Ужаснейший Грех

Яркий жёлтый свет бил в глаза, отражаясь от золотых прядей, придавая им будто бы волшебный блеск. Каждая конечность находилась на весу, а потому могла быть полностью расслаблена. Лишь слегка твёрдые сидения стульев не давали окончательно погрузиться в транс.

— О... да... сейчас я чувствую... только как приятен наш мир...

— Райан, чем ты там занят вообще?!

— Между небом и землё-... — на всю комнату раздался звук глухого удара чего-то тяжёлого о паркет. — АЙ... да ёмаё, ну надо ж тебе было мне помешать, да?

Равновесие подвело мужчину, и тот, не закончив цитату, свалился с двух составленных в ряд стульев на твёрдый пол.

— Лучше б помог мне пришёл, ей богу...

— А чё тебе помогать? Ты уже который день в своих старых бумажках роешься, постоянно бормоча себе под нос какой-то бред.

— Ну знаешь, в отличие от тебя, я хотя бы чем-то полезным занята...

— «Полезным», да? Мне это напоминает то, как ты в детстве фонариком ультрафиолетовым пыталась страницы палёного мерча просветить, потому что «в мультике там были секретные послания!», а-ха-ха-ха-ха

— Ты... — резко смутилась девушка. — Ты как вообще такое вспомнить-то умудрился, а?! Дед с деменцией в двадцать пять... А помнишь, ты-...

— «а помнишь», «а ты» — перебил наставника блондин, пережав свой нос пальцами для извлечения передразнивающей интонации. — давай тут стрелками не будем швыряться.

В этот момент уже оба отвлеклись от своих дел и, сидя на полу по разные концы коридора кричали друг на друга, будто перессорившиеся детсадовцы. Однако, долго эта ссора не длилась – буквально через пару минут между двумя участниками, появился окутанный тьмой силуэт, отчего и Райан, и мисс Тантей хором вскрикнули, отпрыгнув в разные стороны.

— О боже... это ты, Ши... — успокоилась, поправляя причёску, девушка в чёрном. — я же, вроде, просила делать это не так резко.

— Простите... но дело срочное...

Уже за столом вся команда сидела в ожидании дальнейших сведений о причине прибытия Палача, однако тот лишь молча тряс руками, безуспешно пытаясь не привлекать этим действием к себе внимания.

— У тебя... всё хорошо?..

Тантей до сих пор переживала за психологическое и физическое состояние подростка после схватки с Хагеваши неделю назад. Она сама пережила её не очень-то легко, а Ши и вовсе получил травму, из-за которой до сих пор еле мог ходить. Однако, истинная причина происходящего была не в этом.

— У вас нет... бумажного пакета, размером примерно с мою голову?..

— Чё?.. — одновременно удивились детектив и водитель.

— Понимаете... по всей видимости, я не могу снять свою завесу только с какой-то одной части своего тела... а значит, мне нужно развеять её целиком... и если я сейчас отложу Кару, то вы... простите, пожалуйста... я пока не готов вам настолько открыться.

Команда не стала обижаться на подобное недоверие со стороны парня. Напротив, такое поведение казалось для них вполне логичным. Покопавшись в шкафу с одеждой, Райан достал чистую чёрную медицинскую маску, широкие солнцезащитные очки и тёмную панаму. Подобный набор обычно использовался знаменитостями для того, чтобы скрывать свою личность, выходя на улицу. Он подходил под цели Ши и поэтому, отойдя за угол и удостоверившись в отсутствии камер, он положил на пол свою секиру, которая тут же сжалась в размерах до привычного небольшого топорика, который помещался в прикроватную тумбочку в комнате подростка. Надев на своё лицо данные напарником атрибуты, он вернулся в зал обсуждений.

— Слушай... — Райан сложил из указательных и больших пальцев рук контур прямоугольника, приставив его к своему глазу. — А тебе очень даже идёт...

Однако, куда больше внимание привлекла не одежда Ши, а то, что он показал далее.

— Боже мой...

Подросток вытянул свои тонкие руки, демонстрируя внутренние стороны предплечий. Правая рука была исчерчена маркером, а левая – изрезана мелкими шрамами.

— Последние ночи я очень плохо спал... и должно быть этот фактор наложился на... стресс... от определённых воспоминаний...

— Ты начал лунатить, вообразил себя татуировщиком и на второй руке перепутал нож с маркером? — выкрикнул свою теорию блондин.

— Нет... точнее... мне кажется, что во сне меня на это кое-кто подтолкнул... сами смотрите.

Положив свои руки на стол, он акцентировал внимание на узорах. Как оказалось, это были не беспорядочные каракули и порезы. Это было послание: «Вот вам мой прощальный подарок», «УЖАСНЕЙШИЙ ГРЕХ». Очевидно, именно второе словосочетание и было вычерчено порезами, потому от прикосновений юноши к своей же руке начало вновь кровоточить. Тантей тут же достала бинты и в срочном порядке перекрыла рану. Она действительно бережно относилась к своим коллегам, тем более к младшему, что, правда, крайне удивило Ши. Ему казалось, что, на самом деле, всей команде на него глубоко плевать, однако, эта мелочь смогла пошатнуть былую уверенность.

— Я думаю, всем очевидно, кто мог такое написать... — продолжал юноша тихим голосом, поправляя бинты.

— Соул... опять он...

— Кстати, ты ж как раз про него что-то находила, да ведь? — повернулся Райан к наставнику.

Подросток взглянул на Тантей широко раскрытыми глазами, чего, правда, из-за очков никто не мог увидеть. Она же, в свою очередь, согласилась с водителем и положила на стол стопку бумаг. На них было очень много текста, судя по всему, посвящённого Фундаменталам. Это также давали понять изображения, добавленные на некоторых страницах.

— Это!.. — прокричал, тут же затихнув, Ши, хватая один из листов. — это... Соул?..

— Да, всё верно. Это фотография картины, которая была написана французским художником примерно в шестнадцатом веке. — она протянула юноше другую страницу. — а это – той же эпохи, только уже из Китая. Ничего не напоминает?

На обоих полотнах, пусть и в разном стиле, но был изображён демон с четырьмя руками, четырьмя лицами и десятью глазами на каждом. Образ выглядел крайне угрожающе, и было понятно, что сделано это специально. На остальных страницах также были фотографии различных картин. И на каждой из них был написан Соул.

— Я не понимаю... что это значит... неужели... неужели пятьсот лет назад он уже появлялся в нашем мире?.. Значит ли это... что Искажённые Души... и я... всё это уже не впервы-...

— Нет. — прервала его твёрдым отрицанием мисс Тантей. — к счастью, ты не прав.

Два удивлённых взгляда сверлили её своим любопытством, однако, это давление лишь придало ей уверенности для продолжения доклада.

— Каждый из этих художников оставил после себя не только картину, но и письмо, где описывал, как к нему спустился ангел, с просьбой написать «картину-предупреждение». Ангел являлся всем в разном обличии. Некоторые авторы даже рисовали в записках портрет своей музы, ибо для каждого его версия посланника была идеалом женской красоты. И, мне кажется, нетрудно понять, что существо, названное «ангелом», и история его появления не является вымыслом или галлюцинацией. Ибо такие совпадения в таком количестве просто невозможны. Конечно, историки тоже подметили в этом определённую загадочность, однако, выяснить, в чём заключалась суть сего явления, никто не смог. Кроме меня.

В этот момент девушка, быстро перебрав бумаги, вытащила стопку из пары десятков страниц, скреплённых между собой скобой степлера.

— Конечно, моя статья считается среди изучавших этот феномен антинаучным бредом, однако у меня есть веская причина верить в правдивость моей версии, пусть и имеет значение эта причина только для меня... — Она тяжело выдохнула. — мой Наставник...

Райан понимающе кивнул и чуть больше расслабился на своём стуле, демонстрируя готовность слушать рассказ, пусть он и знал, о чём примерно пойдёт речь.

— Наставник рассказывал мне много историй, однако, общей деталью во всех них было упоминание трёх «богов», которых он называл Фундаменталами. Каждый из них, по сути своей, является олицетворением определённого аспекта нашей реальности, одушевлённым концептом, по своей силе превосходящим всё живое. Хаос, Судьба и... Душа...

В этот момент сердце Ши кольнуло. Он резко схватился за грудь, а воспоминания о встрече с Соулом пронзили его голову.

— Это... — начал он, тяжело дыша. — это правда... «Фундаментал, олицетворяющий безграничную красоту всех душ, населяющих нашу реальность»... так он мне представлялся... а значит...

— Значит остальные два Фундаментала – это олицетворения Судьбы и Хаоса.

— И дай угадаю, имена у них «Фэйт» и... э-э-э... «Кеос» какой-нибудь? — высказался Райан.

— Не знаю... Наставник не рассказывал мне про их имена... только про саму суть и характеры...

— Характеры?..

— Да. «Хаос» – отшельник, который, несмотря на свою великую силу, бесцельно путешествует между мирами, не причиняя окружающим неудобств; «Судьба» – богиня, ответственная за стабильность нашей реальности; а Соул – страшный, жестокий, бесчеловечный тиран, для кого все войны, бойни и апокалипсисы, вызванные его действиями – просто игра. Миллиарды лет назад, он был низвергнутый в заточение... из которого ему удалось выбраться...

— Как?.. и... как давно это случилось?..

— Всего пятнадцать лет назад произошло событие, запустившее цепочку инцидентов, полностью поменявших баланс сил нашей реальности... я, конечно, надеялась, что нас это никак не коснётся, однако, судя по всему, тот случай был не последним...

— Что за событие?..

— Наставник мне рассказал, как самостоятельно осмотрел тюрьму Соула и нашёл закономерность – ровно пятнадцать лет назад произошло две вещи: «распад» Хаоса и освобождение Соула.

— И ты чёт ваще понимаешь во всём этом?

— Признаю, немногое, но да. Суть в том, что, как я и сказала, ситуация сейчас настолько нестабильна, что даже Фундаментал Судьбы, который раньше успевал оставлять предупреждения в каждом отдельном мире, теперь не может бороться даже с последствиями происходящего...

— Стоп... — задумался над услышанным Ши. — ты говоришь... «в каждом отдельном мире»?.. А сколько вообще этих самых миров?..

Конечно, на фоне всей озвученной информации про картины шестнадцатого века, Фундаменталов и заточение Соула, утверждение вроде «кроме нашего мира есть и другие» звучало не так удивительно, однако, их количество уже могло побеспокоить внимательного слушателя. И не зря.

— Триллионы.

В штабе воцарилось молчание.

— Ох-х-х... — вздохнул, закрывая лицо руками, Райан. — какой-то ваще нереальный перегруз...

— Простите уж... но, я думаю, эти данные будут важны нам для понимания будущих проблем.

— О каких проблемах ты говоришь?..

— Я много думала о твоих руках, пока читала вам свою лекцию. Судя по всему, речь идёт об Искажённых Душах. Если, как сказал Хагеваши, его финальной целью был ты, а инциденты с мутантами начались всего два месяца назад, значит остальных жертв было явно не так уж много.

— То есть «прощальный подарок» – это последняя Искажённая Душа?..

— А «Ужаснейший Грех» – это подсказка... добродушно с его стороны...

— Ток чё эта подсказка ваще значит-то?

— Думаю, нам стоит продолжить анализ документов...

— А я? — встал вдруг из-за стола Ши. — я могу чем-то помочь?

— Думаю, нет. Отдохни лучше. Скорее всего, наша встреча с «прощальным подарком» будет явно не без очередной битвы...

— Вы уверены?..

— Да, иди, ты всё равно ничего не поймёшь в её бреднях! — посмеялся Райан, отмахиваясь от подростка рукой.

На голову блондина тут же свалились ножны Варп-меча.

— АЙ! БОЛЬНО ЖЕ! Даже пошутить нельзя... стерва...

— Я щас тоже пошучу. — спокойным твёрдым голосом продиктовала Тантей, занося меч для повторного удара.

Ссорящаяся команда прервалась, услышав со стороны тихий смешок.

— П-простите, не сдержался... вы такие дружные...

Юноша, чьё лицо и тело до этого были скрыты за чёрной дымкой, и кто всегда общался отстранённо и холодно своим неуверенным дрожащим голосом, сейчас прикрывал руками рот, что и так был закрыт маской, и еле слышно хихикал. Такая картина не могла не удивить коллег, что до этого даже и не чувствовали в новичке человечной натуры.

— Иди уже... — улыбнулся подростку Райан. — прикид модный свой, кстати, можешь с собой забрать. Тебе реально идёт, ха-хах

— Спасибо...

Некоторое время после ухода Палача в штабе стояла полная тишина, лишь изредка прерывавшаяся шелестом бумаги. Детектив и водитель, оба были полностью поглощены работой и своими мыслями.

— Эх... а ведь он так и не раскрыл своё лицо... ни на миг... — начала, откидываясь на спинку стула, мисс Тантей. — неужели он нам настолько не доверят...

— А сама-то ты ему доверяешь?

В ответ последовало молчание.

— Можешь не отвечать... я знаю...

Детектив лишь молча кивнул.

— Знаю, что доверяешь... — закончил предложение Райан.

Девушка взглянула на коллегу широко открытыми глазами.

— Что... С чего бы?.. Почему... почему ты так думаешь?..

— Такой уж ты человек... — выдохнул водитель. — Ты слишком легко привязываешься к людям. И не умеешь это скрывать.

На глазах детектива выступили слёзы. Блондин мягко положил руку на её спину.

— Сперва твой Наставник, потом Хагеваши, теперь Палач... ты не меняешься...

— Не напоминай... прошу...

— Не бойся... я знаю, почему ты тогда не остановила Падальщика..., и я знаю, за что ты на самом деле ненавидишь его... что его эксперименты тут не причём... да ведь?..

— Предатель...

Оказавшись в своей комнате, Ши снял с себя панаму, маску и очки. Сложив атрибуты анонимности в шкаф, он вновь взглянул на свои бинты.

— «Ужаснейший Грех»... что же ты имеешь ввиду?..

На самом деле в душе подросток всё ещё сомневался в вине Соула. Он вполне себе допускал возможным вариант обычного лунатизма или потерянных воспоминаний в бреду. Как-никак, сотрясение мозга бесследно не прошло. «А существует ли вообще эта «частица Фундаментала внутри меня»?» — таким вопросом задавался парень в последние несколько дней. Слишком уж много «призраков» стали окружать его после получения Кары. Логично было предположить, что Ши просто сходит с ума. В таком случае и Соул, и Наи – лишь плод воображения подростка, а сам он на деле всё ещё остаётся один. Такая перспектива пугала Ши, однако, у него был способ проверить, что есть истина.

— Что ж... это будет непросто...

Резким движением руки юноша сорвал с зеркала многочисленные листы бумаги, склеенные скотчем.

— Если я хочу идти дальше... мне необходимо вырасти.

Соул появлялся во время панических атак, а значит для его намеренного призыва подростку требовалось намеренно проверить свою психику на прочность.

Окно. Ветер. Снег. Холод. Отмороженные ладони. Воспоминания. Кровь. Холод. Отмороженные ладони.

— Прости... прости, что мне приходится вспоминать твой труп...

Зеркало. Отражение. Унылый взгляд. Воспоминания. Слёзы. Большие зелёные глаза. Отражение. Шокированный взгляд. Шокированный взгляд.

— Это... больно... — прошептал Ши, задыхаясь.

Он схватился за сердце и упал на колени. На руках всё ещё была ледяная вода от растаявшего снега. Колкий холод на леденеющей коже напоминал о крови возлюбленной, что из-за мороза будто бы врезалась в пальцы.

— Я думаю... — громко начал Ши, восстанавливая дыхание. — Нам пора поговорить.

...

Ответа не последовало. В комнате стояла мёртвая тишина. Дрожащее дыхание помогало отогреть руки, однако делало это очень неэффективно.

— Я знаю, что ты здесь. Не молчи, Соул.

— Признаться честно... я поражён. — наконец раздался голос в голове юноши. — Конечно, я понимал, что у тебя возникнут вопросы, но, чтобы ты решился на такое... довольно эгоистично... таким образом пользоваться любимым человеком...

— А я разве называл себя альтруистом?.. Альтруизм – это ведь буквально сжигать всё, что тебе дорого, оправдываясь тем, что топишь чужой костёр. Разве это не край глупости?

— Так вот ты какой ты человек... Хах... такой же эгоист, как я.

— ЗАТКНИСЬ! — Ши ударил рукой свой шкаф. Дверца задребезжала, будто бы продолжая выкрик юноши. — Не отходи от темы... ты знаешь, для чего я тебя вызвал.

— Да, конечно. Моё послание... впрочем, загадка здесь крайне примитивная: каким может быть Ужаснейший Грех с точки зрения эгоиста?

— Худший грех эгоиста... Альтруизм? Отказ от себя? Помощь друго-

— Самоубийство.

Подросток застыл. Стоя на дрожащих коленях, он поднёс к лицу онемевшие руки, чтобы холодом привести себя в чувство. Ответ Фундаментала пугал своей очевидностью и простотой, и вместе с тем напоминал Ши о его попытке лишить себя жизни в день приобретения Кары. Он был тогда так близок.

— То есть, если последний человек, совершивший с тобой сделку совершит суицид... он превратится в искажённого?..

— Да-а-а... и, раз уж форма моего партнёра зависит от тяжести совершённого греха... это будет моё самое красивое творение...

В голове Ши тут же возник образ, который вбирал в себя качества всех предыдущих Искажённых Душ. Страшное, изуродованное существо размером с двухэтажный дом, оснащённое различным «оружием» и невероятно живучее – таким он представил себе противника.

— Это... это ужасно... я должен... я обязан... Мне необходимо это предотвратить! Соул, срочно... ты же знаешь, где этот человек! Скажи, умоляю...

— Ну... «жучка» на нём, конечно, нет, однако, я знаю, что задуманное он собирается осуществить на публику... и я полагаю, что источник во-о-он того шума из твоего окна хорошо для этого подходит.

На дворе была суббота, а потому в соседнем от дома Ши квартале проходил фестиваль, посвящённый какому-то там празднику. В любой другой ситуации подросток бы проигнорировал происходящее и просто закрыл окно, чтобы прохожие ему не мешали. Однако сейчас он, ясно поняв намёк Соула, схватил секиру и, ни секунды не обдумывая последствия, бросился к окну, замахиваясь секирой для уже привычного переноса.

— Где же... где же... как он может выглядеть?..

Наблюдая сверху, Палач осматривал каждого прохожего, что затесался в толпе. На мероприятие пожаловало огромное количество очень разнообразных людей, однако, среди них нельзя было выделить кого-то, кто особенно выдавал своё намерение покончить с собой. Точнее, вряд ли такого человека вообще могли выдать какие-то внешние признаки. Ситуация была патовая.

— Чёрт... а-а-аргх... я как всегда бесполезе-... — парень вдруг прервался, оглянувшись на пронёсшийся с шумом по улице внизу объект. — Да неужели... вы так вовремя, ребята...

Машина Райана подъехала как раз к площади, где проводился сегодняшний фестиваль. Ши, вновь не теряя ни секунды, спрыгнул прямо вниз. Почти сразу же он переместился на землю, используя способность Кары, чтобы не разбиться. Очевидно, часть толпы заметила Палача и, покуда эта информация распространялась среди собравшихся, шум медленно затихал. Мисс Тантей выпрыгнула из машины, бросаясь прямо к Ши.

— Здравствуйте, Тантей, я... я хотел вам кое-что рассказать!..

— Ши, мы... мы узнали, мы нашли!.. — её голос прерывала тяжёлая отдышка. — Ужаснейший Грех – это-...

Громкий хлопок раздался за спиной подростка, прерывая реплику детектива. Он не сразу понял, в чём дело, в отличие от толпы, которая вновь принялась шуметь. Но этот шум был не таким как раньше – вместо смеха и болтовни ушицу озарили визг и плач. Люди тут же принялись бежать со всех ног в разные стороны, а Палач лишь медленно обернулся.

— Нет... неужели... я не успел?..

Хлопком, разогнавшим толпу, являлся выстрел пистолета, который теперь, забрызганный кровью лежал на асфальте рядом с трупом владельца, чья голова была им пробита.

— Ужаснейший Грех... — начала вновь дрожащим голосом Тантей. — это самоубийство...

На глазах у команды, и у толпы, тело мужчины лет тридцати, начало разрастаться и мутировать, превращаясь в ужасного монстра. Таким вот оказался прощальный подарок Соула

.