Человек из Императорских Врат

Глава 52. Человек из Императорских Врат

Посланником от Императорских Врат Лихо оказался полноватый мужчина средних лет.

Перед его прибытием Великий старейшина и остальные уже навели справки о его личности. Он был старейшиной по внешним связям Императорских Врат Лихо.

Что ж, вполне логично.

Осада Даосской Секты Небесного Меча, возможно, и была грандиозным событием, но в глазах Императорских Врат Лихо это, вероятно, выглядело как детская игра. Естественно, им не было нужды посылать кого-то из своих самых важных фигур.

Отправка старейшины по внешним связям уже была достаточным проявлением уважения.

Этого старейшину звали Цао, и он был экспертом Верхних Трех Сфер. Говорили, что ему оставался всего один шаг до вступления в Сферу Небесного Человека.

Это делало его сильнее даже самого могущественного в Даосской Секте Небесного Меча Ши Чживана.

Однако в Императорских Вратах Лихо такое существо могло занимать лишь должность старейшины по внешним связям.

Это ясно показывало, насколько глубоки и мощны были основы Императорских Врат Лихо.

Видя, что гость с порога спрашивает о Гу Чаншэне, все почувствовали неловкость.

Верховный старейшина Сюй Лин сложил руки в приветствии:

— Старейшина Цао, Гу Чаншэн еще очень молод и любит поспать. Сейчас он все еще находится в мире грез.

Старейшина Цао с улыбкой махнул рукой:

— Ничего страшного, ничего страшного. Мешать людям спать — это величайший грех. Цао не смеет тревожить сон маленького друга Гу.

Эти слова вызвали еще большую неловкость у присутствующих.

Ведь эта фраза принадлежала самому Гу Чаншэну и прозвучала во время битвы позавчера. Кто-то из выкупленных старейшин запомнил ее и распространил слух.

Никто не ожидал, что она дойдет до ушей людей из Императорских Врат Лихо.

— Ничего, Цао пришел сюда главным образом для того, чтобы выплатить компенсацию вашей благородной секте от имени семи Священных Земель.

Старейшина Цао оправил рукава мантии, убрал улыбку и торжественно сложил кулаки:

— Кроме того, по приказу моей секты, я хотел бы поговорить с маленьким другом Гу. Надеюсь, уважаемые Даосские друзья помогут организовать встречу.

Сразу было понятно: все, что говорилось до этого — мелочи, а вот последняя фраза — это главное дело.

Сердца Великого старейшины и остальных сжались.

О вчерашнем заявлении Императорского Сына Лихо они узнали только утром.

Хотя Даосская Секта Небесного Меча временно преодолела кризис, в будущем Императорский Сын Лихо лично выступит против них.

И, естественно, против Гу Чаншэна.

Старейшина Цао снова улыбнулся и легкомысленно произнес:

— Господа, не нужно напрягаться. Императорский Сын держит свое слово, и раз он так сказал, значит так и будет. Цао не имеет намерений нападать. К тому же, ваша секта обладает такой небесной мощью, что даже имея десять тысяч жизней, Цао не посмел бы здесь буянить, ха-ха...

Видя, что старейшина Цао говорит искренне, Сюй Лин и остальные перестали ходить вокруг да около и пригласили его войти.

Что касается встречи с Гу Чаншэном, прямого ответа они не дали.

В конце концов, Гу Чаншэн сейчас действительно спал.

И проспит он, скорее всего, до тех пор, пока солнце не поднимется высоко.

Дело было важным, поэтому Сюй Лин намекнул Четвертому старейшине отправиться на Гору Врат Дракона и предупредить Гу Чаншэна.

Пока все обсуждали детали компенсации, Четвертый старейшина направился на Гору Врат Дракона к Гу Чаншэну.

Придя на задний склон, он увидел Нин Яо и Хун Ли, сидящих рядом со спящим Гу Чаншэном.

«А этот парень умеет наслаждаться жизнью!» — не удержался от мысленного ворчания Четвертый старейшина.

Но стоило этой мысли возникнуть, как Хун Ли и Нин Яо одновременно открыли глаза и уставились на него.

Словно они услышали то, что он подумал.

Особенно взгляд Хун Ли был ледяным.

У Четвертого старейшины отчего-то зачесалась кожа головы, и он неловко рассмеялся:

— Доброе утро.

Хун Ли проигнорировала его.

Нин Яо же слегка кивнула:

— Четвертый старейшина ищет Гу Чаншэна?

— Эх! — Четвертый старейшина уселся в беседку, которую ранее принес Верховный старейшина Ши Чживан, налил себе чаю и сказал: — Пришел человек из Императорских Врат Лихо выкупать людей семи Священных Земель, а заодно хочет встретиться с Гу Чаншэном. Но мы пока не дали согласия. Я пришел предупредить Гу Чаншэна и узнать его мнение.

— С-с-сёрб!

Четвертый старейшина с шумом втянул чай.

Он не считал это чем-то странным. Пить чай нужно с удовольствием, к чему все эти церемонии?

— Не будите его, пусть сам проснется, тогда и поговорим, — сказал Четвертый старейшина, сделав глоток, и подал знак девушкам.

Но обнаружил, что они и не собирались будить Гу Чаншэна.

Ладно.

Похоже, его статус старейшины здесь не имеет никакого веса.

Четвертый старейшина перевел взгляд на Хун Ли и с улыбкой спросил:

— Малышка Хун Ли, как тебе Призрачный Меч? Пользуешься? Что насчет поста Главы Пика Призрачного Меча, ты подумала?

Хун Ли поглаживала рукоять Призрачного Меча. Ее мастерство владения мечом было превосходным, но у нее не было своего меча. Это был ее первый меч, и он ей нравился.

Просто она по натуре не любила общаться с людьми.

Четвертый старейшина, казалось, заметил ее нерешительность и тихо сказал:

— Не волнуйся, тебя точно не будут заставлять заниматься делами секты.

Хун Ли посмотрела на него.

Четвертый старейшина понял, что выразился не совсем точно, и поспешно поправился:

— Я имею в виду, что дела секты абсолютно точно не помешают твоей культивации!

Услышав это, Хун Ли слегка кивнула:

— Хорошо.

Четвертый старейшина расплылся в улыбке:

— Ну тогда я спокоен.

Поскольку Гу Чаншэн все еще не просыпался, Четвертый старейшина снова посмотрел на Нин Яо:

— Святая уже несколько дней в нашей секте и привыкла к нашему укладу. Не хочешь подумать о том, чтобы стать Главой Пика Меча Земли?

Нин Яо вежливо отказалась.

На самом деле она тоже не любила заниматься административными делами.

Во Дворце Вопрошания Сердца, будучи Святой, она не должна была заниматься подобным, ей нужно было лишь сосредоточиться на культивации.

Она пришла в Даосскую Секту Небесного Меча ради Гу Чаншэна.

— Какая жалость, — вздохнул Четвертый старейшина, но не стал продолжать тему.

В конце концов, он сказал это просто к слову.

Вчера брат У обсуждал этот вопрос с Верховными старейшинами, и в итоге было решено попросить старейшего дядю-наставника Сюй Лина вернуться к обязанностям и снова занять пост Главы Пика Меча Земли.

Просто церемония передачи еще не состоялась.

Если бы Нин Яо действительно согласилась, вот тогда ему стало бы неловко.

Солнце поднялось высоко.

Четвертый старейшина уже начал клевать носом от ожидания.

— Кайф!

С громким возгласом Гу Чаншэна Четвертый старейшина встрепенулся:

— Наконец-то ты проснулся, парень.

Гу Чаншэн размял кости и недовольно проворчал:

— Четвертый старейшина, ты что, с утра пораньше пришел на мою Гору Врат Дракона переманивать людей?

Четвертый старейшина округлил глаза:

— Разве ты не человек Даосской Секты Небесного Меча? Какое еще переманивание!

— А может, Четвертый старейшина пойдет ко мне на Гору Врат Дракона привратником? — с хитрой улыбкой предложил Гу Чаншэн.

Четвертый старейшина с улыбкой выругался:

— Иди ты к черту, я не буду сторожить ворота.

— Какая жалость, — с притворной печалью произнес Гу Чаншэн, пародируя тон и манеру Четвертого старейшины.

Это разозлило старейшину не на шутку. Этот парень совершенно не соблюдает субординацию.

— Подбрось меня, а то в Зале Небесного Меча могут возникнуть проблемы, — тихо сказал Гу Чаншэн, глядя в сторону Пика Небесного Меча.

Услышав это, сердце Четвертого старейшины сжалось, и он мрачно спросил:

— С тем старейшиной Цао что-то не так?

Гу Чаншэн неторопливо ответил:

— Я говорю, вы же все взрослые люди, как вы можете верить каждому, кто вам улыбается?

— Если бы не я, Главный ученик, вас бы уже всех перебили.

Четвертый старейшина тут же засуетился, взмахнул рукой, и в воздухе появился летающий меч:

— Хватит болтать, залезай быстрее!

— Черт побери, мне сразу этот тип показался улыбчивым тигром!

Говоря это, он поднялся в воздух, увлекая за собой Гу Чаншэна на летающий меч.

Зал Небесного Меча.

Сюй Лин, Лян Байшань, Янь Юньчжан — трое Верховных старейшин, а также все остальные лежали на полу, придавленные невидимой силой и не в силах пошевелиться.

А старейшина Цао, который раньше был таким дружелюбным, теперь вальяжно сидел на месте Главы секты и неторопливо произносил:

— Похоже, в вашей Даосской Секте Небесного Меча только Гу Чаншэн чего-то стоит.