Конечно же, спать
Глава 18. Конечно же, спать
У этого мальчишки нет ни капли уважения к старшим!
Однако...
Вспомнив слова этого юнца, Ци Цзяньлун задумался.
Старина Му.
Ранее он уже выяснил, что Гу Чаншэна вывел из Древних Земель Погребения Небес именно старина Му.
Теперь же старина Му сам отправился в это зловещее запретное место, и свет его лампы души потускнел.
По словам старейшин, жизнь старины Му висит на волоске.
Но Гу Чаншэн сказал ему эти слова. Может ли быть так, что Гу Чаншэн что-то знает?
Поразмыслив, Ци Цзяньлун решил отложить этот вопрос на будущее.
Сейчас, когда он покинул гору, ему предстоит кровавая битва.
— Постойте...
Взгляд Ци Цзяньлуна внезапно стал острым, и он в третий раз оглянулся на Секту Небесного Меча.
— Я уже отлетел на тысячу ли, как этот пацан смог передать мне мысленное сообщение?!
Голос Гу Чаншэна прозвучал прямо у него в ушах, что означало передачу звука.
Но хоть Гу Чаншэн и овладел силой Небесного Меча, он еще не начал культивировать и был совершенно лишен духовной силы. Как он мог передать сообщение?
«Может, это та девчушка по имени Хун Ли?» — предположил Ци Цзяньлун.
— Ладно, пора!
Ци Цзяньлун не стал ломать голову над этой загадкой. Определив направление, он устремился прямиком к Священной Земле Безграничного Океана.
Именно они первыми начали искать неприятностей.
Первый удар меча...
Будет нанесен именно там!
...
...
Площадь Горы Врат Дракона.
После ухода Предка Меча Ци Цзяньлуна атмосфера снова стала тяжелой.
Через три дня мир культивации Южного Региона создаст Альянс по истреблению демонов, чтобы расправиться с Сектой Небесного Меча.
Хотя в Секте Небесного Меча появился Гу Чаншэн, владеющий Небесным Мечом, сможет ли он защитить секту — большой вопрос.
Иначе Предок Меча не покинул бы гору добровольно и не приказал бы отправить Гу Чаншэна и Хун Ли в безопасное место в случае критической опасности.
— Сначала запечатаем секту.
Четверо Верховных старейшин без лишних слов выполнили приказ Предка Меча.
Защитная формация была активирована, секта полностью закрыта.
Что касается помощи Гу Чаншэну в культивации...
Можно ли что-то изменить за три дня?
Конечно, нет.
Но они прекрасно понимали, почему Предок Меча отдал такой приказ. Нужно было, чтобы Гу Чаншэн как можно скорее ступил на путь совершенствования. Тогда, даже если случится беда и он попадет во Дворец Вопрошания Сердца, его прогресс не будет нарушен.
— А? Гу Чаншэн, ты куда?
В этот момент Верховные старейшины заметили, что Гу Чаншэн уходит, и окликнули его.
Гу Чаншэн, не оборачиваясь, ответил:
— Конечно же, спать.
Драка закончилась, значит, пора спать и отдыхать.
Хун Ли уже ушла, сказав, что ей нужно переварить полученные сегодня знания.
Все потеряли дар речи.
Несколько Верховных старейшин мгновенно окружили Гу Чаншэна и с натянутыми улыбками сказали:
— Гу Чаншэн, перед уходом Предок Меча приказал нам всеми силами помогать тебе в совершенствовании. Может, тебе лучше сначала сходить в Павильон Священных Писаний?
Гу Чаншэн посмотрел на них с недоумением:
— Разве Императорское Бессмертное Искусство Секты Небесного Меча не было утрачено давным-давно? Чему учиться в Павильоне Священных Писаний?
Когда Секту Небесного Меча осаждали как демоническую, все высшее руководство погибло в бою, и Императорское Бессмертное Искусство было утеряно в хаосе войны. Те техники, которые передавались сейчас, были второстепенными и не особо важными в прошлом.
Даже пять великих Техник Меча, которые практиковали Главы пяти пиков, были восстановлены ценой огромных усилий поколений предков.
Но без основной техники Техники Меча не могли проявить свою истинную мощь.
Для культиватора основная техника — это ядро, а Техники Меча и прочее — это сверхъестественные способности и приемы.
Без подходящей основной техники эффективность приемов значительно снижается.
Например, если культиватор практикует технику элемента огня, его Истинная Ци будет обладать свойствами огня.
Если же его приемы будут относиться к элементу воды, то при их использовании он не только потратит вдвое больше сил ради половинного результата, но и может навредить самому себе.
Нынешняя Секта Небесного Меча находилась именно в таком неловком положении.
Это и была коренная причина упадка секты.
Верховные старейшины на некоторое время лишились дара речи, помолчали и наконец сказали:
— Хотя Императорское Бессмертное Искусство утрачено, остались другие техники. Ты можешь практиковать их и заодно проверить свою скорость совершенствования.
Гу Чаншэн небрежно ответил:
— Тогда пусть принесут техники на задний двор Горы Врат Дракона. А я пока пойду посплю.
Сказав это, он, не обращая внимания на мысли старейшин, прошел мимо них и удалился.
Уходя, он зевнул, как будто и правда очень хотел спать.
Верховные старейшины переглянулись. Почему-то им казалось, что этот парень совершенно ненадежен.
— Хоть этот мальчик и овладел силой Небесного Меча, ему все же всего одиннадцать лет. Нам нужно направить его на истинный путь, — нашли они оправдание для Гу Чаншэна.
— Кстати, — Гу Чаншэн вдруг вспомнил кое-что и обернулся. — Пусть та девочка, что недавно вступила в секту, тоже придет.
Это хороший росток, нельзя его упускать.
Все вспомнили, что помимо Гу Чаншэна был еще один несравненный талант.
Девочка в зеленом платье из горной деревни.
— А парень-то неплох. Хоть ему всего одиннадцать, он уже ведет себя как настоящий Главный ученик, не забывает о младшей сестре, когда дело доходит до тренировок, — с довольным видом погладил бороду один из Верховных старейшин.
Остальные согласно закивали.
А вот Главы пяти пиков переглянулись. Еще до начала испытания на Небесной Лестнице Гу Чаншэн подошел к этой девочке поболтать. Неужели в таком юном возрасте у него уже проснулись романтические чувства?
Стоп!
Разве сейчас время думать об этом?
Секта в смертельной опасности!
...
...
Ночь.
Утес на заднем дворе.
Под сенью деревьев.
Два кресла-качалки.
В одном кто-то есть.
Другое пустует.
Гу Чаншэн лежал в кресле, казалось, он спал.
Хун Ли, сидевшая в позе лотоса в тени дерева рядом, внезапно открыла глаза. Мощная аура вспыхнула и тут же исчезла.
Она слегка приоткрыла свои алые губы и выдохнула мутный воздух. Блеск в ее прекрасных глазах угас, скрывшись в глубине.
Хун Ли искоса взглянула на юношу в черном, лежащего в кресле-качалке, и тихо произнесла:
— Четверо Верховных старейшин чуть ли не весь Павильон Священных Писаний тебе притащили. Не собираешься взглянуть?
Гу Чаншэн лениво перевернулся на другой бок и протянул:
— Старина Му привел тебя на гору больше десяти лет назад, почему ты не взглянула?
Хун Ли покачала головой:
— У меня свой путь.
Гу Чаншэн ответил:
— Совпадение, у меня тоже.
Хун Ли подняла бровь:
— Тогда почему ты просто не отказался от их доброты?
Сейчас четверо Верховных старейшин находились у соломенной хижины, обучая девочку в зеленом основам культивации и заодно ожидая, когда Гу Чаншэн проснется.
Гу Чаншэн медленно открыл глаза, и в их глубине мелькнул скрытый свет.
Он сел, потянулся и с наслаждением вздохнул.
— Ладно, раз они так искренни, придется их немного поучить.
Гу Чаншэн небрежно надел обувь, заложил маленькие руки за спину и неспешно направился к хижине.
Глядя ему в спину, Хун Ли не могла отделаться от ощущения, что в этом маленьком теле скрыта огромная тайна.
Он сказал... поучить их.
А не позволить им поучить его.
Кто же он.
На самом деле?
Хун Ли не стала спрашивать. Она знала, что даже если спросит, этот парень лишь ухмыльнется и с невинным видом скажет: «Сестрица, я Гу Чаншэн, мне всего одиннадцать лет».