Глава 2.0

Летисия думала, что императорская семья не особо старается сделать из сироты-простолюдинки принца. К такому выводу она пришла, лично познакомившись с имперским воспитанием.

Даже учительница, стоявшая перед ней, относилась к обучению Летисии спустя рукава.

— Ты запомнила всё, что учила вчера? Давай перейдём к следующему уроку.

Было вполне естественно, что пожилая женщина, приходившая с императором в тюрьму, взяла на себя обучение Летисии — мало кто должен был знать о её существовании.

Более того, эта худощавая дама средних лет контролировала под предлогом заботы не только обучение Летисии, но и всё остальное, называя себя няней настоящего принца Сиона.

Всё — от еды и одежды до сна.

Благодаря этому Летисия оказалась взаперти во дворце принца Сиона. Она не могла выходить наружу, а единственной посетительницей была Эмма — та самая женщина, которая её обучала.

Из-за Эммы, не позволявшей даже слугам входить, в комнате, прежде чистой, скапливалась пыль.

— Выучи это к завтрашнему дню.

Эмма отвернулась, положив толстую книгу и несколько фруктов на пыльный стол.

Летисия просто кивнула. Она была слишком голодна, чтобы даже говорить.

— ……

Несмотря на то что Эмма отвечала за обучение, она подолгу не задерживалась с Летисией. Она приходила раз в день или два, бросала немного еды и книги — и уходила.

Даже еда состояла из таких вещей, как фрукты или печенье — похоже, она приносила то, что стояло во внешней гостиной.

Из её слов следовало, что большую часть времени она проводила с настоящим принцем Сионом.

«Наверное, хочет провести побольше времени с принцем Сионом перед отъездом в Великое герцогство Базилинте».

Эмма должна была отправиться на территорию Базилинте вместе с Летисией как её няня.

Летисия всё равно скоро умрёт, так что расстанутся они ненадолго, но Эмма поднимала такой шум.

'Потому что он драгоценный принц?'

Глядя на фрукты, которые, вероятно, будут её единственной едой сегодня и, в лучшем случае, завтра, Летисия смутно поняла.

Возможно, не императорская семья морила её голодом, а Эмма.

Презрительный взгляд с первого дня — «как эта тварь может подражать нашему принцу» — со временем становился всё хуже.

'Человек от голода не съёжится. Он просто начнёт выглядеть ещё больше как нищий'.

Как та, кто знает, что такое жизнь в нищете, Летисия считала, что пухлые щёки больше подходят принцу, но Эмма не слушала её.

‘А я слишком голодна, чтобы даже говорить…’

Летисия потянулась к бутылке с водой, чтобы хоть водой наполнить желудок.

Конечно, раз нормальной еды не дают, нормальной воды тоже не дадут. Дождевая вода, которую она собрала три дня назад, была грязной.

Летисия оглядела пустую комнату и сунула руку в бутылку.

В тот момент, когда её указательный палец коснулся поверхности воды, грязная вода начала очищаться от кончика пальца. Словно по волшебству.

Летисия посмотрела на своё отражение в очищенной воде.

Короткие светлые волосы, фиолетовые глаза, впалые щёки.

За исключением худобы, это было то же лицо, что и раньше. Ничем не отличалось от того, что было до большого пожара, который уничтожил театр — дом Летисии.

Во время великого пожара в труппе театра Борба Летисия думала, что тоже умрёт.

Сколько бы воды ни лили на Летисию её братья и сёстры, она была прямо за сценой, где вспыхнул огонь.

— Выходи, Лети!

— Беги!

— Быстрее, скорее…

Огонь охватил театр за мгновение, и, несмотря на усилия её близких, Летисия потеряла сознание, так и не покинув сцены.

А когда очнулась — оказалась смертницей в тюрьме.

— Я не виновата.

Она выжила в центре того пожара не потому, что была преступницей. А благодаря каплям воды, которые её близкие отчаянно лили на неё.

Даже в тюрьме вода, которая поддерживала её тело влажным, высыхала и исчезала, как только ей становилось холодно.

Тогда Летисия поняла, что у неё появился странный талант, связанный с водой.

Правда, единственное его применение — делать грязную воду чистой.

— Если не я, то кто тогда виноват?

Было ли это просто стечением обстоятельств? Или действительно существовал поджигатель?

Хотя она скоро покинет империю, чтобы умереть, ей было очень любопытно.

Почему погибли её братья и сёстры? Почему такие хорошие люди должны были умереть в огне? Почему её братья и сёстры должны были умереть вместо неё?

Додумавшись до этого, Летисия усмехнулась своему отражению в бутылке с водой.

— Чего ты любопытствуешь, если всё равно ничего не можешь сделать, дурочка? Просто умри тихо.

В конце концов, всё, что осталось Летисии, — это её последнее представление, которое закончится её смертью.

Действие происходит в далёкой бесплодной земле. Её партнёр по сцене — великий герцог Базилинте, которого народ империи называет демоном. Её роль — принц-заложник, который умрёт, как только появится на сцене.

«Но всё равно я должна выложиться по полной».

Даже если это второстепенная роль, появляющаяся на сцене всего один раз, актёр должен сделать всё возможное.

Этой истине Летисия научилась в труппе театра Борба.

---

Великий герцог Базилинте прибыл в императорский дворец, чтобы получить обещанного заложника.

Он прибыл позже, чем ожидалось, но никто не выказал герцогу недовольства по этому поводу.

Потому что причина, по которой императорская семья отдавала заложника, заключалась в крупном поражении в пограничном споре с герцогством.

Что проигравшие могут сказать победителю, который пришёл забрать, по сути, военный трофей?

Пытаться держаться чопорно, чтобы сохранить достоинство, лишь выставит императорскую семью дураками.

Тем временем Ферик, великий герцог, лишь кивнул в ответ на слова, переданные императором, что он не покажется, сославшись на поздний час.

Поскольку встречаться с императором не было нужды, великий герцог объявил, что немедленно отбудет с принцем-заложником.

Тогда Йен Лауди, помощник Ферика, остановил его с обеспокоенным лицом.

— Может, заберём его завтра? Принцу всего 8 лет, неужели нельзя дать ему ещё один день……

— Это нарушит график.

Йен покачал головой на равнодушный ответ великого герцога.

— Но мы же сами опоздали?

— Империя первой перекрыла главную дорогу.

— Говорят, на главной дороге случился большой пожар в театральной труппе, так что ничего не поделаешь. Это не было намеренной блокировкой, и что мы можем сделать с несчастным случаем? Так что всего один день……

— Йен.

Герцог оборвал слова Йена. В голосе прозвучало предупреждение, и Йен быстро отозвался:

— Да, Ваша Светлость.

— Мне всё равно, сочувствуешь ты принцу или нет, но не показывай этого.

Перед дворцом принца, куда они прибыли, он тихо добавил:

— Если ты его так жалеешь, это ничем не отличается от того, чтобы дать ему понять, что мы не намерены оставлять его в живых.

— Да, Ваша Светлость. Я запомню.

Не то чтобы Ферику нравилось обсуждать смерть ребёнка.

Впрочем, прошло уже довольно много времени с тех пор, как он испытывал эмоцию «удовольствия».

Пока все на континенте говорили о проклятой земле Базилинте как о бесплодной, правда заключалась в том, что проклята была не только земля Базилинте.

Подобно тому, как земли Базилинте всё больше превращались в руины, дети семьи Базилинте с возрастом становились всё более эмоционально бесплодными.

Не только сильные эмоции вроде привязанности или гнева, но даже обычное сочувствие не функционировало должным образом.

Поэтому Ферику нужен был принц. Кровь первого императора империи, проклявшей Базилинте.

— Вы прибыли, Ваша Светлость. Я Эмма Роуэн, няня принца.

Пожилая женщина с каменным лицом склонила голову перед ними, когда они вошли во дворец принца.

— Я буду сопровождать принца на территорию Базилинте…

Ферик прервал слова Эммы и спросил прямо:

— Где принц?