Темное прошлое Эшли

— Если даже он не смог справиться с неизвестным врагом, неужели ты и правда думаешь, что несколько магов первого ранга смогут хоть как-то повлиять на эту ситуацию?

После того как вторая старушка в конце своей реплики задала риторический вопрос, внешний вид Эшли слегка изменился. Толстые вены, вздувшиеся на его лбу от злости, заметно уменьшились, а бушующая вокруг него энергия начала постепенно утихать, словно пламя, которому внезапно перестало хватать топлива.

Именно в этот момент первая бабушка-близняшка, которая ранее из-за агрессивности собеседника была вынуждена уступить инициативу в разговоре своей более напористой сестре, неожиданно вновь подключилась к напряжённому диалогу.

— В первую очередь сейчас нам нужно думать о том, как подготовиться к военным сборам восточного региона! — начала она ровным и уверенным голосом.

— На этом мероприятии наш город будет принимать делегации из двух других крупнейших городов — Леоналидиса и Варсажа. Во время этого собрания мы будем обсуждать дальнейший план действий, направленный на окончательное решение проблемы волчьих приливов.

— Думаю, ты и сам понимаешь, что из-за потери нашего лидера боевая мощь города и без того сильно ослабла. Если сейчас мы ещё отправим в полнейшую неизвестность отряд магов, то два других города, увидев, в каком положении мы находимся, наверняка начнут открыто насмехаться над нами.

— Более того, часть наших активов может быть насильно аннексирована, а право голоса нашего города как одной из крупнейших сил региона значительно утратит свою ценность. Этого нельзя допустить ни при каких обстоятельствах! Сейчас, чтобы сохранить своё влияние, мы должны прежде всего беречь наших людей!

Услышав слова женщины, Эшли, казалось, окончательно потерял инициативу в споре. Его бушующая энергия полностью исчезла, а лицо стало почти безэмоциональным. Около десяти секунд он стоял на одном месте, совершенно не двигаясь.

В тот момент никто не понимал, что может произойти дальше, поэтому все были готовы к возможному столкновению. Однако, сколько бы времени ни проходило, Эшли, похоже, не собирался никого атаковать.

Ещё примерно через две минуты он неожиданно развернулся и обычным шагом направился к выходу из конференц-зала. Увидев это, присутствующие испытали совершенно разные эмоции. Маги первого уровня, естественно, почувствовали облегчение, а вот бабушки-близняшки, наоборот, резко напряглись.

В следующий миг они сорвались со своих мест и на бешеной скорости преградили ему путь. Увидев это, Эшли остановился и посмотрел на них настолько пугающим взглядом, что у обеих старушек по спине невольно пробежали мурашки, а на лбу выступил холодный пот.

В тот момент они отчётливо поняли: остановить его получится только силой. Однако проблема заключалась в том, что, хотя их коллективная боевая мощь и превосходила Эшли, это касалось лишь прямого столкновения. Если бы он направил все свои силы исключительно на то, чтобы вырваться и уйти, удерживать его долго у них вряд ли бы получилось.

Именно поэтому, увидев безумную решимость в глазах Эшли, бабушки-близняшки не нашли иного выхода, кроме как отступить и позволить ему пройти.

По выражениям их лиц было отчётливо видно, что вместе с этим решением все их первоначальные планы буквально пошли коту под хвост. Однако в сложившейся ситуации они ничего не могли с этим поделать — им оставалось лишь смириться.

Когда бывший главнокомандующий армии Диреклии шёл по длинному коридору, направляясь к выходу из здания, в его голове роилось безумное количество самых разных мыслей. Однако сильнее всего в памяти всплывали воспоминания из далёкого прошлого — настолько далёкого, что казалось, будто всего этого и вовсе никогда не происходило…

Двадцать лет назад. Неизвестный рынок рабов.

Толпа гудела, словно обезумевший улей, наслаждаясь бесплатным зрелищем. Со всех сторон доносились свист, выкрики и злорадный смех — прямо сейчас на центральной площади собирались публично казнить одного из провинившихся рабов. Его звали Эшли Лизден, на тот момент ему было всего двадцать семь лет.

Буквально пятнадцать минут назад он вновь попытался сбежать на свободу, однако из-за метки души его быстро поймали. Теперь же, закованный в тяжёлые цепи, он стоял на коленях посреди площади, пока стража готовилась привести приговор в исполнение.

Очевидно, прилюдная казнь должна была стать наглядным назиданием для остальных рабов — для всех тех, кто ещё осмеливался мечтать о побеге.

Сначала Эшли, разумеется, избили до такого состояния, что он уже не мог даже стоять на ногах. После этого стражники грубо повалили его возле плахи и силой прижали головой к окровавленному дереву.

Толпа, увидев его изуродованное лицо, пришла в настоящий экстаз. Со всех сторон раздавались крики, свист и требования поскорее закончить казнь.

— Давай же!

— Отруби ему голову!

— Пускай эти ничтожные рабы знают своё место!

Возле плахи лежала большая секира. Один из стражников лениво поднял её с земли и медленно шагнул вперёд. Однако, прежде чем занести оружие над головой полуживого раба, он неожиданно остановился.

— Есть ли у тебя последние слова? — холодно спросил он.

И в тот же миг площадь погрузилась в тишину. Толпа, ещё секунду назад ревевшая, словно обезумевший зверь, неожиданно замолчала. Казалось, всем собравшимся стало любопытно, что скажет этот никчёмный раб перед смертью.

Но секунды шли, а Эшли так и не произносил ни слова. Стражник, увидев такую реакцию, ничуть не удивился. За свою жизнь он уже не раз наблюдал, как смертники в последний момент теряли дар речи от охватившего их ужаса.

Поэтому, не став больше ждать, он поднял огромную секиру над головой и уже собирался одним ударом отсечь Эшли голову. Но в тот самый миг, когда лезвие начало стремительно опускаться вниз, избитый до неузнаваемости раб неожиданно заговорил.

— Чёрт… Знали бы вы, как сильно я хочу собственными руками убить каждого из вас… — хрипло произнёс Эшли, после чего вдруг безумно рассмеялся. — Ха-ха-ха… Пожалуй, ради такой возможности я бы не задумываясь отдал дьяволу свою душу!

На самом деле Эшли хотел сказать ещё очень многое. Уже в следующий миг он начал яростно проклинать всех собравшихся, осыпая толпу самыми грязными и отвратительными ругательствами. Его голос, полный ненависти и безумия, эхом разносился по площади, заставляя людей кривиться от злости.

Однако долго слушать это никто не собирался. Едва толпа осознала смысл его слов, площадь тут же взорвалась возмущёнными криками и требованиями.

— Убейте его!

— Немедленно отрубите ему голову!

— Заткните этого ублюдка!

— Да что этот мусор вообще о себе возомнил!

Стражник, увидев реакцию людей, лишь устало выдохнул мутный воздух. После чего, больше не медля ни секунды, безжалостно опустил огромную секиру, тем самым закончив начатое.

В следующий миг голова дерзкого раба покатилась по окровавленной площади. Преодолев несколько метров, она неожиданно остановилась — её ногой придержал маленький мальчик лет восьми.