Радость и гармония на Горе Врат Дракона

Глава 43. Радость и гармония на Горе Врат Дракона

Ши Чживан все-таки был выдворен Гу Чаншэном.

Гу Чаншэн отдал строгий приказ: если письмо не будет доставлено Главе секты, пусть даже не думает возвращаться.

Ши Чживан изначально хотел было использовать свой статус Верховного старейшины, чтобы еще немного поупираться, но Гу Чаншэн тут же и без обиняков сослался на так называемого "Старого Предка".

Ши Чживану оставалось лишь уйти, поджав хвост.

Теперь...

Мир вокруг стал чист и спокоен.

Без Ши Чживана, естественно, никто больше не бегал к нему с докладами о том, какая секта принесла выкуп.

Гу Чаншэн снова развалился в кресле-качалке, издав довольный стон:

— Сердце подобно белому облаку, всегда свободно, воля подобна текущей воде, плывет куда захочет...

Хун Ли, находившаяся в медитации, медленно открыла глаза и посмотрела на Гу Чаншэна, словно что-то поняв.

Перемены в Даосской Секте Небесного Меча до и после великой битвы были очевидны, но для этой пары «учеников» ничего, казалось, не изменилось.

Полдень.

Волны соблазнительных ароматов ударили в нос Гу Чаншэну, заставляя его ноздри трепетать и вынуждая разомкнуть сонные веки.

Он увидел Нин Яо, Святую Дворца Вопрошания Сердца, которая сняла неизвестно откуда взявшийся передник и продемонстрировала Гу Чаншэну целый стол, уставленный аппетитными яствами.

Глаза Гу Чаншэна слегка загорелись, и он улыбнулся:

— Неплохо, неплохо, всего за два дня такой прогресс.

Нин Яо, оставаясь все той же несравненной красавицей, перед Гу Чаншэном держалась просто и без высокомерия. Она тихо произнесла:

— Попробуй.

Гу Чаншэн погладил урчащий живот:

— Едим, едим.

Сказав это, он, не обращая внимания на Хун Ли и Нин Яо, принялся за еду в одиночку, уплетая за обе щеки.

Вкусно!

Быть смертным — это кайф!

Подумал про себя Гу Чаншэн.

Видя, что на этот раз Гу Чаншэн не стал придираться, Нин Яо втайне вздохнула с облегчением.

Ведь, оставшись здесь, она заявила, что готова на всё.

А Гу Чаншэн выдвинул лишь одно требование: попробовать готовить.

Похоже, это испытание она прошла.

Хотя Гу Чаншэн и выглядел как обычный одиннадцатилетний подросток, Нин Яо не считала его простым смертным.

Из-за боевой тетушки Юй Цююнь.

Из-за своего Наставника.

Из-за Старого Предка.

И, в еще большей степени, из-за того таинственного старшего, Старины Му.

Нин Яо, заметив, что Хун Ли все еще медитирует под деревом, негромко позвала:

— Присоединишься?

Хун Ли слегка покачала головой, с прохладцей ответив:

— Я уже много лет как отказалась от пищи.

Нин Яо улыбнулась и не стала настаивать.

Однако, когда Нин Яо уже повернулась, Хун Ли снова заговорила. Голос ее был тихим, словно предназначенным только для ушей Нин Яо:

— Мне нужно объяснение.

Нин Яо не остановилась и не ответила. Сев за стол, она начала накладывать еду Гу Чаншэну.

Хун Ли продолжала сидеть с закрытыми глазами, словно ничего и не говорила.

Полная гармония.

После еды Гу Чаншэн снова развалился в кресле.

Нин Яо взяла на себя уборку после трапезы.

На самом деле, для могущественного культиватора это было делом одного щелчка пальцев, но Нин Яо не торопилась и не использовала «чудесные методы бессмертных» в глазах смертных, а терпеливо и методично выполняла работу вручную.

В тени дерева.

Гу Чаншэн, лежа в кресле-качалке, сыто рыгнул.

Спустя мгновение он повернулся в сторону Хун Ли.

Хун Ли открыла глаза и посмотрела на него.

Гу Чаншэн лучезарно улыбнулся, обнажив белые зубы:

— Как думаешь, кто может меня убить?

Хун Ли покачала головой:

— В секте — никто.

— Но за пределами секты такие есть.

Небеса высоки, а люди — талантливы.

Улыбка Гу Чаншэна не угасла:

— Сестрица Хун Ли, не беспокойся обо мне. С того момента, как я покинул Древние Земли Погребения Небес, никто не способен меня убить.

Хун Ли слегка нахмурилась:

— Зачем ты мне это говоришь?

Гу Чаншэн снова откинулся назад, заложив руки за голову и глядя в безоблачное небо. Тон его был небрежным:

— Просто болтовня после еды.

Хун Ли поколебалась. Решив, что раз Гу Чаншэн сам завел разговор, то стоит обсудить пребывание Нин Яо здесь.

Но Гу Чаншэн опередил её:

— Ее культивация во Дворце Вопрошания Сердца и твоя на Горе Врат Дракона — это одно и то же. Строго говоря, вы с ней — настоящие сестры по учению. А кто старшая, а кто младшая — ответ внутри вас самих.

Хун Ли замолчала.

Спустя некоторое время она слегка кивнула:

— Я поняла.

Нин Яо, убиравшая посуду поодаль, естественно, тоже слышала эти слова.

Ее душа была спокойна, она осталась невозмутимой.

— Ха-ха-ха, вы и правда восприняли это всерьез?

Вдруг Гу Чаншэн расхохотался:

— Это все, черт возьми, устроил Старина Му, какое мне до этого дело?

Уголок рта Хун Ли слегка дернулся.

Нин Яо приподняла изящную бровь, выражая легкую беспомощность.

Этот парень... похоже, никогда не бывает серьезным.

Впрочем, благодаря ему атмосфера не становилась слишком напряженной.

И это к лучшему.

Иначе из-за инцидента с боевой тетушкой Юй Цююнь, Хун Ли рано или поздно пустила бы в ход кулаки.

Хотя Нин Яо не так много общалась с Хун Ли, она примерно понимала: этой девушке в красном, кажется, плевать на всё, кроме Гу Чаншэна.

И причина этого кроется в таинственном старшем, Старине Му.

А ведь у нее, Нин Яо, со Стариной Му тоже есть определенная кармическая связь.

И сейчас их общая карма, возможно, сосредоточена на Гу Чаншэне.

— Ладно, не ссорьтесь дома, я пошел гулять.

Гу Чаншэн хлопнул себя по бедру, встал с кресла-качалки и, заложив руки за спину, пошел по тропинке.

Как только спина Гу Чаншэна исчезла из виду...

Атмосфера на заднем склоне Горы Врат Дракона стала сгущаться.

Легкий ветерок шевельнул красные ленты на одежде Хун Ли, на мгновение закрыв ей обзор, и в этот миг она резко открыла глаза.

В следующее мгновение Хун Ли без предупреждения возникла перед Нин Яо. Глядя сверху вниз на девушку, которая все еще мыла посуду, она холодно спросила:

— Ту женщину по имени Юй Цююнь прислала ты?

Прядь волос Нин Яо, подхваченная ветром, упала ей на лоб, добавляя очарования. Ее взгляд оставался прикованным к посуде в руках. Алые губы слегка приоткрылись, и раздался чистый, мелодичный голос:

— Она действительно моя боевая тетушка, но ее нападение на Гу Чаншэна не было моим желанием.

Хун Ли равнодушно бросила:

— Я тебе не верю.

Нин Яо отложила посуду и подняла голову, глядя на Хун Ли.

Их взгляды встретились.

Пространство словно застыло.

Нин Яо слегка улыбнулась и тихо сказала:

— Неважно. Мы можем просто идти каждая своим путем, доверие друг друга нам не нужно.

Брови Хун Ли сошлись на переносице:

— Ты мозолишь мне глаза.

Нин Яо медленно поднялась.

Будучи чуть старше, она уже полностью расцвела, и ее фигура была заметно выше и изящнее, чем у девушки в красном.

Взгляд Нин Яо сменился с снизу вверх на слегка сверху вниз, в нем появилась некая властность:

— И что с того?

Лицо Хун Ли не изменилось, но жажда убийства в этот миг стала почти осязаемой.

Нин Яо вдруг отвела взгляд и тихо произнесла:

— Гу Чаншэн только что сказал: не ссориться дома.

Бум!

Хун Ли внезапно нанесла удар ладонью, словно желая пронзить пустоту.

Реакция Нин Яо была молниеносной: ее тело скользнуло, как луч света или испуганный лебедь, уклоняясь от удара.

Нин Яо нахмурилась, похоже, считая эту девушку неисправимо упрямой.

Уголок губ Хун Ли слегка дернулся, и она равнодушно произнесла:

— Он сказал не ссориться, но не говорил, что нельзя драться.

В этот момент.

Гу Чаншэн уже дошел до тренировочной площадки Горы Врат Дракона.

Почувствовав "дыхание Великого Дао", доносящееся с заднего склона горы, он широко улыбнулся:

— Сестрица Хун Ли такая умница.

Больше глав и многие другие тайтлы: https://boosty.to/nikoe234/about