость требовать компенсацию?

— Неужели вы всерьез подумали, что раз Императорский Сын ценит таланты, то Императорские Врата будут плясать под вашу дудку?

Старейшина Цао, небрежно ковыряя ногти, произнес это с откровенной насмешкой.

Сюй Лин и остальные чувствовали себя униженными, но все же твердо заявили:

— Императорский Сын Лихо лично пообещал не доставлять неприятностей нашей секте. Неужели старейшина Цао собирается нарушить приказ Императорского Сына?!

Старейшина Цао подул на ногти, затем сложил руки в почтительном жесте к небу и с благоговением произнес:

— Приказу Императорского Сына Цао, разумеется, подчинится.

Затем он опустил руки, встал с места Главы секты, подошел к Сюй Лину, посмотрел сверху вниз на стоящих на коленях и обездвиженных людей, и в его глазах появилось презрение:

— Но кто вы такие? Смеете требовать компенсацию от Императорских Врат?

— Если бы вы проявили благоразумие и отказались от денег, когда я о них заговорил, мы могли бы нормально побеседовать. Но вы действительно осмелились требовать?

— Тогда не вините Цао в том, что произошло.

Старейшина Цао наступил ногой прямо на спину Сюй Лина и неторопливо продолжил:

— Кстати говоря, ты, Сюй Лин, в свое время был признанным красавцем в мире культивации Южной Области. Даже Святая Дворца Вопрошания Сердца из Центрального Региона того поколения была влюблена в тебя. Какая жалость, что ты выбрал прозябать в этой Даосской Секте Небесного Меча, цк-цк-цк.

Возможно, из-за старой зависти, старейшина Цао пнул Сюй Лина, перевернув его на спину. Не обращая внимания на яростный взгляд Сюй Лина, он продолжил:

— Если ваш Главный ученик не появится в ближайшее время, Цао начнет убивать.

— Как ни крути, а семь Священных Земель находятся под юрисдикцией Императорских Врат Лихо. Раз они не справились с задачей, наказывать их должны Императорские Врата. У жалкой Даосской Секты Небесного Меча на это просто нет прав.

Старейшина Цао снова уселся на место Главы секты. В его ладони из ниоткуда появился синий светящийся шар. Глядя на перетекающий внутри шара синий песок, он тихо сказал:

— Время горения одной палочки благовоний. Если этот парень Гу Чаншэн не появится, я начну с тебя, Сюй Лин.

— И не говорите, что Цао неразумен. Ведь вы послали кого-то за Гу Чаншэном, но он до сих пор не явился. Это слишком невежливо с его стороны.

Сюй Лин крепко сжал кулаки, пытаясь применить свои техники, но Жемчужина Запрета Дхармы в руках старейшины Цао блокировала силу всех присутствующих, делая их беспомощными, как овец на бойне.

Хотя перед приходом старейшины Цао они обсуждали возможные коварные ходы Императорских Врат Лихо и были настороже, никто не ожидал, что величественные Императорские Врата Бессмертных могут просто не сдержать своего слова.

Или, возможно, этот старейшина Цао получил указания от какой-то важной фигуры внутри Императорских Врат Лихо.

Императорский Сын Лихо, конечно, хотел, чтобы Гу Чаншэн вырос и стал для него точильным камнем Дао, но сами Императорские Врата Лихо не желали появления какой-либо угрозы.

Убить Гу Чаншэна заранее было бы лучшим исходом.

Сюй Лин и остальные могли лишь молиться про себя, чтобы Четвертый старейшина ни в коем случае не приводил сюда Гу Чаншэна!

— Ах ты, собачье отродье, что ты натворил?!

Но чего боишься, то и случается. Снаружи зала раздался свист рассекаемого воздуха, сопровождаемый громогласным ревом Четвертого старейшины!

— Конец!

Услышав голос Четвертого старейшины, сердца Сюй Лина и остальных упали.

Старейшина Цао поднял глаза к выходу из зала и холодно усмехнулся:

— Наконец-то прибыли.

— Старина Четвертый, беги! — изо всех сил закричал Великий старейшина У Тао.

Но охваченный яростью Четвертый старейшина и слушать не хотел. Вместе с Гу Чаншэном он влетел в зал.

— Проклятье!

Едва переступив порог зала, Четвертый старейшина изменился в лице. Он почувствовал, как вся сила покидает его тело. Если бы Гу Чаншэн не поддержал его, он бы рухнул лицом в пол.

— Жемчужина Запрета Дхармы?!

Четвертый старейшина с трудом держался на ногах, не сводя глаз с синего шара в руке старейшины Цао. Его лицо выражало крайнее изумление.

Жемчужина Запрета Дхармы была чрезвычайно мощным и извращенным артефактом в мире культивации, способным подавлять всех культиваторов, кроме тех, кто практикует закалку тела!

Но создать такой артефакт было крайне сложно. Обычно ими владели только Императорские Врата Бессмертных или Бессмертные Ортодоксии с глубочайшими основами.

Кто бы мог подумать, что у этого старейшины Цао тоже есть такая вещь.

— Э? А ты, оказывается, в порядке?

Старейшина Цао проигнорировал Четвертого старейшину и с удивлением посмотрел на Гу Чаншэна. Затем его лицо озарилось пониманием:

— Вот оно что, ты и правда еще не начал культивировать?

— Твои "задатки Великого Императора" какие-то ненадежные. Весь мир культивации Провинции Дао Восточной Пустоши знает о тебе, а ты до сих пор даже на путь культивации не ступил?

Жемчужина Запрета Дхармы могла подавить любого культиватора, кроме телесных практиков, но на смертных она не действовала.

— Старейшина Цао, наша секта согласна на любые ваши условия, только прошу, не причиняйте вреда Гу Чаншэну! — в этот момент Сюй Лин, хоть и чувствовал себя глубоко униженным, не имел другого выбора, кроме как умолять о пощаде.

Старейшина Цао не обратил внимания на Сюй Лина. Он убрал Жемчужину Запрета Дхармы, и на его ладони появился другой предмет — Древнее Зеркало Происхождения.

Это Древнее Зеркало Происхождения явно отличалось от тех, которыми проверяли Гу Чаншэна ранее. Это был один из самых древних экземпляров, с более широким спектром действия. Даже если у объекта проверки действительно были задатки Великого Императора или Божественное Демоническое Тело Хаоса, зеркало не должно было разбиться.

— Не волнуйтесь, у Цао есть задание. Я выполню только его, лишнего делать не стану.

Старейшина Цао с улыбкой обратился к Гу Чаншэну:

— Ну же, малыш, подойди, дай Цао посветить на тебя, проверим, правда ли у тебя Божественное Демоническое Тело Хаоса.

Все напряженно следили за старейшиной Цао.

Если бы речь шла только о повторной проверке таланта Гу Чаншэна, это было бы еще полбеды. Но они боялись, что он попытается убить мальчика.

Гу Чаншэн оставался абсолютно спокойным. Он поднял руку, указал на старейшину Цао и сказал:

— Это место не для тебя.

Старейшина Цао на мгновение опешил, затем встал:

— Ладно, ладно, мне это место и правда не особо нужно.

С Древним Зеркалом Происхождения в руке он направился к Гу Чаншэну, улыбаясь самой дружелюбной улыбкой:

— Малыш, теперь ты можешь сотрудничать?

Гу Чаншэн потер нос и пробормотал:

— Людям, знаете ли, свойственно любопытство к неизведанному. Это и хорошо, и плохо.

Старейшине Цао показалось странным, что этот с виду юный мальчик производит впечатление человека невероятно спокойного и уравновешенного.

Однако духовное сканирование подтвердило старейшине Цао, что Гу Чаншэн действительно всего лишь смертный.

А чего бояться смертного?

Старейшина Цао направил Древнее Зеркало Происхождения на Гу Чаншэна.

Его визит в Даосскую Секту Небесного Меча имел две цели: забрать людей из семи Священных Земель и проверить истинный талант Гу Чаншэна. Если талант подтвердится, нужно найти способ сделать так, чтобы он стал заурядным.

Если же не подтвердится, то можно просто плюнуть на него.

Что касается остальных, старейшина Цао на самом деле не собирался никого убивать.

Так он не нарушит приказ Императорского Сына.

— Маленький Чаншэн... — Четвертый старейшина, обессиленный и встревоженный, позвал его.

Гу Чаншэн не стал уклоняться от Древнего Зеркала Происхождения, позволив лучу света упасть на себя.

Вззз ———

Древнее Зеркало Происхождения озарилось таинственным светом, который тут же устремился в небо над залом.