Анкрон

Пробуждение

Сота очнулся от мучительной боли. Казалось, его тело пронзают тысячи игл, каждая из которых глубоко впивалась в кожу. Он попытался пошевелиться, но мышцы отказывались подчиняться. Мир вокруг был размытым, будто сознание ещё не до конца вернулось в реальность.

Он слышал потрескивание огня, чувствовал тепло, но в груди царила пустота, нечто необъяснимое, словно часть его души была вырвана и выброшена в бездну.

Он сделал глубокий вдох и попытался сфокусировать взгляд.

Перед глазами медленно проступила простая деревянная комната. Стены, словно не до конца обработанные, источали аромат свежего дерева. В углу стояла небольшая печка, в которой мерцал огонь, освещая всё тусклым, покачивающимся светом.

Где я? — эта мысль промелькнула в голове, но не принесла ни одного ответа.

Рядом с кроватью сидел человек — молодой парень, который внимательно наблюдал за ним. Он выглядел расслабленным, даже радостным.

— Эй, ты проснулся! — радостно воскликнул он.

Сота напрягся, но тело не позволяло даже нормально подняться. Он сглотнул и попытался спросить:

— Кто ты?..

Незнакомец улыбнулся, будто заранее знал, что услышит этот вопрос.

— А, точно, я же не представился! Я Танго Линн. Мне семнадцать. Ты у меня в хижине.

"Хижина?" — Сота медленно обвёл комнату взглядом. Простая мебель, никаких дорогих украшений. На столе — деревянная миска и кружка с водой. Всё вокруг было таким… простым.

— Я нашёл тебя неподалёку от нового подземелья, — продолжил Танго. — Ты был… ну, скажем так, в плохом состоянии. Всё в крови, не дышал толком. Думал, что опоздал, но ты выжил. Повезло тебе, братец.

Он протянул кружку.

Сота взял её дрожащими руками. Ощущая, как по телу растекается слабость, он сделал несколько глотков. Тёплая вода наполнила рот, немного оживляя сознание.

— Подземелье... Оно опасно... — пробормотал он.

Танго посмотрел на Соту и уверенно сказал.

— Оно исчезло. Всё, как по легендам: если босс убит, подземелье рушится. Ты был единственный живой, кого я там нашёл. А остальные… Ну впрочем не важно.

Сота сжал кружку сильнее.

Его товарищи… Они погибли. Все. Сота едва знал их, но чувство вины, как тяжёлый камень, сжимало его сердце. Он не успел сделать ничего, чтобы их спасти, и это оставляло в душе пустоту, боль, которую невозможно было игнорировать.

Перед глазами снова встала картина: кровь, крики, зверь с безумными глазами… Его товарищи, падающие один за другим.

— Я не смог… — выдохнул он.

Танго молча смотрел на него. Потом неожиданно усмехнулся.

— Ты выжил. Это уже неплохо.

Сота резко повернул голову.

— Как ты можешь так говорить?!

Танго вздохнул и оперся спиной о стул.

— Потому что я знаю, что значит потерять людей.

В его глазах мелькнуло что-то тёмное, едва заметное.

— Когда мне было десять, на наш дом напала орда гоблинов. Мы не могли сопротивляться, у нас даже нормального оружия не было. Тогда появился он — проходящий мимо авантюрист. В одиночку уничтожил всю орду.

Сота внимательно слушал.

— Он спас нас, но затем потребовал плату… Огромную. Сумму, которую наша семья не могла собрать и за десять лет. Родители пытались договориться, просили отсрочку, но он лишь усмехнулся… и убил их прямо передо мной.

Сота почувствовал, как в груди сжалось.

— Затем он продал меня в рабство. Я сбежал через год, но… всё это уже не важно.

Танго горько улыбнулся.

— Теперь я просто живу как авантюрист Е-ранга. Берусь за любые задания, лишь бы не помереть с голоду.

Он поднял глаза.

— Так что я знаю, что значит потерять людей. Знаю, каково это — быть слабым, ничего не уметь и не иметь права голоса.

Сота молчал.

Он понял, что перед ним не просто беспечный парень. Танго тоже прошёл через ад.

— Но вот что интересно, — Танго указал на стол. — Твои клинки… Они необычные.

Сота перевёл взгляд на своё оружие.

Клинки лежали рядом, но выглядели… по-другому. Они больше не были старыми или повреждёнными. Лезвия отливали слабым красным светом.

— Когда я нашёл тебя, они тускло светились, — заметил Танго. — Я раньше слышал о таком. Говорят, есть несколько особых оружий. Их сделали из боссов подземелий.

Сота вздрогнул.

— Из… боссов?

Танго кивнул.

— Ну да. После того как босса побеждают, его сила запечатывается в оружии. Это редкие вещи. Я только легенды слышал, но твои клинки выглядят как одно из таких оружий.

Сота провёл пальцами по рукояти.

Оружие… сделанное из босса?

— Кстати, — Танго наклонился ближе. — Видел гравировку?

Сота прищурился и наконец заметил:

Анкрон.

Словно молния пронзила его разум.

— Анкрон…

Танго усмехнулся.

— Это имя так-же из легенд, — сказал Танго, его голос становился тихим, как если бы он сам размышлял вслух. — Были и другие такие оружия: Элкарн, Тарвин, Силрон... И твоё, Анкрон. Я не знаю, почему они оказались у тебя, но одно точно — они подчиняются только сильным, возможно, ты ему понравился.

Сота не знал, что сказать.

Он чувствовал, что это оружие — нечто большее, чем просто клинки.

Но как в этих клинках оказался босс? Этот вопрос терзал Соту. И ещё больше его мучило другое: знал ли об этом его отец? Если он был владельцем оружия, почему клинки не защитили его, как защитили его самого? Почему они не помогли отцу, как теперь помогают ему? Эти мысли не давали Соте покоя, оставляя тяжёлое чувство неразрешённой загадки.

Он лег и закрыл глаза.

И тут в голове вспыхнул образ: маленькая девочка с доброй улыбкой, с каштановыми волосами, сидящая на кровати.

Айка.

Сота резко сел, игнорируя боль.

— Мне нужно домой!

Танго удивлённо приподнял брови.

— Эй-эй, полегче! Ты только очнулся!

— Я должен… Должен проверить кое-что.

Возвращение домой

Хоть тело болело, он смог дойти до дома.

Когда он открыл дверь, его встретил аромат тёплой еды.

— Братик! — радостно воскликнула Айка, сидя за столом.

Рядом стояла Томика, пожилая леди, помешивая суп в кастрюле.

— Ты наконец-то пришёл, — сказала она. — Айка помогала мне готовить, но не волнуйся, я не позволяла ей напрягаться.

Айка улыбнулась.

— Томика не давала мне резать овощи, но я хотя бы смогла разложить всё по тарелкам!

Сота облегчённо вздохнул.

Ты жива. Всё хорошо.

— А почему я должна быть не жива? — с улыбкой спросила Айка

Сота немного замялся, глядя на сестру, и, несмотря на тревогу в его глазах, его голос звучал тепло и уверенно.

— Просто… переживал. Прости

— В следующий раз я сам всё сделаю. Ты пока отдыхай.

Айка чуть удивлённо посмотрела на него, но не возражала. Она кивнула, потом встала и пошла в свою комнату, хотя улыбка всё ещё была на её лице.

Сота остался сидеть у стола, но думал о том, как сильно хочется ей помочь. В конце концов, он встал и подошёл к её комнате. Когда она уже собиралась лечь, он присел рядом и взял её руку.

— Айка, я тебе обещаю — скоро всё будет хорошо. Я… я сделаю всё, чтобы тебе стало лучше.