Книги и этикет

Раздался удар хлыста.

— Стоять ровно! Не двигай своими грязными пальцами! — вопил Аес Дьюкеннен.

Тобиас стоял перед профессором в позе, достойной члена аристократической семьи. Так, по крайней мере, думал сам Тобиас. Но Аес назвал эту позицию “Худшим, что он видел в жизни” и на Тобиаса обрушилось множество ударов тонкой плети, которая корректировала его части тела, ставя их в положение, которое подобало аристократическому в этом мире.

— Никакой расслабленности! Будучи не сжатым как пружина, ты показываешь окружающим свою мягкотелость. В такой ситуации ты даёшь им знак, что с тобой можно обращаться как с тряпкой! — вопил на всё поместье профессор.

Уже шёл третий час отработки "элегантного поглощения пиши", "элегантного танца", "элегантного держания руки за спиной" и "элегантного положения языка". Язык, кстати, должен был быть прижат к нёбу. Странное положение, но таковы били правила этикета Ахеанна.

Было видно, что самому профессору не особо нравятся эти правила. Но просьба Дуайта для Аеса была выше личной неприязни к какому-то дурацкому этикету.

Метод преподавания профессора Дьюкеннена был очень специфичным. Каждый раз, когда ему что-либо не нравилось, он бил Тобиаса по части тела, положение которой надо было исправить. Мальчик не смел противиться обезумевшему старику, позволяя делать с собой что угодно.

Вообще, по наблюдениям Тобиаса, правила этикета в этом мире были похожи на то, чему его учили в прошлой жизни. Правда, отличия всё же были. Но, как сказал Аес:

— Я учу тебя Ахеаннскому этикету, устаревшему и никому не нужному. Если ты в цивилизованном обществе применишь этот стиль поведения, то тебя засмеют! На Центральном Континенте в моде натуральность и расслабленность, например. Но не отвлекайся! — после этих слов послышался удар тонкой плети по плечу Тобиаса.

Старику, видимо, очень нравилось быть маленьких мальчиков тонкими хлыстами. Конечно, Тобиас был уверен, что в поместье Грайрэлль Аес не сможет причинить ему вреда, но находясь рядом с эксентричным профессором было всё равно немного некомфортно.

Ещё несколько часов Тобиаса поправляли, меняли осанку, приподнимали голову и так далее.

Когда, наконец, подошёл конец урока и Тобиас уже собирался отправиться в свою комнату...

— Куда собрался?! Мы на сегодня ещё не закончили, молодой человек! — крикнул Аес.

Тобиас проглотил в себе слова прощания.

— Надевай перчатки — прикрикнул Аес.

Тобиас повиновался, надевая Перчатки Консорта. В мозг мальчика сразу же посыпалось множество информации из окружающего мира. Тобиас увидел скрюченный силуэт, стоящий напротив него.

«Это, скорее всего, Аес. Он такой старый... И немощный» — думал Тобиас.

Силуэт профессора и впрямь выглядел очень старым и нездоровым. Спина Аеса была скрючена, Тобиас даже через очертания мог видеть как его силуэт подёргивается от хриплого дыхания. Тем не менее, Тобиас практически сразу подавил первый режим перчаток. Он очень не хотел призвать сюда Големов Тристана. Тут не было Дуайта чтобы его защитить, а Аеса эти чудища Астрального Мира с ядовитые дыханием скорее всего убили бы даже быстрее чем Тобиаса.

Слева от Тобиаса раздался громкий хлопок, как будто что-то ударилось о стол.

— Садись. Открывай. Используй перчатки, чтобы понять — проговорил как отрезал Аес.

Тобиас сел за рядом находящийся стол и нащупал на его деревянной поверхности огромную книгу в кожаном переплёте. Он медленно открыл книгу на первой странице. Теперь, перед Тобиасом встала задача: активировать второй режим перчаток, который делал вещи выпуклыми. Тобиас ещё ни разу не делал этого. Вообще, он надел Перчатки Консорта в первый раз после того инцидента с монстром. Без посторнних людей в помещении, которые смогли бы уничтожить Голема Тристана это было слишком опасно делать. А Тобиас не был уверен, как подавить первый режим перчаток, но, оказалось, что это абсолютно не сложно.

Тобиас сконцентривроался на артефакте, стараясь распознать его суть и правильный метод использования.

Внезапно, Тобиас... Начал видеть. Он смотрел на огромное количество золотых линий, которые собирались в один большой цельный узор, напоминающий какой-то символ, похожий на огромный шпиль. Самое странным было то, что Тобиас мог видеть это.

«Это, скорее всего, структура Перчаток Консорта. Как я смог увидеть это? Почему я не видел такое в прошлый раз когда одевал их и как этот узор поможет мне в работе с перчатками?» — раздумывал Тобиас

Тобиас продолжал наблюдать за узором из золотых нитей. Когда он начал приглядываться, то заметил, что структура рисунка несколько повреждена. На узоре в нескольких местах находились большие прогалины, по краям которых торчала куча этих самый золотых линий, хаотично развивающихся вокруг узора.

Тобиасу не пришлось долго думать, чтобы понять, что это за явление:

«Дуайт уже упоминал, что перчатки были повреждены в последнем бою Тристана. Видимо, эти нити на самом деле и являются структурой этого артефакта».

Тобиас был одновременно приятно удивлён и насторожен:

«В этом мире все могут просмотреть структуру артефакта? Или это моё свойство? Если бы у меня получилось бы найти ещё один артефакт для проверки... А пока, я могу только попытаться вызнать больше об артефактах у Дуайта, Аеса или Маллина. Хотя, сомнительно, что последний знает хоть что-то кроме того, как нахваливать себя и семью Грайрэлль да рассказывать о своих сексуальных похождения десятилетнему ребёнку».

Тобиас отбросил лишние мысли. Он мог обдумать ситуацию со структурой Перчаток Консорта позже. Сейчас ему нужно было разобраться как подключить второй режим.

Оказалось, это не так уж и сложно. Тобиасу нужно было просто подумать об этом и отдать приказ рисунку. Как только Тобиас пожелал сменить режим, узор из золотых нитей тут же изменился, превратившись во что-то совершенно новое. Если раньше рисунок напоминал длинную башню, то теперь он стал похож на какое-то озеро или водоём. Золотые нити растеклись, равномерно распределившись и создавая отблески, которые, казалось, имитировали водные.

Эта картина начала медленно растворяться перед глазами Тобиаса, как будто она была просто летним мареовом. Тобиас очнулся на кресле, и обнаружил свою руку в перчатке на книге. Он не услышал никаких саркастических замечаний по поводу своего бездействия от Аеса, поэтому, можно было сделать вывод.

«Нахождение в структуре артефакта... Замедляет время. Удивительно. Потом надо будет проверить, есть ли у этого эффекта лимиты» — думал Тобиас, будучи приятно удивлённым.

Когда Тобиас приступил к ощупыванию книги, он был глубоко шокирован. Нет, нет, Перчатки Консорта не делали вещи выпуклыми, как рассказывал Дуайт...

«Они... Буквально позволяют видеть мне то, до чего я дотрагиваюсь!».

Это было приятной новостью, очень приятной. Тобиас, наконец, мог что-то увидеть.

«Видимо, этот артефакт тестировали на зрячих людях, поэтому они и не смогли прочувствовать всю пользу от эффекта перчаток. Но... Разве Тристан Арес был слепцом? Если нет, то зачем ему перчатки с такими функциями? Ладно первый режим, допустим, он позволяет призывать големов. Тогда предположим, что ещё один режим перчаток позволял ему этих самых големов контролировать. Но зачем ему режим, который для видящих делает вещи более явным и объемынми, а слепым даёт возможность видеть ощупываемые предметы и надписи?» — Тобиас не мог дать на это ответа. По крайней мере сейчас.

Мальчик отвлёкся от своих мыслей по поводу артефакта, концентрируясь на том, что было написано на первой странице книги. Когда Тобиас сфокусировался, его зрение превратилось в небольшое пятно следующее за движениями руки юного семени. Тобиас не мог в полной мере насладиться зрением, имея возможность только нечётко видеть небольшую зону, на которой лежала его рука. Но этого было достаточно. Вполне достаточно, чтобы считать Перчатки Консорта чуть ли не божественный артефактрм, даром свыше.

Сами буквы в книге напоминали латинский алфавит, но всё же отличия были. В этом языке использовались умлауты и двойные "s", поэтому Тобиас предположил, что этот язык похож на языки германский группы из его прошлого мира. В следующую секунду, Тобиас ошарашенно осознал:

«Германская языковая группа... Это ведь термин из моего прошлого мира! И я могу вспомнить, что это значит. Получается, ещё больше памяти возвращается ко мне».

Ещё одна приятная новость для Тобиаса. Он был уверен, что когда он восстановит знания из своей предыдущей жизни, многие вещи станут для него более понятными. В его бытность частью семьи Каннингейм Тобиас мог знать многое.

К сожалению, пока невозможно было понять, что написано в книге. Нищие не учили Тобиаса читать, он мог лишь понять, что находится на вывесках магазинчиков и пабов в округе Ладана благодаря тому, как другие называлити самые лавки. При этом, ощупывая страницу книги, Тобиас понимал, что там использовался абсолютно другой язык. На вывесках слова были более простыми и состояли из странных букв, лишь отдалённо похожих на латинский алфавит.

В книге, в свою очередь, язык был больше похож на самые популярные языки в прошлом мире Тобиаса.

Где-то в комнате заговорил Аес, рассказывая Тобиасу про книги, письменность и их значимость для всего мира. Тобиас не особо слушал профессора, он был занят изучением написанного в книге. Он уже представлял, какой объем знаний откроется ему как только он научится читать.

Через несколько секунд Аес забрал у Тобиаса книгу, объясняя бывшему попрошайке что это вообще такое и как этим пользоваться. Ещё через некоторое время разглогольствований, Тобиас почувствовал появления на столе новой книги.

— Это — то, что поможет тебе научиться читать — проговорил профессор.

Тобиас открыл книгу на первой странице. На ней находился набор символов, который, судя по всему, был алфавитом. Мальчик быстро подсчитал количество символов в нём.

«Тридцать две буквы, считая дубль s и вариации. Неплохо, с этим можно работать. Теперь узнать, как произносится каждая из них и так далее».

Тобиас был уверен, что научиться читать для него не будет являться проблемой. Говорить на этом языке он умел, а научиться писать и понимать написанное в таком случае не должно быть сложным.

— Кстати... Сейчас, Тобиас, ты говоришь на шазе — упрощённой версии этого языка с более лёгкой письменностью. Но есть и второй тип похожего языка — лекс, на котором пишут и говорят аристократы и дворяне. Этому языку я и буду тебя обучать. Он гораздо более богат чем шаз, но при этом большинство слов в лексе заимствовано именно с более простого языка. Просто тупорылые аристократы не хотят этого признавать и кичатся, кичатся своей уникальностью — со злостью сказал Аес.

Как только Тобиас услышал сказанное Аесом у него сразу же появился вопрос к странном профессору:

— Профессор Дьюкеннен, а где ещё говорят на шазе и лексе? И вообще, е сясть ли другие языки в мире? — спросил мальчик.

— Да, есть и другие языки. На шазе и лексе говорят в империи Ли Центрального континента, на Мавианн практически во всех государствах там кроме Лейвина и Векс, в некоторых других осотровных королевства и городах-государства так же говорят на этих языках, а так же на Урупене. Хотя, эти задроты с Урупена говорят практически на всех языках мира поголовно. А что задроты, я и сам такой же — хохотнул Аес.

— А какие ещё есть языки? — спросил Тобиас.

— Ну, на Константе и Нитории говорят на диалектах андоканского, во второй империи Центрального континента, империи Восьми говорят на трантском, как и на Гессере. На Сишелле говорят на диалекте вассер, а на Крайзе разговоривают на очень странном языке с пренепонятной письменностью, которая состоит из символов, а не из букв. Как-то так.

Тобиаса это не удивило. Было понятно, что весь мир не сможет говорить на одном языке.

— Да, это всё — основные языки нашего мира. Правда, на самом деле их существует гораздо больше, но всё же эти — самые распространённые в Аарене — причмокивая губами проговорил Аес.

В тот день... Тобиас узнал название мира, в который попал десять лет назад.