Глава 2. Кризис

Сегодня как раз день проведения уездных экзаменов на звание Туншэна, и Фан Юнь был одним из экзаменующихся. Однако он не питал особых надежд на успех.

Фан Юнь – типичный студент из бедной семьи.

Студенты из знатных, уважаемых и богатых семей, не говоря уже о счастливчиках из родов Великих Конфуцианских Ученых или даже Полусвятых, не беспокоятся о еде и питье и не отвлекаются на житейские дела и семейные неурядицы, но у Фан Юня все обстояло совсем иначе. Им доступны лучшие учебные заведения и академии, что совершенно недоступно для Фан Юня.

Они могут нанимать любых учителей и обращаться к ним за советом, когда только пожелают, но Фан Юнь не может этого себе позволить.

Они в состоянии покупать любые классические произведения, комментарии к ним, предания, толкования, сборники сочинений и другие труды, даже не выходя из дома, а Фан Юнь – нет.

Для таких студентов из бедных семей, как Фан Юнь, просто выжить и то было нелегко, а возможность читать книги – это уже истинное благословение. Что же касается успехов на экзаменах, бурной молодости и яркой жизни, то все это было за пределами досягаемости для сыновей из бедных семей.

Фан Юнь невольно сжал кулаки.

Затем Фан Юнь осознал, что оказался в безвыходном положении. Сейчас важнее всего было не беспокоиться о реакции семьи на известие о его смерти, а выжить.

Буквально прошлой ночью прежний Фан Юнь был забит до смерти четырьмя людьми в масках по дороге домой.

– Кто хотел убить этого Фан Юня?

Фан Юнь не успел задать вопрос, как сам себе ответил, догадавшись об единственной возможной причине.

Перед праздником Цинмин Фан Юнь взял с собой сестру Юйхуань, свою юную невесту, и отправился в молельню маркиза У, расположенную в пятидесяти ли от их дома, чтобы возложить благовония и помолиться ему, Чжугэ Ляну то есть, о благословении на сдачу уездных экзаменов и становлении Туншэном.

На обратном пути они встретили человека, ехавшего в карете.

Тот с улыбкой спросил, как пройти в молельню маркиза У, и Фан Юнь вежливо указал ему направление.

Но кто бы мог подумать, что, поблагодарив Фан Юня, тот человек завяжет с ним разговор и представится: его звали Лю Цзычэн, три года назад он сдал экзамены на степень Сюцая, и к тому же был представителем главной ветви знаменитого рода Лю из уезда Даюань. А его старший брат был выдающейся личностью – он занял первое место в провинциальном экзамене в Цзянчжоу в предыдущем году, то есть стал Цзюйжэнем.

Одно лишь благородное происхождение Лю Цзычэна само по себе не было чем-то особенным, но все ученые префектуры Даюань знали, что у семьи Лю из Даюаня был дальний родственник в столице, обладавший огромной властью – левый канцлер Лю Шань. Он был самым высокопоставленным из четырех канцлеров и главой кабинета министров царства Цзин, которому покойный император поручил помогать новому императору на смертном одре. Люди даже поговаривали, что половина чиновников царства Цзин – протеже или соратники Лю Шаня.

Самым заветным желанием Фан Юня было просто сдать экзамен на уровне уезда и стать Туншэном; сдать экзамен на уровне префектуры и стать Сюцаем ему представлялось недостижимой мечтой. Лю Цзычэн, с другой стороны, был не только утончен в манерах и обладал необыкновенным обаянием, но и являлся завидным Сюцаем. Поэтому Фан Юнь, не подозревая ни о чем, отвечал на все вопросы Лю Цзычэна.

Позже Фан Юнь обратился к Лю Цзычэну за советом о том, как лучше сдавать уездные экзамены. Лю Цзычэн щедро поделился своими знаниями, из-за чего Фан Юнь преисполнился искренней благодарности.

Узнав, что Лю Цзычэн когда-то побывал на Горе Книг – одном из трех великих священных земель – и даже достиг второго павильона, Фан Юнь еще больше зауважал Лю Цзычэна.

После этого Лю Цзычэн организовал доставку Фан Юня и Юйхуань домой на своей карете. Два ученых дружелюбно беседовали по дороге, в конце концов начав обращаться друг к другу как к братьям.

В тот вечер Лю Цзычэн остался ночевать в доме семьи Фан, ведя глубокую беседу при свечах, что еще больше усилило благоприятное впечатление Фан Юня о нем.

На следующий день Лю Цзычэн оставил двадцать таэлей серебра и письмо, а затем уехал. В письме говорилось, что он почувствовал мгновенную связь с Фан Юнем и надеется, что тот примет серебро. Если же он действительно не захочет их, он сможет вернуть их после сдачи уездного экзамена.

Прочитав письмо, Фан Юнь подумал про себя, что Лю Цзычэн – настоящий джентльмен. Однако он отдал серебряные таэли Юйхуань, попросив хранить их в безопасности, и категорически отказался принимать чужие деньги.

Неожиданно Юйхуань заметила как бы невзначай, что у Лю Цзичэна, по-видимому, есть скрытые мотивы, но Фан Юнь пришел в ярость, упрекнув Юйхуань в том, что та судит о благородном человеке по своим собственным мелочным меркам.

Позже Лю Цзичэн несколько раз навещал их, каждый раз даря Фан Юню книги, и их дружба только крепла.

Юйхуань дважды упомянула, что ей не нравится Лю Цзичэн, но оба раза получила от Фан Юня выговор, поэтому она больше никогда об этом не заговаривала.

Однажды, когда Юйхуань вышла за продуктами, она столкнулась с бандитами. Лю Цзычэн случайно проходил мимо и, задействовав силу своего магического артефакта Горная Кисть, отбился от более чем десяти бандитов и успешно спас Юйхуань. Это почти растрогало Фан Юня до слез, сделав его еще более признательным Лю Цзычэну.

Всего полмесяца назад Лю Цзычэн впервые затронул в разговоре тему отношений Фан Юня и Юйхуань, прямо заявив, что учитывая нынешние семейные обстоятельства Фан Юня, женившись на ней, он только потянет Юйхуань вниз или даже навредит ей.

Сам Фан Юнь чувствовал себя обязанным Юйхуань, считая, что обидел ее. Именно поэтому, несмотря на постоянные уговоры родственников, все еще не женился на ней. Он поклялся подождать, пока не сдаст императорские экзамены на отлично, прежде чем устроить пышную церемонию бракосочетания с Юйхуань, как она того заслуживала.

Лю Цзычэн спросил Фан Юня, каковы его шансы сдать экзамен на звание Туншэна, ведь если он хочет добиться славы, нужно как минимум стать Цзюйжэнем. Так каковы же его шансы стать Цзюйжэнем?

Фан Юню нечего было на это ответить.

Тогда Лю Цзычэн сказал, что готов взять Юйхуань в наложницы и предложить за нее две тысячи таэлей серебра в качестве выкупа за невесту.

Фан Юнь с изумлением смотрел на Лю Цзычэна, все еще не понимая истинных намерений последнего.

В этот момент появилась Юйхуань и поведала о том, как все было.

Оказалось, что каждый раз, когда Лю Цзычэн приезжал, он специально пытался завоевать расположение Юйхуань, но она знала, что если рассказать об этом Фан Юню, он ей не поверит. Тогда Юйхуань пошла на ухищрение: она сказала Лю Цзычэну, что если он сможет убедить Фан Юня, то она выйдет за него замуж и станет его наложницей. Так Лю Цзычэн попался на уловку.

Фан Юнь, наконец осознавший правду, проклял Лю Цзычэна и выкинул серебряные таэли вместе с другими подарками, которые тот ему преподнес.

Лю Цзычэн, оскорбленный и разгневанный, пригрозил Фан Юню, что если тот не продаст ему Юйхуань в качестве наложницы до уездных экзаменов, то он сделает так, что Фан Юнь никогда в жизни не сможет сдать экзамены на звание Туншэна.

Фан Юнь вспоминал последние слова Лю Цзычэна.

– Ты сам напрашиваешься! Этот молодой господин намеревался жениться на Юйхуань в качестве наложницы, чтобы создать прекрасную историю: Лю Цзичэн помогает бедному студенту, а бедный студент в ответ доверяет ему свою прекрасную невесту! Я уже сказал своему брату, что возьму прекрасную наложницу, и если она ему понравится, я, возможно, даже отдам ее ему. Теперь ты отказываешься, как я могу смотреть ему в глаза! Если до уездных экзаменов Юйхуань не станет моей, не вини меня за безжалостность! В этом царстве Цзин наша семья Лю всем заправляет!

Сказав это, Лю Цзычэн гордо удалился. Фан Юнь до сих пор не может забыть громкий смех Лю Цзычэна, как и слова Юйхуань.

– Я, Ян Юйхуань, в жизни член семьи Фан, а в смерти – призрак семьи Фан!

Однако в глазах Ян Юйхуань таились глубокая беспомощность и печаль, даже оттенок отчаяния.

Предыдущий Фан Юнь испытывал лишь стыд и благодарность, но теперь, вспоминая ту сцену, нынешний он видел в Ян Юйхуань трагическое величие и героическую решимость, словно она шла на смерть!

Фан Юнь почувствовал резкую боль в затылке. Он поднял руку, дотронулся до него и тихо зашипел. Его голова была разбита.

«Раз уж я остался жив, Лю Цзычэн обязательно продолжит свою месть! Мне некуда деваться. Единственный выход – сдать экзамены в уезде и стать Туншэном. С официальным званием и литературным статусом он точно не посмеет убить меня в уезде Цзи! Туншэн – это всего лишь резервный талант, а Сюцай – это базовый талант. Поэтому уездные экзамены самые легкие, ведь там проверяются только знание слов мудрецов и поэзия; в то время, как интерпретации классических текстов и политические эссе сдаются на более поздних, более высоких уровнях экзаменов».

«Имперские экзамены на континенте Шэнъюань отличаются от экзаменов в древнем Китае, но раз уж я здесь, почему бы не извлечь из этого максимум пользы?» – подумал про себя Фан Юнь и направился к выходу из переулка. Раны были слишком тяжелыми, все тело болело, а одежда промокла насквозь и доставляла особый дискомфорт, но он стиснул зубы и терпел.

Выходя из переулка, Фан Юнь увидел знакомое лицо – это был Дуань Ху, который работал с ним официантом в ресторане и был на четыре-пять лет старше его.

Фан Юнь уже собирался поприветствовать его с горькой улыбкой, когда Дуань Ху остановился и, понизив голос, произнес:

– Тебе лучше поскорее идти домой, у тебя дома что-то случилось.

– Сяо Ху, ты напрашиваешься на неприятности? Быстрее иди за продуктами, а не то я тебе ноги переломаю! – раздался громкий окрик управляющего Чжэня с входа в ресторан «Цзисян» в пяти шагах от них, перебивая Дуань Ху, который, казалось, еще что-то хотел сказать.

Дуань Ху беспомощно вздохнул, бросил на Фан Юня взгляд, призывающий к осторожности, и повернулся, чтобы уйти.

Фан Юнь не ожидал, что даже его семья окажется в беде, и, не утруждая себя спорами с управляющим Чжэнем, ускорил шаг.

– Я три года назад предлагал, выкупить у твоей семьи «Си Ши из Цзянчжоу». С этой суммой ты мог бы оплатить свою учебу, – злорадствовал управляющий Чжэнь. – Ну а что теперь? На нее положила глаз семья Лю из Даюань, и ты не получишь ни копейки! Во всем нашем уезде всего две влиятельные семьи, ни одной знатной. Семья Лю – известная знатная семья, но они безжалостны. Посмотри на свои раны – это, наверное, дело рук Лю?

Управляющий Чжэнь, одетый в зеленую мантию и черную шапку, был в возрасте около сорока лет, имел жену и двух наложниц. Он был известен своей скупостью. Поскольку его фамилия звучала как «игла», сотрудники ресторана втайне называли его «Игольным ушком».

Однажды Фан Юнь, заметив, что Ян Юйхуань слишком худа и слаба, тайком взял недоеденные клиентами остатки мяса на выброс, чтобы подкормить ее. Но когда управляющий Чжэнь обнаружил это, он просто схватил мясо, бросил его на землю, растоптал и пинком отбросил к собаке.

– Я скорее отдам его собаке!

Фан Юнь до сих пор помнит презрительный взгляд управляющего Чжэня, когда тот это говорил.

Фан Юнь подавил гнев и продолжил путь.

– Ты думаешь, я нанял тебя официантом, потому что ты способный? – потешался управляющий Чжэнь ему вдогонку. – Я нанял тебя, чтобы приблизиться к Юйхуань. К сожалению, Юйхуань будто околдована и держится от меня подальше, поэтому я вымещаю свою злость на тебе. Раз уж ты оскорбил знатную семью Лю, я не могу накликать на себя беду. Ты уволен!

Фан Юнь остановился, обернулся и холодно посмотрел на управляющего Чжэня:

– Тогда, пожалуйста, выплатите оставшуюся зарплату, управляющий Чжэнь.

– Ты оскорбил влиятельную семью Лю. Мой ресторан может стать их мишенью. Я уже проявляю снисхождение, не взыскивая с тебя убытки, а ты еще и зарплату хочешь? Убирайся! Еще раз осмелишься прийти в мой ресторан «Цзисян» и я переломаю тебе ноги! – управляющий Чжэнь свирепо зыркнул на Фан Юня.

– Я запомню ваши слова, – сверкнул на него глазами Фан Юнь. – Однако если сегодня вы не выплатите мне приличествующую зарплату, однажды я заставлю вас заплатить в тысячу раз больше!

С этими словами он ушел.

– Убогий, не боишься ли ты, что язык у тебя от таких громких заявлений отвалится! – язвительно поинтересовался управляющий Чжэнь и вернулся в ресторан.

Фан Юнь стиснул зубы и поспешил домой, чтобы выяснить, что происходит, а затем взять с собой письменные принадлежности и отправиться на экзамен. Если он не пройдет предварительный экзамен, не позднее чем через три дня Лю Цзычэн нанесет следующий удар, и тогда ему не миновать смерти!

Если бы он прошел предварительный экзамен, Фан Юнь был бы временно в безопасности. Даже Лю Цзычэн с его статусом молодого господина из знатной семьи не посмел бы убить в уезде Цзи ученого с литературным званием.

Фан Юнь не обращал внимания на взгляды прохожих. По дороге он осмысливал свои новые воспоминания. Он обнаружил, что между континентом Шэнъюань и древним Китаем существует огромная разница: из-за существования таланта, в сочетании с конфликтом между Десятью царствами и алчными взглядами демонов и варваров, прагматизм явно преобладал.

Например, ученые здесь обычно используют стиль письма кайшу, но поле боя постоянно меняется, и когда дело доходит до «обсуждения военных стратегий на бумаге», они прибегают к более простому скорописному написанию, чтобы быстрее выполнять свои задачи, что привело к непрерывному упрощению скорописного письма на протяжении веков.

Здесь также действует совершенно иная система императорских экзаменов. На Земле древняя система императорских экзаменов зародилась в династии Суй, а здесь она началась в династии Хань – на семь-восемь сотен лет раньше. Более того, экзамены проводятся не каждые три года, а ежегодно.

Площадь континента Шэнъюань также намного больше, чем Китай: здесь насчитывалось целых девяносто областей, причем каждая область размерами соответствовало целой провинции.

Фан Юнь вскоре обнаружил, что его дополнительные воспоминания включают не только знания о континенте Шэнъюань, полученные от оригинального владельца, но и некоторые книги, которые он никогда не читал. К примеру, «Полное собрание императорских экзаменационных работ древнего Китая», «Комментарий Гу Ляна к Летописям Весны и Осени», «Путеводитель по югу», «Толкование Чжу-цзы пяти классических текстов», «Канон трех иероглифов», «Полное собрание поэзии династии Тан» и так далее.

Примечания:

1. Цинмин (праздник чистого света) – традиционный китайский весенний праздник поминовения, также известный как Праздник весенних прогулок, Праздник очищения, Праздник третьего месяца и Праздник поминовения предков.

2. Кит. Каллиграфия. Стиль (письмо) кайшу (нормативное (уставное) написание иероглифов).

3. Кит. Каллиграфия. (стиль, письмо) цаошу, скоропись.