Блуждающий огонёк катакомб

— Хья-ха-ха! Попался я тебе, детектив!

Смуглая женщина услышала этот крик у себя за спиной.

— Только не забывай! Я обязательно...!

— …Жалкое зрелище.

Выдохнув струю фиолетового дыма, она бросила эти слова с полным презрением.

Мужчина, которого уже уводила полиция, для неё был делом прошлого.

— Великолепная работа, мисс Слейни.

Следующий голос принадлежал лорду владений Рубивасов.

Мужчина средних лет с золотыми волосами и багровыми глазами, безошибочно выдававшими фамильное сходство, мягко улыбнулся.

— Всё оказалось именно так, как о вас говорили. Ваше мастерство безупречно. Я правильно сделал, что поручил это вам.

— Это моя работа.

— Ха-ха-ха. …Кстати, у меня есть к вам ещё одна просьба.

— Хм?

Поправив сигарету в губах, женщина чуть нахмурила красиво очерченные брови.

Она только что закончила дело, полученное напрямую от самого лорда. Во время расследования она заодно проверила и происшествия, тревожившие город, так что новых дел, где могло бы понадобиться её участие, вроде бы не оставалось.

— Что ж... говорить об этом неловко, но... моя дочь сбежала из дома.

— А? …Чего? Сбежала? То есть...

— Да. Я хочу, чтобы вы нашли её и вернули обратно. Похоже, она уже покинула город... а если так, даже возможности моего дома отслеживать её уже ограничены. Место, куда она, скорее всего, направилась... довольно проблемное.

— …Хм.

Немного помолчав, женщина ответила:

— Ладно. Обычно я не беру дела о пропавших людях, но я у вас в долгу, лорд Рубивас. Итак, какие у вашей дочери приметы? Золотые волосы и красные глаза, я полагаю?

— Да. Однако...

Лорд на мгновение замялся.

— Ей уже за двадцать... но ростом она невелика и выглядит почти ребёнком.

— Понятно. Имя у неё было...?

— Шейла. Шейла Рубивас.

— Я непременно её найду. Ну а теперь что за «проблемное место» вы имели в виду?

— Место, куда, скорее всего, направилась моя дочь, это ──── Балдиум.

●

— Да что с этим городом вообще не так, мать его?!

Громкая ругань, прервавшая ленивое утро Нормана в гостиной, принадлежала Лонздер.

В просторной общей гостиной их съёмного дома.

Норман сидел в одноместном кресле и читал книгу.

Неподалёку, на ковре, Элтиль складывала бельё, а в углу комнаты неподвижно лежала какая-то фигура, укрытая чёрной тканью.

Было только что после завтрака.

Лонздер ворвалась внутрь, с такой силой распахнув дверь ногой, что та едва не слетела с петель, швырнула куртку, рухнула на диван и тут же закурила.

— …Что случилось?

— У меня сейчас чудовищно мерзкое настроение. Элтиль! И мне тоже чаю! Да покрепче, чтоб бренди там было столько, что человека убьёт!

— Тогда это уже бренди с каплей чая, а не наоборот.

Элтиль вздохнула, но всё-таки поднялась.

Пышные золотые волосы ради работы были собраны в хвост. Как обычно, на ней было простое платье и джинсовый фартук. Она направилась на кухню.

Проводив её взглядом, Норман закрыл книгу.

— Лонздер? Что стряслось?

— Я в нуле.

— А?

— Ходила играть в рулетку. Начала ещё вчера вечером. Сначала шло хорошо, а к рассвету уже сливалась. Потом очнулась — а я в минусе подчистую. Нажралась в баре, записала всё в долг, пить надоело, вот и вернулась.

— Боже ты мой...

Поведение по учебнику под названием «саморазрушение».

— Это странно. Очень странно. Если бы мне просто не повезло, ладно. Но какого чёрта я вообще ушла в минус? Это уже не про удачу. Чёрт... этот город проклят.

Закинув длинные ноги одну на другую, Лонздер продолжала ворчать, нетерпеливо дёргая ступнёй.

Норман посмотрел на неё с тревогой.

— Азартные игры... может, тебе всё-таки стоит немного притормозить?

— Мудрые слова, Норман. Очень конструктивно. Жаль только, что следовать им решительно невозможно.

— И ты говоришь это с такой уверенностью...

— Лонздер, чисто из любопытства...

Элтиль вернулась с кухни, протянула ей чашку и спросила:

— Вы ведь детектив, верно? Тогда почему вы так плохи в азартных играх? Разве не должны читать людей по мелочам и предугадывать их ходы?

— Тц... до чего же бессмысленный вопрос...

Взяв чашку, Лонздер осеклась на полуслове и нахмурилась.

— …Погоди. Слишком быстро. Это ведь не свежий чай? И бренди тут нет.

— Это остатки с завтрака. С какой стати мне стараться для вас?

— Норман, чему ты вообще учишь свою горничную? Готовый чай — это мерзость.

— Элтиль заботливая как горничная, но горничной она не является. И потом, ты неудачно пришла. Явись ты на час раньше, был бы свежий.

— Тц... если бы попросил Норман, ты бы и новый заварила.

— Вы не Норман-сама.

Поморщившись, Лонздер отпила остывший чай.

— Фу... ну и ладно. В общем, Элтиль. Да, я чертовски хороший детектив. Если захочу, могу считывать привычки крупье, предугадывать действия других игроков, да хоть что они ели на завтрак.

— А, то есть это просто слова человека, который не умеет проигрывать.

— Нет. Слушай сюда.

Она гордо выпятила грудь.

— ──── Какой смысл в азартной игре, если заранее знаешь, что выиграешь?

— Поэтому вы и без денег.

— Ну бывает.

Элтиль одарила её бесстрастным взглядом, но Лонздер проигнорировала это, продолжая курить и запивать всё горьким чаем.

— В общем, когда я играю, я делаю это честно. Специально запечатываю собственную способность рассуждать. Очищаю голову и стараюсь не думать лишнего. Поняла? Если хочешь, в следующий раз можем сходить играть вместе.

— Нет, благодарю. Я не люблю азартные игры.

С тяжёлым вздохом Элтиль снова взялась за бельё и отвернулась.

— Как всегда, холодна. Ну тогда, Норман, раз уж у меня такое паршивое настроение, есть у тебя какая-нибудь интересная история, чтобы меня развеселить?

— Ну, «развеселить» — это, может, сильно сказано, но...

— Мм?

— Речь о деле. Для Лонздер-сан. И... я бы хотел, чтобы Эль тоже это услышала.

— И я тоже?

Эль с любопытством склонила голову, а Лонздер, закинув ногу на ногу, бесстрашно ухмыльнулась.

— Дело про самоцвет и адскую гончую? Звучит недурно. Похоже, будет весело.

●

— Кхм. Итак, прошло уже примерно с месяц с тех пор, как появилось это детективное агентство [Elementary]...

— Что это ещё за вступление такое? Оно вообще нужно?

— Как вы смеете перебивать! Норман-сама, прошу, продолжайте! Даже если вы начнёте с самого первого дня нашего знакомства, я буду слушать, затаив дыхание!

— Почему именно про тебя?

— Э-э... да. В общем...

Стоя посреди гостиной, Норман слегка сбился, но быстро взял себя в руки.

После происшествия с Джимом Адамвортом прошёл уже примерно месяц.

К этому времени все пятеро уже успели привыкнуть к совместной жизни.

За это время, разбирая дела об Отступниках как агент [Картезиуса], он одновременно...

— Норман, только уточню. Это ведь работа от [Картезиуса], да? Опять Отступник? Если окажется, что это очередной случай измены, я с ума сойду.

...начал принимать и просьбы от жителей города.

Как и сказала Лонздер, там было всё подряд: измены, поиски пропавших, потерявшиеся коты, проверка парней, с которыми встречаются чужие дочери.

Скорее не «детективное агентство», а бюро странных поручений.

Подобные бытовые дела, похоже, не слишком интересовали Лонздер, так что в основном ими занимался Норман, а в свободное время помогала Элтиль. Иногда, если им хотелось, могли подключиться Лонздер или Кларес.

(Уровень участия Сидзуку, впрочем, по-прежнему оставался твёрдым нулём.)

— Что ж... заказ и правда от [Картезиуса], но это не дело об Отступнике.

— А?

— Это... необычно. Вообще-то, кажется, у нас такого ещё не было.

— Да. У меня тоже.

С тех пор как Норман начал работать с Отступниками в Балдиуме, прошло уже полтора года.

За это время он вместе с Сидзуку, Элтиль, Лонздер и Кларес каждую неделю сталкивался с происшествиями, связанными с Отступниками, действуя по приказам [Картезиуса], а точнее — своей старшей сестры Сферы.

Отступники.

Те, кто нарушает законы этого мира.

Люди с уникальными способностями, слишком разными, чтобы их можно было свести к одному типу.

Единственное, что их объединяет, — они необъяснимы.

Они опровергают привычную физику и выходят за пределы того, что признаёт современная наука.

То, чего не должно существовать, но что всё равно существует. Монстры, сбившиеся с человеческой дороги.

Но —

— Если говорить коротко, в этот раз это не расследование. Нужно поймать беглеца. И не Отступника — обычного человека. Хотя при необходимости разрешено убить.

— Хм. Это необычно... нет, даже не необычно, а странно. Разве [Картезиус] не та подозрительная контора, которая курирует Отступников? С каких это пор они делают грязную работу за полицию?

— Насчёт «подозрительная» спорить не стану, но формально это всё-таки государственная структура. Я спрашивал сестру, но она ушла от ответа.

— …Вот же дрянь. Так и хочется разбить ей очки.

— Лонздер, всё-таки она сестра Нормана-самы. Могли бы хотя бы держать такие мысли при себе.

— О? То есть ты не отрицаешь ни «дрянь», ни «разбить очки»?

— Я образец сдержанности.

— Ха-ха-ха-ха! Это говорит женщина, которая разгуливает практически в одном только плаще! Хороша шутка!

Лонздер расхохоталась, а Элтиль лишь сладко улыбнулась.

Почувствовав, как воздух начал напрягаться, Норман поспешно вернул разговор к делу.

— В общем, у сестры ужасный характер, но в этот раз работа и правда отличается от обычной. И с той скудной информацией, что она дала, тут что-то не так. Тебе ведь такое нравится, да, Лонздер-сан?

— Неплохо. Ну и что мы знаем? Раз заказ прямо под меня, значит, причина есть.

— Беглец... вообще-то, откуда он сбежал? Мне даже этого не сказали. И уж тем более не объяснили, какое преступление он совершил.

Норман подумал: если спокойно об этом поразмыслить, информации они жмут как-то уж слишком сильно.

Сфера рассказала ему совсем немного.

Но —

— Сестра сказала, что достаточно будет просто произнести это имя при Эль и Лонздер-сан.

То самое имя —

— Оуэн Уиспер... кажется, его так зовут.

По крайней мере, Норман этого имени раньше не слышал.

Сфера намеренно говорила загадками, и у него самого в голове ничего не складывалось.

И всё же она настойчиво велела назвать это имя именно при Лонздер и Элтиль.

— Хм... не слышала,

— А? Странно.

Однако Эль только склонила голову, положив ладонь к щеке.

Её хвостик слегка качнулся.

Нет, дело было не в этом.

— Это странно. Лонздер-сан, вы...

Она осеклась и перевела взгляд на Лонздер.

— …………Хм.

Потому что та, явно что-то вспоминая, хмурила брови.

Она медленно затянулась сигаретой.

— ...И что с ним?

— ……………Фууууу.

После взгляда на Элтиль она выдохнула дым ещё нарочитее.

Совсем не похоже на неё, Лонздер заметно подбирала слова.

— Я знаю это имя. И я догадываюсь, почему ей понадобилось произнести его именно при Элтиль.

Лонздер провела рукой по чёрным волосам.

— Оуэн Уиспер. Мужчина, которого я взяла незадолго до приезда в Балдиум, полтора года назад.

Её взгляд скользнул в сторону Элтиль.

— Он был преступником по делу о массовом убийстве в Рубивасе.

●

— ...!

Рубивас.

Услышав это имя, Элтиль застыла всем телом.

Она знала его слишком хорошо.

И одновременно не слышала его уже очень давно.

— Эль.

Норман мягко окликнул её.

— Если тебе тяжело, можешь выйти.

— ...Нет.

Выпрямившись в ответ на его заботу, Элтиль ответила:

— Это касается и меня тоже. Прошу, позвольте мне послушать.

— Тут нечего слушать.

Перебив её, Лонздер затушила сигарету о пепельницу и поднялась.

Подхватив правой рукой куртку, которую до этого бросила, она перекинула её через плечо и фыркнула.

— Я знаю, как работает Уиспер. Поэтому та женщина, Сфера, и не сказала Норману ничего толком. А тебя тут держат просто чтобы поиграть у нас на нервах. И раз это моё дело, тебе тут делать нечего. Так что всё, [Гончая]. Пошли, Норман.

— Подождите.

Тело двинулось раньше, чем она успела это обдумать.

Элтиль встала у Лонздер на пути.

— В этот раз пойду я.

— Ха! Какая идиотская шутка. Нюх у тебя, может, и хорош, но вот со слухом совсем беда? Это не одно из твоих обычных заданий по зачистке. Это продолжение моего дела. Так что не лезь не в своё дело.

При разнице в росте плечи Элтиль приходились Лонздер почти на уровень лица, и той приходилось смотреть вверх. Но под её взглядом Элтиль даже не дрогнула.

Скорее наоборот, изумрудные глаза, смотревшие сверху вниз, пронзали её какой-то дикой решимостью.

— Надёжная связка — это мы с Норманом. А что вообще сможете вы вдвоём?

— С Норманом-самой нет ничего невозможного!

А? Нет, ну... правда? Норман скромно замотал головой, но Элтиль не обратила на это никакого внимания. Какой же он всё-таки скромный и замечательный. Именно таким и должен быть Норман.

— Да-да, у вас там своя великая связь, но какой смысл в том, что ты влезешь сейчас, [Щенячья принцесса]?

— ————

Где-то в самой глубине её сердца раздался резкий, скрежещущий звук.

Напряжение, охватившее тело, уже не было просто потрясением — это был предвестник взрыва.

Противница криво усмехнулась.

— А говоришь ты, я смотрю, неплохо. Алмазы, между прочим, отлично горят. Не так ли, Эхэнсдия?

— Ха! Слабовато для подначки, Сириусфламме. И что же ты собираешься поджечь этой своей искрой?

Воздух сгустился, готовый вот-вот лопнуть —

— А у меня отличная идея.

Хлоп!

Внезапные аплодисменты Нормана разрубили напряжение.

— …………Норман, ты всё портишь.

— …………Что такое, Норман-сама?

Обе, только что готовые сцепиться, перевели взгляды на него.

С привычно беззаботным, почти глуповатым видом он развёл руками и улыбнулся.

А потом —

— Может, вы просто возьмёте это дело вместе? Лонздер-сан и Эль.

— …………

— …………

Глаза у них расширились. Сначала они переглянулись, потом снова уставились на Нормана.

— Элтиль и... я?

— Я и Лонздер-сан?

— Ага. Так ведь будет быстрее, разве нет? Для Лонздер-сан это продолжение старого дела. А Эль тоже не может сделать вид, что это её не касается. Так что меня можете вообще не учитывать.

— …………Хм.

Лонздер выдохнула, прикуривая новую сигарету. Медленно затянулась —

— Фуууу... Понятно. Даже в голову не приходило. Элтиль у меня в помощниках, значит? Справишься?

— ...Если это не игра и не пари, то да.

— Расслабься. На тебя я такую ерунду не трачу. ...Хотя твой нюх сейчас пригодится.

Криво усмехнувшись, Лонздер подняла взгляд на свою новую помощницу.

— Ладно. В этот раз ты моя помощница, [Гончая]. Постараюсь использовать тебя с толком.

Элтиль не улыбнулась ей в ответ, только посмотрела сверху вниз.

— Если вы не сумеете использовать меня как следует, я вас сама разжую и выплюну, Самоцвет-сан.

Глядя на них обеих, Норман —

— Ну что ж, мне даже интересно, какие из вас выйдут напарницы!

— радостно улыбнулся своим обычным, почти идиотски жизнерадостным лицом.

●

— А я ведь правда думала, что они сейчас друг друга убьют.

После того как Лонздер и Элтиль ушли из гостиной, Норман услышал голос из чёрного свёртка, лежавшего в углу.

Нет —

— Сидзуку. Ты не спала?

— Естественно. Под такой грохот разве уснёшь.

Сидзуку, дремавшая с натянутым на голову капюшоном,

встряхнула длинными серебряными волосами и сонно поплелась на кухню. Достала из холодильника пакет фруктового сока, налила полный стакан и одним махом выпила. Потом вытащила из шкафчика шоколадное печенье —

— Фа-а... похоже, стало интересно.

— и, зевая, рухнула боком прямо Норману на колени.

— Ты не могла бы хотя бы вести себя чуть повежливее?

— Не-а, это не моя проблема.

Потянувшись, как кошка, она уютно устроилась у него на коленях.

Небрежно бросив упаковку на столик, Сидзуку распаковала одну штуку и закинула в рот.

— Манеры?

— Проблема не в них, а в том, что ты у меня на коленях.

Ответ абсолютно бессмысленный, но Сидзуку это ничуть не смутило. Она только устроилась ещё удобнее и продолжила есть.

Эти сладости Норман в прошлом месяце заказал специально — с пониженным содержанием сахара.

Раз ей нравится, значит, всё в порядке.

— Ну? И что это было только что?

— Какая именно часть?

— Во-первых, ты так спокойно отправил их вдвоём. Реально думаешь, что они сработаются?

— Для расследования всё будет нормально. Они взрослые люди.

— А?

Всё так же лёжа у него на коленях, Сидзуку выгнулась назад и уставилась в потолок. С такого редкого ракурса было видно её лоб, и выглядело это неожиданно мило.

— Такое чувство, будто ты сейчас говоришь, что я не взрослая.

— А ты сама так считаешь?

— Нет. Я вообще собираюсь навсегда остаться ребёнком и жить у тебя на содержании.

— …………

Наглость заявления была такой, что Норман на миг онемел.

Впрочем, взрослой она или нет, он и так собирался заботиться о ней всю жизнь, так что всё было нормально.

— И во-вторых, что это сейчас было с Элтиль-сан?

— А... ну да, неудивительно, что тебе стало интересно. Хм... честно говоря, это лучше услышать от неё самой.

— Нет, лень.

— Могла бы хотя бы сделать вид, что готова попытаться... ну ладно.

Для Элтиль это и правда было необычное поведение.

Но на то была причина.

— Рубивас — родной дом Эль.

— А.

— И Эль — дочь лорда Рубивасов.

— ………………Норман-кун.

— Мм?

— Ты охотник за приданым?

Детектив Харрисон-Леонард занимал кабинет в подвале полицейского управления Балдиума.

Помещение находилось между моргом и залом для вскрытий, и это соседство было нарочно унизительным — именно потому его туда и запихнули. Его роль связного между Картезиусом и полицией официально никто не признавал, а привычка влезать в дела, которые вообще-то не входили в его юрисдикцию, не добавляла ему любви среди коллег.

Впрочем, ему было всё равно.

С тех пор как много лет назад он оказался связан с Отступниками — точнее, с тех пор как его завербовали в Картезиус, — он давно смирился с изоляцией.

Хоть бы и мертвецы шастали под дверью — какая разница.

Обычно лицо у него было бесстрастным, а эмоции притушенными.

— Эй, Харрисон. Пришли тебя доставать.

Но стоило в его кабинет заявиться Лонздер Эхэнсдия и Элтиль Сириусфламме, как на его лице проступили уже не просто удивление, а настоящий шок.

— Ч-... Ха... ха...!?

— Это что, новая дыхательная техника? Выглядит нездорово.

— Да не в этом дело...! Что за чёрт? Вы обе? А где Хэмиш?!

— В этот раз Норман-сама остаётся в резерве. Дело будем вести мы с Лонздер-сан.

— А? Она? Только вы вдвоём? ...Подожди-ка. Я вообще ещё ничего не слышал от сестры Хэмиша ни про какое дело.

Лонздер заинтересованно подняла бровь, но по реакции Харрисона было ясно, что он действительно ничего не знает.

Обычно Сфера Хэмиш уже заранее отдавала распоряжения, но в этот раз их не было.

— ……Нет, важнее другое. Вы серьёзно собрались вести это без него?

С тех пор как Харрисон начал работать с Норманом, прошёл уже год с лишним.

В последнее время тот, уже ставший полноценным сыщиком и по имени, и по сути, всегда разбирал дела в паре с одной из четырёх Отступниц. Никогда не один и никогда не с двумя сразу.

А сегодня самого Нормана здесь не было вовсе. Перед ним стояли только Самоцвет и Адская Гончая.

И одинаковые значки детективного агентства, приколотые к груди Лонздер и к поясу Элтиль, казались плохой шуткой.

— Вы правда с этим справитесь...? И что это вообще за дело?

— Без понятия. Вот сейчас и выясняем. Лучше давай нам доступ к закрытым катакомбам.

— А? К катакомбам? Ну, могу, конечно... но к каким именно?

— Ко всем. Под этим городом их семь, верно? Вчера мы уже впустую проверили все действующие кладбища и все захоронения на поверхности.

— Подожди, только вы вдвоём!? И ни одного сообщения не было!

— Да брось. Кто станет жаловаться, если по кладбищу шастают две красавицы? Верно?

— Даже если вы так говорите... мне и самому об этом никто ничего не сообщил.

— Я уже собиралась послать тебя к чёрту, если начнёшь слишком лезть с вопросами. Удивительно, что ты сдержался.

— Я ведь ваш помощник. Подожду объяснений.

— Хороший настрой. В общем, Харрисон, давай пропуска. Мы, конечно, можем пролезть и без них, но потом Норман будет ворчать.

— Именно. Не стоит причинять Норману-саме лишние неудобства.

— ………………

Разговор у них шёл слегка вразнобой, но сам факт, что эти две вообще разговаривали друг с другом, уже был чудом.

Ещё удивительнее было то, что с самого вчерашнего дня они ни разу не поссорились по-настоящему, несмотря на совместное расследование.

Невероятно.

— Вы правда с этим в порядке? И чего вы вообще добиваетесь?

— Я детектив. Моё дело — раскрывать дела, вот и всё. Не переживай. В этот раз у меня есть одна догадка, а моя новая помощница не любит шуток. Так что пойдём по прямой.

— Будьте спокойны, господин Харрисон. Я за ней присмотрю.

— ……

Из всех четырёх именно Элтиль доставляла меньше всего проблем, но это ещё не делало её заслуживающей доверия.

Без Нормана в роли поводка предугадать, что она станет делать, было невозможно.

— …Ладно. Подождите здесь.

И всё же Харрисон решил пойти у Лонздер на поводу.

— О? Я думала, ты будешь сопротивляться сильнее.

— Откровенно говоря, мне тревожно... Но вас, должно быть, прислал Хэмиш. Я не доверяю вам, зато доверяю ему. И ещё я у него в долгу.

— А вы с ним ближе, чем я думала. Как-нибудь расскажешь, что там за долг.

— Нет. Это не твоё дело.

Развернувшись за оформлением документов, Харрисон бросил напоследок:

— Не знаю, что вы задумали, но не облажайтесь. Хэмиш специально для этого пошёл на лишние усилия.

Нечто такое, что он никогда не сказал бы самому Норману в лицо.

●

— Ну? Теперь-то объясните?

Голос Элтиль отдавался в узком каменном коридоре, освещённом фонарём.

Получив разрешение от Харрисона, они сразу направились в западные катакомбы.

В воздухе стояла густая пыль, а свет единственного фонаря с трудом пробивал темноту.

Проход был едва ли шире двух метров и уходил далеко во мрак. Карты у них не было, но Лонздер уверенно шла вперёд, будто прекрасно знала дорогу.

— Тц. Разве задача помощника не ждать объяснений?

— Осторожно подталкивать драматичного детектива — тоже работа помощника.

— ……Справедливо.

Лонздер усмехнулась и отшвырнула ногой какую-то кость.

Они решили работать вместе только вчера. Как и говорил Харрисон, весь вчерашний день они прочёсывали кладбища. Приказ Лонздер был один: скажи мне, если почуешь что-нибудь необычное. Но ничего такого не обнаружилось.

Поэтому теперь их целью стали катакомбы.

— Оуэн Уиспер был массовым убийцей.

— Серийный убийца? У нас ведь был такой буквально в прошлом месяце?

— Потрошитель? Там число жертв похоже, но мотив у Уиспера был другим. Помнишь, почему убивал Потрошитель?

— Праведная ярость, говорил Норман-сама. «Он уже не мог остановиться».

— Причина безумная, но простая. «Я убиваю ради чего-то конкретного». А вот Уиспер — другое.

Лонздер скучающе выпустила дым.

— Он убивал ради самого убийства.

— Это...

— Да. Если грубо, то это убийца ради удовольствия.

Не потому, что ему приходилось убивать, а потому, что он этого хотел.

Мотив, очищенный до своей самой мерзкой сути.

— Изначально Уиспер был наёмником. После смерти командира он приехал в Рубивас на его похороны. Но человеку, которому нравилось убивать, жизнь без войны была уже не по силам. Проблема в том, что вместо того чтобы вернуться на поле боя, он решил утолить эту жажду, перебив своих же товарищей-наёмников и их семьи, которые собрались на похороны.

— Надо же, какая досада.

— Ещё не видел ни одного убийцы ради удовольствия, который не был бы досадой.

— ...Ну, с этим не поспоришь.

По проходу гулко отдавались только два набора шагов и их голоса.

Они миновали несколько поворотов и маленьких помещений, вдоль стен которых стояли гробы, но всё это оставили позади и двигались всё глубже внутрь.

Нос Элтиль пока не уловил ничего необычного.

Она чувствовала только запахи пыли, земли, камня, горящего фитиля, масла в фонаре, который держала в руке, и табака Лонздер. Табачный запах цеплялся к ноздрям сильнее всего, но поскольку рядом с Лонздер он был почти всегда, особой помехой это не становилось.

— Немного безвкусно назвать это шуткой, но Уиспер начинил гроб командира взрывчаткой. Привёл её в действие прямо перед погребением и разнёс всех, кто там собрался. Подход грубый, но в каком-то извращённом смысле впечатляющий.

— Это просто дурной вкус.

— На его фоне я вообще образец такта. В конце концов Уиспер настолько проникся прелестью взрывов на кладбище, что устроил там базу и сделал своим смыслом жизни подрыв людей, приходящих на похороны.

— ………………

Даже Элтиль, повидавшая всяких Отступников, на мгновение лишилась слов.

— Погодите... а как вообще можно устраивать взрывы на кладбище?

— В первый раз он сам едва не сдох — но выжил. Сказал, будто взрывчатка была «прощальным подарком» от товарищей и лежала в гробу. История совершенно идиотская, но всё разнесло к чёрту, так что толком расследовать было уже нечего. Уиспер изображал скорбящего выжившего и во время «восстановления» даже помогал ухаживать за могилами...

— А потом устроил второй взрыв? Да это же очевидно подозрительно!

— Сейчас, когда ты слушаешь уже после всего, — да. Но когда ты внутри самой истории, всё не так прозрачно. Когда тебе пересказывают дело задним числом, правда всегда выглядит проще.

— …………Если это говорит детектив, звучит почему-то глубоко.

— Моя работа как раз в том, чтобы брать чужие пересказы, крутить их как угодно и откапывать оттуда правду.

Лонздер усмехнулась чуть самоуничижительно.

— Так или иначе, Уиспер отлично играл на людях и ловко настраивал всех против выдуманного подрывника. Разумеется, виновного так и не находили, взрывы продолжались, и в конце концов лорд нанял меня.

— ………………Отец.

Элтиль тяжело выдохнула. Чувства в ней спутались в один тугой узел.

Но сейчас было важно не это.

— Поэтому вы и рылись на кладбищах.

— Именно. Уиспер был подрывником, действовавшим с кладбища. Для большинства запах пороха давно бы выветрился, но ты бы его всё равно учуяла. Так ведь?

— Ну да, но... а если он изменил способ?

— Тогда просто расширим круг поиска.

Пожав плечами, Лонздер выпустила струю дыма.

— Детективная работа — это утомительная куча мелких наблюдений. Самый кайф начинается тогда, когда они складываются в картину и показывают правду, но путь до этого почти весь состоит из бесполезной рутины.

— Ха. Не похоже, чтобы Норман-сама работал так же.

— У него подход другой.

— Вот как?

— Я ведь уже говорила. Моё мышление построено на фактах и статистике. Я перебираю улики и выбираю самый вероятный вывод.

А потом добавила:

— А Норман вообще игнорирует вероятность. Его «дедукция» — скорее интуиция, которая исходит из вопроса: «А что окажется самым неприятным, если это правда?»

— Удивительно... значит, он приходит к истине буквально одним чутьём. Как и положено Норману-саме!

— Интуиция — это просто опыт, ушедший в подсознание, так что... в целом, ты, пожалуй, не совсем неправа, но —

— А, Лонздер-сан.

— ——— Уиспер?

— Нет. Но дальше, шагов через двадцать, остановитесь.

— Поняла.

По её словам, они и правда остановились спустя двадцать шагов.

Проход впереди разветвлялся вправо и влево, но правая сторона...

— Обвалилась и затоплена.

Весь пол был завален камнем и битой плиткой, а ниже начиналась провалившаяся часть, залитая стоячей водой.

Даже подняв фонарь повыше, дна разглядеть не удалось. Было глубоко.

— Из-за этого и перекрыли?

— Ага. Под этим городом несколько катакомб. Большинство от старости уже рассыпаются: где-то обвалилось, где-то затопило.

— Затопило? Под Балдиумом столько воды? Ну да, тут есть озеро, но...

— Из озера течёт река, которая прорезает город. Оттуда и сочится грунтовая вода. Говорят, тут внизу даже есть подземное озеро. Только вода в нём слишком кислая, пить её нельзя, так что большинство горожан о нём и не знает.

— Хм. Да вы и правда всё знаете.

— Работа такая. Когда я только приехала сюда, изучила всё, до чего смогла дотянуться.

Лонздер вздохнула и швырнула недокуренную сигарету прямо в воду.

— Только с этим городом беда: записи у него халтурные до невозможности. Самый яркий пример — городские стены, но и про всё остальное, что стоит тут с незапамятных времён, почти ничего нет. В истории города оно просто появляется будто ниоткуда. С этими катакомбами то же самое. Когда их построили, никто не знает.

Прикурив новую сигарету, она сделала это так резко, что было видно нетерпение.

— Известно только, что примерно сто лет назад затопление дошло и сюда, и во время работ по канализации всё это перекрыли... вот и вся история. Серьёзно, они вообще понимают, что такое история? А ты как думаешь, Элтиль?

— Мне кажется, бросать сигареты в место исторического значения — это уже чересчур.

— ………………Тц. Ну и ладно.

На миг на её лице промелькнуло что-то вроде неловкости, пока она затягивалась. Для Лонздер редкое зрелище.

Элтиль пожала плечами и кивнула вперёд, туда, где проход ещё оставался целым.

— Пойдёмте дальше. История — это хорошо, но сейчас у нас подрывник.

— Да знаю я. Просто немного увлеклась. В любом случае Оуэн Уиспер — противник опасный и хитрый. Если он добрался до этого города, неудивительно будет, если он успел пробудиться как Отступник.

— Если так —

Склонив голову набок, Элтиль немного подумала и высказала своё мнение:

— Тогда для нас всё, наоборот, станет проще.

●

Они добрались до самого глубокого места катакомб — зала с высоким потолком.

Ни гробов, ни чего-то подобного там не было. Только остатки расставленных рядами скамей. Похоже, когда-то это было что-то вроде часовни.

А в центре зала — среди тусклого света свечей, прямо на уцелевшей скамье —

— Нннннгггггааааааах──────

Мужчина, закатив глаза, с мучительным стоном вонзал себе в руку шприц.

— ………………

Лонздер и Элтиль переглянулись.

Обострённые чувства Элтиль уже заранее уловили чьё-то присутствие, так что они входили сюда предельно осторожно.

Но —

— Лонздер-сан.

— Что?

— Это... тот самый Оуэн Уиспер, да? Я слышала, что он подрывник-маньяк, но никто не говорил, что он ещё и законченный наркоман.

— Нет... я и сама, честно говоря, слегка в шоке... Эй! Уиспер!

— Ооо... о... ооо... а?

Его зрачки вернулись на место, а в затуманенном лице проступили проблески сознания.

Мужчина лет тридцати с небольшим — взгляд острый, а лицо скорее даже правильное. Короткая стрижка с выбритыми висками и потрёпанная кожаная куртка придавали ему вид главаря уличной банды.

— ─────

Мужчина посмотрел на Лонздер и Элтиль.

Его нетвёрдый взгляд остановился только на Лонздер.

— ………………Розалинд Слейни.

Он произнёс это имя.

●

— Эй-эй, Слейни. И как ты это сделала? Ты ведь не просто укрепила тело, верно?

— Не называй меня этим именем, от него зудит. Хочешь узнать, как я справилась со взрывом?

— Ага, хочу. Объясни по-детективному.

Лонздер не ответила сразу. Достала из кармана сигарету, сунула в рот и прикурила.

— ...Я всегда об этом думаю, но ты не слишком ли много куришь?

— Сссссс... ха-а-а...

Лонздер проигнорировала полуприкрытые глаза Элтиль, нарочито глубоко затянулась и так же театрально выдохнула дым.

— Как будто я тебе это расскажу, дурак.

Отмахнулась она с презрением.

— Вообще-то это у меня вопросы. Что это за странная палка? Без использования способностей Отступника я никогда не слышала о технологии, способной на такое. И кровь, которую ты прилепил к ноге, тоже была частью спускового механизма?

— Ха! Ага, сейчас всё тебе и выложу, идиотка!

— Понятно. Ну и ладно.

После этих слов Лонздер грубо провела пальцами по волосам и вздохнула.

— Впрочем, неважно. В целом я и так примерно поняла.

— Правда, Лонздер-сан? Тогда будем считать, что за тот пинок в нос мы квиты. Ну? Что это за штука?

— Ты ведь заметила, что я только что защитила тебя от того взрыва, да?

— Я заметила, что ты не собиралась меня защищать, просто так вышло, так что это не считается.

— ...Вот уж и правда. До чего же у меня языкастая помощница.

— Так что?

— Хм... вообще ни малейшего понятия.

— Простите?

Не обратив внимания на её реплику, Лонздер уставилась на Уиспера.

— Нет, это совершенно необъяснимо. И это оружие, и твои движения... ты совсем не тот человек, которого я знала полтора года назад. Тогда ты до такого уровня не дотягивал. Что ты вообще сделал, чтобы стать таким?

— То же самое могу сказать и о тебе, монстр.

— Ха. Тут ты меня подловил. Что-то у меня сегодня и правда язык не слишком ловко работает. Это потому, что помощница другая?

— Не сваливайте это на меня.

— Помощница, значит.

Сам не желая того, Уиспер фыркнул.

— Я уже понял из того, что было только что. Между вами двумя нет вообще никакой слаженности. Даже для импровизированной связки это ужасно. На поле боя такому напарнику жизнь точно не доверишь.

— И это говорит человек, который взрывал собственных товарищей по войне.

— Это одно, а это другое, юная леди. Нет, вообще-то сам факт, что именно ты у неё в партнёрах, — уже смешно до слёз.

— Что вы...

Потому что —

— Этот детектив ведь стала монстром из-за тебя, верно?

●

— ...А?

— Тц.

От слов Уиспера Элтиль растерялась, а Лонздер щёлкнула языком.

Сказал он лишнее. Но то, что его внимание сместилось в сторону, было ей на руку.

В этот миг она высоко подняла ногу.

Красные узоры вспыхнули на коже слабым светом.

— 《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета》 —!

И она с чудовищной тяжестью обрушила удар вниз.

— !?

Ужасный удар расколол пол и пошёл дальше, расходясь по всему залу.

Вообще-то эта способность изначально должна была рассылать ударные волны вокруг, но Самоцвет на ходу изменила её форму.

Вся мощь ушла глубоко вниз, будто вбитая в землю гигантским шприцем.

— Ах ты ублюдок! Если ты делаешь такое в подобном месте...!

— Подрывнику-маньяку не стоит это говорить!

Пол содрогнулся.

И не только пол — вибрация пошла в стены, в потолок, и вскоре весь зал начал ходить ходуном.

— Взрыв и удар в старых, уже подмытых катакомбах. Итог очевиден.

Хрясь — по стене побежала трещина.

— Прости, Уиспер. Я не понимаю ни тебя, ни эту дубинку. Так что я просто сбегу.

Ну а заодно...

— Можешь заживо оказаться под завалом и сдохнуть, мне без разницы!

Вслед за этим стены вокруг рухнули, и внутрь хлынула огромная масса воды.

В кромешно-чёрной канализации стояла тишина.

Около десяти метров в ширину и трёх в высоту, с потоком сточных вод посередине и узкими дорожками по обе стороны.

Сюда рабочие по обслуживанию спускались разве что раз в несколько недель, и...

— Буа-а!

Лонздер выбралась из воды на проход.

— Ха... ха... ха...

Правой рукой, зацепив куртку за край, она подтянула наружу верхнюю часть тела.

— Ну вот.

— Кхе-кхе...!

Левой рукой она вытащила следом Элтиль.

— Чёрт, ты тяжёлая! Давай сама шевелись! Собаки же плавать должны уметь!

— Угх... мой нос... нос сейчас свернётся набок...

— Не капризничай. Я и так вытянула нас в место получше.

Выбравшись на проход и вытащив за собой Элтиль, Лонздер слабо опустилась на пол.

Сигарета, которую она машинально вынула из кармана, разумеется, успела насквозь промокнуть и теперь ни на что не годилась.

— Вот же дрянь.

— Это мои слова... О чём вы вообще думали...? Как в музее в прошлом месяце — вы обязаны разваливать всё место, куда приходите...?

— Ничего не поделаешь. Я не понимаю ни Уиспера, ни ту палку. В таких условиях сражаться опасно. Надо было отступить, снова собрать информацию и перестроить позицию.

Когда Лонздер тряхнула головой, стряхивая воду с волос, брызги полетели Элтиль в лицо.

— Фу... всё-таки мне стоило идти с Норманом-самой.

— Это уже мои слова...

Обе одновременно вздохнули.

От самого боя они устали не так уж сильно, но после этого обрушить катакомбы и потом плыть через затопленный ход до канализации — такое, разумеется, выматывало.

— ...Кстати, вы точно знали, что катакомбы соединяются с канализацией?

— Конечно. Думаешь, я бы устроила такое, не зная? Я же говорила про затопление и работы по канализации. Канализацию строили в обход катакомб, но местами они всё равно оказывались вплотную друг к другу. Обычному человеку бы просто не хватило дыхания доплыть оттуда сюда, но мы с тобой вполне можем продержаться минут десять, так что запас был, верно?

— Меня больше смущает не дыхание, а запах. В таком виде я не смогу вернуться в офис.

— Ну и привереда...

И снова они одновременно вздохнули.

Как раз когда Лонздер думала, что делать дальше,

— Эй, Элтиль.

— Что?

— Кто-то идёт.

Из глубины прохода приближался слабый свет. Шагов слышно не было, но свет понемногу становился ярче.

— Ты не можешь определить это по запаху...? Нет? Как всегда, в самый нужный момент.

— Меня сейчас вывернет... Это Уиспер?

— Почём мне знать? Сейчас увидим.

Обе поднялись и стали ждать того, кому принадлежал этот свет.

И, как сказала Лонздер, скоро стало ясно, кто это.

— ...Это же тот бездомный...?

— ...

Появился ребёнок с фонарём в руке.

Потрёпанная одежда, андрогинное лицо, по которому было трудно даже понять пол.

Лонздер уже видела его раньше.

— Тот мелкий, что иногда шатается у офиса?

— Да. И в прошлом месяце Норман-сама уже получал от него информацию.

— А... вот оно что. Сеть бездомных. Когда он работает со мной, почему-то такими вещами не пользуется... хм.

Ребёнок безучастно посмотрел на переговаривающихся Лонздер и Элтиль, а потом,

— ...Обе за мной.

Сказав только это, он развернулся и пошёл обратно тем же путём.

— ...

Оставшиеся позади Лонздер и Элтиль переглянулись.

— ...Этот ребёнок вообще умел говорить?

— Я тоже впервые слышу его голос...

●

Лонздер с Элтиль ещё какое-то время шли за ребёнком по канализации и в конце концов вышли в просторное помещение.

Насколько хватало взгляда, изначально его здесь, видимо, не было — пространство вырыли и укрепили уже потом. Кое-где были прибиты доски и листы жести.

И, увидев это место, Лонздер подумала:

— Это что... рынок для бездомных?

— Надо же...

В широком подземном пространстве толпились люди в лохмотьях, стояли маленькие хижины, и всё это гудело как настоящий рынок.

В Балдиуме бездомных нередко можно было увидеть в подворотнях.

Тогда они старались слиться с фоном и не высовываться, но здесь всё было иначе.

Кто-то пил, кто-то курил, кто-то ел, кто-то смеялся с другими. Люди постоянно сновали туда-сюда через узкие проходы.

С потолка и со стен хижин свисали факелы и фонари, так что света было вполне достаточно.

— ...Сюда.

Не обращая внимания на поражённых Лонздер и Элтиль, маленький проводник молча шёл дальше.

Хотя обе отмывались кое-как и их тела всё ещё ощутимо воняли канализацией, никого это, похоже, не смущало.

Если говорить о внешнем виде, то они и сами сейчас не слишком отличались от местных бездомных.

Протолкавшись через толпу, они добрались до хижины, которая была заметно больше остальных.

Молчаливый ребёнок вошёл внутрь, даже не проверяя, идут ли они следом.

— ...И что будем делать?

В ответ на вопрос Элтиль Лонздер лишь пожала плечами.

— Раз уж дошли досюда, выбора нет. К тому же, похоже, тут и выпивка, и сигареты есть.

— Только об этом и думаете...

Внутри всё было обустроено как обычный трактир.

Полки с бутылками, стойка, несколько столов. Но стояла тишина.

Внутри находился только один человек.

— Я привёл их, старший брат.

— Ага, Вии. Спасибо.

Потрёпанное пальто и фетровая шляпа. Волосы, чуть длинноватые, собраны у шеи.

А рядом с прилавком, прислонённая, стояла знакомая Г-образная трость.

— Норман-сама!?

— Норман.

Норман Хэмиш.

Увидев их обеих, он, как и всегда, пожал плечами.

— Похоже, вам пришлось нелегко.

И сказал это таким тоном, будто никакой особой тяжести в произошедшем не было.

●

— А-а-а... оживаю...

Погрузив тело в горячую воду по самые плечи, Лонздер со вкусом наслаждалась теплом.

Это была просторная каменная купальня.

Целую хижину здесь превратили в баню — общественную, способную вместить больше десятка человек сразу.

В Балдиуме, а если шире — и вообще в этой стране, Бристене, подобный формат почти не встречался.

Такое пришло с великой державы Ромулуа, лежащей по ту сторону моря за материком с внутренним морем, но даже Лонздер до сих пор только слышала о таких банях и впервые пользовалась одной на деле.

А сейчас они сидели там вдвоём.

В широкой купели Лонздер откинулась спиной на край и расслабила всё тело, а Элтиль, свернувшись своим крупным телом, обнимала колени.

— Вот тебе и бездомные. Хотя говорят, что живут без дома, а тут уже слишком размахнулись. Даже баню такую устроили. Норман говорил, что знает здешнего главаря... Ты о нём что-нибудь знаешь?

— Нет, совсем ничего.

— И я тоже. У этого парня, честно говоря, и правда какие-то слишком уж загадочные связи.

Сеть знакомств у него была странно широкой, и Лонздер не собиралась всё это отслеживать.

Да и не хотела.

— Ну и ладно. Но хорошо-то как. Может, и нам такую баню при офисе соорудить? В подвале бара, например. Хотя нет, вряд ли выйдет.

— ...Лонздер-сан.

— Что?

— Что имел в виду Уиспер, когда сказал это тогда?

— ...

На этот вопрос Лонздер провела пальцами по мокрым волосам.

— Это не твоё дело. Всё уже в прошлом.

— Раз в прошлом, тогда расскажите.

— …………Сегодня я заметила, что ты, оказывается, довольно неплохо умеешь говорить.

Она вздохнула и криво усмехнулась тому, сколько раз за сегодняшний день уже успела это сделать.

А потом —

— Уиспер прав. Полтора года назад, после того как мы его поймали в Рубивасе, я получила просьбу от твоего отца. Он попросил меня найти его дочь, которая уехала в Балдиум. Поэтому я и прибыла в этот город. А потом... стала Отступницей.

В памяти Элтиль всплыли картины прошлого.

Не Элтиль Сириусфламме, не той Отступницы, что жила теперь в этом городе.

А Шейлы Рубивас, старшей дочери правящей семьи владений Рубивасов.

Рубивас был землёй примерно в трёх днях езды на поезде от Балдиума, процветавшей благодаря металлургии.

И Шейла родилась и выросла именно в таком городе.

Она была дочерью правящей семьи, богата, ни в чём не нуждалась, получила образование, недоступное простолюдинам, и вроде бы должна была быть обречена на счастье.

Проблемой была только внешность самой Шейлы.

После десяти лет её тело почти перестало расти.

Это была единственная и вместе с тем величайшая проблема.

Главная задача дворянской дочери — удачно выйти замуж и связать дом новыми узами. Шейла считала именно так, но, так и не повзрослев внешне, не могла найти никого, кто захотел бы взять её в жёны.

Порой приходили предложения от мужчин с нездоровой тягой к маленьким девочкам, но, по всей видимости, отец питал к таким людям глубочайшее отвращение и всё отвергал.

Её любили.

Отец-лорд, старший брат, которого ещё в молодости поставили мэром Руби-Смита, центрального города владений Рубивасов, мать, поддерживавшая их обоих, и слуги дома.

Даже жители города называли её «Щенячьей принцессой», но Шейла понимала, что это не насмешка, а прозвище, родившееся из любви к ней.

И именно поэтому она не могла этого вынести.

Её любили, а она не могла отплатить за эту любовь.

Так полтора года назад Шейла сбежала из города и оказалась в Балдиуме.

Теперь, оглядываясь назад, она понимала, что не только внешность у неё тогда была детской.

Сбежать из дома просто потому, что тебе стало неуютно, — так поступают дети.

В результате сразу после приезда в Балдиум она пробудилась как Отступница, и, хотя в собачьем облике её тело менялось полностью, человеческая форма тоже вдруг стала крупнее, чем должна была быть.

Потом она встретила Нормана, и Шейла стала Элтиль.

Благодаря ему она смогла принять себя как монстра.

— Если... если это из-за меня Лонздер-сан стала Отступницей, тогда это...

— Эй.

Плеск — раздался звук воды.

Лонздер поднялась.

Вода доходила ей до колен. Не скрывая покрытые лёгким загаром ноги, она подошла к Элтиль.

И, приблизившись вплотную,

— Не издевайся надо мной.

— Ммф...!?

Чужие пальцы схватили её за подбородок и заставили поднять голову.

Взгляды встретились, груди соприкоснулись.

Изумрудные глаза сверкали точно так же, как и прозвище их хозяйки.

Как самоцветы, не способные принять скверну.

— Уже поздно. Слишком поздно для таких разговоров, Элтиль. Моя вина в том, что ты стала Отступницей? Какая самонадеянность. Не используй меня как повод для своих сентиментальных воспоминаний — это неприятно.

Слушай внимательно,

сказала она.

— Мой отец был детективом.

Она продолжила:

— Мать, как я слышала, занесло к нам из какой-то чужой страны, и работала она служанкой в одном доме. Они встретились с отцом во время какого-то дела, сошлись, у них родилась я, а потом оба умерли от болезни. Меня растил отец, я им восхищалась и мечтала стать детективом. Как ты знаешь, я умная, так что мечту осуществила, и после смерти отца, когда мне было восемнадцать, начала работать сама.

Её прошлое — прошлое Розалинд Слейни — было вывалено перед ними без всяких церемоний.

Элтиль ещё не успела даже подумать, что чувствует по этому поводу, а слова уже продолжали сыпаться дальше.

— Случай с Уиспером и поиски тебя ничем не отличались от любых других дел, которые у меня были до этого. Отличался лишь город по имени Балдиум. Уже приехав сюда, я тоже стала Отступницей.

Понимаешь? — спросила она.

— Я просто жила так, как мне хотелось. Шла по своей дороге до конца. И в результате оказалась в этом городе. Возможно, ты послужила спусковым крючком, но ты не причина того, кем я являюсь сейчас.

Только теперь Элтиль поняла, что свет в её глазах — это гнев.

Такой эмоции у Лонздер она никогда раньше не видела.

— Я стала такой, какая есть, потому что была собой. Не потому, что ты мне помогла. Не потому, что ты меня к этому привела. И если бы даже привела — что с того? Ну скажи мне.

— …………Ну, тогда прости.

— Прости? Ха, а за что ты вообще извиняешься?

— Нет... просто я не думала, что вы так разозлитесь...

Элтиль немного замялась, отвела взгляд в сторону и

— Эм... я подумала, может, в следующий раз стоит добавить вам бренди в чай.

После этих слов её без колебаний швырнули прямо обратно в воду, и Элтиль с плеском распласталась по её поверхности.

●

— Ннггггх...!

— Нет, простите. Это правда моя вина. Я была неправа.

Лонздер, скрестив руки и уткнувшись в них грудью, выразительно рычала на сидевшую рядом и усердно извинявшуюся Элтиль. Но в ней сейчас кипел уже совсем другой гнев, не тот, что прежде.

— Ты... нет, серьёзно? Это правда твой характер? Что у тебя вообще за фанатичная преданность Норману? Ты звучишь как совершенно другой человек.

— Ну, это же Норман-сама.

— Да я именно об этом и говорю!

Крикнув, она тут же сама смутилась.

Она всё накрутила у себя в голове, сама же заговорила о прошлом, сама же вспылила — и вот к чему это привело.

— Раз уж зашла речь о «вот именно об этом»... это и правда было неожиданно.

— ...Что именно?

— Увидеть, как Лонздер-сан так выходит из себя. Я думала, вам вообще всё безразлично, кроме Нормана-самы, алкоголя, азартных игр, сигарет и разгадок.

— Вот же девчонка...

Представление Элтиль о Лонздер переписывалось прямо у неё на глазах, одно за другим.

И вдруг Лонздер заметила кое-что ещё.

— Если подумать... мы ведь почти ничего не знаем друг о друге, кроме того, что связано с Норманом, да?

— …………………………П-правда.

Глаза Элтиль расширились от удивления.

У обеих Норман занимал настолько центральное место в их мире, что они этого даже не замечали.

Элтиль знала Лонздер только как детектива, а Лонздер, при том что знала об обстоятельствах Элтиль, ничего не понимала в том, как она вообще мыслит.

И надо сказать честно — понимать не стремилась.

С тех пор как открылось детективное агентство, прошёл уже месяц, а они всё ещё оставались на таком уровне.

— Я... ну, о себе-то что вообще должна сказать...

Она с досадой посмотрела в потолок.

— Неудивительно, что у нас не получается сработаться.

— Во время расследования мне как раз казалось, что мы на удивление нормально действуем вместе.

— Мне тоже. ...Но сейчас я понимаю, почему. Мы просто полностью разделили роли. Ты, похоже, привыкла быть помощницей детектива, и я тоже привыкла работать с помощником. Поэтому проблем и не было.

Но в бою всё совсем иначе.

У Лонздер свой стиль сражения, у Элтиль — свой.

О координации они изначально даже не думали, так что почти столкнулись друг с другом уже в самом начале.

Они назвали причиной отступления нехватку информации, но что бы случилось, если бы они продолжили бой?

Скорее всего, что-нибудь очень плохое.

— До прошлого месяца я всерьёз думала, что убью тебя, если ты встанешь у меня на пути.

До сих пор — и с Сидзуку, и с Кларес — они сознательно держали дистанцию и не шли на прямое столкновение только потому, что знали: Норман любит и старается уберечь каждую из них.

Поэтому в прошлом месяце, когда все пытались спасти Нормана в башне Балдиума, случилась та странная четырёхсторонняя драка, где кто-то пытался убить кого-то, а кто-то лез мешать.

И вот теперь она сидела в одной бане с человеком, с которым ещё недавно думала именно так.

— …………Эй, Элтиль.

— Что?

— Если отбросить Нормана и Отступников... как ты думаешь, что было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах?

Спросив это, она тут же пожалела, что вдруг ударилась в сентиментальность.

Но прежде чем она успела забрать слова назад, Элтиль уже ответила.

— Дайте подумать. Если бы вы приютили такую беглянку, как я... думаю, мне бы, наверное, и правда захотелось стать вашей помощницей, Лонздер-сан.

— А?

— Понимаете, в конечном счёте я ведь сбежала, потому что хотела стать самостоятельной.

— Ты сейчас серьёзно?

— Нет, я говорю вполне непринуждённо.

Её снова захотелось швырнуть в воду.

Но —

— ...Хех.

Лонздер всё-таки не сдержалась и рассмеялась.

Если так,

— Ладно. ── Непринуждённо, но давай всё-таки вместе пойдём мстить.

●

— А? У вас двоих что, атмосфера как-то изменилась?

Так сказал Норман, когда они вернулись из бани обратно в трактир.

— ...Знаешь, иногда мне кажется, что ты слегка жутковат.

— Мы просто немного сблизились.

Лонздер криво улыбнулась, а Элтиль ответила ей улыбкой.

— …………Вот как. Это хорошо.

Норман несколько раз довольно кивнул.

— Ну что, тогда поговорим уже серьёзно? Что будете пить?

— Алкоголь! И сигареты мне тоже принеси.

— А, я сейчас подготовлю.

— Нет, не надо. Здесь этим займётся Вии.

Там, куда показал Норман, у стойки ждал ребёнок, который водил их по канализации, — Вии.

Похоже, именно он присматривал за ними: приготовил одежду после бани и занялся стиркой того, что они промочили в канализации. Норман и Элтиль заказали чай, Лонздер, как и крикнула, алкоголь, а сигареты она получила прямо от Нормана.

И вот, пока они втроём ждали еду и напитки за столом,

— Эль и Лонздер-сан, кстати, вам обоим идут эти вещи.

— Что? Тебя это заводит?

Обеим выдали простую мужскую одежду: джинсы и белые рубашки. Для Лонздер, которая и так одевалась по-мужски, это было привычно, а вот на крупной Элтиль рубашка оказалась коротковата и оставляла открытым живот.

— Мм, глазу приятно.

— ...Ты сейчас уже начинаешь пугать как какой-то старик. Эй, Элтиль. Он и с тобой так себя ведёт?

— Норман-сама всегда наблюдает за нами.

— Чёрт, я всё понимаю, но разница в обращении всё равно бесит...

Их еда и напитки принесли. Много жареного хлеба, сосиски, ветчина, сыр. Хотя всё это готовили бездомные,

— Ну, вообще-то это очень вкусно.

— Хлеб жарят потому, что с выпечки прошло уже время. А сыр и сам по себе вкусный. Хм, сосиски и ветчина тоже хорошо хранятся. В целом логично.

— Вот видишь. Это их житейская мудрость.

Каждый ел по-своему, причём Элтиль с особенно хорошим темпом налегала на мясо, пока...

— Итак, вы обе. Поговорим об этом Оуэне Уиспере?

— Да, вот это и есть проблема. Что это вообще за тип? Я его не понимаю. Странное оружие, движения совсем не такие, как полтора года назад. Норман, ты бы смог при первом же обмене ударами уклониться от нашей с Элтиль одновременной атаки и тут же контратаковать?

— Э... с первого взгляда? Нет, это невозможно.

— А он смог. Загадка.

— Поэтому мы и наткнулись на трудности, а потом были вынуждены один раз отступить...

— Эй, Элтиль. Мы не «наткнулись на трудности и отступили». Мы быстро отступили, потому что заранее понимали, что наткнёмся на трудности.

— ...? Разве сейчас была разница?

— Огромная.

— Норман-сама? ── А этот человек, случайно, не чрезвычайно хлопотный?

— Ах ты!..

— Так-так-так-так-так.

Норман с широкой улыбкой вклинился между ними.

— В любом случае уже одно то, что Уиспер, про которого почему-то не было почти никаких сведений, и правда оказался именно таким странным, как я и опасался, — уже значимо. Когда сестрица так неохотно делилась информацией, у меня сразу возникло дурное предчувствие.

— И что теперь, Норман? Он ждал именно нас. Значит, ты ведь принёс какую-то полезную информацию или что-то в этом духе, так?

— Нет, ничего такого я не принёс.

Но при этом он указал пальцем между Элтиль и Лонздер.

— Я привёл человека, у которого она есть. ── Кстати, ты вообще собираешься подключаться к разговору?

— У меня нет ни малейшего желания дружески болтать с вами, Хэмиш.

— ─────!?

От внезапно прозвучавшего голоса Элтиль резко обернулась.

Лонздер, стоявшая рядом с ней, машинально посмотрела туда же.

И там они увидели —

— Ирис...-сан?

Ирис Нортон.

Женщина в чёрном костюме с чёрными волосами. На первый взгляд в ней и правда было что-то общее с Лонздер, но впечатление она производила совершенно иное. Лонздер, чьи эмоции ходили ходуном, чья мимика жила ярко и которая, как сегодня выяснилось, была неожиданно сентиментальна, несомненно, обладала чем-то притягательным. А вот Ирис...

— Как была унылой, так и осталась, вижу.

— ...

Ирис никак не отреагировала. Она стояла у стены неподвижно, словно прибитая к месту.

Ни эмоций, ни заметной воли, ни малейших перемен в лице.

Лишь её бледные ледяные глаза пронзали их насквозь —

словно клинок изо льда.

— ...С каких это пор ты тут стоишь?

— С самого начала, Сириусфламме.

Короткий ответ был таким, что Элтиль даже не попыталась скрыть потрясение.

Запаха не было.

Встреча с Норманом, расслабление после бани, ощущение, что с Лонздер они действительно стали немного ближе, неожиданно вкусная еда, реакция Нормана на её непривычные мужские джинсы и рубашку — всё это, без сомнения, притупило её чувства.

Но даже так нос Элтиль не был настолько тупым, чтобы не заметить чужое присутствие.

— ...Тц. Ты как была непостижимой, так и осталась.

Лонздер, раздражённо закусив сигарету, по всей видимости, тоже её не заметила.

Элтиль она не нравилась. И Лонздер тоже. И Сидзуку, и Кларес.

С Ирис, отвечавшей в Картезиусе за сбор информации по городу, им редко приходилось общаться напрямую. Они говорили с ней всего несколько раз, и за всё это время она ни разу не сказала им ничего откровенно неприятного.

В отличие от Сферы или Джима, которые смотрели на них как на лабораторных животных.

Никакой ясной причины не было.

Если уж совсем просто —

это было женское чутьё.

Элтиль, а наверняка и остальные трое тоже, просто были с Ирис Нортон глубинно несовместимы.

— ...Норман-сама, эта женщина что-то знает?

— Похоже на то. Ирис, объяснишь? Или, может, хотя бы сядешь?

— Я предпочла бы не садиться за один стол с подобными вам.

Отрезав это, она продолжила:

— Сириусфламме. Эхэнсдия.

Её ледяной взгляд остановился на Элтиль и Лонздер.

— То, что вы видели, — это анти-отступническое оружие. Кодовое название: [Девять Трав].

●

— ………………[Девять Трав]? Такое вообще существует?

После этих слов Лонздер с силой сжала сигарету в пальцах.

Она слышала об этом впервые.

— …………А, теперь, когда ты сказала, вроде и правда что-то такое было.

— Норман, ты знал?

— Да не то чтобы. Просто в прошлом месяце тот идеалистичный старик, который напал на меня с Кларес, что-то подобное упоминал. Говорил, будто [Близнецы] в столице делают какую-то штуку такого рода.

— Проклятые сопляки...

[Близнецы] — [Ремесленный Мейстер] и [Доктор].

Пара Отступников из столичного центра Балдиума, занятая технологическими разработками.

Лонздер уже встречалась с ними однажды, и приятным тот опыт назвать не могла.

— Как бы отвратительно ни было соглашаться с Хэмишем...

— А можно и помягче?

— До сих пор мы боролись с Отступниками, используя других Отступников, но риски тут очевидны. Поэтому [Картезиус] искал альтернативу, и [Близнецы] её предоставили. Оружие, способное уничтожать Отступников [третьей категории].

И затем —

— Одно из таких — [Виблейд]. Именно так называется оружие, которым владеет Уиспер.

— Виблейд... Виблейд-подорожник? [Девять Трав]... А-а, вот оно что. До чего же безвкусное название. Хотя в первую очередь странно уже то, что что-то с таким именем вообще должно так взрываться.

— Не пояснишь?

— Это отсылка к «Девяти Травам друида», первоисточнику. Одна из старых традиций Бристена. Девять видов целебных трав, снимающих болезни и проклятия. Подорожник — одна из них.

Но теперь хотя бы один вопрос отпал.

— На этом [Виблейде] и правда был растительный орнамент. Значит, это и был подорожник?

— Понятно... Хотя подождите. Этот подорожник взрывался так, будто миру пришёл конец. Он ведь вообще-то лечебная трава, да?

— Вот я о том же. Не знаю, у них просто чудовищный вкус или они названия лепят наугад. Что скажешь?

— Меня интересуют спецификации [Виблейда] и обстоятельства, в которых он появился.

Ирис продолжала ровным, неизменным тоном.

— [Девять Трав] — это одновременно оружие и телесные модификации. [Доктор] изменяет тело так, чтобы оно могло работать со специализированным вооружением, а [Ремесленник] создаёт оружие, подогнанное под такие изменения.

И —

— Владелец [Виблейда] проходит модификацию тела, которая придаёт его крови взрывные свойства.

— Что за хрень... Это даже безумнее, чем Отступники.

— Хотя был же тот тип, который продолжал говорить даже после того, как ему отрубили голову.

— ………………Верно.

В голове невольно всплыл один крайне неприятный человек.

С учётом этого всё даже начинало складываться.

— Помимо крови, у них, судя по всему, усилены и физические параметры: чувства, рефлексы, скорость реакции. Почти как базовые модификации [Девиантного состояния].

После этих слов Лонздер понимающе кивнула.

Вот откуда взялась та самая реакция, с которой он отбил их одновременную атаку.

— Само оружие вы уже видели. В рукояти этого посоха находится цилиндр для хранения крови. При взмахе внутренние шестерни выбрасывают её наружу. Давление на спуск и скорость взмаха регулируют мощность и скорость полёта.

— Цилиндр... То есть этот тип был под кайфом не от наркотиков, а от собственной крови? Это уже совсем мерзость.

— Человек, который возбуждается от взрывов, и так изначально мерзость.

— И насколько сильны эти взрывы?

— Одна капля способна разорвать обычного человека на куски.

Лонздер вспомнила недавний бой.

Первый взрыв она просто приняла на себя с помощью способности. Потом несколько капель попали ей на ногу...

— Раз эта псина прижала меня, я вдавила ногу в пол и подорвала их там. Всё равно бахнуло будь здоров. Моя способность может выдержать это до определённого предела, но если больше... —

— Погоди-погоди. Элтиль тебя прижала? Мне нужны подробности.

— Заткнись, Хэмиш. И сдохни.

Лонздер от всей души поддержала первую часть.

— Так или иначе, [Виблейд] и самого Уиспера мы уже поняли. Если дело только в этом, подстроиться будет можно. Но —───

Настоящая проблема начиналась здесь.

— Ирис, почему эту информацию скрывали? И почему этот [Виблейд] вообще оказался у Уиспера?

●

— Оуэн Уиспер был арестован Эхэнсдией, заключён в тюрьму на территории Рубивасов, а затем перевезён в одно определённое место.

Элтиль слушала, не перебивая.

Она не была из тех, кто любит слишком много думать, так что умственную работу лучше оставлять тем, кто для неё подходит.

В этом смысле нынешняя напарница была идеальной.

— Его перевезли в ────

— Столицу.

Лонздер сама пробормотала ответ, и Ирис едва заметно кивнула.

— Для [Девяти Трав] важна совместимость, поскольку там задействованы и телесные модификации, и сложное оружие. Хотя в названии есть слово «девять», пользователей у проекта вовсе не девять.

— То есть Уиспера, которого как заключённого уже лишили прав, превратили в подопытного кролика, пока не подтвердили совместимость.

— Верно. Позже он сбежал из столичного исследовательского учреждения и добрался до Балдиума.

— И? Почему это скрывали?

— Это оружие для убийства Отступников. Нужно ли мне объяснять дальше?

— Ещё бы. [Картезиус] как всегда играет грязно.

Хотя в словах Лонздер явственно звучало презрение, выражение лица Ирис не изменилось ни на йоту.

Пока они обменивались репликами, Элтиль наклонилась к Норману и зашептала:

— Норман-сама, Норман-сама.

— Мм? Тайна?

Она кивнула и понизила голос ещё сильнее.

— ───── Вам не кажется, что эти двое разговаривают одинаково? И одежда у них тоже...

— Пфф —!

Норман не удержался и прыснул со смеху, за что тут же получил ледяные взгляды с обеих сторон.

— Мы всё слышали, Элтиль.

— А, правда?

— Вот ведь мелкая дрянь... Норман, займись уже воспитанием своей собаки как следует.

— Да не, не нужно.

— Норман-сама...!

— ……………………

Ледяной взгляд, холоднее абсолютного нуля, устремился на одного только Нормана.

Но Норман, как и всегда, с лёгкой улыбкой просто не принял этого всерьёз.

— Тц... Ладно. От вас мы ожидали лишь быстрого устранения Уиспера. После этого нам хватило бы и простого возвращения [Виблейда], пусть даже в виде обломков.

— Как удобно.

— Это наша позиция. ...Хотя, признаю, вашу эффективность мы, пожалуй, переоценили. Не думала, что вы отступите так быстро.

— Ха. Слабая подначка, Ирис. И лишний раз подтверждает, что обаяния у тебя как не было, так и нет.

(То есть её это и правда задевает...) — отметила про себя Элтиль.

— Возвращайтесь и ждите отчёта. Адская Гончая и Самоцвет справятся с этим безупречно.

●

— Кстати, Норман. Как ты вообще заставил её сюда прийти?

Когда разговор закончился и Ирис ушла, спросила Лонздер.

— Со вчерашнего дня следил за ней. Всё приставал, не знает ли она чего-нибудь, пока она не сдалась.

— Ты...

— Норман-сама, ваше упорство поистине восхищает...!

— Ты...

Норман с некоторым удивлением заметил, как Лонздер щурится на Элтиль.

Со вчерашнего дня — а может, после бани — между ними и правда что-то слегка сместилось.

Пусть совсем немного, но Нормана это радовало.

— Ну что ж, Лонздер-сан, Эль. Теперь мы знаем их оружие и характеристики. Общую ситуацию тоже поняли.

— Осталось только прикончить Уиспера. Вопрос лишь в том, где он сейчас. Я и не слишком надеялась, но после того, что мы услышали, маловероятно, что он погиб под завалом.

— Вии.

Когда Норман тихо позвал Вии, тот, всё это время молча стоявший рядом, мгновенно откликнулся.

— В южных катакомбах города есть человек, подходящий под описание. Одежда... скоро должна высохнуть.

— Как и ожидалось. Значит, теперь мы знаем, где он. Осталось только пойти и добить его.

С этими словами Норман задал им вопрос.

— Хотите, чтобы я тоже пошёл?

— Не нужно. Оставайся в офисе.

— Пожалуйста, не беспокойтесь, Норман-сама.

Ответы прозвучали абсолютно одновременно.

— Это дело между мной и этой грубоязыкой, мерзкохарактерной Адской Гончей. Не твоё сражение.

— Этот человек, как выяснилось, неожиданно сентиментален и крайне хлопотен. На этот раз я сама присмотрю за ней.

— Уф. От одной мысли, что потом с этим придётся разбираться, у меня уже болит голова. Ну, значит, всё решено?

— Разумеется.

Раз так, Норману оставалось сказать только одно.

— Возвращайтесь живыми.

●

— Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм~

Напев Уиспера разносился по самому глубокому месту южных катакомб Балдиума.

Он выплёскивал из ведра мутную жидкость с примесью сорняков, щедро разбрызгивая её повсюду.

Хотя всё это находилось под землёй, само помещение было огромным — легко вмещающим сотню человек. Высокий потолок подпирали каменные колонны, стоявшие через равные промежутки, а тусклый свет давали факелы между ними и восковые свечи, расставленные по краям.

Странно, — честно подумал Уиспер, — что такое место просто оставили гнить без всякого ремонта. В катакомбах должны быть хотя бы религиозные росписи, резьба или хоть какие-то украшения, но тут не было вообще ничего.

До чего же дурацкий город.

Наверху его замыкают гигантские стены, а внизу раскинуты пространства вроде этого.

И при этом местные ни не считают это странным, ни толком не пытаются использовать.

Впрочем, самому Уисперу было плевать.

— ...Отлично, красота.

Швырнув ведро на пол в центре зала, он крикнул:

— Я тут так старался всё устроить, так что вы уж постарайтесь получить удовольствие, ладно?

Он обернулся,

и взгляд сразу остановился на паре, только что вышедшей из дальнего прохода.

Между ними было около двадцати метров. Они переглянулись.

— Ну что скажешь о человеке, который говорит такие вещи?

— Поскольку он не Норман-сама, мне всё равно.

— О? Кажется, впервые я согласна с твоим фанатизмом.

— Холодные вы всё-таки, да? Слейни и Щенячья принцесса~

Стоило ему назвать их этим именем и этим прозвищем, как обе заметно скривились.

— Не называй меня так. Я выбросила это имя уже давно.

— Моё вообще не настоящее имя. До чего же невежливо.

— Какие вы суровые, суровые!

Уиспер расхохотался своим «хья-ха!».

— Да какая разница, как зовут? Ну что, детектив, ты меня тогда знатно приложила. Намучился я будь здоров. Ещё и важный груз потерял. Честно, это меня бесит.

— Вот как? Плевать. Надо было тебе тогда и оставаться мёртвым.

Детектив, выпуская дым, ответила с полным равнодушием.

По правде говоря, в прошлом обвале Уиспер и правда потерял кое-что полезное. После того как он прикончит этих двоих, придётся сходить и забрать остатки.

— Было бы слишком скучно, если бы вы там и правда сдохли. Но пока у меня есть вот это —

Он снял с плеча механизированную дубинку и легко взмахнул ею.

Лонздер вслух произнесла её имя.

— [Виблейд].

— О? Уже успели разобраться? Впечатляет! Значит, большую часть вы уже поняли, да?

— В основном.

— Отлично! Тогда перейдём сразу к самому весёлому, детектив!

— А?

— Да не строй из себя дурочку! Время для объяснения! Когда полтора года назад ты меня взяла, ты всё тогда разложила по полочкам — мотив, ход, методы, вообще всё до мелочей!

— Лонздер-сан, вы всегда так делаете?

— Заткнись. Это большой звёздный час детектива.

Не обращая внимания на скептический прищур Элтиль, Лонздер пожала плечами.

— Приятно, что ты так ждёшь, но объяснять тут нечего.

Подрывник в недоумении нахмурился, а детектив продолжила скучающим тоном:

— Если тебе хотелось объяснений, стоило придумать что-то получше. Ты просто опять сидишь в катакомбах и явился ради мести. Вот и всё. Что тут объяснять? Как дело это вообще ни капли не интересно.

— ...Жёстко. А ведь задело. Я думал, ты хотя бы по привычке позлорадствуешь

и устроишь привычный монолог.

В его идеальном варианте всё должно было быть иначе: сначала она самодовольно объявляет дело раскрытым, а потом он разносит её в клочья взрывом. В качестве мести за то, что она сорвала ему совершенное убийство тогда, это было бы бесконечно приятно.

Убивать, потому что хочется убивать. Однажды ему это уже испортили, так что теперь он хотел убить именно самым приятным способом.

Но, похоже, этому простому желанию мстителя было не суждено сбыться.

Ладно. Он откинул голову к потолку.

— Значит, сразу переходим к мгновенному взрыву.

С этими словами он вонзил [Виблейд] в пол.

И в тот же миг весь зал утонул в пламени.

●

— Э-э, Лонздер-сан! Ваши вялые подначки сейчас буквально устроили вокруг нас огненный ад!?

— Да хватит цепляться к каждому слову, которое я говорю...!

Крикнув это, Лонздер тут же принялась оценивать ситуацию.

Уиспер ударил [Виблейдом] в пол — и весь зал загорелся. Да, кровь действительно разлетелась, но от одного этого такой всепоглощающий пожар возникнуть не должен был.

Это был уже не взрыв. Просто горение.

Что-то родственное известным свойствам [Виблейда], но при этом явно иное.

Пока она размышляла об этом —

— Не хотите объяснения? Тогда я объясню сам!

Из пламени заорал мститель.

— Вы ведь уже знаете про мою кровь, верно!? В обычном виде она взрывается от соприкосновения с воздухом или от удара, но если развести её водой, она просто начинает гореть! Я с самого утра поливал этим весь зал! Смешал ещё и с грязью и травой, чтобы сбить нюх у этой псинки! Удивлены!? Чёрт, а ведь и правда приятно вот так всё выкладывать — теперь я понимаю, почему детективы любят такие речи!

— В-вы столько для этого подготовили... и всё зря!?

— И это ещё не всё!

Мститель снова поднял дубинку.

— Знаете, что будет, если в это горящее месиво капнуть уже чистой, неразбавленной кровью?

Он взмахнул. Свежая кровь брызнула в воздух.

Лонздер и Элтиль без труда увернулись — летела она не слишком быстро.

Но за их спинами в ту же секунду вырвались столбы огня, ударившие в потолок.

— Та-дам! Взрывчик поострее!

Пока он говорил, в них уже летели новые капли крови.

— Тц — двигайся, Элтиль!

— Гав!

Адская Гончая и Самоцвет рванули вперёд.

●

Зал полыхал. Огненные столбы взревели, пока Элтиль, приняв облик огромной чёрной гончей, неслась вперёд бок о бок с Лонздер.

— Хья-ха-ха-ха-ха! Красота, правда!? Просто великолепие!

Мститель хохотал как безумный. Его кровь летела беспорядочно, но при этом точно, будто сама выискивала цель.

Двадцать метров — обычно они сжали бы такую дистанцию в считаные секунды.

Но —

— Что такое!? Не можете до меня добраться!?

Уиспер на полной скорости отступал назад, продолжая махать [Виблейдом].

— Лонздер-сан! Для такого отброса он подозрительно обстоятельный, да!?

— Такой уж он есть! Смотри, сейчас —!

И, как только она крикнула, Элтиль низко и резко ушла в сторону прыжком.

Одной только скорости было мало — из-за своих размеров она оставалась слишком удобной мишенью для взрывной крови.

— Вот ведь морока... попадёт — больно же, да? Шкура у меня крепкая, но всё равно...

— Один-два удара ты ещё выдержишь, но если посыплет серией, тебя постепенно разнесёт! И прощай тогда твоё драгоценное пальто!

Этого ей совсем не хотелось. Рывками меняя направление прямо в прыжке, она краем глаза взглянула на Лонздер.

В резком контрасте с ней детектив вообще не уворачивалась — ни от огня, ни от крови, ни от взрывов.

Положившись на прочность [Незапятнанной девы-наковальни из самоцвета], она просто пробивалась вперёд в лоб.

Каждый взрыв немного сбивал её, но остановить не мог.

И в результате Элтиль и Лонздер пересекали зал почти с одинаковой скоростью.

Тем временем Уиспер уже добрался до дальней стены.

Ещё несколько секунд — и они были бы рядом.

— Тц... дурной знак...

— Что именно!?

— Ты вообще сейчас видишь хоть какие-то хорошие знаки!?

— Нет, потому и спрашиваю!

— Оооо... Норман! Забираю слова назад — хочу другую помощницу!

— Хья-ха-ха! Как весело! Давай, присоединяйся!

За пять секунд до того, как они должны были настигнуть Уиспера, подрывник высоко поднял [Виблейд].

— Гх — это и есть дурной знак!?

— Если поняла — ПРЫГАЙ! Вверх, прямо вверх! И потом уж извинишь!

Требований разом было слишком много, но гончая повиновалась без малейшей заминки.

Простит ли она её потом? Это решилось тут же.

●

В тот миг, когда Элтиль прыгнула, выбор у Лонздер был один.

— ———

Она вскочила ей на спину.

Правой рукой схватилась за ремень на шее зверя, ногами зацепилась за лапы.

А затем, используя управление массой [Незапятнанной девы-наковальни из самоцвета], резко облегчила свой вес почти до нуля.

Одновременно кровь, которую разметал подрывник, прочертила по полу горизонтальную линию.

Границу, отсекающую их от него в ту же секунду, когда они оторвались от земли.

К этому моменту Лонздер уже примерно поняла радиус его взрыва. Учитывая скорость и силу прыжка Элтиль, она решила, что они успеют вырваться за пределы пламени и ударной волны до того, как всё развернётся полностью.

Если получится — они разом сократят дистанцию и переведут бой в ближний контакт.

Каким бы усиленным ни был Уиспер, в драке вплотную преимущество было на их стороне.

Проблема была только одна.

Позволит ли Адская Гончая вообще оседлать себя таким образом.

После совместной бани они, возможно, и стали ближе, но, если подумать спокойно, это всё ещё выглядело подозрительно.

Элтиль вела себя так, будто чем-то перед ней виновата, и это бесило; Лонздер схватила её за челюсть и — если уж честно, она просто притянула её ближе, но то, как при этом тряхнулась её грудь, до сих пор раздражало — а потом та почему-то стала неожиданно покладистой и даже заговорила про бренди в чай, так что Лонздер в порыве и швырнула её обратно в воду.

Если смотреть на это объективно, можно ли было назвать их теперь «ладящими»?

...Очень сомнительно.

Лонздер ещё ни разу не видела, чтобы Элтиль в облике чёрной гончей позволяла кому-либо ехать на себе.

Норман, возможно, был исключением, но Адская Гончая, одновременно и верная собака, и обезумевший зверь, в этом смысле была слишком плохим ориентиром.

И когда в голове уже мелькнуло: не просчиталась ли я? —

— ...Гав.

Она услышала короткий, почти смеющийся лай.

— …………Ха.

И Лонздер тоже криво усмехнулась.

Потому что —

— Сегодня ты весь день меня за собой таскала без передышки.

Но —

— Неплохо, напарница.

●

Уиспер увидел две вещи.

Первая — стена пламени, рождённая его собственной кровью.

А вторая —

— Ого-ого...!?

— это Элтиль, перелетевшая через эту самую стену пламени, с вцепившейся в неё сбоку Лонздер.

Тренч Адской Гончей и куртка Самоцвета трепетали под ударом горячего воздуха.

В глазах Элтиль плясал жёлтый огонь, а по конечностям Лонздер светились алые узоры.

В этом двуцветном свете блеснули значки у них на ошейнике и на груди.

— Тц —...!

Лонздер ударила ногой вбок, резко меняя траекторию их прыжка прямо в воздухе.

Вероятно, с помощью своей способности управлять массой. Элтиль, подхваченная инерцией, ушла в противоположную сторону.

— Хья-ха... вот как, вот как.

И обе приземлились, зажав Уиспера между Самоцветом и Адской Гончей.

— Это ещё что такое? Детектива, которой я собирался мстить, как будто уже вообще не осталось. Не думал, что рядом с этой женщиной встанет кто-то ей равный.

— И насколько же вы были отвратительны, Лонздер-сан?

— Без понятия. Забыла уже всю эту древнюю историю.

— Чёрт, холодно. А я-то всё помнил, между прочим.

На это ушли месяцы — эксперименты на людях, чтобы сделать из него носителя [Девяти Трав], тренировки, пока он не научился свободно пользоваться [Виблейдом].

И всё это — ради мести детективу, которая однажды разрушила всю его радость от жизни.

— …………Но, впрочем. Ладно, ничего не поделаешь.

— О? Передумал насчёт мести?

— Ага. Передумал.

— Ха?

— А?

Обе чуть сбились: и Самоцвет, и Гончая уже стояли в стойке, готовые в любой миг броситься вперёд.

— Не могу сказать, что мне неинтересно, с чего вдруг у тебя изменилось настроение, но если ты говоришь, что бросаешь идею мести, я это так и приму.

— ...?

Уиспер развёл руками и покачал головой, оставив обеих в полном недоумении.

— Э... и что теперь...?

— А... давай проще.

Похоже, он сам на миг задумался, что делать дальше, но потом всё-таки объявил:

— С местью покончено — значит, время для великого финала подрывника! Разнесу вас обеих просто ради удовольствия!

Самоцвет и Адская Гончая сорвались с места мгновенно.

●

Лонздер рванулась вперёд, сокрушая пол под ногами, и тут же заметила перемену в собственном состоянии.

Доказательством служили алые узоры, сиявшие на её конечностях.

[Критический кейс — стабильное состояние].

Метод контроля Отступников, придуманный Норманом и хранимый в секрете.

Обозначая уровень активации способности свечением, можно было заранее не давать ей сорваться вразнос.

Даже [ранговая первая категория], если её оставить без контроля, способна устроить катастрофу. Что уж говорить о [ранговой третьей категории], которая снимает с себя все ограничители.

Именно поэтому, как всегда говорил Норман, этот свет — не более чем регулирующий клапан.

[Стабильное состояние] ещё допустимо, но стоит перейти черту — и следует немедленное обездвиживание, а затем лекция, уже почти нечеловеческая по своей жестокости. По крайней мере сама Лонздер воспринимала это как проявление любви, а потому терпела.

— Передача повышается...!

Её способность явно усиливалась.

В одно мгновение она сократила дистанцию и выбросила вперёд прямой правый.

— Хья-ха!

В ответ бывший мститель, а ныне просто подрывник, вскинул широкий [Виблейд] как щит.

Отличная реакция, — успела признать она и тут же вложила в удар ещё больше ускорения, собираясь разнести и палку, и защиту вместе —

— ────!?

ГДОООНН!

Из-под удара раздался какой-то ненормально тяжёлый басовитый гул, и её кулак отбросило назад.

— Ай... нет, не ай, но что это вообще!?

Ощущение было такое, будто она со всей силы врезалась в стену безо всякой способности — хотя [критический кейс] ясно подтверждал, что сила активна. Почему же он не раскололся?

— Хья-ха-ха! Не знала!?

Подрывник пошёл в погоню за отступающим Самоцветом и одновременно взмахнул дубиной.

— Это металл под названием [дординий]!

Лонздер прикрылась предплечьем, перехватывая рубящий удар, летевший ей в лицо.

И снова раздался тот же тяжёлый басовый резонанс, за которым последовал удар, прошедший по всему телу.

Непривычная отдача сбила ей стойку —

— Особый сплав, который, говорят, разработали [Ремесленники]! Рассеивает, усиливает, отражает силу — по твёрдости на порядки превосходит любой известный металл! Вся эта штука целиком из него сделана!

— Тц...!

И в следующий миг Уиспер влепил ей фронт-кик в живот.

Повреждение оказалось незначительным, но сама мощь пинка отбросила её назад.

Поддавшись инерции, она перевернулась в воздухе и сумела восстановить стойку.

— Ирис, между прочим, мне об этом не сказала...!

— А? Ты её знаешь?

— Конечно знаю. Я-то был уверен, что именно она придёт забирать это обратно —

Пока он говорил, Уиспер сунул руку во внутренний карман кожаной куртки. Оттуда он достал тонкий цилиндр, тот самый, который в первый раз вонзал себе в руку при них.

Затем он щёлкнул чем-то на [Виблейде]. Пустой цилиндр вылетел из рукояти, а вместо него встал новый, полный взрывной крови.

— Но для меня всё вышло только лучше! Ну что ж, свежая кровь, поехали!

Расхохотавшись, подрывник поднял своё оружие —

— !?

И вдруг между ними пронеслась кромешно-чёрная тень.

●

— Это ещё что...

На долю секунды Уиспер замер — настороженность.

Он действительно увидел чёрную тень.

Не образно. Буквально нечто, что можно было описать только так.

Среди уже пылающего пространства поднялся туман чернее самой пустоты, поглощающий свет вокруг.

Внутри этого мрака горели две жёлтые точки, похожие на глаза.

— Адская гончая, да —

Единственная, кто здесь подходил под такое описание, была Элтиль.

Но это уже не был просто чёрный зверь — лишь клубящаяся масса тёмного тумана, требующая от него полной концентрации,

— ─────《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета — Первый выброс: Экстрим》

— и в этот момент ему влетел боковой удар ногой от Самоцвета.

●

[Чёрная демоническая гончая Братскдог — Ночной покров] — так назывался один из вариантов способности Элтиль.

Чёрный туман, сопровождающий превращение из человека в гончую. Если окутать им себя, можно полностью скрыть собственный силуэт — по сути, самый простой обман зрения.

Базовая способность [Чёрная демоническая гончая Братскдог] даже для [ранговой третьей категории] оставалась слишком негибкой.

Обычно [Ночной покров] использовался для запугивания или чтобы скрыть направление атаки, но сейчас Элтиль применила его иначе.

Всего лишь отвлекающий манёвр, основанный на новизне незнакомой способности.

Только и всего, но —

— Когда человек умелый, он не может позволить себе игнорировать неизвестное.

Адская Гончая пробормотала это в сторону Уиспера, которого Самоцвет уже отшвырнула в центр зала.

Оуэн Уиспер был силён.

Если говорить прямо — мастер.

Будь то телесные модификации или специальное оружие, но сам факт, что он мог не просто выдерживать ближний бой против Лонздер и Элтиль сразу, а временами даже брать верх, был совершенно ненормален.

Людей, способных повторить такое с [дординием], даже вместе с Норманом набралось бы от силы на пальцах одной руки. За полтора года, наблюдая множество носителей аномалий, Элтиль могла только искренне признать его мастерство.

Но такая простая вещь, как исчезнуть из поля зрения, срабатывает лишь однажды.

Как только приём раскрыт, он сразу подстроится. Нужно исходить именно из этого.

Поэтому —

— Неплохо сработало, Лонздер-сан.

— Элтиль встала рядом, не сводя взгляда с Уиспера.

План был прост: Элтиль отвлекает, Лонздер наносит решающий удар.

Они обсудили это заранее и сошлись на таком варианте.

Ни у одной не было настоящего опыта слаженной работы именно с другой, поэтому они выбрали не изящное, а максимально простое и надёжное решение.

Но слова, прозвучавшие рядом, оказались совсем не тем, чего ожидала Элтиль.

— ………………Не совсем, похоже.

— А?

— Смотри.

Даже без этой подсказки Элтиль уже смотрела туда.

— БОЖЕ, КАК ЖЕ БОЛИИИТ!!

Кровь ручьём стекала у Уиспера по голове — но он всё равно стоял на ногах.

— Серьёзно!?

Элтиль остолбенела.

[Первый выброс: Экстрим] Лонздер был чудовищен.

Среди способностей всех четырёх членов [Elementary] и их производных он входил в число самых разрушительных вообще. Даже боевые [ранговые третьи категории] после прямого попадания обычно как минимум теряли боеспособность, а то и умирали. Да что там — в прошлом месяце этой же силой разнесли целый музей.

И всё же Уиспер стоял живой.

Оставалось лишь одно объяснение.

— Это как с тем уродом, который вцепился в Нормана-саму...!?

— Не то, идиотка! Тц... [дординий], значит? Чёрт, не думала, что он настолько твёрдый... Нет, скорее гасит и рассеивает удар? Да как вообще такой металл можно сделать?

— ...То есть в тот момент [Первый выброс: Экстрим] всё-таки заблокировали?

— Да. [Виблейд] принял удар и рассеял большую часть силы.

— Хья-ха-ха! Эй-эй-эй! Вы бы хоть рефлексы мои похвалили! Я-то на секунду уже думал, что у меня сейчас оторвёт и руку, и полчерепа!

Уиспер, громко хохоча, откинул назад волосы, залитые кровью.

— Ну, надо признать, впечатлило. Туман Адской Гончей — ладно, но вы осознали, что с координацией у вас беда, и выстроили связку именно вокруг этого. Без [Виблейда] я бы уже сдох. Хороший ход.

— Хья-ха!

Он расплылся в улыбке.

— Фуууууу — чёрт, а ведь стало весело! Вот теперь пошёл разговор!

Сжав правой рукой [Виблейд], левой он провернул навершие.

— Это что, смена цилиндра? — на секунду подумала Элтиль.

Нет.

С прошлого раза он вообще использовал не так много, чтобы уже менять заряд.

Вместо этого из навершия выдвинулось лезвие, разделённое на три шипа, а затем само навершие отсоединилось от рукояти.

Но не совсем. Между рукоятью и навершием тянулась тонкая прозрачная трубка, продолжая их соединять.

— Нгаааааах...!

И после этого он вонзил трёхзубое навершие себе прямо в сердце.

— Что...!?

Сразу же густо-красная кровь пошла по трубке в основное тело [Виблейда].

Но на этом изменение не закончилось.

— Лимит-релиз ————

В тот миг, когда кровь из сердца дошла до оружия, железные пластины и шестерни внутри пришли в движение, и их зубцы начали выступать за кромку лезвия.

Из торчащих гребней брызнула кровь, а из углублений повылезали короткие клинки.

Затем раздалось пронзительное гииииинь, и всё это завертелось, разрывая воздух.

— Хья-ха!

Губы одержимого взрывами расползлись в улыбке.

— Хья-ха! Хья-ха-ха!

И смех только нарастал. Всё громче, всё безумнее.

— ─────[Виблейд: Морриган]!

Он поднял преобразившееся оружие — уже больше похожее на цепную пилу из вращающихся шестерней — и прокричал его имя.

В тот же миг кровь, стекавшая по его голове, вспыхнула.

Верхняя половина черепа, волосы, всё охватило пламя. Но самого его это совершенно не волновало.

— Вторая Трава! «Следом крови очисти заразу-аномалию!» — во! Это, кстати, не мои слова! [Ремесленник] заставил меня выучить эту чушь, чтобы произносить при активации! А ещё, хе-хе, если в таком режиме пользоваться этой штукой дольше трёх минут, сдохнешь, потому что сердце напрямую качает кровь в оружие! Ну и плевать! Хья-ха, хья-ха-ха-ха!

Сжигая своё тело, свою жизнь, он обернулся демоном пламени и заорал:

— ХЬЯ-ХАААА────Х! ПОЕХАЛИ, ТЕПЛОВАЯ СТЕРИЛИЗАЦИЯ!

●

— Что это вообще за хрень────!?

Лонздер крикнула это уже совсем не так, как подобает детективу — а может, именно так и подобает, кто знает.

Она ничего не понимала.

О [Лимит-релизе] ей никто не говорил. Клинки, вырастающие из шестерней? Уиспер с горящей головой?

Это уже не просто не укладывалось в голове.

За эти полтора года Лонздер видела слишком много абсурда. Ей казалось, что она привыкла.

Отступники. Те, кто перестал быть обычными людьми.

Монстры за гранью понимания.

— Но это уже просто нелепость...!

Оуэн Уиспер не был Отступником. Он был человеком.

...Если, конечно, того, кто носится с вращающимся лезвием, залит кровью и с пылающей головой, вообще ещё можно было назвать человеком.

Он уже перестал быть и мстителем, и одержимым местью призраком.

В голове Лонздер вспыхнуло только одно слово.

Демон.

— ХЬЯ-ХА!

Демон ринулся вперёд, размахивая [Виблейдом].

Раньше он только разбрасывал взрывную кровь на расстоянии.

Теперь же всё было совсем иначе.

— Ого!?

В их сторону полетел огненный удар.

В середине он был густо-красным, а к краям светлел до бледно-жёлтого — словно градиентный срез пламени.

Вероятно, кровь, выбрасываемая шестерёнчатым механизмом, вспыхивала почти мгновенно, а хвосты брызг, которым не хватало давления и воздуха, загорались уже с задержкой. Результат невероятно тонкого контроля мощности.

Итог?

— Тц...!

— Грр...!

Лонздер и Элтиль одновременно метнулись в стороны, когда огненный разрез прошёл между ними —

точнее, врезался в землю и тут же взорвался.

Поморщившись от усилившегося взрыва, Лонздер крикнула:

— Элтиль, отходи!

— Что──!?

— Ты, псина! Если попрёшь на эту циркулярную пилу в лоб при его реакции, он тебя на контратаке нашинкует!

— Тц... Но──

Сквозь огонь Элтиль всё ещё колебалась, но Лонздер не могла позволить себе ждать.

— Время болтовни кончилось, сучий ты выродок!

Уиспер шагнул вперёд и обрушил вниз вращающуюся пилу.

Лонздер отвела левую ногу назад и в последний момент выкрутила корпус, уводя тело с линии удара. Одновременно выбросила вперёд правый джеб —

но тот рассёк только пустой воздух.

Демон опустил корпус вместе с замахом.

Затем, провернув рукоять [Виблейда],

— Сейчас будет кровавый душ!

Он нажал на спуск, и случилось ровно то, о чём предупредил.

Кровь брызнула прямо в упор и мгновенно вспыхнула огнём.

— Да не издевайся ты...!

Но Лонздер уже успела подстроить под это собственное движение.

Резко увеличив массу выброшенного вперёд правого кулака и одновременно до предела облегчив всё остальное тело, она оттолкнулась от пола —

и, опираясь на правую руку как на ось, провернула стремительный боковой сальто, уводя себя из-под взрыва.

Пламя лишь слегка лизнуло ей ногу, но это было уже несущественно.

Приземлившись, она прямо в перекате перераспределила вес и вскочила, чтобы контратаковать по открытой спине Уиспера —

— Что───

И тогда она это увидела.

[Виблейд], вонзённый прямо в землю, — и демона, который, опираясь на него, уже отталкивался вверх вниз головой.

— Неплохо. Обожаю смотреть на потрясённую физиономию детектива.

Почти в тот же момент, когда Лонздер пошла в переворот, он воткнул вращающуюся пилу в пол и использовал её как опору, чтобы самому взмыть вверх.

Теперь выпускное отверстие [Виблейда] было направлено прямо на неё.

— Чёрт───

— Держи.

Полоса взрывной крови врезалась в Лонздер.

●

Пламя ударило Самоцвета в упор, и огонь расцвёл прямо у неё перед лицом.

Она в отчаянии скрестила руки перед собой, но ударная волна всё равно приняла её целиком.

Лонздер отбросило назад, и спиной она впечаталась в каменную колонну.

— Гх...!

— Хья-ха-ха! Больно было, да!?

Уиспер тут же бросился добивать — но при этом не забывал следить за обстановкой вокруг.

Если сейчас в него рванёт Адская Гончая, он просто встретит её вращающимся лезвием.

Для Уиспера Элтиль не была чем-то особенно опасным.

Крупное тело делало её идеальной целью для контратак. Как и сказала сама детектив, достаточно было просто поставить [Виблейд] на пути удара — и даже простое столкновение стало бы смертельным. Даже если бы зверь успел впиться в него клыками или когтями, кровь демона тут же взорвалась бы в ответ — слишком удобная особенность.

Элтиль была не настолько глупа, чтобы этого не видеть.

— Хья-ха-ха...!

Поэтому, оставаясь настороже, Уиспер нёсся к Лонздер, осевшей у колонны.

Правой рукой он отвёл [Виблейд] назад всем корпусом — а затем метнул его вперёд колющим ударом.

— Тц...!

Самоцвет опустила тело как можно ниже и уклонилась, но этого Уиспер и ждал.

Он мгновенно дёрнул спуск у [Виблейда], который уже глубоко вошёл в камень.

Взрыв произошёл внутри самой колонны.

— Ты жжёшь собственную кровь, чтобы драться! Ты что, самоубиться решил!?

— А тебе-то что!? Я делаю что хочу и как хочу! Конечно, я ставлю на кон собственную жизнь! Поняла!?

— Говори словами, которые можно понять...!

Взрыв грянул прямо за спиной Лонздер, но она даже не двинулась. Просто приняла и жар, и удар всем укреплённым телом. Даже демон не мог не признать эту живучесть.

Но из-за этого её движение на миг застыло.

А значит —

— РВИ И КРОШИ!

— ────《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета》!

Демон обрушил [Виблейд] вниз.

Попадание — прямое.

Лезвие из [дординия] вспороло левую руку Лонздер, которую она в отчаянии подняла для защиты, —

— Хья-ха-ха! Быть не может, да он слишком твёрдый!

Кровь брызнула — но кость не поддалась.

— Грр... РАААХ!

— Ого!?

Самоцвет взревела и изо всех сил швырнула левую руку вниз. Вращающаяся пила, застрявшая в плоти, ушла вниз вместе с этим движением.

Стойка Уиспера сбилась — и в тот же миг подъёмный удар ногой врезался ему в защиту.

— Угх—!?

Поднятое для блока левое предплечье демона разлетелось от одного-единственного удара.

Левая рука Лонздер была разворочена, сама она потеряла равновесие — и всё равно смогла выдать такую мощь.

Да, она и правда была монстром.

Но —

— ──── Плоть вспороть уже достаточно, верно!?

Левая рука Самоцвета взорвалась. Впрыснутая туда кровь, когда пила вошла в тело, наконец сработала.

— Гх────

Лонздер отшвырнуло прочь. Она прокатилась по полу и всё же заставила себя подняться, но повреждение левой руки оказалось серьёзным.

Как бы сильно она ни уплотняла тело, внутренний взрыв был слишком страшен.

— Хаа... хаа... ха...!

Левая рука безвольно висела вдоль тела, плечи тяжело ходили вверх-вниз — от прежнего хладнокровия не осталось и следа.

У самого Уиспера левая рука тоже была раздроблена, но теперь, когда его лицо охватывало пламя, это уже почти ничего не значило.

— Пора заканчивать, детектив!

Он заорал, рванулся вперёд и уже занёс следующий удар —

как вдруг увидел за спиной Самоцвета пару багровых глаз, горящих жёлтым.

— ──── А вот и она!

Адская Гончая.

Оставлять Лонздер без внимания уже было нельзя, но самому демону это даже казалось выгодным.

— Иди сюда────!

Уиспер был абсолютно уверен в своих превосходных рефлексах. Как бы ни атаковала Гончая, он сумеет её перехватить.

Попытается ли она прикрыть Самоцвета или ударит напрямую — не имело значения.

Доведя концентрацию до предела, Уиспер приготовился к броску Адской Гончей —

— Прошу прощения.

— Гх—!?

И в следующий миг огромная лапа Гончей вдавила Самоцвета прямо в землю.

— А?

На долю секунды его мысли замерли. Такого хода он не предвидел.

Слабое удивление, смешанное почти с весельем от того, как Самоцвет сдавленно квакнула от удара, ещё не успело оформиться, когда Уиспер увидел это —

— Ррррооох...!

— Тц──

Широко распахнутая пасть Адской Гончей.

Тело дёрнулось само собой, уводя его от смыкающихся клыков —

— 《Чёрная демоническая гончая Братскдог────ROAR》!

Ударная волна рёва врезалась демону во всё тело целиком.

— Правда... ты слишком себя загоняешь, Лонздер.

— Заткнись...! Могла бы и раньше вмешаться! И не используй 《ROAR》 в подземелье, здесь же опять всё рухнет!

— После всех этих взрывов это уже не имеет особого значения.

С тяжёлым вздохом Элтиль отступила на шаг от Лонздер.

Лонздер, морщась, поднялась.

— Чёрт, больно-то как...

— Драться ещё можешь?

— Выбора-то нет.

Обменявшись утомлёнными взглядами, обе снова посмотрели вперёд.

Уиспер стоял, окружённый огнём. Шатаясь, но всё ещё готовый к бою. Хотя 《ROAR》 сработал в упор, [Виблейд] всё же частично принял удар на себя. Волна отбросила демона назад, но повреждения оказались ослаблены.

— До чего же мерзкая штука. Вращающиеся лезвия, взрывная кровь и его боевые навыки не оставляют брешей. Но даже с этим можно было бы разобраться...

Лонздер тяжело выдохнула.

— Настоящая проблема — это его реакция. Прямое попадание моего [Первого выброса] или твоего 《ROAR》 прикончило бы его. Но этот горящий ублюдок в последний момент либо уходит, либо отводит удар. Прочность [дординия] — отдельная беда, но пока мы не превзойдём его скорость реакции, нам конец.

Не зря же это зовут «анти-отступническим оружием».

С такой реакцией большинство способностей [Девиантного состояния] или [Метаморфного состояния] просто теряют смысл.

— Ты говорила, у него всего три минуты. Может, если тянуть время, он просто сам сдохнет?

— …………Даже не рассчитывай.

Лицо Лонздер исказила горькая усмешка.

— Он уже окончательно сорвался. Боль и раны для него теперь ничего не значат. Мы, конечно, могли бы махнуть на всё рукой и сбежать, но... честно говоря, у меня чувство, что даже смерть его сейчас не остановит.

— ...Верно. На этом этапе уже почти смешно пытаться понять, кто из нас здесь вообще Отступник.

— Не говори. Я думала о том же.

Элтиль и Лонздер обменялись сухим смешком.

Потом Лонздер бросила взгляд на свою окровавленную руку.

— В общем, нам нужно лишь одно — обойти его реакцию. У меня есть план.

— Я как раз ждала этих слов.

— Это будет чёртовски большой ставкой.

Из горла Элтиль вырвался низкий рык.

Совсем недавно, перед тем как стать напарницей Лонздер, у них уже был разговор об этом.

И, вспомнив его, Элтиль ощутила неприятный холодок.

Но —

— Ладно. Давайте.

— Уверена? Ты ведь терпеть не можешь азартные игры.

— Терпеть не могу. Но других идей у меня нет.

Кроме того —

— Так сказала моя напарница.

— ──── Ха.

— Не смейтесь. Это вы всё начали.

— Ха-ха-ха, и правда. Но всё равно смешно.

— ...Гав.

— Эй, что это значит? Я не Норман, по-собачьи не понимаю.

Проворчав это, Лонздер вновь посмотрела на Уиспера.

Элтиль сделала то же самое.

К этому моменту огонь уже окутывал его верхнюю половину тела целиком — и как он вообще всё ещё был жив и двигался, оставалось загадкой.

И всё же он по-прежнему крепко держал [Виблейд].

— Элтиль.

Её окликнула напарница.

— Не усложняй. Иди в лоб, войди вплотную и врежь по нему 《ROAR》 на полной мощности. Сожми его в одну точку. Влей в это всё до капли.

— Сжать...? Как? Мне и так стоило огромного труда хотя бы придать рёву направленность.

— Смотри и учись. Главное — образ. А идеальный пример у нас сейчас прямо перед глазами.

— …………А, понятно.

— Тогда так и сделаем. А за нотацию Нормана потом вместе ответим.

И с этими словами Лонздер улыбнулась — мягко, так, как Элтиль у неё раньше никогда не видела — и провела рукой по голове Адской Гончей.

Жест этот вдруг напомнил Элтиль о Нормане, и потому она приняла его без сопротивления.

— Эй-эй! Что это вы там так сблизились!?

Демон презрительно оскалился, потрясая [Виблейдом].

— Пламя и Алмаз, значит? И это вы называете боем!? Что за тёплая водичка, а не драка!? Больше духу! Я тут жизнь сжигаю — у меня, мать вашу, голова горит!?

В ответ Элтиль и Лонздер переглянулись —

— Ха, ты всё равно не поймёшь.

— Ты ведь просто отголосок прошлого.

И обе рассмеялись.

— Быть тёплыми — это нормально. Это тепло предназначено Норману.

— Справедливость, которой я владею, была дарована мне Норманом-самой. Она никогда не расколется.

А затем —

— 《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета》───

— 《Чёрная демоническая гончая Братскдог》───

Они произнесли имена своих предопределённых сущностей.

— ────[Критическая глубина]!

И в тот же миг вспыхнуло двуцветное сияние.

●

[Критический симптом — Глубинное состояние].

Край перед полным срывом, доказательство того, что способность доведена до своего абсолютного предела.

Обычно это не включалось намеренно. Такое происходило само собой, уже в бою.

Но сейчас впервые [Глубинное состояние] было вызвано самим голосом.

В этот момент Самоцвет и Адская Гончая осознанно вступили в [Глубинное состояние].

Узоры, покрывавшие конечности Лонздер, разошлись по всему телу и засияли багрянцем.

Из глаз Элтиль хлынул золотой огонь, и её чёрную шерсть окутало ослепительное сияние.

Свет, перекрывающий и подземную тьму, и окружающее пламя.

Туда, за [третью категорию], куда указывал Норман Хэмиш и что обнаружил Джим Адамворт.

— Хья-ха-ха! Что это, припрятанные козыри!?

Даже перед этим светом демон только смеялся.

Неважно, что жизнь уходила из него с каждой секундой.

У него оставалось то, что он обязан был сделать.

Ненасытная жажда, понятная только ему одному, — желание насладиться тем мгновением, когда на глазах у него всё взрывается.

Вот почему он убивал товарищей, соседей, случайных людей, а теперь ещё и монстров.

Потому что не мог остановиться. Потому что не мог вынести мысли не делать этого.

И потому дойдёт до конца, даже если сам сгорит дотла.

──── Огненный дурак, блуждающий огонёк, который не успокоится, пока не станет пеплом.

— Хьях────к!

— Рррооох...!

В то мгновение, когда демон захохотал в полном безумии, золотая Адская Гончая уже была рядом.

Золото летело через поле боя, а багрянец — это Самоцвет у неё на спине.

Усиленные [Глубинным состоянием], их физические возможности превосходили даже само мгновение. Они сократили дистанцию, разрывая воздух ударными волнами, и огромная пасть зверя распахнулась.

— Взрывная кровь...!

И всё же даже при такой, почти божественной скорости демон успел среагировать.

Он рубанул встречным взмахом вращающегося лезвия. Одновременно выплеснул кровь на предельной мощности.

Пылающая цепная пила врезалась в Адскую Гончую — и взорвалась.

Так это и произошло.

Взрыв разорвал воздух, содрогнул пол, колонны и потолок.

Ударная волна хлестнула даже по самому демону, но он не отступил ни на шаг.

— Рррооох...!

— А...!?

Демон уставился на увиденное. Адская Гончая выдержала и удар [Виблейда], и пламя. Но потрясло его вовсе не это.

И не то, что Самоцвета у неё на спине уже не было.

А то, что золотую шерсть Адской Гончей теперь покрывали багровые узоры.

На первый взгляд они были похожи на отметины на теле Самоцвета.

Но он мгновенно понял, что происходит на самом деле.

Это свечение было —

— Кровь...!?

●

В следующее мгновение Самоцвет, уже успевшая оттолкнуться от спины Гончей и приземлиться за демоном, криво усмехнулась.

— 《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета — Кровавый плащ》, если хочешь знать.

Способность Лонздер, 《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета》, позволяла ей управлять плотностью и массой собственного тела.

Не только кожи — костей, суставов, даже внутренних органов.

Разумеется, это распространялось и на кровь.

— Никогда раньше такого не пробовала, но твоя кровь доставила нам немало хлопот. Око за око, зуб за зуб... кровь за кровь.

Когда она взобралась на Элтиль, то успела разбрызгать собственную кровь из раненой руки и наложить на неё способность. Даже усиленная [Глубинным состоянием], Элтиль могла и не выдержать — чистейшая ставка на удачу.

— Ну как, Элтиль? Когда выигрываешь вот в таком пари, чувствуешь себя чертовски хорошо, правда?

《Чёрная демоническая гончая Братскдог》, поверх которой была наложена 《Незапятнанная дева-наковальня из самоцвета》.

Совместный приём, который ни одна из них раньше даже представить не могла.

──── И показанная им правда всё ещё сияла даже в самом аду.

— Ах ты тварь───!

— Ой, а у тебя сейчас есть время оборачиваться?

И после этого всё превратилось в череду мгновений.

●

— Оооох───

Элтиль глубоко вдохнула.

Честно говоря, всё тело болело просто адски. Даже если кровь Лонздер и защитила её, [Виблейд] всё равно успел глубоко войти ей в плечо. Часть шерсти тоже сгорела от взрыва.

Но Адская Гончая проигнорировала весь этот урон и двинулась делать то, что должна.

Однако одной только ударной волны от воя в этой ситуации было недостаточно.

По самой природе воздушной вибрации она расходится широко, а значит, на таком расстоянии [Виблейд] вполне мог бы рассеять её мощь.

Поэтому Адская Гончая пошла глубже, сильнее, дальше в собственную способность.

Способность Отступника — это прежде всего воображение.

Как именно её применять, к чему она должна привести — если образ чёткий, рождаются и производные техники.

Сведение её воя в одну точку. Вот что сейчас было нужно.

Прямой пример уже существовал — та самая трава-убийца Отступников, которую только что показали им прямо на поле боя.

Механизм сжатия, придающий жидкости направленность.

Если образ, понятный с первого взгляда, уже есть, оставалось только представить нечто подобное по-своему и воспроизвести.

— Грр, ооо, ооо...!

Элтиль сосредоточила в пасти углубляющееся золотое пламя.

— Сууу────

Лонздер же на одно мгновение полностью расслабила тело.

Пусть оно и было укреплено, его уже несколько раз накрывали взрывным пламенем, левая рука была разорвана, да и крови она потеряла много, когда наносила её на тело Гончей. Даже в [Глубинном состоянии] её физическая оболочка уже подходила к пределу.

Поэтому она лишь легко прижала свой целый правый кулак к спине демона.

Закрыла глаза, сосредоточила сознание. Всё решало одно-единственное мгновение.

Тот самый миг, когда Уиспер, зажатый между передом и тылом, будет вынужден решить, что опаснее устранить первым.

— ─────!

По всему телу Лонздер багровые узоры вспыхнули ослепительным светом.

Золотое пламя, вырвавшееся из пасти Адской Гончей, свернулось спиралью и ударило демона прямо в грудь.

Это был сжатый вой, дорожка удара.

Самоцвет в ту же самую долю секунды вложила в свой правый кулак массу, увеличенную до десятков тонн, и вбила её вперёд.

Последствия этого чудовищного удара пошли дальше, чем просто цель, и под ногами Лонздер разверзлась гигантская трещина.

Удар с двух сторон — спереди и сзади — взорвался внутри жизненно важной точки Уиспера.

— Гахах─────!?

То, что произошло, нельзя было назвать просто зажимом с двух сторон.

Чудовищные импульсы столкнулись внутри тела демона и разорвали его изнутри.

В результате кровь хлынула у него изо рта целым фонтаном.

— ...хья, хья-ха, хья-ха-ха. Подумать только, что моё собственное тело взорвётся изнутри...

С лязгом [Виблейд] покатился по земле.

Одновременно с этим трубка, пронзавшая сердце, выскользнула наружу.

Кровь хлынула уже не только изо рта, но и из глаз, из носа, из ушей — отовсюду.

— Нннннн... до чего же это прекра-а-асно...!

С экстатической улыбкой на лице Уиспер умер.

●

— Элтиль, уходим отсюда немедленно!

Элтиль, уже почти готовая рухнуть перед окончательно замершим телом Уиспера, подняла голову на крик Лонздер.

— А? Погоди, я вообще-то уже довольно устала...

— Не дури! Я сама сейчас сдохну от переработки! Хотя не в этом дело — смотри!

Лонздер указывала прямо вверх.

Элтиль удивлённо посмотрела туда.

— ...А.

К потолку было прилипло множество капель крови.

— Госпожа детектив... это...

— Сейчас рванёт! И ты, и я уже слишком далеко зашли!

Едва она это прокричала, как всё вокруг начало дрожать.

Это ощущение было им уже знакомо.

А значит, через несколько секунд потолок взорвётся.

Иными словами,

— Всё сейчас обвалится────!

— Опять────!?

●

— ...Лонздер-сан.

— Что?

— Может, вам стоит сменить имя на Разрушительницу Слейни?

— Только из-за этой дурацкой игры слов? Совсем не смешно. ...Не смешно, но... хм.

Элтиль и Лонздер, обе сидевшие на тускло освещённой земле в полном изнеможении, одновременно обернулись назад.

Там, куда падал их взгляд, виднелись деревья и земля, ушедшие в провал. Маленькая каменная будка, наполовину погребённая среди них, и была входом в катакомбы. А за пределами воронки тянулись ряды могильных плит.

Это было кладбище в западной части города.

Наземная часть катакомб, которая только что обвалилась, проходила под леском, так что обе искренне надеялись, что само кладбище пострадало как можно меньше.

Лонздер оторвала рукав своей куртки и, заменяя им бинт, перетянула левую руку, чтобы остановить кровь.

— Хаа... Ну, уборку можно свалить на Сферу и Ирис. Кстати, эта женщина, Ирис, ведь вообще не сказала нам ничего по-настоящему важного...

— Жаловаться бесполезно. Давайте лучше поскорее уйдём отсюда. И я, и вы — обе в крови, так что если нас кто-нибудь увидит, нас уже за одно это сдадут. Да вы только посмотрите на моё пальто — большая часть пятен на нём, между прочим, ваша кровь.

Говоря это, Элтиль поднялась и, пошатываясь, попыталась сделать шаг.

— Лонздер-сан?

— ...Знаю, просто подожди немного.

Лонздер всё ещё сидела на земле.

Лицо у неё было бледным, дыхание тяжёлым. Встать сразу она, похоже, уже не могла.

Поэтому Элтиль вернулась к ней.

— Ничего не поделаешь.

Она перекинула правую руку Лонздер себе через плечо и помогла подняться.

— ...Спасибо.

— Не стоит.

Поддерживая её за плечо и придерживая за талию, Элтиль пошла вперёд.

— Кстати, это оружие мы в итоге так и не забрали.

— В той ситуации уже ничего нельзя было поделать. Да и ладно: при такой прочности, даже если его завалило, сломаться оно не должно. Пусть теперь поработают и откопают его сами.

— Как всё у вас просто.

— Остановить Уиспера было нашей работой. А они с самого начала скрывали сведения — вот пусть теперь и разгребают.

Элтиль только криво улыбнулась.

Некоторое время обе шли молча.

Вокруг ещё стояла тьма, но вдали над восточной городской стеной уже понемногу светлело.

Под землёй они провели слишком много времени и совсем потеряли счёт часам, но теперь уже явно наступало утро.

В поле зрения проступала тень башни Балдиума.

— Эй.

Подала голос Лонздер.

— А ты никогда не думала вернуться домой?

— Что?

— Да просто поддерживаю разговор. Смотри, в этот раз всё свелось к тому, что моё прошлое догнало меня, да? Ну и вот чем это закончилось. Семьи у меня больше нет, возвращаться мне некуда. Но ты ведь не такая. Да, из-за [Картезиуса] ты не можешь покинуть город, но даже так, ты...

— Никогда не думала.

Элтиль ответила тихо.

●

Элтиль прищурилась на солнце, которое медленно показывалось из-за городской стены.

— Норман-сама говорит, что мы люди. Для нас это спасение, но... именно поэтому мы сами должны помнить, что мы монстры.

Элтиль думала.

Как бы сильно он ни признавал в них людей, она всё равно уже изменилась.

Способная превращаться в зверя, укрываться тьмой, разносить всё воем и дыханием.

Монстр, ушедший из человеческого ряда, изменившийся, выпавший за пределы.

Вот кто теперь такая Элтиль.

— Даже если бы я вернулась домой, даже если бы семья меня приняла, я сама не смогла бы это принять. Так что... да.

Она вспомнила. Месяц назад, точно так же, как и сейчас, что Норман сказал ей под утренним солнцем.

— Мне не нужно никуда идти. Человек, которому я хочу служить, находится в этом городе. Да. Моё сердце уже решило всё за меня.

●

— ...Понятно.

Лонздер кивнула на слова Элтиль, которая всё так же подставляла ей плечо.

— Ты права. Как ты и сказала, прошлое — это просто прошлое, а настоящее у нас уже есть.

По крайней мере, для Лонздер и Элтиль всё было именно так.

Нет семьи, нет места, куда можно вернуться, — эти слова к ним подходили не совсем одинаково.

Потому что в этом городе Лонздер всё-таки обрела нечто подобное.

И это было для неё неоспоримой правдой.

— Если застрянем в прошлом, будем ничем не лучше Уиспера.

— Нет-нет, вы уже слишком всё накручиваете. У нас с ним степень безумия вообще была в другую сторону, разве нет? Да и что это вообще был за человек? Сначала заявил, что с местью покончено, а потом у него настроение вообще улетело в космос.

Элтиль тяжело и протяжно вздохнула.

— Боже... я думала, вы человек чувствительный, но, похоже, вы ещё сентиментальнее, чем казались. Какой же вы были детектив, если мыслили в таком духе?

— Заткнись. ...Ну да, может, именно потому, что я и была детективом.

— Простите?

— Детективы вытаскивают на свет и обнажают ту правду, которую другие хотят спрятать. Если речь о таком убийце, как Уиспер, — это одно. Но... порой ведь, наверное, бывают и вещи, которые лучше оставить сокрытыми.

Стоит ли прощать преступления, совершённые не ради себя, а ради кого-то другого?

Когда она стала Отступницей, все весы справедливости у неё давно разлетелись в щепки, но...

— ...Если подумать, я ещё до того, как стать Отступницей, уже из-за этого ломала голову. А рядом с Норманом я вообще всё такое просто спихнула на него, так что в этот раз, наверное, и правда слишком много передумала.

— Ясно.

Элтиль кивнула.

— Но вы обо мне не беспокойтесь. Я пишу семье письма.

— А?

— Я написала, что в Балдиуме встретила человека, предназначенного мне судьбой, и потому пока не могу вернуться, ведь хочу провести с ним всю свою жизнь. Пожалуйста, не тревожьтесь. Моя семья за меня порадовалась. А когда мне когда-нибудь разрешат свободно покидать город, я смогу вернуться домой будто просто в поездку.

— Да ты──!

— Ч-что!?

Какое-то время они ещё и в таком состоянии успели сцепиться друг с другом, не переставая при этом поддерживать плечи одна другой.

Через несколько минут обе уже задыхались.

— Хаа... хаа... всё, хватит...

— Хаа... хаа... давайте на этом закончим...

Переведя дух,

— ...Хех.

— ...Хе-хе.

Обе улыбнулись одновременно.

— Вахаха! И что мы вообще творим в таком состоянии, когда еле живы!

— Хе-хе, и правда... точно.

Самоцвет расхохоталась в голос, а Адская Гончая лишь криво и чуть смущённо улыбнулась.

Поддерживая друг друга, они пошли дальше — к светлой дороге впереди.

Интервал 1

— ───Понятно. Значит, Уиспер мёртв, а [Виблейд] сейчас разыскивают, верно?

В кабинете без окон его хозяйка, Сфера Хэмиш, кивнула, держа в руке чашку чая.

Стоявшая перед столом Ирис в ответ тоже кивнула.

— Да. С вчерашнего дня мы ведём раскопки на кладбище, но это займёт время.

— Ну, это не страшно. В любом случае [Номер Второй] слишком неудобен в обращении. У [Девяти Трав] с малыми номерами риск слишком велик.

Качнув длинными пепельными волосами и слегка прищурившись, Сфера улыбнулась.

Её взгляд был устремлён...

— Так что ─── если нам удастся вернуть [Номер Седьмой], никаких проблем не будет.

К сумке в руках Ирис. Изначально она принадлежала Уисперу.

Внутри сумки, которая оказалась втянута в первый обвал катакомб, лежало специализированное оружие [Номера Седьмого].

Поскольку сам Уиспер обращаться с ним толком не умел, он относился к нему грубо и даже не пытался вернуть его своими силами.

— Этот человек, помимо [Номера Второго], ещё и [Номер Седьмой] похитил — вот уж чего я не ожидала. Из-за него прибавилось хлопот, а Адская Гончая с Самоцветом ещё и разрушили два подземных захоронения... Ты ведь их изводила, не так ли?

— Да. Как и было приказано изначально, о [дординии] и [Лимит-релизе] я ничего не сказала.

— Хорошо. Было бы славно, если бы они там и погибли, но, пожалуй, это уже слишком щедрое ожидание.

Сфера слабо улыбнулась, а Ирис так и осталась без выражения.

— С Уиспером, думаю, можно уже не считаться. Гораздо важнее то, что я хочу испытать [Номер Седьмой] на практике. Хорошо бы рядом нашёлся подходящий Отступник.

— В таком случае у нас как раз есть идеальный случай.

— Вот как?

Сфера тонко улыбнулась.

— Тогда ─── будем использовать монстров, чтобы проверить, как убивать монстров.