Сила

Всё произошедшее чувствовалось дурным сном. Голова трещала по швам. Образы в ней перемешивались, будто в бреду. Лишь мёртвое тело Наи оставалось в центре, прямо перед глазами. Что если бы он был быстрее? Что если бы он был внимательнее? Что если бы он услышал приближающую машину заранее? Что если бы он её спас?

Ши проснулся. Над головой незнакомый потолок. Это больница. Казалось, что ещё была надежда, что вчерашний день остался во сне, однако, бинты и шрамы от осколков стекла на руке рассеяли её. Сердцебиение участилось, а в груди закололо. Слёзы потекли по щекам юноши, однако, его выражение лица не сменилось.

— Мне очень жа-

— Она умерла? — перебил Куцуно речь врача, сидевшего рядом. — Наи Сонзайши – девушка, рядом с которой вы меня нашли. Она ведь умерла?

В ответ последовал лишь молчаливый взгляд. В нос била смесь запахов спирта и крови. Противная смесь. Парень встал с койки и, обувшись в выданные ему тапочки, не переодеваясь пошёл на выход.

— Постойте, юноша, вы не можете-...

— Мне плевать. И на мои вещи тоже.

С собой он взял лишь телефон. Это была привычка, оставшаяся с тех пор, когда вся его жизнь переместилась в онлайн. Впрочем, сейчас ситуация не сильно отличалась. Разве что, теперь и там у него не было ни друзей, ни признания.

В одних тапочках и больничном халате он вышел на улицу. Подросток пролежал в больнице аж до вечера следующего дня. На улице было уже довольно холодно, но Ши было всё равно. Он просто шёл. Шёл не к себе домой, а на тот самый перекрёсток, где произошла авария. Разумеется, следов крови юноша там не нашёл. Он упал на колени ровно в том месте, где несколько часов назад лежал труп его любимой. Здесь вместе с ней умерла и душа Куцуно Ши. Его переполняли ненависть, горечь и желание мести. Однако, наружу не вылилось ни единого проявления какого-либо из этих чувств. Лишь неконтролируемые слёзы на застывшем лице. Он понимал своё бессилие в данной ситуации, но всё равно чувствовал невообразимую вину.

— Так сожалеть о смерти возлюбленной, но даже не навестить её в больнице? — прозвучал загадочный женский голос из-за спины.

Ши медленно обернулся. Его взору предстала девушка лет двадцати со странной причёской и ярко-красными глазами, приближавшаяся к нему медленным вальяжным шагом.

— Я ви-идел, как она умира-ает. Я ви-идел вас в ту но-очь. Мне та-ак тебя жа-аль... — говорила она, протягивая ударный слог в каждом втором слове.

— Кто вы такая? Что вам от меня нужно?

— Я всего лишь... хочу предложить вам свою помощь. — сказала она, широко улыбаясь.

Вокруг стало подозрительно темно. Кроме самого себя и загадочной девушки, юноша не мог разглядеть ничего, будто бы их окутала некая завеса.

— Вы ничем не сможете мне помочь... если вы, конечно, не умеете воскрешать людей или отматывать время вспять...

— Такого я, конечно, и вправду, не могу, однако... вы ведь жаждите мести, не правда ли? — Её лицо искривилось до жуткой, нечеловеческой формы. — Я вижу, как вы пылаете ненавистью изнутри..., и я знаю отличное применение этой ненависти...

— О чём вы?..

— Должно быть, в такой форме я звучу неубедительно... что ж... давайте познакомимся поближе!

Лицо, словно маска, упало с головы девушки. Её одежда последовала за ним. Даже кожа и оголённые формы, которые незнакомка не сильно скрывала, опадали, словно перегретый пластилин. Из черепа и костей на плечах и рёбрах выросли четыре новых лица, которые более походили на маски с десятью глазами на каждом. Эти глаза будто улыбались вместо отсутствующего рта, а изнутри каждого отверстия разгоралось алое пламя. Тело обтянулось тонким слоем мышц и чёрной кожей сверху. Лишь на лицах поверхность осталась белой, будто сам череп отшлифовали до идеала, что, однако, не мешало им говорить и слегка менять мимику. На руках и ногах из суставов прорезались новые кости, образующие дополнительные конечности, что тоже вмиг обрамлялись мясом и тёмной кожаной плёнкой. Такое ужасное существо предстало перед Куцуно Ши.

— Моё имя – Соул. Я – Фундаментал, олицетворяющий безграничную красоту всех душ, населяющих нашу реальность. Твоё имя я уже знаю, так что... Приятно познакомиться! — Он улыбнулся ещё шире прежнего.

— Что... что тебе от меня нужно?..

— Я ведь уже говорил. Я пришёл предложить помощь. Помощь в реализации твоей ненависти.

— Реализация ненависти?.. Что за бред?..

— Ты ведь ещё помнишь лицо того пьяного водителя? Того, кто виноват в смерти Наи.

В этот момент образ мужчины, которого Ши увидел прошлой ночью, всплыл у него в голове. То, как безразлично он отнёсся к смерти невинной девушки, пытаясь скрыться с места преступления, вызывало сильнейшую смесь отвратительных ощущений внутри юноши. Желание мести росло в его душе, не давая думать о чём-либо другом.

— Я чувствую это. Ты хочешь убивать. Ты хочешь отплатить этому миру за его жестокость. И я могу это устроить. — он протянул руку в знак предложения сделки. — Представь, как вся твоя ненависть превращается в сильнейшее оружие... как все твои самые страшные желания воплощаются в реальность... Согласен ли ты принять это?

В глазах Ши будто горело пламя. Это предложение звучало слишком идеально, чтобы быть правдой, однако, в тот момент разбитая душа не могла здраво размышлять и искать подвохи. Молча поднявшись с колен, он потянулся к руке Соула. В этот момент его сердце стучало так, как не стучало никогда в жизни. Он чувствовал всю тяжесть принимаемого решения, но это его не останавливало. Посмотрев в глаза монстру, он дрожащей рукой подтвердил сделку, легко кивая. В этот момент Фундаментал выглядел особенно довольным.

— Славно...

После рукопожатия, конечность Соула отсоединилась от него, а остальное тело начало распадаться. Удивлённый Ши пытался отпустить руку, однако та схватилась в него мёртвой хваткой. Чувство непреодолимого страха, таившегося где-то внутри юноши всё это время, вырвалось наружу. Когти монстра впивались в его ладонь, отчего та кровоточила. Юноша беспорядочно размахивал раненной рукой во все стороны, что, правда, никак не помогало противостоять происходящему. Тьма вокруг сгущалась. От прежнего солнечного дня не осталось и следа.

— Что... что происходит?.. я не понимаю... помогите...

В этот момент разум пятнадцатилетнего подростка действительно не мог внятно мыслить. Ужас от происходящего и боль разрывающейся правой руки затмевали и недавние воспоминания, и жажду мести, и необъятное отчаяние. В голове звучало чьё-то бормотание и пронзительный смех, смешиваясь в сплошной поток шума.

Однако, в один момент, всё это стихло. Когда тёмная вуаль спала с окружения, Ши увидел, что уже наступила ночь. Ладонь тоже перестала что-либо чувствовать. Юноша мог спокойно ей двигать, но та была занята чем-то тяжёлым. Взглянув вниз, Куцуно узрел одновременно устрашающий и завораживающий объект. В своих руках он держал маленький топор, чья рукоять напоминала искривлённое обгоревшее предплечье человекоподобного существа, а лезвие было загнуто дугой, имитируя смесь алебарды и косы. В точке, вокруг которой сжималась рука Ши, рукоять была обита кожей, чья форма идеально адаптировалась под хват владельца. Это было оружие, идеально созданное для него. Покрутив топор в руках, юноша заметил еле-видную гравировку на металле: надпись «JUDGEMENT».

— «Кара»?.. — прошептал ошеломлённый подросток, сидя на коленях посреди всё того же перекрёстка.

Будто услышав, своё имя, орудие резко увеличилось: рукоять удлинилась до размеров, сравнимых с человеческим ростом, а лезвие расширилось и искривилось, напоминая что-то среднее между секирой и косой. Несмотря на такие изменения, топор не чувствовался в руках тяжелее прежнего. Напротив, казалось, что, держа его в руках, владелец чувствовал прилив сил. Стало ясно, что артефакт, полученный юношей – не инструмент, а оружие.

— Что за...?! — выкрикнул Ши, отбрасывая топор в сторону.

В этот момент в его голове зазвучал голос, исходящий будто бы из самого подсознания:

— Это и есть мой подарок тебе. Идеальное орудие для убийств – Секира «Кара», созданная из твоей ненависти и боли.

— Зачем она мне?.. Что ты хочешь от меня?..

— Я? Я от тебя не хочу ничего. А вот ты... ты ведь весь пылаешь желанием убивать... можешь не скрывать это. В этом оружии всё для твоего удобства: при использовании, твоя внешность скрывается непроглядной тьмой, так что ты не понесёшь ответственности за свои деяния; помимо этого, если ты закроешь глаза, одного взмаха будет достаточно для того, чтобы переместиться на расстояние удара к тому, чьё лицо ты представишь. С Карой ты можешь творить что-угодно! Ты можешь реализовать все свои безумные фантазии! Ты можешь наказать всех, кого ненавидишь! Ты можешь карать каждого согрешившего... Ты можешь убить ту тварь, из-за которой умерла Сонзайши Наи... Не об этом ли ты мечтал, Куцуно Ши?..

В ответ следовало лишь молчание. Долгий процесс размышлений эмоционально давил на парня. Однако, он уже согласился на сделку, а значит подсознательно и вправду желал этого подарка. Вставая на ноги, он медленным шагом подошёл к секире и дрожащими руками поднял её. С этим артефактом ему становилось спокойнее.

— Что от меня требуется?..

— Ничего. Просто убивай. Твори то, о чём всегда мечтал...

— Понятно... тогда... Кара...

Тёмную комнату, захламлённую различными упаковками из-под всяких покупок, освещал холодный свет телевизора. На нём шла какая-то невзрачная передача с таким же по качеству содержанием. Разваливающийся диван, стоящий прямо напротив, еле как выдерживал тело спящего мужчины, что на нём лежал. Точнее, он был сражён не столько сном, сколько алкогольным опьянением и ленью. Такой образ жизни его полностью устраивал. Гостей не намечалось ещё ближайшие пару лет, ибо друзей или родственников у жильца не имелось. Может, это и стало причиной скатиться в пьянство, а может – всё как раз-таки было наоборот. Во всяком случае, если бы не эта ночь, лет двадцать-тридцать, он бы ещё прожил.

Тишина, слегка разбавляемая тарабарщиной с телешоу, внезапно была прервана шумом позади дивана. Мужчина резко проснулся. Он был в недоумении, что подкреплялось отсутствием каких-либо возможных источников шума в его доме, таких как домашние питомцы или неаккуратно разложенная посуда.

— Кто здесь?!

Ответа не последовало. Хозяин квартиры медленно встал и начал обход своей комнаты. За диваном было пусто, вокруг – тоже. Вдруг, звук, разбудивший его повторился. В этот раз он был ближе, громче, и в нём чётко слышался свист от быстрого скольжения металла по воздуху. От неожиданности и испуга, мужчина упал на пол, обернувшись во время падения. Это движение на момент спасло его жизнь, ибо он наконец своими глазами увидел источник шума, пронёсшийся прямо перед его лицом.

— Кто вы?! Ч-что вы тут делаете?!

Загораживая свет от телевизора, сверху над ошарашенным жильцом стояла зловещая фигура. Окутанный тьмой силуэт человека с огромным топором, что сейчас был воткнут в пол. Гость опёрся на своё орудие в попытке отдышаться. Тогда чёрная дымка вокруг его лица рассеялась. Белые, почти седые волосы; широко открытые от ярости глаза с явно заметными мешками под ними; Сама физиономия нападающего, черты которой можно было различить даже в тени – всё это сразу дало понять, с кем владелец дома имеет дело.

— Чёрт... до сих пор... не могу привыкнуть... к ней... — сквозь отдышку бормотал Ши.

— Ты! Что тебе от меня нужно?! Как ты попал в мой дом?!

— Заткнись! — раздался криком ответ, сопровождающийся очередным ударом секиры.

Болезненный вопль и выплеск крови окрасили квартиру новыми красками во всех смыслах. Даже картинка на телевизоре сменилась на заставку канала, что была выполнена в красных тонах и замерла в этом состоянии, так как крик Ши был воспринят голосовым ассистентом как сигнал к паузе. В противоположной от остального тела стороне комнаты лежала рука, обрубленная примерно по середину предплечья. К такому результату привела попытка жертвы уклониться от атаки в голову. Нагнетённая тишина прерывалась многочисленными ругательствами в сторону Ши.

— Зачем?! За что?! Я ведь ничего тебе не сделал!..

— Ты убил её. Своими руками ты лишил меня смысла жизни.

— Постой! Я не виноват! Это всё-... — оправдания мужчины были прерваны разрубающим ударом, что пришёлся прямо на его грудь.

Поглощённый тьмой как внешне, так и внутренне, убийца стоял над телом своей первой жертвы. Тяжелая отдышка не покидала его, однако, её причиной было не физическое истощение, как до этого. В голове юноши стоял шум, а сердце будто сжималось колючей проволокой. Одна его часть ликовала, упиваясь совершённой местью; другая же не могла принять того, что он осмелился на такой ужасный поступок. Последние остатки рассудка пожирал неумолкающий голос Соула, убеждающий его в правильности совершённого правосудия. Сочетаясь с текущим психологическим состоянием, духота в квартире довела Ши до рвотных порывов.

Он ринулся к окну, разбивая его своим орудием, чтобы отдышаться. Свежий воздух помог ему прийти в себя. Голос в голове стих, однако на душе легче не стало. Ночной морозный ветер на высоте девятого этажа слегка покалывал лицо юноши. Всё то же тяжёлое дыхание выходило изо рта паром. Пытаясь подавить свои эмоции, он всё больше всматривался в пейзажи города. Отсюда действительно открывался неплохой вид. Постепенно свешиваясь из окна, Ши вдруг потерял равновесие. Он успел схватиться за выступ, хоть в его руки и впивались осколки стекла.

— Это было близко...

Несмотря на всю опасность ситуации, он не сильно переживал ни за свою жизнь, ни за увечья, что мог получить. Чувство страха вернулось к юноше только в момент, когда истощённая рука отпустила оконную раму и он устремился к земле. В этот миг сознание окончательно прояснилось и, запаниковав, Ши начал растерянно махать руками и своим оружием. Несмотря на промелькнувшую в голове на секунду мысль «А может всё-таки сдаться?», он ещё не был готов умереть.

— Ка-ара-а! — крикнул он что было сил.

Секира ответила прежним образом, увеличиваясь в размерах ещё сильнее, и накрывая владельца теневым занавесом. Тогда в голове Куцуно промелькнула его собственная комната: пыльные полки, захламлённый стол, мягкая кровать... Да, кровать сейчас явно была бы более комфортным вариантом, чем текущая ситуация... Держа эту мысль, в последний момент перед столкновением с землёй, Ши взмахнул секирой так же, как сделал это перед попаданием в квартиру своей жертвы.

Тишина. Ветер больше не обдувал лицо и уши подростка, а твёрдый асфальт не нёсся прямо на него. Он видел лишь знакомый потолок и чувствовал тепло батареи, находящейся в метре от кровати. Перемещение Кары сработало в нужный момент.

— Что это было?.. — недоумевающе шептал Ши, осматривая себя и свою комнату.

— Хм, да, это ещё один способ реализации способностей твоего оружия. Видимо, если какое-то место настолько плотно засело в твоей памяти, ты можешь переместиться и к нему тоже. — отвечал голос Фундаментала Души.

— Это... спасло мне жизнь...

Юноша разглядывал секиру под разными углами, как бы изучая её. С неё на диван медленно капала кровь убитого им недавно мужчины, что снова напомнила ему о произошедшем.

— Чёрт... нет...

Он в спешке пытался отмыть сперва оружие, а потом и пятна, что оно уже успело оставить. Часть его всё ещё отвергала начало пути убийцы. Он не хотел, чтобы это было правдой, а тем более, чтобы об этом узнала его семья. Всего этого дня не должно было произойти. Ненависть подростка не должна была выйти из него таким образом. Однако, кое-кто помог этому случиться.

— Соул! Зачем?.. зачем ты это сделал?..

— Я сделал? Что я сделал? Я дал тебе то, чего ты так хотел. Вот что я сделал.

— Я НЕ ХОТЕЛ СТАНОВИТБСЯ УБИЙЦЕЙ! — крикнул Ши, ударяя кулаком о стол. — Это ты сделал из меня убийцу... Это ты во всём виноват...

— О-о-о-о, нет. Ты хотел лишить жизни человека, из-за которого погибла Наи – ты лишил его жизни. И сделал ты это как только тебе предоставили возможность. То, что ты борешься сам с собой за какие-то моральные принципы – исключительно твоя причуда.

— Это неправда... я не мог...

— Да... а ещё ты не можешь и не хочешь покарать ту компашку одиннадцатиклассниц, что издеваются над бездомными кошками за школой, а ещё ты не хочешь прикончить охранника, который запирается с мелкими школьницами в кладовке спортзала, а ещё ты никогда не пылал ненавистью к тем недо-бандам быдланов, что избивают и грабят невинных людей в тёмных дворах твоего района!

Парень пытался закрыть уши и придаться головой к полу, становясь на колени в надежде, что голос заткнётся, однако это было бесполезно. Голос исходил прямо из головы Ши и адресован был туда же.

— Как же ты не поймёшь, мальчик... все твои планы, все твои фантазии о том, как ты убиваешь их... ты теперь можешь всё это осуществить абсолютно безнаказанно!

— Это не так... я не хочу...

— Мне-то можешь не врать! Я ведь всё равно сижу у тебя в голове! Хотя, выбора у тебя в любом случае нет. Ты будешь их убивать.

— В смысле?..

— Я забыл упомянуть об ещё одном прекрасном свойстве Кары... она лишит жизни своего владельца, если тот попробует от неё отречься. И каждое убийство отодвигает срок на неделю.

— Чего?.. Ты издеваешься?..

— Таковы правила. Согласился быть линчевателем – будь линчевателем до конца.

После этих слов Ши окончательно потерял надежду. Мёртвым взглядом он посмотрел на секиру, лежавшую на полу перед входом в комнату. Дрожащими руками он взял орудие и поднёс к своей шее. В висевшем рядом зеркале он увидел своё отражение. Острое лезвие успело пустить маленькую каплю крови.

— Если мне суждено умереть..., то лучше я...

Руки дрожали всё сильнее, металл впивался в кожу глубже и каждый миллиметр отдавался болью сильнее прежней. Дышать было неприятно и страшно, ибо каждый вдох мог сделать лишь хуже.

— Не могу... — прошептал юноша, роняя секиру на пол.

Та, к тому моменту, успела уменьшиться до размера, сравнимого с литровой бутылкой. Сейчас ей вряд ли можно было кого-то убить.

В голове подростка пронеслись все те образы, что Соул озвучивал ранее. Он ненавидел каждого из упомянутых, а тех, кого не упомянули, он ненавидел не меньше. Фундаментал был прав: парень действительно презирал и мечтал о смерти ужасных людей, которыми перенасыщен этот мир. И, естественно, собственная жизнь ему была в разы важнее их.

— Если ты так хочешь... будь по-твоему. Я убью их... я не остановлюсь.

В этот момент ураган в сердце юноши замер заледеневшим вихрем острых пик. Жизнь Куцуно Ши навсегда изменилась после сегодняшней встречи. А в ночь, что длилась тогда особенно долго, разошёлся сильный снегопад.