Озёрное королевство (4)

Кристиан велел мальчику-дублёру особенно остерегаться двух человек.

Первой была младшая сестра, Ариэль.

Второй — нянюшка, с младенчества заботившаяся о принце и принцессе.

— Нянюшка, нянюшка!

Ариэль без лишних церемоний ухватила мальчика-дублёра и потащила его в покои нянюшки.

— Ох, мой принц, моя принцесса. Проходите, проходите.

Нянюшкой была великая ведьма, известная как Коко Отсекающая.

Ей поручили не только заботу о детях, но и их охрану: король выбрал из всех вассалов самую сильную волшебницу и сделал её нянюшкой и телохранительницей обоих наследников.

Коко, к тому же обучавшая принца и принцессу магии, улыбнулась ласково.

— С тех пор как вы повзрослели, редко заглядываете ко мне поиграть. Старухе уж и грустно стало. А сегодня оба вместе пожаловали... Чем обязана?

— Нянюшка, смотрите как следует!

Ариэль трясла мальчика-дублёра, крепко вцепившись ему в ворот.

— Это не мой старший брат! Он подделка!

— Что?

Коко нахмурилась и внимательно всмотрелась в мальчика. Тот только сглотнул и отвёл глаза.

Спустя миг Коко чуть отстранилась и склонила голову набок.

— ...Но это ведь принц.

— Нет, не он! Совсем не он! Посмотрите внимательно!

Лишь тогда Коко проверила мальчика магией — и изумлённо охнула.

— Быть того не может... Принцесса, вы правы. На нём очень сильная магия искажения восприятия... ещё магия изменения внешности. И голос искажён.

Наконец приняв, что принц перед ней ненастоящий, Коко подняла обе руки.

— До чего же искусная подделка. Если бы не ваше замечание, принцесса, я бы тоже поверила.

— Сможете снять эти заклинания?

— Попробую.

Вскоре с мальчика-дублёра сняли ожерелье, на котором держалась магия искажения восприятия. Маскировка спала, и волосы с глазами вернулись к своему настоящему тёмно-серому цвету.

«Пропал...»

Его разоблачили после того, как он осмелился проникнуть во дворец под видом принца. Теперь ему несдобровать. А перед настоящим принцем он провалил поручение — значит, и там тоже получит сполна...

Пока мальчик сидел на месте с совершенно пустой головой, Ариэль и Коко, вместо того чтобы немедленно его карать, разглядывали его с попеременным восхищением и ужасом.

— Больше на нём ничего нет? Удивительно. Как он может быть настолько похож на старшего брата?

— Говорят же, в мире найдутся трое людей с одинаковым лицом. Но, принцесса, сейчас важно не сходство...

— Ах да, точно.

Клинок снова с шелестом вышел из ножен.

Ариэль направила меч на мальчика.

— Отвечайте честно! Кто вы? И где сейчас мой старший брат?

— У-у-у...

Перед клинком, зависшим у самого горла, мальчик едва не расплакался и в конце концов выложил всё.

Настоящий принц Кристиан отправился на Восточный континент искать магию бессмертия. Вместе с ним ушёл и Дирандахи, директор исследовательского института магических наук. По его приказу мальчик занял место принца.

— На пути туда нет телепортационного пункта, поэтому дорога займёт время, но обратно Его Высочество сможет вернуться сразу, магией... В общем, он рассчитывал примерно на месяц. А мне нужно было всего лишь этот месяц не попасться... но...

Попался в первый же день.

Пока мальчик с видом полного поражения беззвучно шевелил губами, Ариэль, не веря своим ушам, изящно нахмурилась.

— Магия бессмертия? Да не существует такой магии! О чём вообще думал старший брат?!

Нянюшка Коко поддержала её:

— Вот именно. А даже если нечто подобное и существует... это уже не магия, а что-то вроде проклятия.

Коко покачала головой.

— Значит, принца так прижало, что он готов искать даже такое.

— Старший брат правда... дурак. Отцу-государю нужна вовсе не магия бессмертия.

Ему нужно было, чтобы сын перестал метаться и достойно стоял рядом с отцом.

Одного этого королю хватило бы для радости. Но принц, ослеплённый собственным чувством неполноценности, похоже, в упор не видел таких простых вещей.

— Фух...

Ариэль тяжело выдохнула, поставила руки на пояс и встала перед мальчиком-дублёром.

— Хорошо. Раз уж всё зашло так далеко, тот месяц, пока старшего брата нет, вы будете играть его безупречно.

Сам факт, что принц, не сообщив королю, уехал на целый месяц — да ещё на давно погибший Восточный континент, — ничем хорошим закончиться не мог. Для Кристиана, и без того доводившего отца своим буйным нравом, тем более.

Ариэль не знала, хвалить ли брата за предусмотрительность — всё-таки дублёра он подготовил заранее, — но раз уж так вышло, она решила лично проследить, чтобы настоящий Кристиан не получил из-за этой подделки новых пятен на репутации.

— Я буду постоянно рядом и стану за вами наблюдать, чтобы вы, пользуясь лицом моего брата, не устроили какую-нибудь беду.

— Что? Принцесса, вы сами?

— Да. Я сама. Поэтому, если вы надеялись под личиной принца провернуть что-нибудь глупое, выбросьте это из головы заранее.

Мальчику было обидно, но положение не оставляло ему выбора. Он только тихо шмыгнул носом.

Ариэль кивнула на него подбородком.

— Итак. Как вас зовут?

— Что?

— Я же не могу называть вас старшим братом. Ваше настоящее имя?

Мальчик помялся.

— Э... нет его.

— Как это — нет имени?

— Я негражданин. Причём из самых низших, раб. А у неграждан обычно имён не бывает...

Ариэль, растерявшись, всё же спросила:

— Но вас ведь как-то называли?

— Мои хозяева обычно звали меня... «один раб». Или «тот раб».

— Ого. Правда? Это уже чересчур...

Так его называть она точно не могла. Ариэль покачала головой.

— Тогда придумаем вам хотя бы временное имя. М-м... значит...

Имя всё-таки давали человеку, не щенку; просто прилепить первое попавшееся было нельзя. Ариэль задумалась.

И сквозь её губы сами собой проскользнули артикли, стоявшие перед тем, как мальчика называли прежние хозяева.

— М-м... A, The...

— ...Что?

Мальчик в недоумении пробормотал:

— Эйдер...?

— Что? Нет, нет! Я просто вслух подумала. Где это видано — имя из одних артиклей?

Пока Ариэль поспешно махала руками, мальчик неподвижно смаковал это странное имя.

Почему-то в тот миг, когда оно сорвалось с уст Ариэль, его пронзило чувство — почти судьбоносное.

Будто именно так его и звали.

— Я ведь всё равно замена. Временный. Ненастоящий.

Мальчик-дублёр склонил голову.

— Мне этого имени достаточно.

— ...

— Отныне зовите меня Эйдером, принцесса.

Он смущённо улыбнулся.

— Спасибо, что дали мне имя. Я буду беречь его.

— ...

С тем же самым лицом, что у её вечно колючего старшего брата, он вот так слабо, бесхитростно улыбался.

Это было непривычно. И почему-то напоминало давнее детство, так что Ариэль невольно фыркнула смешком.

— Хорошо, что вы, кажется, не такой уж плохой человек.

Она протянула руку мальчику-дублёру, сидевшему перед ней на коленях, — мальчику, который только что получил имя Эйдер.

— Ладно. В ближайший месяц... постараемся поладить, Эйдер.

Ариэль широко улыбнулась.

— Я как следует помогу вам, чтобы никто не раскрыл в вас фальшивого старшего брата.

— ...

Эйдер так и не решился взять тонкую белую руку принцессы, протянутую к нему. Только молча смотрел снизу вверх.

Останься он просто нераскрытым дублёром — схватился бы за неё без раздумий.

Но теперь, когда его настоящая личность — низкий раб — была раскрыта, эта рука казалась чем-то бесконечно далёким, тем, к чему нельзя прикасаться.

И вместо того чтобы пожать её, он глубоко склонил голову.

Как ни парадоксально, пока Эйдер играл Кристиана, мнение о самом Кристиане день ото дня становилось лучше.

Он больше не вспыхивал без причины, как прежде, и не пропускал самовольно малые и большие церемонии королевского дома.

Да, он стал безмолвнее и почти не менялся в лице.

Зато регулярно появлялся то здесь, то там вместе с принцессой Ариэль; вместо слабевшего здоровьем короля объезжал с ней разные земли страны и вместе с нею утверждал многочисленные дела, требовавшие королевского утверждения.

По дворцу и за его пределами поползли слухи: принц наконец взялся за ум.

— Всё-таки истории о том, как беспутный наследник исправляется, любят во все времена...

Выслушав очередной доклад о том, как быстро улучшается репутация Кристиана, Ариэль тихонько вздохнула.

— Вот бы и настоящий старший брат поскорее одумался. Эх...

Эйдер, стоявший позади неё с неловким видом, вдруг моргнул.

После долгого дня, полного государственных дел, причёска Ариэль растрепалась. Красная лента, которой она всегда подвязывала волосы, постепенно слабела и сползала.

Помедлив, Эйдер осторожно спросил:

— Эм... принцесса.

— Да?

Ариэль обернулась на его голос и смущённо пробормотала:

— А всё-таки странно: с лицом моего брата вы зовёте меня не по имени, а всё «принцесса» да «принцесса»...

— Ха-ха...

— Так что случилось?

— Если это не будет дерзостью... позволите поправить вам волосы?

Только теперь Ариэль поняла, что причёска у неё сбилась, и с тихим «ах» коснулась затылка. Эйдер поспешно замахал руками.

— Я... простите. Сказал лишнее...

— Нет, вовсе нет. Я просто удивилась.

Ариэль тихо усмехнулась и повернулась к нему спиной.

— Когда ещё в жизни мой старший брат станет поправлять мне волосы? Прошу.

— Да... тогда...

Эйдер осторожно развязал красную ткань, державшую волосы Ариэль.

Сияющие серебряные пряди водопадом рассыпались вниз. Ариэль легко встряхнула плечами и объяснила:

— Покойная матушка, когда я была маленькой, всегда завязывала мне волосы красной тканью. Кажется, говорила, что к моим серебряным волосам красная лента подходит лучше всего.

— ...

— С тех пор я всю жизнь хожу только так. Правда, я скоро стану совершеннолетней, и иногда неловко: всё ещё таскаю ленточку, будто ребёнок... Хе-хе. Но ведь мне идёт, правда?

И правда.

Эйдер согласился молча, бережно расчёсывая волосы Ариэль и снова завязывая их лентой.

Таких мягких и красивых волос он никогда не видел. Сияющие волосы Ариэль казались тончайшими серебряными нитями, одна к одной вытянутыми искусной рукой.

А между длинными прядями то и дело мелькала белая шея принцессы...

Эйдера словно подхватило течением: собственной воли у него не было, его привели сюда и заставили играть принца.

Но именно в этот миг он впервые подумал, что оказался в королевском замке не зря.

Потому что мог поправить и завязать волосы принцессы.

Потому что это делало его счастливым.

Наконец причёска Ариэль была приведена в полный порядок. Принцесса бросила взгляд в зеркало и, широко улыбнувшись, обернулась.

— Надо же, как ловко вы завязываете волосы. Чем вы занимались раньше?

— Что?

— До того как пришли сюда дублёром. У вас руки такие аккуратные, мягкие. Не похоже, что вы делаете это впервые.

Эйдер несколько мгновений растерянно молчал, потом запинаясь ответил:

— Всем... занимался. Мы, рабы, не в том положении, чтобы выбирать работу...

Ариэль почти ничего не знала о жизни неграждан. Тем более о жизни рабов на самом дне.

Поэтому она внимательно слушала его сбивчивый рассказ.

— Рабы в том месте, где я жил, ютились по многу человек в одной казарме... Каждое утро, если где-нибудь за внешней стеной требовались чёрные работы, приходили полноправные граждане и забирали рабов туда, где была нужда.

— Хм...

— Нам каждый день поручали всякую грязную и тяжёлую работу, но, как ни странно звучит... полноправные граждане не любили, когда мы выглядели грязными. На работу надо было идти чистыми и опрятными.

Полноправные граждане считали неграждан паразитами, присосавшимися к Озёрному королевству: тупицами без капли магии, что живут за счёт прекрасного и совершенного магического государства.

Если такие паразиты ещё и выглядели грязно, презрение становилось лишь сильнее. Поэтому неграждане были вынуждены держаться чисто хотя бы ради того, чтобы не раздражать полноправных граждан.

— Перед выходом на работу приходилось приводить себя в порядок. Так уж вышло, что в нашей казарме я стал поправлять волосы тем, кто жил рядом.

В рабской казарме, где вместе теснились сотни людей, Эйдер каждое утро расчёсывал и заплетал всем волосы — и незаметно стал настоящим мастером.

— ...Вот и вся пустая история.

Неловко оборвав рассказ, Эйдер вдруг понял, что Ариэль смотрит прямо на него.

Она долго вглядывалась в его лицо ясными бирюзовыми глазами, а потом звонко позвала:

— Эйдер.

На миг потерявшийся Эйдер очнулся с запозданием и торопливо отозвался:

— Д-да?

— Рассказывайте мне почаще. О том, какой была для раба жизнь в этой стране.

Ариэль светло улыбнулась.

— Думаю, это поможет мне сделать наше королевство лучше.

— ...

Оставив ошеломлённого Эйдера, Ариэль отвернулась и взяла со стола бумаги — расписание ближайших дней.

— Кстати, на следующей неделе есть одно срочное мероприятие... Хм.

На листе, который Ариэль опустила перед собой, Эйдер успел заметить слова: «Бал, устроенный королевским домом».

Для раба он был редкостью — умел читать, — и от этих слов побледнел как полотно.

Ариэль горько улыбнулась и спросила:

— Эйдер. Скажите... танцевать вы умеете?