Альтернативная история

※ Данный спецвыпуск является реконструкцией на основе вымышленной страны с современной цивилизацией.

Все топонимы и названия организаций, появляющиеся в этом спецвыпуске, являются вымышленными.

В этом спецвыпуске иностранная речь, отличная от родного языка главной героини, будет отмечена [ ].

***

Классовая система, которая должна была исчезнуть на задворках истории с установлением демократии, всё ещё паразитирует на обществе, словно пиявка, причиняя боль многим людям. Так называемые аристократы до сих пор не исчезли и открыто совершают безнравственные поступки — то, что в народе называют «абьюзом власти» — против бессильных слоёв населения...

В последнее время Ариэль остро ощущала эту реальность.

*Дзы-и-и-инь —*

Едва она прошла через арочные ворота Академии Реблет, как зазвонил телефон. Она закусила губу от раздражения. На экране было чётко видно звание источника этой эмоции.

【Председатель студсовета】

Человек, которого можно назвать главой частной школы аристократии, Академии Реблен. Он притворяется отличным лидером, и для обычных студентов он действительно довольно хороший старший, что сводит её с ума ещё больше.

Уже прошёл месяц с тех пор, как этот великий человек начал проявлять к ней неловкое внимание.

Он таскал её по всевозможным поручениям, мешая нормально посещать занятия, и не давал ей заводить друзей. В качестве компенсации он вручил ей привилегии, которые иначе как дискриминацией не назовёшь, без внятной причины — из-за этого на неё ещё и косо смотрели.

Сколько бы она ни спрашивала «почему», он никогда не давал чёткого ответа, так что только она одна и маялась.

Ариэль, скорчив недовольную гримасу, выключила экран. Ей хотелось заблокировать его, но он был председателем студсовета, так что это было непросто. Тогда бы он опять дал ей какие-нибудь странные привилегии, и она бы ещё больше отдалилась бы от школы.

Поэтому лучше сделать вид, что она ничего не слышала и не видела. Что была слишком занята из-за болезни. Быстро придумав отговорку, она сразу же направилась в медпункт.

Он был дотошным и настойчивым, так что нужно было создать хотя бы видимость алиби. Сказать, что у неё обострился стрессовый гастрит и болит голова, поэтому ей нужно отдохнуть. И поэтому она не слышала звонка. Вчера вечером она тоже выпила антацид и легла спать, так что это была не совсем симуляция. Может быть, даже удастся отпроситься с уроков пораньше.

Но эта надежда рухнула, как только она вошла в коридор.

— Ариэль Хаккли, тебя вызывают в кабинет студсовета, — оповестили её двое студентов, которые, словно тюремщики, поджидали её у двери медпункта. Это были члены студсовета, помогавшие председателю.

Вздохнув, Ариэль развернулась. Её передёрнуло от того, что он, будто знал её маршруты и мысли, отправил людей ждать её. Пока она, практически под конвоем двух членов студсовета, шла в кабинет, настроение упало ниже пня. Когда она, пройдя через длинный коридор в противоположную от медпункта сторону, увидела табличку с надписью «Кабинет студсовета», она крепко закусила губу.

Один из сопровождающих приоткрыл бежевую дверь и сказал:

— Старший Реблен, та девушка, о которой вы говорили, пришла.

— Ага, понял. Отпустите её.

«Отпусти» — будто вещь какую отпускают.

Пока Ариэль хмурилась от недовольства, два члена совета приоткрыли ей дверь и тут же испарились. Утренние занятия начинались с 8:30, самые ранние, так что им тоже нужно было спешить. Учитывая преимущества членства в студсовете, поддерживать успеваемость было важно. Прежде всего, нужно было быть прилежным.

«У этого человека что, нет утренних занятий?» — подумала Ариэль, входя в кабинет и прищуриваясь.

Мужчина, сидевший один за большим столом, почувствовав её взгляд, улыбнулся. Золотистые волосы, упавшие набок вместе с наклоном головы, коснулись бледной щеки.

Девонсия Реблен.

Он носит фамилию древнего имперского рода, его кровь голубая с рождения, а к тому же он аристократ и в современном обществе. Председатель студсовета школы. Его палец двигал ручку, выводя изящные буквы.

Шорох письма разносился по комнате.

Не может быть, чтобы такой предусмотрительный человек, как он, делал домашнее задание вне дома — наверное, это дела студсовета. Как бы то ни было, раз вызвал — должен сказать зачем. Ариэль молча наблюдала за ним, но когда молчание затянулось за пять минут, она заговорила первой:

— В чём дело, старший?

— Через неделю состоится обмен с зарубежной школой-побратимом.

— ...Да.

— Каждый год мы проводили приём в главном здании школы, но, кажется, это слишком банально. В этот раз мы арендовали частный музей. Сегодня поедем туда на осмотр.

При внезапном объявлении о работе Ариэль окаменела.

«Он что, просто сообщает мне о своих делах? Но зачем он говорит именно мне, а не членам совета?»

Недоброе предчувствие зашевелилось внутри. И так болевший от стресса желудок теперь, казалось, подступал к горлу.

Девонсия закончил писать, сложил документы и встал. Аккуратно разложив бумаги по разным ящикам, он взял телефон, оставленный на столе, и посмотрел на неё.

— На сегодня ты освобождена от занятий как специальный наблюдатель. Без ущерба, конечно. Наоборот, при годовой аттестации добавят дополнительные баллы за внеклассную деятельность.

— ...Вы это мне говорите?

— Кому же ещё?

Девонсия ответил так невозмутимо, что Ариэль чуть не кивнула.

— Я с этим не согласна!

— Вот как? Если будут убытки, я компенсирую. Моральный ущерб — тоже. Как бы то ни было, я уже сообщил в администрацию и получил разрешение от учителей, так что тебе придётся сопровождать меня.

— Почему?

— Я же сейчас всё объяснил?

Девонсия улыбнулся во все зубы. Ариэль, глядя на его наглую физиономию, зажмурилась и снова открыла глаза.

— Старший...

— Некогда. Я вызвал машину. Поехали.

Не слушая, он схватил её за руку.

Ариэль, испугавшись, оттолкнула его. Его красивое лицо слегка напряглось, но ненадолго. Он тут же снова улыбнулся, широко распахнул дверь и вышел. Хорошо бы он ушёл один, но он, держа дверь, стоял и ждал её.

— Опаздываем, дорогая.

— Не называйте меня «дорогая».

Нахмурившись, Ариэль едва сдержала ругательство и вышла из кабинета студсовета.

В конце концов, у неё не было другого выхода, кроме как сопровождать его. Чтобы нормально закончить школу, приходилось подавлять в себе желание швырнуть в него коктейль Молотова.

«Пока этот человек не закончит школу».

В машине он молчал. Она боялась, что он будет досаждать ей бесполезными разговорами, но опасения оказались напрасными. В частном музее тоже было так же. Пока он коротко переговорил с директором и, вместе с ответственным сотрудником осматривая музей, обсуждал то и это, он не задавал Ариэль никаких вопросов.

«Зачем было меня вести, если так?» — подумала она, но внутренний мир этого человека всегда был загадкой.

Ариэль сидела в кресле для отдыха на лестничной площадке музея и грызла край бумажного стаканчика. Живот всё болел — похоже, она на самом деле расстроила своё здоровье. Это были последствия слишком долгого нахождения рядом с председателем студсовета. Раз он обещал компенсацию, надо потребовать. Ну, миллионов триста русилей...

— [Что за девушка здесь сидит одна? Разве вы не говорили, что сегодня не будет посетителей?]

Раздался незнакомый язык. Глаза Ариэль, до этого расфокусированные, прояснились, и она заметила чужую тень, вытянувшуюся у её ног. Их было двое, а не один.

— [Наверное, приехали по тому же делу, что и мы.]

— [А, Академия Реблен?]

Хотя произношение было другим, фразу «Академия Реблен» она смогла разобрать.

Ариэль оторвала стаканчик от губ и подняла голову. Она увидела двух мужчин с яркой внешностью. Студент с грубоватыми чертами лица и рыжими волосами, и другой студент с тёмными золотистыми волосами и довольно расслабленным взглядом. На их тёмно-синих блейзерах висели пропуска в музей.

— [Ты уже доела свой стаканчик?]

Студент с рыжими волосами улыбнулся и обратился к ней.

Ариэль не понимала языка, на котором они говорили. Слегка растерявшись, но заметив, что он смотрит на её стаканчик, она слегка приподняла его.

— Вы ищете воду?

— [Похоже, она думает, что я хочу пить.]

— [Кажется, она не понимает по-солийски.]

Они продолжали разговаривать перед ней на языке, которого она не знала. Ариэль стало казаться, что над ней насмехаются. Хотя она видела их впервые, у неё возникла уверенность, что связываться с ними — себе дороже. Она тихо поднялась с места.

— Куда ты идёшь?

Когда она захотела уйти, чувствуя неловкость, студент с рыжими волосами заговорил на знакомом языке.

Ариэль остановилась и оглянулась на него. На её лице отразились лёгкая досада и удивление.

— Ты знаешь реблейский?

— Ага.

— Но зачем ты тогда...

— Было весело смотреть, как ты смущаешься.

Мужчина широко улыбнулся, забрал у неё бумажный стаканчик и, пока Ариэль хлопала глазами в растерянности, самовольно бросил его в ближайшую мусорку.

— Ты одна?

— Нет, со мной есть сопровождающие.

— Друзья?

— Нет, не друзья. Это члены студсовета. Мы приехали сюда осматривать музей по делам школы.

— Да, понятно. А почему ты вдруг перешла на «ты»?

— Потому что ты со мной на «ты».

Он резко менял тему разговора, как ему вздумается. Но Ариэль, не растерявшись, спокойно отвечала. Мужчина, проявив живой интерес, прищурился.

— [Хватит. Некогда играть. Скоро обед.]

Студент с золотистыми волосами, который до этого молча стоял рядом, легонько толкнул рыжеволосого. Ариэль не поняла, что они говорили, но было ясно, что он торопит своего спутника.

— [Уже? А что мы сделали?]

— [Осмотр.]

— [Я не о том спросил...]

Рыжеволосый мужчина с досадой начал было говорить, но вздохнул и покачал головой. Похоже, у них возникли разногласия.

Ариэль, неловко застыв между ними, незаметно попятилась к лестнице. Идти к председателю студсовета было смерти подобно, а связываться с этими двумя, которые стояли прямо перед ней, тоже не хотелось. Поэтому оставалось только самой уйти.

— Эй, телефон свой захвати.

Услышав эти слова, Ариэль очнулась и остановилась. Она что, уронила телефон? Она растерянно проверила карманы и, убедившись, что они пусты, обернулась. В тот же миг ей на плечо легонько опустился телефон. Она поспешно схватила его, боясь уронить, и раздался смешок.

— Поаккуратнее. Увидимся ещё.

Мужчина с рыжими волосами, приветливо улыбнувшись, попрощался и повернулся. Студент с золотистыми волосами уже ушёл вперёд.

Ариэль, мельком проводив взглядом их спины, повернула голову и крепко сжала телефон. Она чувствовала, что его размер немного странный. Похоже, внутри чехла что-то лежало. Внутренне содрогнувшись, она тут же сняла чехол — и обнаружила инородный предмет, засунутый внутрь.

Слегка глянцевое белое студенческое удостоверение. Под фотографией рыжеволосого мужчины, которого она только что видела, были написаны его имя и принадлежность на незнакомом языке.

«Зачем он засунул это в чужой телефон?»

— Эй, подождите!

Она позвала его, обернувшись, но никого уже не было. Её голос эхом отозвался лишь на пустой лестничной площадке.

Через несколько минут, закончив свои дела, Девонсия поднялся по лестнице. Ариэль последовала за ним вниз. Насильно врученное студенческое удостоверение оставалось засунутым в телефонный чехол.

— Дела закончили?

— В музее — да.

— ...Значит, поедете куда-то ещё.

— Посмотрим.

Он дал уклончивый ответ, полный неуверенности, и вышел из музея к машине. Он даже проявил неловкую любезность: прежде чем сесть сам, открыл дверцу на её место, чтобы она не вырвалась. Было ясно, что он собирался заехать ещё куда-то.

В любом случае у неё не было возможности отказаться. Поэтому спрашивать дальше — только себе дороже. Она, сохраняя бесстрастное выражение лица, смотрела в окно и молчала.

Ариэль думала, что и в этот раз, как и в музее, будет тишина. Но, к несчастью, Девонсия прервал молчание в машине.

— Ты всё время была одна на лестничной площадке?

«Откуда он знает?»

Ариэль, подумав немного, решила ответить честно. С ним лучше не скрывать — только тревожиться больше будешь.

— Там были посетители, которые разговаривали на иностранном языке.

— Да? Разговаривала с ними?

— Посторонние ко мне обращались, но я не поняла языка.

— Повезло.

«Что же именно — повезло?» — удивилась Ариэль, но не стала задавать глупых вопросов. Всё равно ответ был бы либо раздражающим, либо неприятным.

Председатель студсовета был таким человеком.

То же самое касалось и неожиданно полученного студенческого удостоверения. Позже можно будет заявить о находке в полицию. Не было необходимости докладывать ему о таком пустяковом инциденте.

Ариэль, благоразумно храня молчание, мельком взглянула на него.

Он, чутко уловив её взгляд, нежно улыбнулся.

— Не смотри украдкой, можешь смотреть в открытую. Я не рассержусь.

— ...Хорошо.

Ариэль, чувствуя изжогу, ответила и, вопреки своим словам, отвела взгляд в сторону окна.

«Как так вышло, что я привлекла внимание этого психа?» — думала она, перебирая в памяти прошлое, но ответа не находила.

Конечно, её появление в качестве редкой переводной ученицы в Академии Реблен привлекло много внимания. Она была умна, выглядела неплохо, что тоже сыграло свою роль.

Но даже с этим она не могла превзойти Девонсию, который с рождения обладал и знатным происхождением, и богатством. Хотя она получила на годовой аттестации за первый семестр оценки, равные тем, что Девонсия установил на первом курсе, по большинству пунктов, она, из-за большой ошибки в сочинении, сильно (с большим отрывом) уступила ему. Она даже не заняла второго места, так что и говорить не о чем.

Это означало, что она не могла стать для него серьёзным соперником. Наоборот, она лишь оттеняла его, который преуспевал во всём.

«Тогда за что же он на меня так взъелся и мучает?»

Она схватилась за ноющую грудь, и в этот момент машина остановилась.

Это была парковка в парке в центре города.

Ариэль надеялась, что этот день поскорее кончится, но её желание, как всегда, не сбылось.

Они гуляли по парку с мороженым в руках, он снимал с её волос залетевшие на ветру листья, сидели довольно тесно соприкасаясь на скамейке... Ещё и фотографировались...

— Такие вещи нужно делать с девушкой, — с полным возмущения лицом оттолкнула Ариэль его телефон.

Он склонил голову и продолжал улыбаться своей противной улыбкой.

— Сколько у меня девушек? Как их зовут?

— Шапель, старшая Сиена...

— Они мне не девушки.

— Я тоже вам не девушка. Отпустите.

Она резко встала со скамьи, отходя от него, который подсел слишком близко. Она и так достаточно с ним поладила — сколько можно таскаться за ним целый день. Ей не хотелось оставлять даже фото в качестве доказательства.

Ариэль уже собралась уйти, оставив его одного.

— Тогда, может, начнём встречаться?

Спокойный голос остановил её, уже готовую выйти из парка. Будто услышав крик невиданного чудовища, она, побледнев, обернулась.

И увидела лицо молодого мужчины с тёплой улыбкой. Мурашки побежали по коже.