Заткнись, старый развратник
Главный зал, расположенный в самом сердце Дворца Главы Секты Небесного Демона.
Собравшиеся здесь люди походили на ожившие кошмары. Демоны, окутанные зловещими аурами, застыли в причудливых и пугающих позах — это были старейшины, элита Дворца Главы.
Среди этого сонма чудовищ появился мужчина средних лет, чей облик казался на удивление обычным. Однако стоило ему сделать шаг, как все старейшины, словно по команде, склонили головы в глубоком поклоне.
— Да пребудет Демонический путь во всей Поднебесной! Приветствуем заместителя главы!
Демон Лазурной Крови Ён Джинсок.
Он ответил на приветствие едва заметным, полным достоинства кивком.
— Рад видеть почтенных старейшин.
Джинсок был вторым сыном Великого главы Ён Мугыка. После безвременной кончины старшего брата он взял на себя роль первенца и сумел возвыситься до поста заместителя главы.
Однако природа обделила его: тщедушное телосложение и слабый врождённый потенциал не позволили ему достичь высот в боевых искусствах. В итоге он оказался в тени своего племянника, Ён Бэкхона, и так и не смог занять место Молодого главы.
К счастью, у Ён Джинсока был иной талант — политическая хватка и умение плести интриги, собирая вокруг себя верных людей.
— Заместитель главы, нам нужно поговорить.
К нему плавной походкой приблизился старик. Его серебристые волосы были идеально зачёсаны назад, а лицо, казавшееся вырезанным из тончайшего фарфора, отличалось редкой красотой.
Его звали Ку Манбон. В Муриме он был больше известен под прозвищем Нефритоволицый Старец-Развратник. Именно он, будучи Великим старейшиной, возглавлял совет Дворца Главы.
— То, о чём мы договаривались вчера... всё остаётся в силе?
— Разумеется.
Ён Джинсок кивнул, но его лицо оставалось предельно серьёзным.
— Как я и говорил, это станет возможным только в том случае, если вы, Великий старейшина, приложите свою руку. Сами понимаете, моих полномочий недостаточно, чтобы наложить дисциплинарное взыскание на Молодого главу. А если отец выступит против, я не смогу ему перечить.
— Хм, это верно.
— Но если вы поддержите меня, отцу придётся признать нашу правоту. Ведь вы, Ку Манбон, — истинная опора и мудрость нашей секты.
— Опора? Ну, зачем же так громко... Ха-ха!
Старик самодовольно рассмеялся, явно польщённый лестью.
— Хорошо. Ради будущего нашей секты я помогу. Молодой господин Чханхон куда больше подходит на роль наследника, чем этот несносный мальчишка. Безусловно!
— Благодарю вас, Великий старейшина.
Когда Джинсок отвернулся, на его губах промелькнула холодная, змеиная усмешка. В его голове роились ледяные мысли.
«Ён Бэкхон, сегодняшний день станет для тебя последним в кресле Молодого главы».
Враждебность к племяннику перемешивалась в его душе с вязкими, липкими амбициями. План по возведению собственного сына на пьедестал власти полностью захватил его разум.
«Если старейшины выступят единым фронтом, даже отец не сможет защитить его от наказания. И тогда у Чханхона появится шанс».
Старший сын Джинсока, Ён Чханхон, не был таким выдающимся гением, как Бэкхон, но при должной поддержке Дворца Главы он вполне мог достичь Стадии Небесного Демона.
«Раньше в линии наследования не было ни единой трещины. Отец слишком сильно баловал этого щенка...»
Но когда Ён Бэкхон погряз в пьянстве и разврате, постоянно влипая в неприятности, ситуация начала меняться. А последний инцидент и вовсе пробил в его репутации невосполнимую брешь.
Священная Запись Пленения Демонов, реликвия секты, бесследно исчезла. Царь Сабель Разверзающий Горы и весь третий охранный отряд уничтожены.
«Разве это можно назвать обычным происшествием?»
Любого другого последователя за такое преступление немедленно лишили бы конечностей. Джинсок планировал использовать Ку Манбона, чтобы подстрекнуть старейшин и создать почву для смены наследника.
И если вдруг...
Если тот, кто сейчас войдёт в зал, окажется не Молодым главой, а всего лишь его жалким двойником?
«Тогда я низвергну Бэкхона за святотатство и оскорбление достоинства Дворца».
Джинсок ни на мгновение не допускал мысли, что Бэкхон мог погибнуть при том взрыве.
К нему бесшумно приблизился управляющий и прошептал:
— Молодой глава прибыл.
— Пусть немедленно входит.
Время пришло. Заместитель главы обернулся к застывшим в ряд старейшинам и громко объявил:
— Это заседание Совета правосудия проводится с личного позволения Великого главы, и председательствовать на нём буду я! Прошу всех проявить мудрость!
— Слушаемся, господин заместитель главы!
В следующий миг раздался зычный голос слуги:
— Молодой глава Ён Бэкхон входит в зал!
Скрежет!
Тяжёлые ворота распахнулись. В дверях показалась невысокая фигура юноши. Он шёл неспешным, расслабленным шагом. Сохраняя невозмутимый вид, он слегка склонил голову, соблюдая формальные приличия.
— Я, Молодой глава Ён Бэкхон, приветствую старейшин священной секты.
Топ, топ.
Его шаги эхом отдавались в тишине. Юноша шёл вперёд, словно не замечая удушающей, смертоносной ауры, исходящей от старейшин. Он поднял взгляд.
Там, на самом возвышении, находилось кресло Великого главы. Но сейчас оно было скрыто длинным чёрным занавесом.
...
Эта преграда казалась непроницаемой стеной, но юноша долго и пристально вглядывался в неё, словно пытаясь пронзить взглядом тьму. Затем он медленно повернулся к Ён Джинсоку.
— Начинайте.
Всё та же заносчивая уверенность. Но долго ли она продлится? Заместитель главы в упор посмотрел на племянника.
— Управляющий, объяви о начале Совета правосудия.
— Слушаюсь. Настоящим объявляю заседание Совета правосудия по делу Молодого главы Ён Бэкхона открытым!
...
Во рту пересохло, словно я наглотался песка. И это не было плодом моего воображения.
«Действительно, всё пересохло».
Причиной тому была ледяная, пробирающая до костей жажда крови, исходящая от выстроившихся по обе стороны старейшин.
— Хм, вы только посмотрите на этот наглый взгляд. Молодой глава ни капли не изменился.
— Ц-ц-ц. Я так и знал, что его безрассудство до добра не доведет. Царь Сабель Разверзающий Горы был великим хранителем, которого ценил сам Великий глава, не так ли?
— Именно. В этот раз ему так просто не выкрутиться. Хе-хе-хе...
Каждый раз, когда окутанные демонической ци старики бросали в мою сторону колкие замечания, по моей спине пробегал ледяной пот. Я так сильно кусал изнутри язык, что он уже давно превратился в кровавое месиво.
«Если тебе совсем невмоготу, используй Лазурные Глаза Призрачного Божества. Ты потратишь немного Истинной Ци, но зато станет гораздо легче».
Дух Пленения, видимо, не выдержал моего состояния и решил дать совет. Но я лишь горько усмехнулся про себя.
«О чём ты говоришь? Сейчас нужно экономить каждую каплю энергии и держаться на одной силе воли».
«И как долго ты собираешься это делать?»
«Не знаю. Обстановка здесь сложилась... специфическая».
Войдя в зал, я первым делом начал искать глазами Ён Мугыка. Однако место Великого главы было затянуто чёрным пологом, а его власть представляли двое: заместитель главы Ён Джинсок и Великий старейшина Ку Манбон.
Едва увидев их, я сразу понял, куда дует ветер.
«Старейшины, которые раньше горой стояли за Ён Бэкхона, теперь дышат холодом, а Ён Джинсок явно ими дирижирует...»
Это означало лишь одно: началась подковерная борьба за место наследника, и за всем этим стоит мой «дорогой» дядя. Дух Пленения, однако, не до конца понимал суть происходящего.
«Этот старый хрыч решил на старости лет побороться за место Молодого главы? У него же таланта к боевым искусствам — кот наплакал».
«Он метит не для себя. Он хочет пропихнуть своего старшего сына. Ён Чханхон считается довольно одарённым малым».
«О как».
Великий старейшина Ку Манбон, стоящий рядом, наверняка был подкуплен или вовлечен в эту игру. Проще говоря, стоило мне оступиться, как на меня набросилась свора гончих. Я чувствовал себя енотом, загнанным в угол стаей псов.
И больше всего меня тревожило отсутствие «тигра».
«Алый Небесный Демон Ён Мугык».
Почему этот старик не пришел? Неужели он решил списать Бэкхона со счетов? Или же...
«Это испытание?»
Он хочет посмотреть, сможет ли молодой тигренок сам перегрызть глотки этим псам? В памяти Бэкхона всплыли обрывки старых разговоров.
— Бэкхон, в жилах семьи Ёнма течет иная кровь. Ты должен быть другим.
— Всегда будь готов доказать, что достоин своего титула.
— Я запомню это, дедушка.
Это был разговор внука и деда. Скорее всего, Алый Небесный Демон примет сторону того, кто выйдет из этой схватки победителем. Он был именно таким человеком.
«Да, истинный Небесный Демон требует битвы, а не мира».
Память Бэкхона давала мне твердую уверенность в этом. А значит...
«Этот кризис можно превратить в шанс».
«О каком шансе ты говоришь?»
«Конечно же, о шансе сбежать из этих Сто Тысяч Великих Гор».
И тут тишину разорвал громовой голос.
— Молодой глава! Как ты смеешь витать в облаках, находясь в таком месте!
Это был Ку Манбон. Нефритоволицый Старец-Развратник первым пошел в атаку.
— Позвольте мне начать!
Несмотря на преклонный возраст, этот старик сохранил черты записного красавца. Он сделал шаг вперед и возвысил голос, обращаясь к собранию:
— Как всем вам известно, Молодой глава пренебрег своими обязанностями наследника нашей веры, погрязнув в пьянстве и распутстве. И вот результат: бесценная реликвия, Священная Запись Пленения Демонов, утеряна! Царь Сабель Разверзающий Горы, один из трех великих хранителей, и его отряд бесследно исчезли!
— Ох... — по залу пролетел тяжкий вздох старейшин.
— Хотя Молодой глава действовал тайно и все обстоятельства еще не выяснены, по моим сведениям, за всем этим стоит мальчишка по имени Чан Хосам, который служил его двойником. Это не что иное, как преступная халатность со стороны наследника!
— Хм, справедливо.
— Согласен, — послышались одобрительные возгласы.
— Таким образом, Молодой глава виновен в использовании двойника без ведома секты, в потере священной реликвии и в неисполнении своего долга перед последователями. За такие грехи он должен понести суровое наказание!
Закончив речь, Ку Манбон обвел зал тяжелым взглядом.
— Если у кого-то из старейшин есть иное мнение, прошу, высказывайтесь без стеснения.
Попробуйте только вякнуть против. Я внутренне усмехнулся.
«Никто не рискнет».
Это говорил лидер совета старейшин. К тому же за его спиной стоял заместитель главы. Кто осмелится перечить такой силе?
— Восточный старейшина Хэ Хон поддерживает слова Великого старейшины.
— Северная старейшина Ё Дохян считает, что Великий старейшина абсолютно прав.
— Южный старейшина Хёк Иллён согласен.
— Западная старейшина Ю Сон поддерживает.
Четыре главных старейшины сторон света задали тон. Остальным оставалось только кивать.
— Похоже, возражений нет. Тогда я, от лица всех старейшин Дворца Главы, спрашиваю тебя, Молодой глава.
Его острый, как бритва, взгляд впился в меня.
— Что произошло в тот день и почему всё закончилось именно так? Расскажи всё без утайки и лжи!
Взгляды старейшин буквально препарировали меня. Казалось, еще немного — и кожа на моем лице лопнет под этим давлением. Но я хранил молчание.
Ён Джинсок, стоявший плечом к плечу с Ку Манбоном, скривил губы в усмешке.
— Бэкхон, ты решил играть в молчанку? Не самый мудрый выбор.
...
Дело было не в молчании. Мои челюсти так одеревенели от чужой магической энергии, что я едва мог ими пошевелить.
«Впрочем, я и так не собирался отвечать, так что невелика потеря».
У меня был другой план. Сначала я слегка разогнал Истинную Ци по каналам, чтобы вернуть телу подвижность. Затем я засунул руку в складки одежды и нащупал серый мешочек.
«Посмотрим...»
Кончики пальцев коснулись гладкого нефритового кольца. Изящное украшение, которое совсем не подходило мужской руке, тускло мерцало. Я вытащил его и поднял высоко вверх, чтобы все могли видеть.
— Вот мой ответ, Великий старейшина.
Кольцо красовалось на моем вытянутом среднем пальце. Смысл жеста был понятен любому.
«Подавись этим и заткнись, старый развратник».
В зале мгновенно поднялась буря.
— Ах ты, паршивец!..
— Как он смеет оскорблять Великого старейшину!
— Даже для Молодого главы это верх наглости!
На меня обрушилась лавина ярости и густой, липкой демонической ци.
— Ты совсем с ума сошел? — Ён Джинсок недоуменно склонил голову, глядя на меня как на безумца.
Но меня интересовала реакция лишь одного человека. Плечи Ку Манбона мелко задрожали.
...
Старик не мог оторвать взгляда от кольца. Я широко улыбнулся.
«Вот так. Смотри внимательнее».
Эта безделушка была тем самым предметом, который мог легко лишить этого старика головы.