Эпилог

В кабинете без окон Норман стоял перед двумя женщинами.

Сфера Хэмиш.

С такими же, как у Нормана, волосами и глазами, в очках — глава балдиумского филиала [Картезиуса].

За её спиной стояла Айрис Нортон — черноволосая женщина в чёрном костюме. Она занималась главным образом надзором за Отступниками внутри города и сбором информации о них, а заодно служила секретарём Сферы.

— Ну что ж, как ты себя чувствуешь?

— Как я себя чувствую? Это сложный вопрос. Прямо голову сломаешь. Ножевое в грудь, пуля в бок, трещина в левой руке, правое ухо порвано. Всего две недели назад я свалился с вершины той башни. Без трости не хожу. А в таком состоянии меня выпихивают из больницы и вызывают сюда. Да, чувствую себя просто замечательно.

— Понятно, значит, никаких проблем.

На язвительную улыбку сестры Норман мог ответить разве что бессмысленным молчаливым протестом.

Совершенно бессмысленным, даже если бы и попытался.

— Итак, глупый братец. Я вызвала тебя по двум вопросам.

— И по каким же? Про того извращенца-актёра я уже отчитался, разве нет? Не тебе, конечно, а Айрис. Ты меня даже ни разу не навестила, а Айрис больше допрашивала, чем навещала. Кстати, дай я сначала сам спрошу — что стало с Джимом? Он хоть умер как следует?

— Да, с ним разобрались. Подробности лучше не выяснять.

— А, ну да, да. Не хочу знать, не хочу вспоминать.

— Теперь, когда Джим Адамворт мёртв, а использование Отступников в военных целях временно прекращено, по крайней мере некоторое время проблем быть не должно. Разумеется, это касается и призыва из этого города.

— Иначе не было бы смысла заходить так далеко.

— Именно. Это было моей задачей, но есть ещё один вопрос, касающийся лично тебя.

С этими словами Сфера достала из ящика стола маленькую коробочку и положила её перед ним.

— Вот.

— …Спасибо.

Превозмогая боль во всём теле, он подошёл, взял коробочку, снова сел и открыл её.

Внутри лежал значок.

Трость и шляпа, окружённые синим, красным, жёлтым и зелёным узором. А на полях шляпы было написано:

[Elementary].

— …Это что?

— Ты ведь давно говорил, что хочешь работу на виду, не так ли? Вот результат твоих недавних заслуг. Детективное агентство [Elementary]. Все нужные бумаги уже отправлены к тебе на квартиру — можешь использовать её как офис.

— ………………………Что за гиковщина.

— Нет, это символизирует четыре элемента.

— А? А, вот оно что… Ну надо же.

— Отлично, правда? Ты из кожи вон лез, раскрывая дело ради них, и заодно заработал очки для [Картезиуса].

Норман никак не отреагировал на саркастическую улыбку сестры.

— А второй вопрос…

— Твоя следующая работа.

— …А, понятно. Я ещё восстанавливаюсь, но постараюсь.

— Хорошо. На этом всё.

Тяжело вздохнув, Норман поднялся.

Опираясь на трость, он открыл дверь, но тут —

— Хэмиш.

Это был голос не Сферы, а Айрис, до сих пор молчавшей.

— Это детективное агентство — и правда то, чего ты хотел?

Её слова были холодны, как лезвия льда.

— …Ну, не совсем то, что я себе представлял, но и неплохо.

— Понятно.

Её взгляд прошил Нормана насквозь.

— Ты и правда совсем не изменился.

●

— На какой сядем?

— Давай вот на этот.

— Хорошо.

В гостиной у Нормана Хэмиша.

Кларес и Лонздер развалились на двух единственных диванах так, будто это был их собственный дом.

— Элтиль, завари нам чаю. Мне добавь бренди.

— А мне, пожалуйста, роял-милк-ти.

— Вы двое, вообще-то я вам не служанка.

Отозвалась Элтиль, продолжая мести комнату метлой.

Она регулярно приходила убираться даже пока Норман лежал в больнице, а сейчас устроила ещё одну основательную уборку.

— Если хотите, сами и сделайте.

— Что скажешь, Кларес?

— Когда Норман вернётся, сам нам всё приготовит, так что можно и подождать.

— Здраво.

Кларес принялась читать подвернувшуюся под руку книгу, а Лонздер закурила сигарету.

— Честное слово…

Элтиль не удержалась от вздоха, глядя на этих двоих.

С ними всё равно было бесполезно спорить, так что ничего не поделаешь.

— Ни капли желания сотрудничать, да?

Сидзуку, занятая в углу комнаты, сказала это язвительно.

— Вот уж от кого это слышать, Сидзуку. У тебя там, между прочим, вид вполне устрашающий.

— Не я одна учусь у Нормана самообороне.

— Хи-хи, и правда внушительные средства самообороны.

Проследив за насмешливо-весёлым взглядом Кларес, можно было увидеть Сидзуку: без перчаток, она держала в руках винтовку, которую разбирала и чистила.

Не обращая ни на кого внимания, она протирала потускневшие детали оружейным маслом.

— Почему бы тебе не подойти к нам, Сидзуку? Мы же всё-таки старшая и младшая.

— Я вообще-то уже бросила учёбу, старшая.

— Иди к нам, детектив. Давайте уж ладить.

— …Нет, спасибо. А нам обязательно ладить?

— Хороший вопрос. Наверное, стоит — учитывая то, что нас ждёт дальше.

— Детективное агентство, значит? Как чудесно, что Норман станет хозяином собственного замка.

— Elementary. Смеяться бы, если бы было смешно.

О создании агентства все четверо уже услышали от Сферы, поэтому и собрались встречать Нормана из больницы.

Иначе у них не было бы ни единой причины сходиться вместе.

Если бы эти четверо собрались на чаепитие просто так, всё, скорее всего, быстро кончилось бы кровавой бойней: хватило бы даже повода вроде «Ты мешаешься» или «А это, похоже, будет весело».

По сути.

До сих пор они не переходили эту черту только потому, что знали: Норман пытается защитить их всех четверых.

— …А нам вообще нужно это агентство?

Отложив отполированные детали в сторону, Сидзуку пробормотала это, ловко собирая револьвер обратно.

— Полтора года мы ведь и так все жили каждая по-своему, разве нет?

Пусть это и прозвучало как замечание самой себе, теперь рядом были люди, которые могли за него ухватиться.

— Нужно оно нам или нет — не в этом дело.

Как и всегда, фея улыбнулась, подбирая слезу, обронённую цветком.

— Но в этот раз мы ведь вчетвером пришли спасать сэнсэя, разве нет? Маленькое чудо. Хотя, наверное, именно сэнсэй, который всё это время оставался рядом с нами, какие бы мы ни были, и сделал это чудо возможным. Разве вам не хочется показать ему ещё таких чудес? Готова поспорить, сэнсэй был бы очень рад увидеть, как мы все вместе пьём чай.

………………

На мгновение рука Сидзуку замерла.

Лонздер с весёлым видом выпускала дым, Элтиль тоже прислушалась к словам Кларес.

— Тебе не неприятно проводить время с нами четырьмя?

— …Не до такой степени. …Хотя, в общем, мне всё равно.

— Тогда никаких проблем в том, что мы собрались, нет.

Сухо щёлкнув, Сидзуку крутанула только что собранный револьвер. Не ответив сразу, она вытерла руки тряпкой, снова сняла только ствол и бережно положила его в футляр для скрипки, стоявший рядом.

— …Если Норман будет рад, тогда ладно.

Сидзуку осталась — нехотя, но всё же не ушла.

Достав скрипку из другого футляра, не того, в который только что убрала револьвер, она рассеянно начала перебирать струны пальцами.

— Ловко ты говоришь.

— Именно. А вы как считаете, Детектив?

— Что я думаю? А ты как, Элтиль?

— Если это порадует господина Нормана, у меня возражений нет.

Ответ прозвучал мгновенно. Сметая совком собранный мусор и выбрасывая его в корзину, она ничуть не колебалась — будто сказанное было для неё само собой разумеющимся. Как верная собака, желающая только счастья своему хозяину. Это и было её собственным счастьем.

— Как и ожидалось. Ну, я тоже в целом не против. Да и само детективное агентство не так уж плохо.

— Хе-хе, у нас четверых и правда совсем нет собственного «я».

— Ну, мы ведь всё-таки — Elementary.

— ?

Кларес слегка нахмурилась от слов Лонздер.

Сидзуку и Элтиль тоже повернулись к ней, не понимая, к чему она клонит.

Лонздер приняла их взгляды с улыбкой.

— Теория четырёх элементов. Представление о том, что мир состоит из четырёх стихий. Разве это не про нас?

Это было сказано не с той твёрдой уверенностью, с какой сыщик раскрывает истину.

Скорее как мягкая молитва, смешанная с кривой усмешкой.

Земля, вода, огонь, ветер. Четыре элемента. Один мир.

Сидзуку — слеза.

Элтиль — Сириусфламме.

Лонздер — Эхэнсдия.

Кларес — Эйристеп.

Эти четверо вместе — один мир.

Мир Нормана Хэмиша.

— Elementary.

Вот почему здесь, в агентстве, где эти четверо могут собраться вместе,

им не нужно дрожать в углу. Не нужно прятать свои истинные лица. Не нужно колебаться, что им делать. Не нужно скучать.

Это то, о чём он мечтал, обещанное место, чудо, которое он создал.

И все четверо подумали об одном и том же:

Это было бы прекрасно.

●

Норман вернулся к себе, положил руку на дверную ручку и

— ……..

Дверь оказалась не заперта. На мгновение замерев, он спокойно открыл её.

— Эй, я дома.

Как и следовало ожидать, все четверо были в гостиной по ту сторону двери.

Оглядываясь назад, он подумал, что во время происшествия в башне Балдиума, кажется, наговорил что-то совсем уж невероятное, но теперь уже ладно.

Это было совсем не в его духе, но и ложью не было.

— С возвращением.

Сидзуку сидела в углу комнаты, поджав ноги. Рядом с ней лежали два скрипичных футляра. Капюшон она так и не сняла, но перчаток на ней уже не было. Она перебирала струны скрипки пальцами, и на её губах играла лёгкая улыбка.

— С возвращением, господин Норман. Я приготовила чай.

Элтиль как раз вышла в гостиную, неся в обеих руках чайный сервиз на пятерых.

— Опаздываешь. Эта мрачная стерва опять втянула тебя в какие-то неприятности, да? Надеюсь, дело было хоть интересное.

Лонздер сидела на одном из двух диванов, бесцеремонно закинув ноги на стоявший рядом низкий столик.

Настроение у неё было отличное; она попыхивала сигаретой.

— И правда. Я бы тоже не отказалась от увлекательной работы. С возвращением, Норман-сэнсэй.

Кларес сидела как положено на диване напротив Лонздер.

Её неизменная улыбка — и всё же было ясно, что сейчас она не фальшивая.

— А.

Наверное, это и было ещё одним «почему» Нормана Хэмиша.

Точно так же, как он не выносил, когда их отвергают,

он хотел, чтобы у них было место, где они будут на своём месте.

Когда-то он дал им такое обещание.

Если однажды сможет существовать вот такая сцена — где они вчетвером просто пьют чай вместе.

То, что он считал всего лишь несбыточной мечтой, сейчас было прямо перед ним.

Маленькое чудо.

Это последнее происшествие стало для него тяжелейшей битвой, но

если такая сцена существует и сможет существовать дальше,

то, наверное, нет ничего дороже.

Значит, всё это было не зря.

— Что ж, пока будем пить чай, я хочу кое-что со всеми вами обсудить.

Он медленно обвёл взглядом:

Цветок Слёз.

Адскую Гончую.

Самоцвет.

Фею.

Четверых, кто был ему дорог.

— История так себе, но — следующее дело.

В городе, окружённом стенами.

В городе, где не бывает ветра.

История людей и чудовищ продолжается.