Первый покупатель

Глава 6 — Первый покупатель

После того разговора за завтраком старик Чэнь впервые за долгое время начал смотреть на Ян Цзиня иначе.

Не как на бесполезного голодного мальчишку, которого пожалели из жалости.

Но и не как на полноценного помощника.

Скорее… как на странного ребёнка, у которого в голове постоянно рождаются необычные мысли.

Конечно, это ещё не означало доверия.

И уж тем более уважения.

Однако в тот день старик Чэнь впервые не отмахнулся от идеи Ян Цзиня сразу.

А это уже было немало.

Сам Ян Цзинь тоже чувствовал перемены.

Впервые с момента получения системы ему казалось, что его мысли могут иметь настоящую ценность.

Не абстрактную.

Не далёкую.

А вполне реальную.

Именно поэтому весь остаток дня он продолжал думать о своей идее.

Плотный рис.

Небольшое количество начинки.

Листья вместо посуды.

Удобно.

Быстро.

Дёшево.

Чем больше Ян Цзинь размышлял, тем сильнее понимал: люди часто платят не за сам товар.

А за удобство.

Богатый человек платит, чтобы сэкономить время.

Бедный — чтобы сэкономить силы.

И если еда действительно позволит рабочим быстрее возвращаться к делу…

то кто-нибудь обязательно захочет её купить.

Но была проблема.

Даже несколько проблем.

Во-первых — ингредиенты.

Во-вторых — цена.

В-третьих — вкус.

Ян Цзинь прекрасно понимал: если сделать такую еду слишком дорогой — бедняки её не купят.

Слишком дешёвой — лавка ничего не заработает.

А если она окажется невкусной…

люди просто посмеются и больше не придут.

Вечером он ещё долго сидел на складе, рисуя грубые расчёты на бамбуковых дощечках.

Сколько риса уйдёт на одну порцию.

Сколько соли нужно.

Какие листья лучше использовать.

Как долго еда сможет храниться.

Некоторые расчёты он перечёркивал почти сразу.

Другие оставлял.

Иногда ему казалось, что он думает слишком медленно.

Но затем Ян Цзинь вспоминал слова системы:

> Время — главное оружие учёного.

И постепенно успокаивался.

На следующее утро старик Чэнь застал его сидящим на складе прямо среди дощечек.

Старик некоторое время молча смотрел на исписанный пол.

А затем проворчал:

— Ты снова не спал?

Ян Цзинь слегка вздрогнул.

— Немного спал.

— Врёшь хуже, чем работаешь.

Несмотря на грубые слова, голос старика звучал уже не так раздражённо, как раньше.

Он подошёл ближе и поднял одну из дощечек.

На ней было написано:

> «Рабочему неудобно носить миску»

«Если есть руками — быстрее»

«Нужна дешёвая начинка»

«Рис должен быть плотным»

Старик Чэнь хмыкнул.

— И ты правда думаешь, что кто-то станет покупать рис, слепленный в комок?

Ян Цзинь немного помолчал.

— Не знаю.

Старик приподнял бровь.

— Не знаешь?

— Но я хочу проверить.

Этот ответ неожиданно заставил старика Чэня замолчать.

Большинство людей в деревне говорили иначе.

Они либо:

были уверены в своих словах без причины;

либо боялись пробовать вообще.

А Ян Цзинь честно признавал, что не знает результата.

Но всё равно хотел попытаться.

Это выглядело… непривычно.

В этот момент во двор вошёл Чэнь Чжан.

Он зевнул, лениво почесал шею и сразу нахмурился, увидев дощечки.

— Опять?

— А что опять? — спокойно ответил старик Чэнь.

— Он уже второй день сидит с этим рисом так, будто собирается изменить мир.

Старик неожиданно усмехнулся.

— А вдруг изменит?

Чэнь Чжан рассмеялся.

Ян Цзинь же внезапно задумался над словами старика.

Изменить мир…

Несколько дней назад подобная мысль показалась бы ему безумием.

Но теперь…

он уже не был так уверен.

Позже тем же утром старик Чэнь всё же разрешил попробовать приготовить несколько порций.

Правда, сделал это с таким видом, будто заранее готовился к провалу.

— Только не переводи слишком много риса, — проворчал он. — Иначе будешь сам объяснять, почему мы потеряли деньги.

Ян Цзинь кивнул.

Хотя внутри уже чувствовал лёгкое волнение.

Это был первый раз, когда ему позволили реализовать собственную идею.

Пусть даже такую маленькую.

Для начинки они использовали самые дешёвые солёные овощи, оставшиеся со вчерашнего дня.

Рис тоже был далеко не лучшего качества.

Ян Цзинь специально выбрал именно такой.

Если идея работает только с хорошими продуктами — для бедной деревни она бесполезна.

Сначала всё шло плохо.

Рис рассыпался.

Листья рвались.

Начинка выпадала наружу.

Несколько первых попыток выглядели настолько жалко, что даже Чэнь Чжан не удержался от смеха.

— И это твоя великая идея?

Ян Цзинь промолчал.

Вместо этого он внимательно посмотрел на развалившийся рис.

Слишком влажный.

Недостаточно плотный.

Листья тоже нужно складывать иначе.

Он снова попробовал.

Потом ещё раз.

И ещё.

Постепенно движения становились увереннее.

Спустя почти час на столе наконец появился первый аккуратный рисовый свёрток.

Небольшой.

Тёплый.

Завёрнутый в зелёный лист.

Ян Цзинь осторожно взял его в руки.

Сердце почему-то начало биться быстрее.

Это была очень маленькая вещь.

Почти смешная.

Но именно сейчас он впервые почувствовал: идея действительно может превратиться во что-то реальное.

Старик Чэнь забрал свёрток и подозрительно осмотрел его со всех сторон.

— И как это есть?

— Руками.

— Руками? — Чэнь Чжан фыркнул. — Люди и так едят руками.

— Но не рис.

На этот раз даже старик Чэнь задумался.

Он осторожно откусил кусок.

Несколько секунд молча жевал.

А затем неожиданно кивнул.

— Неудобно только первые секунды.

— Потому что непривычно, — быстро сказал Ян Цзинь.

Старик Чэнь продолжил есть.

Чэнь Чжан тоже попробовал.

И хоть на его лице всё ещё сохранялся скепсис, он всё же признал:

— Для дороги… может сойти.

Услышав это, Ян Цзинь почувствовал облегчение.

Но лишь на мгновение.

Потому что почти сразу понял: самое сложное только начинается.

Сделать вещь — одно.

Продать её людям — совсем другое.

Ближе к полудню старик Чэнь всё же согласился выставить несколько рисовых свёртков возле лавки.

Правда, скорее из любопытства, чем из настоящей веры в успех.

— Если никто не купит — сам всё съешь, — проворчал он.

Ян Цзинь молча кивнул.

Первые часы ничего не происходило.

Люди проходили мимо.

Смотрели.

Иногда спрашивали.

Иногда смеялись.

— Это что ещё такое?

— Зачем заворачивать рис в листья?

— Миска надёжнее.

Некоторые качали головами и уходили.

Ян Цзинь внимательно слушал каждую реакцию.

Он не обижался.

Наоборот.

Пытался понять.

Люди не любят незнакомые вещи.

Особенно бедняки.

Потому что ошибка для них слишком дорогая.

Если потратить последние деньги на бесполезную еду — вечером можно остаться голодным.

Именно поэтому никто не спешил покупать странные рисовые свёртки.

В какой-то момент Ян Цзинь даже почувствовал сомнение.

Может быть, идея действительно бесполезна?

Может, он снова смотрит на мир слишком наивно?

Но примерно к вечеру возле лавки остановился усталый мужчина с бамбуковым шестом на плече.

Судя по одежде и натёртым ладоням — обычный грузчик.

Он некоторое время смотрел на свёртки.

А затем спросил:

— Это можно есть прямо по дороге?

Ян Цзинь сразу оживился.

— Да.

Мужчина недоверчиво прищурился.

— И руки не обожжёт?

— Листья защищают от жара.

Грузчик задумался.

А потом достал несколько медных монет.

— Тогда давай один.

Ян Цзинь замер.

Сердце пропустило удар.

Первая продажа.

Настоящая.

Он осторожно передал свёрток мужчине.

Тот сразу откусил кусок прямо на улице.

Пожевал.

Нахмурился.

Ян Цзинь почувствовал, как внутри всё напряглось.

Но затем грузчик неожиданно кивнул.

— Удобно.

И ушёл.

Всего одно слово.

Но для Ян Цзиня оно прозвучало почти как подтверждение.

Старик Чэнь тоже это заметил.

Он молча посмотрел вслед грузчику.

А затем перевёл взгляд на оставшиеся свёртки.

В его глазах впервые появилось не просто любопытство.

А осторожный интерес настоящего торговца.

И Ян Цзинь понял:

возможно…

он только что заработал свои первые настоящие деньги не тяжёлым трудом.

А мыслью.