Промежуточные экзамены (3)

Ситуация ухудшалась. Ее зрение было полностью окрашено в черные и красные цвета. Теперь она даже в темноте могла ясно ощущать, как ее зрение окрашивается в эти зловещие цвета. Темнота больше не могла защитить ее.

«Я не могу быть одна. Я схожу с ума!»

От отчаяния она начала искать места, где были бы люди. Самым многолюдным местом была комната для самоподготовки в зале Крыльев. Если она пообщается с учениками, занимающимися всю ночь, то сможет хоть ненадолго избавиться от странных изменений в своем зрении.

Когда экзамены закончатся, все это может исчезнуть. Возможно, это просто из-за стресса. Она надеялась на это на протяжении всех экзаменов. Эти пятна, эти звуки, эта кровь, хлещущая из ниоткуда. Вот экзамены закончатся, и все это полностью исчезнет, как по волшебству.

«Но ничего не исчезло...»

Нет, скорее, оно усилилось. Теперь, когда экзамены закончились, комнаты для самоподготовки опустели. Она понятия не имела, куда идти.

«Что делать, что делать...»

В столовой общежития все еще было много учеников. Казалось, она провела в столовой весь день, но она даже не притронулась к рисовым пирогам от Лунного кролика. Куда она пойдет, когда наступит вечер, и столовая закроется? Если она вернется домой, ее родители будут волноваться. Может сбежать из школы и пойти в круглосуточное кафе...?

— Я могу присесть?

Черно-красные пятна и жужжание исчезли, как будто их и не было. В ее ясном поле зрения предстала Ан Даин.

— Даин…?

— Мы не смогли встретиться во время экзаменов. Давай поедим вместе.

Ан Даин слегка улыбнулась. Она редко улыбалась. Случилось что-то хорошее? Она не замечала свое хорошее настроение и то, что уголки ее рта изящно приподнялись…

— Хочешь пойти со мной в центральную библиотеку после того, как мы поедим? Чу Су... Нет, кое-кто из моих знакомых порекомендовал мне книгу, так что...

— Не ходи!

Услышав это ужасное слово, она снова повысила голос.

— Ох… 

Она всегда ужасно ведет себя по отношению к Ан Даин. Чувство вины и раскаяния захлестнуло ее целиком.

Ее голос был довольно громким, но, к счастью, в столовой было немноголюдно, а экзамены закончились, так что собравшиеся ученики не обратили на это внимания, поскольку были заняты болтовней. Она огляделась по сторонам, а затем заговорила, понизив голос.

— Прости, Даин. Не ходи… Никогда не ходи в центральную библиотеку.

Глаза Ан Даин блеснули, а затем она кивнула. Похоже, она подумывала о том, чтобы воспользоваться библиотекой первогодок или библиотекой клуба «Крылья», хотя часы их работы были короче по сравнению с центральной библиотекой. Она сменила тему прежде, чем Ан Даин еще глубже погрузилась в свои мысли.

— Се-сегодня… Может быть, ты хочешь устроить вечер кино? И поболтать. В моей комнате или в комнате Даин!

— Хорошо. Хочешь пойти в мою комнату?

— Да…! Даин, большое тебе спасибо… Думая о мире без пятен и жужжания, по крайней мере до завтра, она впервые за очень долгое время смогла улыбнуться.  

***

Класс старой школы был наполнен запахом затхлой пыли.

Ём Чонёль, закончивший смущающий разговор о красном чем-то там, со страшным лицом протянул руку в мою сторону. Он призывал красного дракона.

Пааа—

Над кончиками пальцев Ём Чонёля возникла пространственная трещина. Внутри нее проявилась кристаллизация его силы и пламени – красный дракон. Я не чувствовал никакой враждебности или намерения меня убить. Я пережил несколько сражений, так что смог распознать его блеф, но не понимал его цели.

Его уровень все еще низкий. Размер красного дракона и сила пламени, обвивающегося вокруг него, тоже не так уж велики. Когда красный дракон двинулся, будто собираясь плюнуть в меня огнем, Ём Чонёль подал сигнал «стоп».

— Как и ожидалось, вы не принадлежите к клану драконов.

— Клану драконов…?

— Чтобы помешать моим поискам вора красной стены, некоторые члены клана драконов несколько раз притворялись им. Но, как их потомок, я не могу даже направить атаку в их сторону, так что я тут же их разоблачил.

Клан драконов творил такие безумные вещи!? Чтобы помешать мне стать мастером Ём Чонёля? Могу поспорить на оригинальную фотографию Олму… На копию фотографии Олму, что в этом фарсе принимал участие и помешанный на сыне Ём Панёль.

— Приношу свои извинения за то, что притворился, будто собираюсь напасть на вас… Хотя, похоже, вы были в курсе моего блефа.

— Ничего страшного. Извини, что притворялся тобой.

— Все в порядке. Благодаря этому был раскрыт аукцион фантазий и Сеум смог пойти в школу.

Мой игровой персонаж, Ём Чонёль, действительно хороший парень. Он пострадал из-за меня, так что я и слова бы не сказал, если бы он однажды пришел меня поколотить.

— Вы знаете зачем я искал вас?

— Потому что ты хочешь, чтобы я стал твоим мастером.

У Ём Чонёля было немного удивленное выражение лица, которое затем сменилось восторженным.

— Так вы… Примите меня в ученики?

Учитывая его реакцию, он действительно хочет, чтобы я стал его наставником. В свое время я прошел сотню квестов, чтобы прокачать персонажа Ем Чонёля. У меня есть приблизительное представление о том, как он должен развиваться. Однако сначала мне нужно кое-что попросить.

— С одним условием.

— Да. Пожалуйста, говорите!

Сияющее лицо Ём Чонёля сейчас можно было бы поместить на любой рекламный баннер. Меня мучила совесть из-за того, что я эксплуатирую добросердечного потомка драконов, но я не мог придумать ничего получше.

— Пятого мая. На бейсбольном стадионе Чамсиль сделай первый бросок, а затем досмотри игру до конца. А еще до пятого мая держи в секрете тот факт, что ты собираешься делать первый бросок.

Каждый год пятого мая.

В День защиты детей на стадионе Чамсиль проходит одно из лучших соревнований корейского профессионального бейсбола, которое ежегодно может похвастаться восьмью миллионами зрителей. Две соперничающие бейсбольные команды на домашнем стадионе Чамсиль.

Драконы Чуо.

Рыцари ТЧ.

Каждый год эти две команды играют на стадионе в день защиты детей. У них была традиция – когда Драконы Чуо были хозяевами поля, первый питчер был из клана драконов, символа команды.

— ...Вы имеете в виду бейсбольный матч в честь дня защиты детей на стадионе Чамсиль между Драконами Чуо и Рыцарями ТЧ? Когда Чуо выступают за домашнюю команду, каждые два года член клана драконов делает первую подачу, используя свой специальный навык.

— Да. Поменяйся местами с членом клана драконов, которого выбрали питчером, и сделай первую подачу. Когда игра благополучно закончится, я стану твоим мастером.

Красный лев, будучи одной из десяти лучших команд мира, пользовался наибольшей популярностью внутри страны. То же самое касалось и клана драконов, стоявшим за ней. Драконы Чуо воспользовались возможностью включить в свое название слово «дракон» и активно приглашали членов клана драконов и членов команды Красного льва в качестве первых питчеров.

— …Хёны и дяди из клана драконов быстро раздражаются, так что часто тайно сбегают со стадиона после четвертого или пятого иннинга. Я правда стану вашим учеником просто сделав первый бросок и досмотрев игру до конца?

— Ага. И не забудь сохранить это в секрете до того дня.

— Да! — энергично ответил Ём Чонёль, не ставя мои слова под сомнение. Я думал, у него будет больше вопросов и уточнений.

Когда я уставился на него, не говоря ни слова, Ём Чонёль сделал уверенное лицо и сказал: — Я подумал, что у меня будет возможность узнать вас получше, когда мы станем мастером и учеником. Это условие – своего рода тест, верно?

В каком-то смысле, да, но я не сомневался, что Ём Чонёль внесет свой вклад.

— Пятое мая – день, когда вы станете моим учителем, — после таких милых слов он добавил кое-что совершенно бесполезное. — Пожалуйста, дождитесь, вор красной стены.

Я чуть не потерял сознание. Если я стану мастером Ём Чонёля, мне придется запретить ему использовать этот титул.

***

Следующий день.

Ученики сдали экзамены и хорошо отдохнули. Атмосфера безумия, царившая в школе Ынван, утихла. Единственные радости и печали были из-за результата экзамена. На общей доске объявлений появились недовольные комментарии о том, что температура воды в реке Хан все еще слишком низкая, поэтому в нее тяжело прыгать. Возможно, они и говорят это в шутку, но им в любом случае было бы трудно спрыгнуть в реку Хан из-за команды Сон Мансока.

Иронично улыбаясь, я прочитал еще несколько комментариев на общей доске объявлений. Я пришел в школу слишком рано, так что коротал время в классе.

Вжух—

Я услышал звук автоматической двери. Парень, вошедший в класс, подошел ко мне, не поздоровавшись.

— Почему ты вызвал меня сюда так рано? Произошло что-то, о чем трудно рассказать через устройство?

Появился Хван Чихо, которого я ждал. Я сразу перешел к делу, пока не явились другие детишки.

— Происшествия, случившиеся за две недели до промежуточного экзамена. Учащиеся, которые прошли всестороннее обследование глаз в нашей школьной больнице и подали заявление на замену устройств. Среди них должны быть ученики, состоящие в редакционном клубе школьного журнала. Мне нужен список учеников, подходящих по крайней мере двум из этих трех критериев.

Проклятие активировалось как раз перед промежуточным экзаменом.

«Если бы я попытался вмешаться в это и силой остановить распространение, то другие детишки, о которых я не знаю, могли бы быть прокляты чем-то похуже».

Мне пришлось закрыть глаза на это проклятье, хотя я и знал о нем. Однако проклятые ученики в некотором роде заслужили это.

«Возможно, перед искушением было слишком трудно устоять».

Кто из учеников не хотел бы получить более высокий балл на экзамене? Всем на их месте хотелось бы выбрать наиболее легкий путь. И все же это был неправильный выбор.

— С этим связано происходящее между редакционным клубом и школьной газетой?

— Ага.

— После истории Мун Серон я пытался покопаться в информации об редакционном клубе школьного журнала. Там творится что-то странное.

Ты пытался разобраться в этом сам? Я почувствовал, что позиция Хван Чихо действительно изменилась. Он казался другим человеком... Нет, другим представителем расы Чин, непохожим на председателя, устроившего в собственной школе беспорядок и сказавшего «а что не так?».

— Я не могу понять, люди, поддерживающие редакционный клуб, связаны с Чоэ Пёнтоком или нет.

Разумеется связаны.

— Покопавшись в информации о редакционном клубе, можно понять, что они активно поддерживали работу по продвижению людей Чоэ Пёнтока... Однако у них нет единого начальства, да и выгоды от этого они бы никакой не получили.

Хван Чихо прожил пять тысяч лет, но ему было немного сложно понять происходящее. Хотя, даже людям было бы сложно это понять.

— Они – «последователи».

— …А, вот оно что.

Вся банда Чоэ Пёнтока, имевшая связи с высокопоставленными людьми, была заменена. Сам Чоэ Пёнток гнил в подвале здания Серебряной тени, а других выгнали из школы Ынван и осудили по закону.

«Но это еще не конец».

Когда настоящий злодей заходит слишком далеко, вокруг него появляются последователи. Даже если они не получают никакой выгоды, есть люди, которые довольствуются тем, что делают что-то для своих кумиров. Чоэ Пёнток очень хорошо справлялся с ролью злодея, совершая всевозможные преступления, поэтому у него были последователи.

— Чо Эйсин, ученики, подходящие под критерии, о которых ты говорил…

— Да. Они находятся под влиянием последователей.

— Но почему эти последователи нацелились на редакционный клуб?

Причина этому кроется в истории школы Ынван.

— Ты случайно не помнишь, что произошло пятнадцать лет назад, когда создали клуб Крыльев? Из-за этого клуба их планы были отложены, а всех директоров уволили.

— …Да. А еще я помню лицо президента студенческого совета, запросившего со мной разговор тет-а-тет.

— Даже кампания, в ходе которой были собраны подписи всей школы, не сработала. Директоров загнали в угол только после того, как студенческий совет сообщил об происшествии средствам массовой информации.

Тем, кто уладил инцидент, был Хван Чихо. Увидев, как ученики сражаются, и благодаря тому, что президент студенческого совета изменил его мнение, он расследовал произошедшее. Хван Чихо не стал возражать на мои слова.

— Последователи, увидев происходящее, подумали примерно так: а почему бы нам не захватить контроль над школьной прессой? Поэтому десять лет назад был создан редакционный клуб школьного журнала.

— ...Как контроль над школьным журналом может им помочь?

— Никак, пока этот клуб не станет единственным источником информации самой престижной корейской школы. Даже если они выльют ведро с помоями на кого-то из учеников, никто не сможет возразить и выпустить опровергающую статью. Кроме того, посторонние будут считать, что написанное в журнале отражает мнение всех учеников школы Ынван.

— Понятно. Тогда никто не смог бы выступить против этого клуба, пока опубликованные там статьи не были бы откровенной ложью. Потому что это может быть расценено как попытка контроля СМИ.

На лбу Хван Чихо появилась легкая морщинка. Я решил продолжить свою серию объяснений.

— Давай предположим, что все проступки Чоэ Пёнтока были раскрыты. Однако, если распространить статьи, выставляющие виноватыми в этом учеников, можно создать противоречивый образ. Статьи, просочившиеся наружу, ведь тоже написаны учениками, так что в глазах общественности обе стороны будут выглядеть виноватыми и обвинения поделятся поровну. А если в добавок к этому опубликовать статью с ложными доказательствами, это сломит дух учеников-жертв.

— …Я понял почему они продолжили это даже после пропажи Чоэ Пёнтока.

Хван Чихо, прислушивающийся к каждому моему слову, сделал то же предположение, что и я. Он не до конца понимал людей и был сбит с толку, но, когда я дал ему подсказку, Хван Чихо сразу все понял, как и подобает существу его возраста.

— Пока Чоэ Пёнток был здесь, они хотели быть полезными ему, а теперь, когда он исчез, они хотят прославить его историю. На случай возвращения Чоэ Пёнтока.

Я кивнул в ответ на слова Хван Чихо. Злодеи, обычно, хороши в том, чтобы предаваться абсурдным идеям. Группа последователей, устроившая неразбериху в игре, никоим образом не могла легко изменить свою позицию, из-за исчезновения банды Чоэ Пёнтока.

— Понял. Тебе больше ничего не нужно, кроме этого списка имен?

— Приготовься нанимать новых учителей. И внимательно следи за свиньями.

Если в это дело вмешается школа, всё пойдет коту под хвост, а клан тигров я не хотел беспокоить из-за того, что они и так по уши в делах.

«Если я допущу ошибку, это может заметить Чегал Чэгёль, и он попытается меня остановить».

Я размышлял над тем, как лучше мне поступить.

***  

После уроков.

Сегодня состоялось первое квартальное собрание представителей учащихся. Из нашего класса в нем участвовали Ким Юри в качестве президента класса, и я в качестве вице-президента класса.

Ким Юри также входила в студенческий совет, но в ситуациях, когда обязанности руководителя класса пересекаются с обязанностями других студенческих организаций, участие в качестве представителя класса имеет приоритет. По этой причине президент студенческого совета, президент клуба лидерства, президент клуба крыльев и президент общего клубного совета избирались на втором году обучения, и, как правило, они не могли стать представителем класса на третьем году обучения.

— Я уже несколько раз бывала в зале студенческого совета, и там всё неплохо обустроено.

Я вошел в коридор зала студенческого совета вместе с Ким Юри. В коридоре перед нами появились голограммы с историей школы Ынван и деятельностью студенческих организаций.

— Спрашивай, если тебе что-нибудь интересно!

Как член студенческого совета, Ким Юри была знакома с залом студенческого совета, поэтому она прошла передо мной и провела мне небольшую экскурсию.

— Точно. Эйсин! Ты прочел материалы?

— Да. Ты проделала отличную работу. Прости, что ничем не смог помочь.

— Нет, я ведь не просила о помощи и решила сама всё сделать.

Беседуя с Ким Юри, я направлялся в конференц-зал А, используемый для встреч представителей, когда кто-то внезапно подошел ко мне и сказал: — Эй, Чо Эйсин.

— Ю Санхун, а ты что здесь делаешь?

Ю Санхун учился вместе с Ан Даин в классе 1-1. В игре президентом класса 1-1 была Ан Даин, а вице-президентом класса был один из незаконно принятых ублюдков. Конечно, умерший в игре Ю Санхун не стал вице-президентом класса.

— Ты тоже представитель класса?

Мы учились в разных классах, и я был не из тех, кто подробно обсуждает то, что происходит во время учебы. Ю Санхун обычно был немногословен, если только это не было связано с баскетболом, так что я понятия не имел о его назначении.

— Ага. Ублюдка, поступившего незаконным путем, исключили, а я стал вице-президентом.

Его недовольное лицо так и кричало, что он не хотел занимать этот пост и его просто заставили. Он был человеком, который не терялся при виде Ан Даин, поэтому, обладая этим редким талантом, он был назначен вице-президентом. Незаконно принятый ублюдок, ранее занимавший этот пост, был вынужден терпеть Ан Даин из-за своих амбиций, поэтому в игре он был сумасшедшим, преследовавшим Ан Даин вместе с Чоэ Пёнтоком.

— Эх, я ненавижу собрания представителей учащихся.

Выражение лица Ю Санхуна было ужасным. Он, конечно, ненавидел раздражающие вещи, но были ли еще какие-то причины его недовольства?

— Шш!

В этот момент появилась ухмыляющаяся Мун Серон и поднесла палец ко рту. Мун Серон была вице-президентом класса 1-2. В игре говорилось, что она стремилась занять должность вице-президента из-за того, что она могла бы услышать различные слухи во время встреч представителей учащихся.

«Президентом класса два является Чу Сухёк».

Мун Серон указала другим пальцем в конец коридора.

— ...И моя любимая часть, когда главный герой открыл окно и сказал: «Все в порядке, даже если солнца нет».

— О, и у меня...! А потом строка «До тех пор, пока цветы не завянут»!

Чу Сухёк и Ан Даин.

В углу коридора у них двоих состоялось непринужденное свидание под видом клуба любителей книг. Полагаю, что они порекомендовали книги друг другу, когда виделись в последний раз, а затем воспользовались окончанием экзаменов как возможностью прочитать их. Но почему вы дословно произносите эти строки? Вы же не выучили наизусть всю книгу, верно?

— …Поняли?

Мун Серон не дала нам прервать этих двоих, посылая нам сигналы глазами. У Ким Юри, которая увидела Ан Даин, сначала было удивленное выражение лица, но затем она начала кивать с очень счастливым лицом.

«Думаю, у них был очень хороший разговор даже после того, как я ушел».

Пока я радовался…

Бах.

Кто-то толкнул меня в плечо. В меня врезались намеренно? Коридор был довольно широким, так почему же?

— В сторону, первогодка.

Толкнувший меня был одним из моих игровых персонажей. Президент студенческого совета, «Железный захват То Вону».

«Мы впервые встречаемся лично». Он был персонажем со специальным навыком, который я использовал при избиении нелегальных поступивших учеников первого апреля. Он был трудягой, который своими усилиями добился успеха в навыках электричества, не имея к этому никакого таланта.

Лидер, который поддерживал и оставался до самого конца рядом с представительницей студенческого совета Ю Санхи, увлекшейся охотой на демонических зверей после смерти Ю Санхуна.

Президент студенческого совета То Вону был похож на вспыльчивого юношу, сошедшего с обложки комикса. Он не смог закончить обучение и погиб, защищая школу до своего последнего вздоха.

«Его персонаж изначально был таким? Почему он такой придирчивый?»

Как раз в этот момент То Вону увидел Ю Санхуна рядом со мной, и внезапно раскрыл рот от удивления.

— Ох, мой деверь[1] тоже тут.

А это что еще за чушь? После слова «деверь» глаза Мун Серон засияли…

Вжух! Со скоростью звука на живот и спину То Вону обрушились удары. Спереди Ю Санхун ударил его кулаком, а сзади Ю Санхи нанесла ему удар в жизненно важную точку. То Вону, не ставший уклоняться и принявший на себя все атаки, пошатнулся.

— Вону, если ты собираешься сходить с ума, то сходи, когда останешься один. Почему ты ведешь себя как сумасшедший перед младшеклассниками?

— Безумец.

Ю Санхи, говорившая это с улыбкой, и Ю Санхун, у которого на лице было написано отвращение, составляли отличную комбинацию. Они совпадали даже по времени атаки. Эти двое действительно были родственниками.

— Ха-ха… Ха, ни один из ударов любви, подаренных моей будущей семьей, не причинил мне боли!

О чем ты говоришь с лицом, перекошенным от боли? Мой игровой персонаж и президент нашего школьного ученического совета оказался сумасшедшим.  

[1] Брат жены