Соревнование по Охоте (3)
Примерно в то время, когда Лусия, юные леди и мастера все вместе направились в оранжерею, Оуэн как раз достиг окраины леса.
«Кажется, мы пока не встретили ни одного монстра».
Все это было заслугой принца Ричарда ле Фрейона.
Изначально на охотничьих соревнованиях участники передвигались не в одиночку, а группами.
Впрочем, это правило касалось лишь обычных рыцарей и магов.
К таким титанам, как Оуэн, Мастер Меча, и еще несколько человек, оно не относилось.
Так было до прошлого года.
«Мы всё ещё на окраине леса, вероятно, поэтому».
В ответ на слова Оуэна Ричард слегка кивнул.
Прямой отпрыск императорской фамилии, Ричард обладал острыми чертами лица, светлыми волнами волос и золотистой аурой.
В нынешнем году ему исполнилось девятнадцать, и он был единственным императорским принцем империи Фрейон.
Сверстник Луи, на следующий год он должен был стать совершеннолетним.
Возможно, поэтому император надеялся, что Ричард укрепит свои позиции как наследник.
До прошлого года он не позволял принцу участвовать в охотничьих соревнованиях, считая их слишком опасными.
Теперь же, демонстрируя готовность наследного принца лично защищать север, он рассчитывал завоевать поддержку подданных.
«Как и ожидалось, герцог отлично знает "Лес Глаз"».
«Уверен, владелец этих земель, маркиз Керес, осведомлён лучше меня».
В ответ на восхищение Ричарда Оуэн произнёс это, приподняв голову.
Тогда Ричард кивнул, словно размышляя вслух.
«Верно. Графиня Керес — владелица этих земель. Все вы поистине удивительны».
Хотя Ричард и не был гениальным рыцарем, которого можно пересчитать по пальцам, он всё же являлся экспертом, владеющим аурой.
Несмотря на то что условия для охоты у него были куда более благоприятными, чем у обычных рыцарей, император, движимый решимостью, лично попросил маркиза Кереса составить для принца особую группу.
Формирование, которое император запросил и создал лично для Ричарда, отнюдь не было обычным.
Мастер Меча Оуэн, организатор соревнований и маг шестого класса графиня Керес, мастер клинка Луи и лорд магической башни Кайл — изначально второстепенный герой.
До прошлого года все они охотились поодиночке. Однако из-за скорости Кронпринца, для которого это были первые соревнования, даже те, кто привык действовать в одиночку, не могли от него отстать.
Какой бы оживлённой ни была беседа, двигаться быстрее она не помогала.
В результате группа всё ещё неспешно продвигалась по окраине леса.
«Ваше Высочество, Кронпринц, и вправду удивителен», — высказалась графиня Керес.
Она, единственная из четверых открыто поддерживавшая имперскую партию, первая отозвалась на похвалу Ричарда.
В ответ на её слова Ричард кивнул.
«Это всего лишь любезность с вашей стороны».
«Любезность? Я совершенно искренен, Ваше Высочество».
Оуэн, наблюдавший за обменом репликами между ними, решил тихо отстраниться от беседы. Лесть не была его сильной стороной.
Поскольку «Оуэн» не был тем, кто расточает незаслуженные похвалы, не было никакой нужды выдавливать из себя дежурные комплименты.
Пока Оуэн переводил взгляд в сторону, к нему приблизился Луи.
«Эм, Ваша Светлость».
В ответ на обращение Луи Оуэн холодно взглянул на него.
Перечитав оригинал десятки раз, Оуэн мог похвастаться, что знает о проступках Луи лучше кого бы то ни было. Луи был тем, кто всеми силами ненавидел и изводил собственную сестру, Лусию.
Позже он даже помог главному герою, Оуэну, довести её до гибели.
Оуэн не мог относиться к такому человеку благосклонно.
«…Я хотел бы кое о чём спросить».
Луи явно удивился, встретившись с глубоким, тёмным взглядом Оуэна. Вероятно, это была неожиданная, мгновенная реакция, и удивление Луи было вполне естественным.
Видя его замешательство, Оуэн молча дал понять, что слушает.
Тогда Луи продолжил, наконец раскрыв рот.
«Правда ли то, о чём говорят?»
Прямой вопрос Луи, без сомнения, был навеян вчерашними словами Лусии и шокировавшей всех сценой с повязыванием шнурка. Слухи о них с Оуэном, должно быть, уже разнеслись повсюду.
«Слухи?»
Увидев недоумение на лице Оуэна, Луи неглубоко вздохнул, словно с облегчением.
Как будто ему повезло.
«Видимо, нет. Как и следовало ожидать, вчерашние слова Лусии и сегодняшнее представление оказались ложью».
«Нет».
Внимательно выслушав Луи, Оуэн сузил глаза и заговорил снова.
«Я лишь спрашиваю, о каких слухах идёт речь».
«…»
«Если это касается Лусии, то это правда».
Оуэн заявил твёрдо.
Он прекрасно понимал, на что намекал Луи. После утренней церемонии сомневаться было не в чем. Но это было сказано и из опасений, что Лусии может быть причинён вред, и из желания положить конец её страданиям от родного брата.
«…Этого не может быть».
Хотя Оуэн говорил с полной уверенностью, Луи с трудом верил в это, что было видно по его недоверчивому взгляду. Он всё ещё цеплялся за надежду, что его сестра солгала, а Оуэн лишь сыграл роль из вежливости.
«Но… Но Лусия не заслуживает таких похвал и такого внимания…»
«Лорд».
Оуэн ледяным тоном перебил Луи, который начал говорить в своей обычной манере.
«Как бы вы ни были ей братом, вам не следует говорить о ней подобным образом».
В его низком, сдержанном голосе звучала холодная ярость.
Под воздействием этого тона Луи на мгновение оцепенел.
Причиной тому была тяжесть гнева Оуэна.
«Надеюсь, я больше не услышу о ней таких слов».
В ответ на это предупреждение Луи крепко закусил нижнюю губу.
«Значит, правда».
Он не мог в это поверить и не хотел верить.
Однако тот факт, что обычно невозмутимый Оуэн произнёс эти слова с такой яростью, означал, что она — его возлюбленная. Не просто мимолётный интерес, а нечто большее.
Пусть он и обладал суровым характером, Оуэн был не из тех, кто позволял обижать своих людей у него на глазах. Теперь Луи наконец это понял. Его сестра больше не была «его» сестрой, которую можно безнаказанно оскорблять. Она стала человеком, находящимся под защитой герцога Вердена.
«Значит, они… возлюбленные».
Хотя слова Оуэна были продиктованы гневом на того, кто осмелился плохо отозваться о Лусии, Луи этого не знал. Для него это прозвучало как прямое и недвусмысленное подтверждение слухов.
Примерно в то время, когда Луи суетился и делал далеко идущие выводы, Кайл, возглавлявший группу, обернулся.
«Если мы будем продолжать двигаться так медленно, нам достанется самое последнее место».
В голосе Кайла звучала явная досада.
Из всех четверых он был единственным простолюдином по происхождению.
Возможно, поэтому он не особенно церемонился с этикетом и выражением лица. Он сохранял вежливость ровно настолько, чтобы не переходить границы.
«Если мы уже так сильно отстали, давайте поторапливаться».
Оуэн, уже отвевший взгляд от раздражавшего его Луи, посмотрел на Кайла.
«Вот он, второстепенный герой, во плоти».
Настроение, которое успело подпортиться из-за слов Луи, заметно улучшилось.
Раньше у него не было возможности как следует его рассмотреть, поскольку всё внимание было приковано к принцу Ричарду и Луи. Да и совсем недавно он не мог сосредоточиться на Луи из-за его дурных слов о Лусии, что изрядно испортило ему настроение.
Теперь же, разглядывая Кайла, он находил его облик весьма занимательным.
При виде Лусии он понял, что всё описанное в тексте, изображённое на иллюстрациях и в вебтуне, не идёт ни в какое сравнение с реальностью.
Её невозможно было уместить в столь ограниченные рамки.
Что же касается Кайла, то он казался точной копией своих изображений в вебтуне и иллюстрациях, как и было описано в веб-романе.
Луи же обладал утончённой и яркой внешностью.
«Что-то знакомое».
Хотя они встречались впервые, Оуэну почему-то было приятно видеть Кайла.
Возможно, потому что Кайл был одним из немногих знакомых лиц, которых он видел с тех пор, как попал в «Цветок Империи». Возможно, потому что он знал его будущую роль и скрытую силу.
«Вылитая обложка».
Даже если это и было немного односторонне, встреча с кем-то, чьё лицо казалось знакомым, вызывала у Оуэна странное волнение.
Вероятно, причина была в том, что круг его общения был практически равен нулю.
У Оуэна не было ни одного человека, кого он мог бы назвать другом. В результате, за исключением Лусии, все, с кем он встречался, преследовали деловые цели.
Возможно, устав от подобных отношений, он испытывал радость при виде знакомого лица Кайла.
«…Почему вы так на меня смотрите?»
Был ли взгляд Оуэна слишком пристальным?
Кайл ответил, нахмурившись.
Поморщившись от несколько грубоватой манеры Кайла, Луи, уже закончивший свои возвышенные размышления, приблизился к нему.
И принялся отчитывать.
«Даже если вы и хозяин магической башни, вам не следует так разговаривать с герцогом».
Увидев, как Луи горячится, Оуэн наконец вспомнил, что в оригинальной истории тот его глубоко уважал. Но сейчас это уважение граничило с подобострастием и мешало делу.
Оуэн тихо вздохнул и вмешался, останавливая Луи.
«Достаточно. Это я доставил неудобство лорду. Приношу свои извинения».
И Луи, и Кайл, и даже Керес были поражены смиренными извинениями Оуэна. Герцог Верден, известный своей непреклонностью и высокомерной холодностью, извинялся? Перед лордом магической башни, пусть и могущественным, но всё же простолюдином?
«Извиняться перед лордом магической башни… Неслыханно», — пробормотал Луи.
«Даже герцог Верден извиняется…», — чуть слышно произнесла графиня Керес.
Хотя они оба пробормотали это про себя, Оуэн с его острым слухом уловил каждое слово.
Увидев их несколько скептическое отношение, Оуэн хотел было что-то сказать в оправдание, но сразу же передумал. Что бы он ни сказал, эти двое наверняка удивятся ещё больше. Пусть думают, что хотят. Ему надоело играть роль бесчувственного куска льда.
‘Всё равно я как тот бесполезный главный герой из оригинальной истории’, — с досадой подумал он о своём прежнем «я».
Вместо оправданий Оуэн дёрнул поводья, заставляя коня двинуться быстрее.
Естественно, скорость группы возросла, и Оуэн, обогнав остальных, бросил через плечо:
«Давайте поторопимся. Разве вы не говорили, что не хотите оказаться в самом хвосте?»
Услышав его небрежный тон, Кайл недоверчиво покачал головой.
‘Что это за человек такой…’
Он коротко усмехнулся и вскоре тоже пришпорил коня.
Поскольку двое ушли вперёд, Луи, растерянно бормоча: «Почему они уезжают одни…?», поспешил за ними.
«Похоже, все хотят поскорее вернуться», — сухо констатировала графиня Керес.
Пробежав ещё несколько минут, отставшая было группа наконец достигла центральной части «Леса Глаз», где и появлялись монстры.
«Вон они, монстры», — сказал Ричард, словно заворожённый видом существ, которых он видел впервые.
В отличие от его реакции, остальные сохраняли полное равнодушие.
Они участвовали в охотничьих соревнованиях регулярно и встречали монстров уже не раз, так что их бесстрастие было понятно.
За исключением Оуэна.
«Выглядят здоровее, чем я думал».
Внешне сохраняя невозмутимость, Оуэн был тайно очарован.
Благодаря святой главной героине, монстры появлялись в романе многократно, но их внешний вид никогда подробно не описывался.
Сюжет обычно фокусировался на том, как Белла, главный герой Оуэн и второстепенный герой Кайл успешно побеждали чудовищ. Даже в вебтуне боевые сцены встречались нечасто, а сами существа изображались как тёмные, размытые силуэты без каких-либо деталей.
«Просто обычное дикое животное, только мрачного цвета».
Настоящий вид встреченного монстра немного отличался от того, что Оуэн видел в вебтуне.
Существо действительно напоминало обычного зверя, только окрашенного в сплошной чёрный цвет. Оно не было уродливым или странным, наоборот, выглядело вполне обыденно, что в какой-то мере делало его ещё более зловещим.
Пока Оуэн и группа наблюдали за монстром, с противоположной стороны раздался громкий вопль.
«А-ах…!»