Странная биомасса

Начать стоит с того, что сражение против рядовых членов дозора, которые не занимали ни малейшего значимого поста в штаб-квартире, оказалось куда более сложным, чем я мог предположить. И речь тут вовсе не о моей физической подготовке или страхе перед врагом — всё было гораздо глубже. Я смотрел на это с точки зрения человека, который прошёл через множество сражений и имел за плечами опыт Кронена, элитного солдата, воина с боевыми навыками доведёнными до уровня закалённой стали. Но несмотря на это, даже обладая его памятью и знаниями, я понимал, что не будь у меня этих преимуществ, каждый мой шаг в этом бою мог бы стать последним.

Они не были элитными бойцами, но их дисциплина, тренировки и готовность к любой угрозе делали их опасными противниками. Каждый их удар был чётко отточен, каждый манёвр просчитан. Мне приходилось действовать максимально осторожно, избегая прямых столкновений и полагаясь на скорость и ловкость, чтобы перехитрить их. К тому же нельзя было не учитывать фактор численности. Я мог справиться с несколькими противниками, но когда тебя окружают десятки, а их прикрывает какой-то аномальный мечник, по силе превосходящий Маргарин, то даже самые опытные бойцы теряют уверенность. Ощущение, что любая ошибка приведёт к поражению, не покидало меня ни на секунду.

Вот почему я осознал, что разобраться с капитаном своей базы, бывшим командиром Муфасы, будет намного сложнее, чем я представлял изначально. Вообще, я не имел положительных впечатлений на этот счёт, уровень сил самого мощного дозорного в Ист Блю был мне известен только в общих чертах, но отлично понимал, что он не просто какой-то офицер, а стратег, притом очень хитрый. Поэтому я устроил очередной экскурс по киноплёнке воспоминаний Кронена, для чего стоило погрузиться в его прошлое.

Он, а если говорить точнее — я, несколько раз выходил в море под белым флагом с синий чайкой вместе с Коммодором Баличем. Стоит отметить важный момент: звания в рядах дозора на Гранд Лайне и в одном из четырёх морей, таких как Ист Блю, сильно различаются. Коммодор или капитан здесь, в Ист Блю, будут значительно слабее своих коллег на Гранд Лайне, и это связано не только с разными уровнями тренировок, но и с доступом к особым силам и технологиям.

В Ист Блю дозорные с дьявольскими фруктами встречаются крайне редко. Их можно буквально пересчитать по пальцам одной руки. Если одним из таких людей был я, то вторым — несомненно, Коммодор Балич. Его сила была внушительной для здешних мест, он пользовался Бому Бому но Ми. Как же иронично, Гейм Мастер дал моему врагу фрукт, который пользовался в связке с кило-кило в каноне. Сила его проста — взрываться. Делать взрывоопасными руки, части на теле, вроде волос или даже козявок, а также возможность взорвать хоть дыхание, вот отсюда мой ожог, занимающий всю левую часть лица, меня, обученного солдата, вынесли способностью этого фрукта как ребёнка.

Хитроумие Коммодора Балича проявлялось уже в одном лишь способе защиты своей базы. В качестве меры против пиратов он расположил “морские мины” вдоль всего периметра, и каждая могла детонировать лишь силой мысли. Ещё он "украшал" свою базу надувными шарами, создавая иллюзию праздника, будто на территории всегда царило веселье и беззаботность. Для любого незнакомца может показаться, что в его доме проходит вечный праздник, но знающие люди понимали — они на минном поле. Его способность управлять взрывами телепатически делала его ещё более опасным, особенно для тех, кто пытался обмануть его или покуситься на его власть. Коррумпированный и коварный, Балич использовал эту хитрость, чтобы держать всех в страхе. Даже собственные солдаты порой чувствовали себя на его базе неуютно, зная, что их жизнь буквально в его руках. Одна мысль — и всё могло закончиться в огненном хаосе.

Вот почему нужно было стать сильнее на целый порядок! И не только с точки зрения фрукта, но и физически, а ещё надо было придумать, как спокойно добраться до такого опасного врага, миновав “мины”. Благо продвижение в этом деле уже есть, недавно полученный третий уровень, наконец, дал мне то, чего так не хватало.

«Школа боевых искусств:

Достигнув 3 уровня, вы посвящаете себя одной из школ боевых искусств: Рокусики, Рыбо-карате или Красная нога Зефа. Внимание, поскольку у вас нет основоположных знаний в некоторых стилях, вы можете выбрать только “Рокусики”.

Отклонить снаряд:

Начиная с 3-го уровня, вы можете использовать свою реакцию, чтобы отклонять атаки дальнего боя, наносящие пронзающий или режущий урон»

Полезность последнего была видна сразу, мне бы сильно пригодилось отбивать пули в последнем сражении, не задумываясь о том, чтобы постоянно держать высокую массу для прочности. Ну а боевой стиль… пускай в списке и было целых три варианта, но два из них были попросту недоступны в силу того, что Кронен понятия не имел, что это такое. Он в жизни не сталкивался с рыбо-карате, а про Красную ногу и говорить нечего. Нет, выбор, конечно же, можно было попытаться отложить, чтобы что-то из этого выучить, тот же Зеф был известен по сводкам Дозора, как пират из Гранд Лайна: учитель Санджи сейчас бушует там словно шторм, и мы могли пересечься, но ничто не даст мне такую универсальность, как Рокусики.

И это было словно погружение в океан блаженства: опираясь на воспоминания Кронена, я мог бы воспроизвести несколько его техник и постепенно довести их до совершенства. Однако проблема возникла там, где я её не ожидал: для того чтобы владеть Сверхтехниками, требовалось нечто большее — Сверхтело. Для того чтобы превратить свои пальцы в смертельное оружие, необходима была невероятная сила. Чтобы буквально отталкиваться от воздуха, требовалась ещё более безумная физическая мощь. А для того чтобы укрепить своё тело до состояния стали, требовались как сила, так и выносливость. И если с выносливостью у меня было всё в порядке, то вот... да она явно оставляла желать лучшего.

Но самым неприятным оказалось то, что для техники Сору, которая позволяла мгновенно перемещаться с места на место, нужна была опять высокая сила и ловкость. Эта техника представляла собой не просто скачок скорости, а взрывной рывок, преодолевающий любые физические ограничения. Я же ощущал, что мой организм не в состоянии поддерживать необходимый уровень для её успешного применения, даже если у меня будет безмерно малая масса. Или нет…

Тут начиналось самое интересное: поскольку я могу весить меньше, то и требования для техник менялись. Не всегда, конечно, некоторые приёмы так вовсе становилось исполнить сложнее, но с Сору всё отлично, нужно было вложить безмерно меньший объём сил, чтобы разогнать такой лёгкий объект. Топая в определенный такт несколько раз и вкладывая в это всю свою силу, можно было сорваться подобно торпеде, прорвавшей ограничения в виде сопротивления ветра. И я начал экспериментировать. Длинна нашего двадцатиметрового корабля, благо, позволяла.

Для начала я решил выяснить, за сколько смогу преодолеть расстояние в двадцать метров без использования техники, а потом уже с ней. При использовании массы тела в десять килограммов — как я уже выяснил, для таких средних дистанций это оптимальный вес — я мог пробежать это расстояние за одну секунду, может, даже чуть меньше, когда отработал старт и улучшил технику бега. Но стоило применить Сору, и время прохождения сократилось до... не знаю, наверное, мгновения. Члены команды, наблюдавшие за мной, видели лишь то, как я исчезаю с одной точки и моментально оказываюсь в другой. Казалось, что это невероятно круто, но возникает вопрос: в чём особенность этой техники для меня?

Ответ оказался прост: для меня было удивительно легко повторять этот трюк снова и снова, сохраняя ту же скорость. Память Кронена подсказывала, что это должно было быть почти невозможным. Да, мастера Сору могли преодолевать огромные расстояния за кратчайшее время, но, как объясняли на тренировках, после нескольких рывков мышцы сжигаются от напряжения, и им требуется отдых, чтобы восстановиться и показать прежнюю скорость. У меня же, к счастью, таких проблем не возникало. Мои мышцы не испытывали серьёзного напряжения даже при нескольких рывках подряд. Только после десяти скачков начиналась лёгкая усталость, но и то терпимая. Проведя тест, я выяснил, что на данный момент мой предел — двадцать рывков подряд. Только представить, двадцать мгновенных скачков, на скорости в сотни метров в секунду! И всё это при том что я абсолютный новичок в технике.

Самое приятное — у меня был огромный потенциал для роста. Вернув утраченные показатели силы, я смогу делать это ещё дольше, быстрее, и на более дальние расстояния. На данный момент двадцать метров за мгновение, конечно, впечатляет, но не слишком эффективно против тех, кто владеет волей наблюдения. Однако этот факт только раззадоривал меня, ведь я знал, что могу выжать из себя гораздо больше.

Постепенно, эксперимент за экспериментом, я пришёл к интересному выводу: моя техника, по крайней мере, на текущем уровне мастерства, пока не достигает скорости звука, но достаточно близка. Скорость звука при температуре в 20 градусов по Цельсию составляет ~343 м/с. После резкого перемещения, оставленный мною след будто бы остаётся в воздухе на мгновение, создавая едва заметное мерцание или блик.

Кроме того, появились неожиданные сложности с ориентацией в пространстве. Мой мозг попросту не успевает обрабатывать информацию на такой скорости, что значительно осложняет управление собственным телом. Особенно это касалось увеличения массы: если я не успевал вовремя утяжелиться, удар получался слишком слабым или вообще промахивался. В лучшем случае я удачно увеличивал массу один раз из десяти попыток, и это притом, что сознательно приказывал себе менять массу после применения Сору. Ситуация была настолько критической, что мы приняли решение найти ближайший остров, чтобы высадиться и всё протестировать на суше, иначе я рисковал случайно проломить корпус корабля и угодить в море.

На острове я смог более точно оценить свою скорость. В среднем я достигал около трёхсот метров в секунду — как я и говорил, не дотягивая до скорости звука, но уже приближаясь к ней. При этом, если я вовремя увеличивал массу до ста килограммов, моя кинетическая энергия достигала ошеломляющих четырёх с половиной миллионов джоулей. Это более чем на миллион джоулей больше, чем при падении с массой в десять тонн с высоты тридцати метров. Проблема в том, что прочность у меня не соответствовала нужным требованиям, чтобы это выдержать, вот почему я не проверял этого на деле, сосчитав всё формулами в уме. Пришлось даже придумать, как ограничить свою скорость, что вызывало у меня неподдельный смех.

Что касается других приёмов, которые я мог использовать с изменённой массой, то тут, словно приколовшись надо мной, показался Тэккай. При повышенной массе у меня были и более плотные мышцы, так что их было легче закалить этой техникой — но разогнать массу в десять тон при помощи Сору… даже не знаю, сколько для этого нужно силы. Так что оставались только две техники, которые я мог использовать в нормальном состоянии:

Ранкяку — посылающий волны сжатого воздуха с конечностей, которые походили на слеши мечников. Для него нужна была Выносливость и Ловкость, а также импульс, который можно было заменить манипуляцией массы.

А также Ками-Э, позволяющий двигаться подобно листу бумаги, ловко уворачиваться от любых скоростных атак или даже пуль. Для него вообще только скорость и нужна, а пониженная масса позволяла гасить импульсы тела с большей лёгкостью и двигаться ещё быстрее.

И с этими техниками, откровенно говоря, можно было уже пытаться штурмовать базу моего бывшего Босса, но, конечно же, лучше предусмотрительно стать ещё немного сильнее и дойти хотя бы до пятого уровня. После того как мы устроили привал на острове, где я планировал проверить свои силы, мы приступили к выполнению своих задач. Я выбрал большую гору для своей тренировки, решив попробовать взобраться на неё, имея при этом массу в две тонны. Первые попытки оказались весьма сложными. Каждый шаг становился настоящим испытанием, и силы исчезали из меня гораздо быстрее, чем я ожидал. Каждое усилие для преодоления наклонов и перепадов высоты ощущалось как борьба с самой природой, и я всё чаще вынужден был возвращаться в лагерь, почти полностью истощённый. В этих моментах я просто лежал в полумёртвом состоянии, почти не двигаясь, пока не приходил в себя и снова не отправлялся к горе для следующей попытки.

Что насчёт остальных… удивительно, но Гэрри стал следующим, кто захотел стать на шаг ближе к званию Капитана.

— Маргарин, хочу бросить тебе вызов, — его голос был ровным, но твёрдым, что привлекло моё внимание, даже несмотря на то, что в этот момент я ел из одного котелка с СиДи. Доктор, всегда загадочный и слегка жутковатый, неожиданно решил обратиться к даме, которая как раз в этот момент оттачивала удары своим клинком на открытой площадке. — Ты вторая по силе в нашей команде, и я хочу проверить свои возможности в поединке с тобой.

Маргарин остановилась на мгновение, затем медленно опустила меч, вытерев пот с лица. Сила, с которой она тренировалась, всегда впечатляла — она могла поднять две тоны, нет, даже четыре так, будто это лишь временная неприятность — научно проверено во время моих тренировок. И теперь мне было любопытно, как она отреагирует на это приглашение, ведь эта просьба могла означать только одно — Гэрри повысил уровень и стал сильнее!

— Не боишься, что можешь пожалеть? — спросила она, прищурив глаза.

— Я знаю тебя лучше, чем ты меня, переживать стоит не мне.

Они одновременно отошли на несколько шагов от лагеря. Размяв плечи и руки, оба приняли свои привычные боевые стойки. Маргарин, как всегда, выглядела дико и непредсказуемо. Она слегка пригнулась к земле, взяв саблю обратным хватом. Её поза напоминала готовность хищника к прыжку — агрессивная и решительная. Гэрри же, напротив, выглядел расслабленным и непринуждённым. В непонятной для меня манере он просто завёл руки за спину, лишая себя возможности атаковать или защищаться. Казалось, что в такой стойке он совсем не готов к бою, но, возможно, ему это и не требовалось?

Физически он явно был слабее. Каждый раз, когда нужно было перенести что-то тяжёлое или открыть банку с огурцами, Гэрри неизменно звал на помощь, но никто, кроме СиДи, не откликался на его просьбы. Все знали, что ему было нелегко выполнять подобные задачи, и многие даже считали его не пригодным к настоящему бою. Однако сейчас, глядя на него, стоящего напротив Маргарин, мне показалось, что я недооценивал это существо.

— Капитан, кажется, они сражаются за место твоей правой руки, — сказала СиДи, зажав ложку в зубах. — Сочувствую, вам пришлось променять Дозор на такую дикость.

Так и хотелось вытереть свою слезу и обнять понимающую мою боль девушку.

Маргарин первой рванула вперёд, разрывая дистанцию с молниеносной скоростью, чтобы утвердить свое положение второго по силе человека в команде. Лезвие её сабли пронзило воздух, оставив за собой едва заметный след. Прищурившись, я заметил, как острый порыв ветра срезал травинки под ногами девушки. Однако Гэрри, несмотря на внешнюю кажущуюся медлительность, сразу же отреагировал на движение Маргарин. Его действия были невероятно точными и в то же время предельно спокойными. Он отвёл тело в сторону, словно предугадывая не просто направление атаки, но и саму мысль, которая движет Маргарин.

Ещё одно движение, Маргарин попыталась показать взрывную скорость, чтобы оказаться за спиной Гэрри и сделать удар из слепой зоны, но движение её тела было просчитано заранее, мужчина лишь махнул плащом, чтобы закрыть обзор девушки, и тут же ударил тяжёлым ботинком по голове дамы, оставив на её щеке большой отпечаток из грязи.

— Воу, тотальное унижение, — весело загоготал Ягнёнок.

Маргарин это и правда выбесило. Она, наконец, создала окно для атаки, и совершенно резко резанула по воздуху, в намерении отрубить Гэрри его ногу.

— “Ему конец”, — я напрягся, чувствуя, что эти чёртовы кретины сейчас просто переубивают друг друга, оставив инвалидами, но на моих глазах… Маргарин не сумела воспользоваться своим окном, потеряв на мгновение ориентацию в пространстве. Лезвие прошло мимо ноги, и она тут же схватилась за свои виски, после чего Гэрри взял и вытащил из плаща склянку, разбив её о голову Маргарин.

— Тебе конец. Это волнистая чума, которой я недавно нашёл лекарство, — мы все резко застыли от шока. У меня в горле даже встал ком, это вообще не походило на типичную шутку, тело Маргарин и правда очень быстро, словно её накатило волной, покрылось чёрными волдырями. Силы быстро покинули тело, и встала давящая тишина. — Ты должна помнить, что я вижу твои намерения, я читаю саму мысль! А твои движения абсолютно примитивны. Сдайся. И я дам тебе лекарство.

— Уродец… — скривилась девушка, сумев выпрямить спину и взять клинок в две руки. — Не можешь победить честно, решил на хитрости сыграть? Чёртов трус.

— У нас каждого из нас есть свои мотивы стать Капитаном в этой команде с достаточно сильными людьми, конечно я буду хитрить, чтобы обыграть свою маленькую физическую силу и скорость. Но если ты и правда считаешь, что я слаб настолько, что всегда должен прибегать к ухищрениям… — Совсем неожиданно под плащом Гэрри началось шебуршение, будто куски плоти вздымались и делали его внешне больше, изменив его костную структуру, наделив рельефом мышц, с которым он раздвинул руки и резким ударом вбил Маргарин в землю, буквально оставив на месте удара кратер. А сама девушка раскрыла от шока глаза. — Я всё ещё владелец Зоана.

Поразив всех нас, а в особенности меня этой возможностью резко нарастить мышцы, он перехватил ногу Маргарин, и начал вбивать ее в землю, используя как хлыст. Раз за разом, издавая тихий и пугающий звук трескающихся костей. В один момент кусок штанины просто оторвался, и девушка отлетела в ближайшие деревья, что возможно ее даже спасло.

— “Если бы не чума, она бы смогла дать отпор, Гэрри поступил чертовски умно”.

— У меня не такая особенная сила, как у Капитана, и я не могу создавать невообразимые вещи, как Ягнёнок, но открою тебе секрет: получив Зоан на раннем этапе своего развития, любой человек сможет сразу приступить к более тяжёлым тренировкам, и раньше любых сверстников выйти на новый этап развития. Я, даже будучи представителем одной из самых слабых рас в мире, сумел обрести такую силу именно благодаря возможности начать тренировать себя раньше других.

Поднявшая голову девушку была напугана вновь. Второй раз после нашего боя — она видела, что на неё надвигается амбал, способный кидать её по округе, как игрушку, а так же чувствовала, как смертельная болезнь, попавшая на неё в концентрированном виде, захватила её тело. Силы покидали тело — даже примени она своё второе дыхание, это всё было бы бесполезно. Тело начало дрожать, она сжала в отчаянии зубы, и…

— Сдаюсь, — ответила ему так, словно отрывает от себя кусочек надежды. Гэрри сразу хмыкнул. Он быстро вернул себе тело, словно не желая оставаться в такой форме ни секунду больше, и кинул девушке какой-то мешочек, видимо, с лекарством.

Тогда же Гэрри посмотрел на меня. Я нахмурился и осознал, что он выполнил требование — победил Маргарин. Это означало, что у него не оставалось преград для того, чтобы бросить вызов и мне. Гэрри мог стать сильнее, мог заразить меня и заставить молить на коленях, прося лекарство… Однако, возможно, вспомнив о моих недавних достижениях и о том, насколько я стал могущественнее благодаря обучению Рокусики, Гэрри изменил своё решение.

— Нет, я всё ещё слишком слаб, чтобы бросать вам вызов, но когда-нибудь время придёт.

…

— Сочувствую, — похлопала меня по плечу СиДи, вновь взяв порцию еды в рот. — С другой стороны, у вас есть стимул быть сильнее, это неплохо.

Да уж, один только Ягнёнок остался пока на своём уровне — но, быть может, оно к лучшему. Я бы не выдержал очередного твиста и резкую демонстрацию невиданного ранее навыка. Однако, что полезно, я сумел увидеть пополнившийся лист персонажа Гэрри, а значит, время проведённое тут уже не бессмысленно:

«Мутация монстра:

Используя химический состав для изменения своего родового фактора, вы можете использовать своё действие, чтобы модернизировать своё тело на небольшой срок.

Изучение химии:

На 2-м уровне вы можете выбрать дополнительную научную область наряду с химией(Ботаника, Медицина, Генетика), объединив их вместе. Зафиксированный выбор — Генетика.

Боевая мутация:

Выбрав Генетику на 2-м уровне, вы получаете возможность использовать Мутацию монстра в свой ход как бонусное действие, а не как действие.

Особая мутация:

Благодаря Генетика со 2-го уровня вы можете направлять свои гены при помощи особых трав, чтобы изменить костную структуру, изменить плотность мышц и прочее, что позволяет отрастить когти, зубы, хвост и иные звериные части»

Да уж… кто ж ожидал, что маленькая улиточка станет опаснее самой Маргарин.

***

Даже удивительно и немного жутко, как быстро мы с командой привязались к нашему бедному и изношенному Когу всего за несколько недель плавания. Несмотря на его обветшалость, корабль стал для нас настоящим домом, ведь у каждого из нас больше не было другого места, куда бы мы могли вернуться. Мы начали воспринимать эти скромные каюты как личное пространство, что становилось особенно ценно в отсутствии настоящего жилья. Меня особенно воодушевляло то, что, где бы мы ни были, наш дом всегда плавал вместе с нами.

Обжившись на корабле, мы начали обустраивать свои комнаты, создавая уют там, где его, казалось, и быть не могло. Моя каюта быстро наполнилась личными вещами: на стене появилась карта Ист Блю, на которой я отмечал пройденные маршруты и предстоящие цели. На столе красовались чернильницы и перья, с помощью которых я записывал важные наблюдения и планировал дальнейшие действия. На полках, рядом с картами и инструментами стояло несколько бутылок рома — неизменный спутник путешественника. А за стеклянной панелью, словно трофей, разместился разломанный пополам клинок Муфасы. Это было не просто оружие, а напоминание о победе и символ того, что я стал сильнее. Я бережно сохранил его как памятный артефакт, отражающий моё личное достижение. Кроме того, этот жест позволил мне заработать несколько очков престижа, ведь таким образом я укреплял свой образ в соответствии с характером Кронена.

Изменения были и у других, особенно после того, как они накупили вещей на украденные деньги. Каюта Гэрри, существа которого сейчас стоило оберегаться сильнее всего, была одновременно нашим госпиталем, стенки его комнаты были уставлены коробками с травами, банками с экстрактами и склянками с различными жидкостями. Вокруг валялось множество пугающих инструментов: скальпели, зажимы, бинты и припарки. На стенах были картинки с анатомическими схемами человека и ден-ден муши. Да, кстати, он стал первым, кто завёл себе улитку телепата, никому из нас найти такую не удалось, но она была для него что-то вроде… питомца? Я не знаю.

Каюта Ягнёнка была поистине уникальной и больше напоминала тронный зал, чем обычное жилое пространство на корабле. Он, в своей манере, не стал мелочиться и нарисовал себе настоящий деревянный трон, который, пусть и был создан из простых красок, выглядел внушительно и властно. Вдоль стен стояли подсвечники с тускло мерцающими свечами, отбрасывающими причудливые тени на стены и создающими мрачную атмосферу. На потолке висела массивная люстра, тоже нарисованная, но удивительно детализированная, с восковыми свечами, чьи горячие капли падали прямо в центр каюты, образуя круг на полу. Там же был нанесён узор, напоминающий древние руны, и мне очень хотелось верить, что красные разводы на полу — это всё-таки краски. Стены его каюты были украшены гобеленами насыщенного красного цвета, словно этот цвет был основным элементом его мировоззрения. И хотя они выглядели довольно примитивно, их устрашающая простота создавала эффект, словно мы находились внутри маленькой комнаты готического собора.

Смотря на это, начинаешь вспоминать, что Ягнёнок — не простой член команды, а пока что самый таинственный член экипажа, пытающийся претворятся добреньким существом.

Маргарин удивила и порадовала больше всех — она не пыталась казаться зловещей и таинственной, а расположила у себя внутри множество книг и свитков, тогда как полки были забиты вещами, привезёнными словно бы из разных стран. В углу её комнаты стоял большой глобус, увидев его впервые, засел за рассмотром на добрых пол часа, слишком уж необычно было видеть такое строение мира. Но главное, среди всех, кого я пытался развести на диалог один на один, Маргарин стала единственной, кто мне ответила.

— Если не секрет, что ты хочешь получить от команды? — спросил я, рассматривая глобус, на котором был изображён единственный возможный путь из Ист Блю на Гранд Лайн. Мой взгляд медленно скользил по этому опасному и в то же время манящему маршруту, пока я ждал ответа от Маргарин, которая лениво сидела на диване. — Почему хочешь стать капитаном? — снова задал я вопрос, на этот раз глянув на саму девушку.

— Может, потому, что мне претит выполнять команды, и я предпочла бы их раздавать? — ответила она небрежно, словно это было само собой разумеющимся.

— Я спрашиваю, зачем тебе нужна команда, — уточнил я, опираясь на глобус, слегка повернув его к ней и указывая на Амазон Лили — отмеченный красным маркером остров прямо посреди безветренной зоны Калм Белта, одно из самых опасных мест на планете.

Она фыркнула в ответ, небрежно отмахнувшись. Однако после короткой паузы, взяв в руки книгу, что лежала рядом с ней, Маргарин неожиданно погрузилась в раздумья.

— Я побывала во многих местах, — начала она, тон стал более серьёзным. — Я видела разные цивилизации начиная от тех, из которых пришёл наш Ягнёнок, — минков, и заканчивая странными рыболюдьми. Я путешествовала по множеству групп и стран. И знаешь, что я поняла? Каждый народ мог поделиться полезными знаниями, которые могли бы мне пригодиться для того, чтобы стать Императрицей Амазон Лили, но нигде я не смогла эти знания развить и применить. Ваше общество показалось мне подходящим для этого, — добавила она, скрестив руки на груди.

— Значит, власть и сила? — подытожил я, кивая, пытаясь уловить суть её рассуждений. Желание стать Императрицей своего родного острова было предсказуемым — примерно этого я и ожидал от персонажа, которого создал Егор. Однако она продолжила, чем немного удивила меня.

— Но я бы не стала к вам присоединятся, если бы не Сякуяку, — в её голосе резко проснулись капельки гнева, а я застыл от знакомого имени. — Не так много Амазонок пытается побороться за власть, но обычно они делают это в команде, полной других Амазонок. А эта нашла себе команду перспективных новичков из Гранд Лайна, и она уже первая на очереди в Императрицы. Вот я и решила поступить так же. Всё просто, я хочу стать капитаном, чтобы уничтожить их.

— Сякуяку… слушай, а как зовут командира той команды, в которую она вступила?

— Какой-то Роджер, мне в целом плевать.

Ну почему… почему в моей команде одни ненормальные? Сякуяку, она же Сякки, жена Сильверса Рейли из канона, который, в свою очередь, являлся правой рукой Короля Пиратов. Тот факт, что Сякки Амазонка — стал известен не так давно, но что она путешествовала в команде с Роджером, стало уже новостью, ибо хоть убейте меня, но не помнил эту дамочку среди членов его команды. И что ещё хуже, всё это сулит огромные проблемы.

Если Маргарин всерьёз задумается о возвышении в иерархии Амазон Лили и добьётся успехов, это может привлечь внимание не кого-нибудь, а самого Рейли. А уж он-то, как друг Роджера, не останется в стороне, если посчитает, что действия Маргарин как-то могут угрожать его любимой. И если мы продолжим двигаться в том же направлении, наш "Титаник" вполне может столкнуться с айсбергом под именем Гол Д. Роджер.

— Тогда тебе лучше либо забыть об этой цели навсегда, либо стать куда сильнее, — поднявшись на ноги, я заговорил крайне скверным голосом. Настолько, что Маргарин изрядно напряглась.

Мне не хотелось, чтобы нас уничтожили, не дав шанса вырасти и окрепнуть. Мы, как команда либо поднимемся до уровня таких легенд, как Роджер, либо... вариантов у нас немного. Либо выжить, либо пасть. Конечно, Маргарин продолжала сидеть с грубым выражением лица, пытаясь сохранить свою неизменную уверенность, но даже она понимала, что сейчас мы далеко не на курорте. Это было опасное путешествие, и расслабляться здесь никто не мог.

После этого напряжённого разговора мы разошлись по своим делам. Нужно было найти достойных противников, чтобы набраться опыта и силы. Как бы ни хотелось иногда просто отдохнуть, реальность диктовала свои правила: без битв не будет побед.

Когда день подошёл к концу, мы все вернулись к своим каютам, погружённые в собственные мысли и планы. Мне, как Капитану искренне хотелось узнать, какие же глобальные проблемы могли доставить остальные члены команды, ведь если тенденция продолжится, то у каждого из нас будет свой очень сильный враг. Но эти мысли нагоняли на меня волнение, и я не заметил, как силы начали покидать тело и я просто уснул. В надежде, что когда проснусь, это всё пропадёт.

***

Будильник оказался совсем не таким приятным, как я его ожидал. Корабль резко тряхнуло, будто его схватил великан. Звук ломающегося дерева раздался с такой силой, что заложило уши — наш бриг явно получил серьёзные повреждения. К этому добавился аккомпанемент взрывов: грохот пушек и треск разрывающихся снарядов. Я почувствовал, как гамак начал сильно раскачиваться, и в следующий момент даже свалился с него. Чертыхнувшись и выругавшись матом, быстро встал.

Не теряя ни секунды, я схватил свой плащ с вешалки и надел шлем. Мгновенно выбежав из каюты, я увидел, что творится настоящий кошмар. Наш "Ког" был окружён сразу тремя вражескими кораблями. С обоих бортов по нам шёл плотный огонь из корабельных пушек, а палуба была в дыму и огне. Деревянные балки разлетались в стороны, оставляя глубокие пробоины в корпусе корабля, треск и грохот не стихали ни на миг. Вражеские суда, словно хищники, медленно подбирались всё ближе.

Единственным человеком на палубе была СиДи, держащая штурвал ровно на одном курсе, как её и учила Маргарин. Однако она вся ужалась и скорее защищала голову от летящих щепок, чем рулила. И мало того, что на нас напали, так вокруг был сильный шторм, а волны качали наше судно, как на барханах.

— Полундра! — мой рявк прошелся по палубе подобно рыку льва. Я был искренне зол тому факту, что никого до сих пор не было у пушек, ведь память Кронена говорила, что дозор в таких ситуация уже отвечает ответным залпом из пушек. Оказалось, кричать было не нужно, все и так уже вскочили из-за этой тряски и начали удивлённо осматриваться по сторонам.

— Крысы, решили напасть ночью! — гневно заявила Маргарин. — Кто это? Дозор? Пираты?

— Да какое дело, вставай за штурвал, — поняв, что никто не брался за дело, я сам отдал команду. Маргарин заставил начать манёвры, чтобы спасти наши фланги от дополнительного пробития. — Гэрри, приготовь пушки. СиДи, хватит, наконец, сидеть, спустись под палубу и смотри, чтобы внутрь не затекла вода, на тебе заделка брешей.

— Капитан, — ко мне подбежал самодовольный Ягнёнок. Я почти было вновь прикрикнул, как он перебил. — У нас нет ядер, чтобы стрелять из пушек. Они выпали в брешь.

— Сук… нарисовать сможешь? — моментально взял себя в руки и увидел довольный кивок. Гэрри тем временем подготавливал пушку, направляя её в сторону самого уязвимого противника — корабля, приближавшегося с левого борта. Если мы сможем уничтожить его, у нас будет шанс освободить фронт и сосредоточить огонь на других кораблях. Но я уже начинал сомневаться, что у нас хватит времени — в корпусе было как минимум пять крупных пробоин, и пушки врага не давали передышки.

"Добежать по воде?" — мелькнула у меня мысль, но ветер был слишком сильным, а море бушевало, как разъярённый зверь. Это неподходящие условия для такого манёвра, как и для использования сору — для него нужна была либо нормальная поверхность, либо умение бегать по воздуху, чего я пока не умел. Однако можно было остановить ядра. Недавняя способность может и не помогла бы сбить сами корабли, но вот от подлетающих снарядов спасла бы точно.

Для успешного выполнения техники Ранкяку требовались не только высокая скорость, но и мощный импульс. Эта техника основывается на способности сжимать встречный ветер и перенаправлять его в виде мощного атакующего удара, ключевым аспектом здесь является способность накопить и направить импульс, а для этого лучше всего использовать длинные конечности, такие как ноги, поскольку это позволяет легче накапливать необходимую энергию и передавать её в атаку. Для этого я сначала максимально уменьшил массу своего тела. Занёс ногу в сторону летящих на меня ядер, разогнал её до предельно возможной скорости, чтобы в последний момент, увеличить свою массу до ста килограммов.

Резкий переход позволил создать мощный импульс, а встречный ветер, ударяющийся о мою ногу, начал уплотняться, сжимаясь под действием техники. Ветер преобразовался в плотный и мощный снаряд. Когда удар воздушной волны встретил ядра, они оказались резко отклонены, один из них начал вращаться, а другой, сбитый с курса, вылетел в сторону.

— “Сильно для новичка”, — возможность манипуляции массой дала мне возможность легко создать прием, для которого многим приходится учиться разгонять конечность и передавать ей весь импульс тела, для меня же любой из этих процессов проходил проще. Но сила и правда оставляла желать лучшего, как и дальность — Ранкяку рассеялся от удара ядер, и видя новые атаки, пришлось отбиваться снова.

Но в этот момент Ягнёнок сделал кое-что интересное. Благодаря фрукту рисунков, краски ему были абсолютно не нужны, он мог макать кисточку прямо в волосы, беря оттуда любой цвет. И вот, перед нашими глазами появился его шедевр — каркас для артиллерийского ядра. Но внутри этого каркаса он заполнил пространство материалом другого цвета, создав нечто странное. Ровно через две секунды пушка была заряжена и готова к выстрелу. Взрывная сила снаряда была такой, что ядро, пролетев сквозь бушующее море и ветер, попало точно в корпус вражеского судна. Взрыв был оглушительным — весь корабль накрыл огненный шар, словно мы попали прямиком в их склад с порохом.

— Минус один! — громко закричал Ягнёнок, с торжествующим видом рисуя ещё одно ядро. Передал его Гэрри, который с опаской сглотнул, явно не уверенный, стоит ли ему снова доверять этому творению.

— Эй, неужели эти ядра начинены чем-то вроде пороха? — спросил Гэрри, осторожно принимая снаряд, словно это была бомба замедленного действия.

— Да! — радостно ответил Ягнёнок. — Я могу нарисовать что угодно!

— А он в руках-то не взорвётся? Насколько стабильными могут быть краски?

— Не переживай! — подмигнул Ягнёнок. — Если что, я и новую команду нарисую!

Чтобы они не зевали, каждому пришлось прописать оздоровительную оплеуху. Еще одно ядро было заряжено, новый выстрел и опять минус один корабль. Оставшийся прекратил стрелять и начал разворачиваться, очевидно шокированный такой убойной силой. С виду я быстро понял, что на нас нападали парусные шлюпы, отличительных деталей у них и правда не было,но и в вариант в виде простых торговых судов мне верилось с трудом, они точно бы не предпочли нападать первыми. Охотники на пиратов, вот это уже большая вероятность, они часто берут быстрые корабли, как эти, чтобы догнать или убежать от цели.

Понимая, что догнать и допросить беглецов не удастся, я отдал приказ на последний залп. Ядро пронеслось по дуге, но сильный ветер отклонил его от курса, и оно приземлилось вдали от судна.

— Я, похоже, не смогу попасть точно, — с сомнением сказал Гэрри, разочарованно покачав головой.

Тут пришлось оттолкнуть его в сторону. Из всей команды у меня было больше всего опыта стрельбы из корабельных пушек. Набив порох, зарядив ядро и полностью полагаясь на навыки Кронена, я прицелился, наметил точку и отправил нарисованное ядро в полёт. Наступила напряжённая тишина. Мы все со злостью наблюдали за убегающей добычей. Никто не мог простить этот удар в спину.

И вот, спустя пару секунд, наше ядро точно попало в корму вражеского судна, разнеся его на две части. Корабль мгновенно остановился, его захлестнули волны, мы услышали крики команды, но они заставили нас скорее улыбнуться.

— Могу нарисовать для них спасательный круг… — Ягнёнок, который с интересом наблюдал за взрывом, вдруг со странной улыбкой произнёс. — Правда, не обещаю, что он не взорвётся!

Этой ночью нам удалось выжить только благодаря моим быстрым приказам и неожиданным способностям нашего весёлого Минка. Мы проплыли вокруг обломков и выловили несколько трофеев в виде бочек с провизией, но больше ничего ценного не нашли. Выживших так же не было, только разорванные после взрывов тела, но я всё равно мог поспорить, что это люди пытались выловить себе награду. Однако на этом наши проблемы не закончились. Заделывать собственный корабль оказалось задачей куда сложнее. СиДи, вся в поту, отчаянно пыталась остановить поток воды, пробивающийся через пробоины в борту. Единственной, кто мог ей помочь, была Маргарин, поскольку остальные члены команды явно не горели желанием лезть в ледяную морскую воду.

Мы часами работали, выливая воду за борт, стараясь хоть как-то замедлить затопление корабля. Всё, что было в нашем распоряжении — вёдра и доски. Некоторые комнаты также оказались затоплены, многие вещи безвозмездно потеряны. Наконец, когда удалось кое-как заколотить дыры, Ягнёнок помог «закрасить» заделанные участки, придав им цвет дерева, чтобы всё выглядело менее плачевно. Мы буквально валились с ног от усталости, осознавая, что без толкового корабельного плотника наше плавание закончится после встречи с залпом какого-нибудь снаряжённого Брига морского дозора.

Хотя мы и одержали победу, на душе осталась странная пустота, словно мы потеряли что-то крайне важное. Такое ощущение, что сражение забрало не только наши силы, но и чувство собственного достоинства. Этот внутренний вакуум мешал радоваться победе.

— …Если мы продолжим вести себя так, будто каждый из нас — единоличный властелин, мы не сможем даже покинуть Ист Блю, — твёрдо заявил я, осознавая, что на кону не только наше текущее положение, но и будущее команды. — Хотите одолеть своих демонов? Значит, начнём действовать слаженно, когда оно надо. А дальше творите, что хотите.

Встав, я развернулся в сторону своей штурвала.

— Идите спать, завтра найдём остров и остановимся, чтобы разобрать оставшиеся вещи…

***

Проблема большей части персонажей ван писа в том, что им срывает голову от ощущения своей вседозволенности и силы. Сколько было людей, которые поверив в себя, решили отправиться по головам Императоров моря? И ещё больше тех, кто погиб, даже не приблизившись к ним. Эта перспектива искренне волновала меня, ведь я не хотел стать лишь очередной песчинкой, стеревшейся в огромном механизме борьбы за власть. Сейчас главное — найти способ прорваться на "более высокие уровни", преодолеть суровую жатву, ожидающую каждого, кто стремится покорить Гранд Лайн. Мир пиратов пока ещё не разделён между признанными лидерами.

Это после поражения Рокса мир пиратов сильно изменился, власть на морях была поделена между его наследниками, когда его кончина создала огромную пустоту, вакуум силы. Но сейчас Роджер как таковой всё ещё новичок, пускай и сияет как звезда, а борьба за силу и власть происходит между сильнейшими претендентами хоть на какие-то территории и острова этого мира. Мне нужно было оставаться начеку и всегда понимать, что в этом море есть рыбка покрупнее.

Начали мы с остановки на ближайшем увиденном на горизонте острове. Мы не брали курс куда-то конкретно, а найденная суша отмечалась на карте, как малюсенький клочок земли, словно совсем не требующий от кого-либо из нас особого внимания. Единственное, что можно было заметить на острове — некое большое дерево, растущее из глубин леса, но о нем быстро все забыли. Сначала мы вынесли всё необходимое оборудование и припасы, освободив палубу и трюм, чтобы можно было детально осмотреть повреждения. Оказалось, что некоторые балки нуждались в замене — древесина в этих местах уже начала подгнивать. Я не был уверен, что мы в ближайшее время найдём корабль получше Кога, которым ещё и управлять будет также легко, так что вариантов не оставалось.

Пришлось применить свой опыт, чтобы состряпать хоть что-то удобное, я опять отдавал распоряжение, но на этот раз меня, к удивлению, слушались максимально спокойно.

Маргарин, СиДи и Гэрри взялись за основной ремонт: укрепляли каркас, заменяли доски на новые и заливали смолой все стыки, чтобы избежать возможных протечек. Чтобы обезопасить судно от новых повреждений, на борта поставили дополнительные металлические пластины — конечно же, нарисованные и совсем немного — они должны были выдержать удар тяжёлых ядер. Не обошлось и без улучшений: мы решили немного поднять высоту рубки, чтобы мне было легче наблюдать за происходящим на море. В кормовой части добавили дополнительное помещение, которое можно было использовать как склад или дополнительную каюту.

Также я хотел обновить штурвал, так как помнил, с каким трудом Маргарин крутила баранку в шторм и уводила корабль от боя. Ради этого мне пришлось просидеть немного и вспомнить курсы, которые проходил Кронен, он знал общую теорию, чтобы можно было хотя бы починить корабль, так что проблем с этим не возникло. Первым шагом стало обновление румпеля. Это ключевой элемент, который передаёт движение от штурвала, и со временем он сильно изнашивается, снижая точность управления. Мы заменили старый механизм на более лёгкий и прочный, используя подшипники, которые Ягнёнок нарисовал специально по моему совету. Эти новые подшипники позволили существенно снизить трение, благодаря чему штурвал стал крутиться значительно легче и быстрее реагировать на малейшие движения. Также были установлены новые, усиленные тросы. Они были необходимы для того, чтобы обеспечить более точное и надёжное управление кораблём, даже в сложных погодных условиях.

Следующим этапом стала замена самого штурвала. Если он будет больше, это позволит легче контролировать направление судна и сделает управление более плавным и предсказуемым, что особенно важно при сильных ветрах и течениях, когда требуется больше усилий для удержания курса. Отдельное внимание пришлось уделить распределению веса на корабле. Ранее Маргарин не раз указывала на проблемы с балансировкой, и она была права. Из-за неправильного размещения грузов и конструкций корабль часто кренился, что усложняло управление и делало его менее устойчивым на волнах. Мы решили эту проблему, перераспределив груз и перестроив внутренние помещения. В частности, была добавлена дополнительная та самая комната для склада. Ну и напоследок, чтобы не было тех проблем с диким качанием корабля от волн, мы установили дополнительные плавники — считай стабилизаторы — они позволяли снижать боковую качку и улучшали устойчивость на воде.

Сил и времени это отняло знатно, что-то всё еще было в планах, но глобально мы не спешили — лучше уж подготовиться, чем жалеть после очередного заноса корабля. Но пока все решили отдохнуть, Маргарин набралась сил и сказала, что хочет осмотреть остров — пускай его размеры не впечатляли, но погулять было где. Ягнёнок сорвался пойти с ней, так что о том, что кто-то заблудится, можно было не волноваться.

— Они, кажется, общаются друг с другом намного непринуждённее, чем с вами, — подметила СиДи, монотонно очищая картошку и бросив взгляд на отдаляющихся Маргарин и Ягнёнка.

Гэрри, который в этот момент был занят своим привычным делом — приготовлением лекарств, лишь слегка качнул головой и отозвался:

— Это неудивительно. Маргарин и Ягнёнок знали друг друга ещё до того, как наша команда собралась вместе. Если я не ошибаюсь, именно Амазонка помогла Ягнёнку решиться покинуть свой родной дом и отправиться в это рискованное путешествие. У этого могут быть свои проблемы.

— Ага, — нахмурился я. Мы оба напряжённо смотрели в одну точку, пока СиДи потерянно захлопала глазками.

— И почему? — начала так, будто подзывая продолжить.

— Ягнёнок может навести на нее галлюцинацию или принудить совершить нечто выгодное для себя, даже принудить сразится вместе с собой за звание Капитана, — предложил я. — И это несмотря на силу фрукта, которая после недавних событий кажется ещё более опасной.

— Но я не думаю, что он так сделает, — Гэрри мне поддакнул, но остался сомневаться. — Он пока меньше всех стремится к власти, ведёт себя так, будто ему просто весело проводить с нами время. Но по этой же причине заслуживает полного внимания.

Самый скрытый член команды, который у меня пока есть… я несколько часов сидел и обдумывал разные вещи, даже касающиеся самого минка, но в какой-то момент заметил, что команда как-то задерживается. Наступило время ужина, а их до сих пор не было, хотя Маргарин навряд ли стала бы упускать возможность перекусить копчёной рыбкой. Припомнив, что Ягнёнок мог бы строить свои интриги, я поднялся и решил направиться за ними. Коротко предупредил Гэрри и скрылся среди тех же деревьев, куда ушли эти двое.

Я несколько раз проверял уровень Ягнёнка и видел, что он оставался первым даже после того боя на корабле. Он развивался пока наиболее медленным темпом и мне с трудом верилось, что он бы начал что-то творить, вот только силу и намерения определял далеко не уровень. Но если уж на то пошло, то он мог бы повысить уровень хоть сегодня, для этого ему мог понадобиться только подопытный.

— Хм? — выйдя на небольшую полянку посреди леса, я заприметил труп большого тигра. Действительно огромного, длинной метров восемь, а в высоту где-то четыре. Хотя его тело казалось вполне целым, на нём не было головы, и нигде поблизости я не увидел следов столь важного элемента. Не так далеко от места, где лежал тигр, я заметил остатки костра. Огонь уже потух, оставив лишь тлеющие угли и немного дыма, который ещё струился в воздухе. — Странно как-то, эт…

Не успел я даже почесать свой затылок, как уши уловили странный свист, звук сразу нескольких опасностей. Я мгновенно дал волю своему телу, действующему на одних образах и сигналах, поступающих в мозг, и заколыхался между летящих с боку стрел подобно лёгкому листу бумаги. Целых пять, выпущенных будто бы одновременно снарядов пролетело мимо, прощипав около меня воздух.

Я сразу обернулся в сторону леса, попытавшись разглядеть там что-то сквозь непроглядную тьму и густые стволы деревьев. Сурка не видно, но он есть, и были у меня подозрения, что это Маргарин — боевой стиль позволяет ей стрелять из лука, притом с неплохой точностью. Но получить этот лук посреди леса, и за такой короткий срок она могла только от Ягнёнка.

— Выходи, иначе я не отвечаю за себя, — мои кулаки заскрипели. Не сказать, что я обращался к кому-то конкретному, Ягнёнку или Маргарин, ведь желал увидеть обоих. Но из леса, хрустя ветками и качая деревья, вышел полулысый, загорелый мужчина с жёстким боевым шрамом, пересекающим его лицо, и с копьём в руках. На нём были примитивные шкуры животных, которые напоминали одежду Маргарин, но выглядели ещё более грубо и неаккуратно. За его спиной мерцали десятки глаз, ярко сверкающих в ночи. Эти глаза тяжело и настороженно смотрели на меня, как будто видели в моей фигуре серьёзную угрозу. Я медленно нацепил на голову шлем, который был под рукой, и, с усилием, произнёс. — Где моя команда?

— Ахьях! — выдал непонятную тарабарщину и махнул в мою сторону копьём, как будто отгоняя. Понятное дело, что я не ушёл, а наоборот, пошёл вперёд, на нахмурившегося индейца. В эту секунду люди за его спиной вновь совершили залп, на этот раз куда более плотный. Более десятка стрел почти вонзилось в меня, но в последний момент все пролетели мимо, не сумев попасть по уворачивающемуся телу. — Гиньяо!

Новый залп, новые промахи. Иногда я просто отклонял голову, пока не дошёл прямо до аборигена. Он попробовал тыкнуть в меня этим копьем, но в момент, когда то пронеслось мимо, быстро схватил его руку, сжимающую оружие. С напором приподнял её вверх, заставляя аборигена невольно подняться на носки и вытянуться, глаза его широко раскрылись от удивления и недоумения. Мужик явно не ожидал, что столкнётся с таким быстрым и ловким противником.

— Спрошу в последний раз, были ли здесь такие, как я, — пришлось дополнять свои слова жестами, лишь бы неандерталец понял. Не вышло бы это, и кто-то бы точно сегодня помер, но мужчина, в конце концов, закивал. Что-то закалякал и помахал в сторону, после чего ещё и сделал вид, что, мол, может показать. Думается мне, понял, что я друг тех самых людей. Когда я его отпустил, мужчина с удивлением потёр свою кисть и осмотрел мои руки, словно на их месте должны были быть лапы гориллы. После чего взял и поплёлся вместе с десятью спутниками за тигром, подхватили его тушу и только после этого направились в одну сторону.

Видимо, они напали только по той причине, что подумали, будто я хочу украсть их добычу? Ну, увидеть племя где-то на отшибе одного из морей в ван писе было очевидно не удивительно, некоторые поселения могли веками не развиваться, а то и деградировать по целому вороху разных причин. Хотелось лишь верить, что у них сильный иммунитет и они не подохнут от занесённых нами болезней.

Через несколько минут напряжённого движения мы вышли на открытое пространство, где перед нашими глазами предстало небольшое племя аборигенов. Вокруг находилось множество палаток, сшитых словно из шкур животных разных оттенков: коричневого и серого, с характерными следами и пятнами. Они были укреплены на деревянных каркасах, которые, в свою очередь, были привязаны к толстым, обмотанным верёвками столбам, выступающим из земли. Вокруг палаток находились огненные костры, которые ярко пылали, отбрасывая мерцающие тени на землю и освещая лица аборигенов. Аборигены сами были одеты в грубые одежды, сделанные из тех же самых шкур, что и палатки, украшенные различными природными украшениями. Некоторые носили на себе серьги и ожерелья из ракушек, костей и зубов животных. Их лица были разукрашены сложными узорами, выполненными в ярких цветах, и покрыты лёгким слоем глины.

Среди палаток стояли деревянные конструкции, возможно, использовавшиеся как хранилища или места для ритуалов. И именно там я заметил первого члена своей команды — Ягнёнка, стоящего с головой очень странного тигра, у которого были слоновьи бивни, и вырисовывал его кровью какие-то знаки на переполненных трепетом людях. Маргарин я заметил в одной из палаток, она сидела в окружении детей и с интересом со всеми ними общалась.

— Алу-алу! — прикрикнули мои сопровождающие и донеся тело до Ягнёнка, тут же встали в очередь на получение его кровавых рисунков.

— Я научу вас самым важным ритуалам жертвоприношения, как замаливать местных духов и сколько раз на дню мне нужно будет приносить подношения.

— Что за… — потерянно подойдя ближе, сразу привлёк внимание Ягнёнка и увидел, как тот радостно подпрыгнул.

— Капитан! Я исполнил одно из своих детских желаний, собрал культ, который будет приносить мне подношения. Можно мы заберём их всех с собой? — я вновь осмотрел когорту людей, примерно пятьдесят с лишнем полуголых аборигенов, которых я не понимал вообще никак, и потёр переносицу. — Я честно обещаю, что СиДи будет за всеми ними убирать.

— …Не говори, что твоя цель жизни — это собрать культ, — я устало покачал головой. Если меня будут доебывать ещё и по этой теме, я, наверное, с ума сойду.

— Я хочу лишь вписать своё УЖАСНОЕ имя в историю! А для этого нужны последователи, что будут распространять имя могучего и ужасного Ягнёнка. На колени, дети мои, я приготовлю вам голову этого зверя в качестве пира в награду за принятие моего благословения!

Ягнёнок, словно охваченный вдохновением, энергично подскочил к костру и сразу же принялся за рисование различных предметов, которые ему были необходимы для разделки тигрино-слоновьей головы. Он вырисовывал казаны, кожаные мешки и прочие вещи, которые могли пригодиться в процессе. Наблюдать за этим было совершенно неинтересно, поэтому я лишь покачал головой и направился к Маргарин.

— Что происходит с Ягнёнком? Кажется, он стал предметом поклонения, — спросил я, не скрывая своего удивления.

— Да, это правда, — ответила Маргарин с лёгкой усмешкой. — Его силы произвели на них огромное впечатление. Теперь они называют его Баа, что в их языке означает «всемогущий бог».

— Ты можешь их понять? — уточнил я, разглядывая Маргарин. На её лице не было признаков, которые могли бы свидетельствовать о том, что она находится под влиянием гипноза или каких-либо других воздействий. Опасаться, что Ягнёнок решил устроить культ в худшем смысле этого слова, пока не стоило.

— Мне достаточно провести некоторое время в новом обществе, чтобы разобраться в традициях, привычках, культуре и даже диалектах, — Маргарин встала на ноги и, заметив мой пристальный взгляд через шлем, продолжила: — У каждой культуры есть свои обряды и испытания, используемые для взросления. Часто они сложные и требуют значительных усилий, но в этом и заключается их ценность. Думаю, тебе это понравится.

Как выяснилось, все животные на этом острове были… можно сказать, химерами, смесью двух, а то и трёх разных существ, а у местных жителей было четыре священных зверя-хранителя, каждому из которых они поклоняются и молятся. Эти хранители представляли собой величественных существ, которые собрали хорошие гены: большой тигр-слон, опасный летающий голубь-лев, гигантская черепаха-змея и морской король, напоминающий карпа-угря.

Немного подумав, я понял, что знал об этом острове. Это здесь странный чувак застрял в сундуке во времена Луффи, остров редких животных! Правда, сейчас тут явно всё иначе, чем через сорок с лишнем лет.

Аборигены считали Ягнёнка новым божеством, поскольку он и Маргарин убили одного из этих хранителей, а также показали настоящие чудеса. Теперь они ожидают, что их новый бог и его подчинённые — да, Ягнёнок назвал нас своими слугами — продолжат свою миссию и уничтожат остальных хранителей, чтобы принести их в жертву. Короче, тут реально намечался культ, и хотя мысль о том, чтобы быстрее покинуть это место, была очень заманчивой, Маргарин настояла на том, что это отличная возможность для тренировки. Даже тигр оказался для них двоих большой проблемой — а если мы не можем справиться с какими-то животными в обычном Ист Блю, то и про Коммодора Балича говорить не стоит, он нас всех разнесёт в пух и прах.

***

Взять и ни с чего начать молиться обычным сильным животным было, конечно, мощно, но меня удивляло скорее, что это племя ещё существует, и эти самые животные не истребили их, воспользовавшись как закуской. Тем не менее такие практики существуют повсеместно. Даже на Небесных островах можно встретить аборигенов, которые почитают своих тотемных животных, принося им жертвы и соблюдая строгие ритуалы. А те в ответ их не трогают, ибо владеют зачатками разума. Если есть существа, способные достичь монструозной силы, то будут и те, кто начнёт им не иронично молиться.

О том, что произойдёт с ребятами, когда они поймут, что остались без четырёх зверей хранителей, так ещё и пятый бог уплыл от них куда подальше, я пытался не думать, отводя столь незначительные мысли в коробку для мусора. Наиболее важным сейчас было найти первого из трёх оставшихся зверей, мы с Маргарин отправились по лесу, чтобы найти птицу. Как ей сказали дети, большой клювастый бог живёт на самом большом дереве — благо его было видно буквально с любой точки острова — крылья монстра способы создавать непреодолимый ветер, а перья прочны так же, как и камень. А ещё у него было тело льва, но голова птицы, коротко говоря, каким-то образом на этом острове родился Грифон.

Лес накрыл нас тёмным, густым пологом деревьев, каждый шаг по влажной земле отдавался в голове глухим шорохом. Прислушиваясь к окружающим звукам, я ловил каждый треск веток, каждый шелест, но всё происходящее вокруг вызывало странное беспокойство будто лес жил собственной жизнью, и мы были здесь лишними. Между стволами деревьев мелькали быстрые силуэты. Прятались в густых зарослях, только изредка мелькая в нашем поле зрения.

Один раз мне удалось заметить существо с телом ящерицы, а головой и лапами птицы. Оно замерло на ветке всего на пару секунд, наблюдая за нами своими круглыми глазами, а затем быстро исчезло в тени, оставив за собой только покачивающуюся ветку.

Над головами раздавался жуткий хлопок крыльев. В полутьме ветвей мелькнули летучие мыши, но, как я заметил, у некоторых из них были хвосты, как у змей, а у других вместо привычных крыльев были перья. Они летали над нами, издавая пронзительные визги.

Мы могли чувствовать их присутствие — они скрывались в тени, за деревьями, в зарослях, но их глаза время от времени блестели в сумраке, словно огоньки.

Когда мы добрались до огромного дерева, оно сразу поразило нас своим величием и диковинной формой. Ствол был настолько толстым, что его обхватили бы только с десяток людей, а кора имела тёмно-коричневый цвет, с глубокими бороздами. Оно возвышалось над лесом, словно исполин, его ветви тянулись к небу, переплетаясь и образуя своего рода живую сеть, через которую с трудом пробивались лучи света. Листья, больших размеров и тёмно-зелёного цвета, слегка колыхались от лёгкого ветерка, создавая едва слышимый шорох, который усиливал гнетущую атмосферу.

Словно в предчувствии угрозы, пальцы невольно сжимались, готовясь отразить любое нападение. Однако вопреки нашим опасениям, никто не спешил нападать. Ни одно странное существо не осмелилось выйти к нам, и лес на мгновение будто затаил дыхание. Окинув взглядом гигантское дерево, мы решили обойти его, чтобы попытаться найти хотя бы намёк на дупло или гнездо. Увиденное нас не обрадовало: огромное гнездо, состоящее из веток, травы и обрывков шкур, располагалось высоко, на самой верхушке дерева. Лезть туда казалось самоубийством, особенно если хозяин был так опасен в воздушном бою, как его описывали аборигены.

— “Я намереваюсь убить необычное животное, которое спокойно живёт на большом дереве… а с другой стороны, ему приносят жертвы, так что чего мне думать сейчас над тем, есть ли у меня моральное оправдание или нет. Всё равно это не имеет смысла, я обязан принять новые правила жизни”.

Переглянувшись с Маргарин, мы одновременно кивнули друг другу, понимая, что лезть туда не лучшая идея. Тогда я решил, что лучшим способом будет свалить это дерево целиком. Отдав свою шляпу Маргарин и отошёл немного назад, чтобы подготовиться. Я закрыл глаза, сосредоточился на дыхании и, понизив свою массу, начал глубокий выдох, наполняя мышцы кислородом. Сконцентрировав энергию в ногах, активировал технику "Сору", и мгновенно исчез, с огромной скоростью врезавшись в дерево. Громкий треск и хруст разнеслись по всему острову, щепки разлетелись по сторонам. Лес на мгновение замер, а воздух наполнился звуками химеры, что затаились в ветвях, забили своими крыльями, поднимаясь в воздух в панике. Но дерево выдержало первый удар, лишь немного пошатнувшись. А я почувствовал, как резкий удар отозвался в моём теле тупой болью, хотя и старался ограничить мощность сору, чтобы не повредить себя.

— Ещё раз, — прошипел я, переводя дыхание. Взглянув на дерево, я понимал, что одного удара недостаточно, и нужно приложить ещё больше усилий. Снова сосредоточившись, я отпустил свои тормоза, чувствуя, как энергия струится по телу. Сору, второй удар, потом третий. Я ведь говорил, что не всегда вовремя увеличивал массу? Так вот, иногда я ударялся просто так и потом качался на месте, от жуткой боли. Но каждый удар сопровождался треском древесины, и дерево поддавалось всё больше, пока, наконец, не послышался угрожающий скрип. Я в последний раз сосредоточился, вложил всю силу в свои ноги и с невероятной скоростью врезался в ствол дерева. Треск разнёсся по всему лесу, и через мгновение гигантское дерево начало медленно падать. Ветви задрожали, земля под ногами затряслась. И тогда же послышался дикий рёв, наполненный тревогой и гневом.

Маргарин, и так удивлённая тем, что я сумел повалить многометровое дерево, резко сжала рукоять своего меча, услышав громкое трепыхание крыльев. К нам, откуда-то со стороны летела огромная тень, пикируя с чудовищным свистом. Обернувшись, я мгновенно заметил остроклювое существо, которое подобно некому метеориту, со всем своей огромной массой врезалось в место, где стояли и громко зашипело.

— Почти, — нахмурилась Маргарин, отпрыгнув в одну со мной сторону. Зверь выглядел больше и опаснее, чем труп того тигра. Переполненная гневом морда пялилась в нашу сторону вместе со своим клювом, кончики которого заканчивались острыми клыками. Его поднявшиеся крылья достигли высоты в семь метров. Длинной он был по меньшей мере десять! — Попытался задавить своей массой, прямо как ты.

— Займись его крыльями, — бросил я ровным голосом, только успев заметить, как грифон, напрягшись, расправил свои массивные крылья и начал мощно ими махать. Сначала на нас обрушился резкий порыв ветра, тяжёлого и пропитанного неприятным запахом пернатого хищника, а спустя мгновение всё стало гораздо хуже. К этому ветру примешались перья — острые, как камень, срезающие воздух с невероятной скоростью. Эти перья были куда опаснее стрел аборигенов, но мне понадобилось только отклонить торс в сторону, чтобы Исчезнуть с траектории атаки.

Грифон, ожидавший увидеть меня поражённым, ошеломлённо замер и принялся осматриваться по сторонам в поисках своей жертвы. Этот момент был моим шансом. Я со всей силой обрушил кулак на его заднюю лапу — мощное и напряжённое существо даже не успело осознать, откуда пришёл удар. Громкий треск разнёсся по поляне, но даже несмотря на всё усилие, лапа грифона лишь слегка хрустнула. Она не превратилась в пыль, как это происходило с человеческими телами после таких атак. Я ощутил, насколько невероятно крепка эта тварь.

— РЯ! — грифон завопил от боли и тут же метнулся своей здоровой лапой, обнажая когти длиной в полметра. Эти острейшие лезвия могли бы с лёгкостью разрезать меня на части, если бы я хоть на долю секунды замедлился. Но в момент, когда когти почти достигли меня, движения стали ещё быстрее. Я применил "ками-э", тело вновь потеряло свою массу, плавно изогнувшись между смертоносными лезвиями.

Сверху на него налетела Маргарин. Она с невероятной грацией прыгнула на его крыло, и одним мощным ударом меча пробила толстый слой перьев. Острое лезвие срезало плоть, оставив за собой длинную рваную рану, из которой начала течь кровь. Рёв грифона разнёсся по лесу, и я, взмахом своей ноги, отправил в его шею сжатый порыв ветра. Монстр пошатнулся, будто от критического удара, на месте удара остался кровоточащий порез.

Он рявкнул, попробовал использовать свои острые крылья, как большие лезвие, чтобы снести и разорвать нас на части. Монстр разбушевался, и пускай взлететь не мог, что уже хорошо, но он начал бешено крутиться, пытаясь скинуть с себя Маргарин и задеть по пути меня. Но от пронёсшегося над головой крыла снова увернулся, как и от буквально вылетающих во все стороны перьев и острых лап монстра, маленькая масса позволяла двигаться на максимальной скорости в любом из направлений, мои движения походили на танец. Пока я не выловил окно, и…

— Это твое, — поймав пролетающее мимо перо, я мгновенно перенаправил его в глаз птице-льва. Тот резко остановился, и я в следующий же момент влетел ему в пузо, вбив тушу прямо в ствол дерева. Маргарин помогла добить ударом в голову, её клинок плавно пронзил слабые места и лишил грифона возможности трепыхаться.

В итоге… мы победили. Земля была усеяна обломками деревьев, которые грифон повалил своими могучими ударами крыльев и когтей. Многочисленные перья — теперь они выглядели как осколки камня — валялись повсюду, вонзаясь в землю, словно кинжалы. Трава была примята от сильных порывов ветра, а один из крупных камней, в который он приземлился во время своего падения, был расколот на несколько частей.

Я тяжело дышал, чувствуя, как боль пронизывает всё тело. Каждая мышца ныла от напряжения, а лёгкие горели от бешеного ритма сражения. Мы не получили ни одной серьёзной раны, что само по себе было чудом, но даже без этого бой оставил свои следы. Тело пульсировало, словно каждая клетка жаловалась на перенапряжение. Капитан Муфаса, со своими резкими выпадами и близко не мог доставить такого напряжения.

Обменялся взглядом с Маргарин, которая, несмотря на радость, выглядела уставшей. У нас впереди ещё целых два зверя.

— Чтобы догнать свою подружку, тебе придётся стать сильнее, — мои слова быстро привели ее в порядок, она выставила грудь колесом и так на меня уставилась, будто вот прям сейчас бросит вызов за звание капитана. Но времени на это не было — мы отдохнули, когда тащили тело через лес прямо к Ягнёнку. Вид Грифона вызвал оргазмирующий трип у его маленьких культистов, после чего Минк достал его голову и приготовил точно так же, как и голову тигра. Я бы сказал, что он бесполезно тратит свое время, но… когда я проследил, как он разделывает на части существо, то заприметил, как пристально тот изучал его внутренности. Не просто для своих очередных ритуалов, а, видимо, чтобы понять его устройство.

— “Он хочет повторить их потом при помощи рисунков, вот на кой он этим занимается”, — многие художники знают, что нужно учить анатомию, чтобы узнать, как работает само тело, дабы рисунок получился достоверным и правильным. Думается, если попытаться нарисовать дракона, опираясь лишь на воображение, и сравнить результат с тем, что получится, используя знания об анатомии, разница будет разительная, притом как с точки зрения силы, так и его манёвренности.

Поэтому к следующему зверю я двигался уже с большим интересом, хотел понять действительно ли Ягнёнок сумеет повторить силу этих действительно могучих существ. На этот раз нашим противником была черепаха-змея, она пряталась глубоко в тёмной пещере, вход в которую был испещрён древними рисунками и грубыми алтарями для жертвоприношений.

Мы двигались вглубь, и с каждым шагом воздух становился тяжелее, насыщенным запахом сырости и чего-то ещё, чего я не мог точно определить. В сумраке тускло светили факелы, чьи колеблющиеся языки пламени отбрасывали тени на стены, где искажённые изображения зверей казались живыми. Тишину нарушали лишь наши осторожные шаги, и где-то вдалеке раздавался слабый шорох, словно огромные лапы скребли по камню. Заметили цель достаточно быстро, её не нужно было даже искать, она создавала громкие звуки только во время своего перемещения.

Размером она была с небольшой корабль, её массивный панцирь был покрыт древними шрамами, а змеевидная шея двигалась, как хлыст, извиваясь и проникая в длинные тоннели, где она находила каких-то химер и быстро тех жрала. В такие моменты ее глаза сверкали жёлтым светом. Бой начался внезапно — змеиная шея ворвалась в пещеру, по которой шли мы и попыталась нас сцапать, но мой столь же резкий, я бы сказал, напуганный пинок, отбил её голову в сторону. Черепаха была медленнее грифона, но её защита была намного крепче, пробить даже голову при помощи клинка стало проблемой.

Как бы ни появилась эта химера, она встретила опасного соперника: я взял на себя голову и разгоняясь по прямой пещере, вбивал её в стену. Гигантские клыки пытались сомкнуться на мне с двух сторон, но я разбивал их один за другим благодаря массивному кулаку. Маргарин, в свою очередь, отправилась вскрывать тело как консервную банку. Она боролась со скребущими лапами черепахи, но давала адекватный отпор благодаря своей взрывной силе. Благодаря ей же сняла панцирь, и когда я забивал змеиную голову ногами в стену, она пронзила сердце зверя.

Я уже начал с трудом дышать — лимит на использование сору подходил к концу, руки с трудом поднимались над головой. Вытащить черепаху из пещеры мы также не смогли, так что, отрезав голову, отправились к Ягнёнку, принудив его разделывать само тело самостоятельно. Последней угрозой стал Угревой — карп.

В единственном крупном озере, которое было на этом озере, водилось исполинское чудище. Как морской король оказался в озере — я не имел понятия, но факт был.

— Слушай, а тебе неинтересно, как они появились? И почему люди на этом острове совершенно нормальные, — раздался голос Маргарин. Она стояла на берегу, слегка хмурясь, оттягивая момент, когда нужно будет войти в воду. Казалось, её не слишком радовала перспектива плавания, и взгляд то и дело устремлялся на бескрайние воды перед нами.

Озеро простиралось в ширину на несколько километров, гладь воды была спокойной, словно огромное зеркало. Крутые каменные утёсы поблизости покрывались зелёными мхами и мелкими кустарниками. Из водоёма пило несколько мыше-слонов и жирафо-белок. Мы уже не удивлялись от их вида и смотрели на каждого с покерфейсом.

И даже когда вода резко разверзлась, и оттуда, окатив нас потоком воды, выскочила большая синяя рыбёшка, схватив зубами пару тигров-броненосцев, мы не дёрнули и глазом.

— …Эксперименты учёных, радиация или настоящая любовь, — Маргарин брезгливо посмотрела на меня, но очки престижа не сняли. — Но, думается мне, тут мог постараться фруктовик.

— Кто-то вроде нашего Ягнёнка?

— Ну типа.

В этот момент тот самый синий гигант, подозрительно похожий на карпа, только с большими усищами, обернулся на нас и заискрившись, рванул как ужаленный. Тело завелось подобно пружине, зубы почти цапнули нас, будто он посчитал, что мы обычные жертвы, которые ему преподносят на закуску. Пришлось прыгать в сторону — его искрящееся тело ясно давало понять, что трогать его не стоило. Особенно касаться железным клинком или попадать под расплёскивающуюся по округе воду — электрические нити протягивались по воде, как по удобной дорожке, создавая потрескивающий звук.

Вариантов не оставалось. Я мгновенно занёс ногу и вложил всю свою силу в Ранкяку, запустив вихрь острых воздушных лезвий. Нога начала попросту мелькать, двигаясь по определённому ритму, а в воздухе возникла буря из вращающихся атакующих потоков, которые обрушились на противника. Маргарин также оказалась под впечатлением от моего манёвра. Я думал, что ей потребуется много времени, чтобы освоить подобную технику, но, видимо, наблюдая за моими действиями, за множеством движений, которые я методично повторял в течение дня, в ней произошёл какой-то внутренний перелом.

Она сделала мощный взмах своим клинком, вложив в него всю взрывную силу. Раздался свист, меч прорвал пространство, создав острое воздушное лезвие, которые были гораздо более опасными и резкими, чем те, что применил я. Эти лезвия буквально вспороли воздух, а вместе с ним и электрическую тушу. Мы могли объединить силы. Я полагался на скорость атак и создавал слабые зоны, а Маргарин вгрызалась в них подобно кошке, желающей получить свою добычу.

Сотни порезов появлялись на его теле, пока в один момент голова монстра не повисла на тоненькой косточке. Он был мёртв.

— Агх! — подняв голову, закричала Маргарин. Ее руки дрожали от боли — она сумела создать всего пару десятков воздушных лезвий, не сумев преодолеть мой рекорд, но вот их сила определённо давала понять, почему мечником быть так выгодно. — Да, кажется, я поняла… — но на этом всё не остановилось. Кончики её пальцев тихонько заискрились. На секунду мне показалось, что это девушку ударило током, но искры бегали и вдоль рук, не намереваясь прекращаться. Она их… контролировала. — Боевой стиль минков применять до ужаса трудно, хотя многие минки могут это буквально от рождения.

Её слова звучали с ноткой усталости и удовлетворения одновременно. Я увидел, как она сосредоточила своё внимание на искрах, которые теперь переливались по пальцам и рукам, создавая немыслимое зрелище. Тогда же перед глазами появился её лист персонажа.

«Тип Воина:

На 3-м уровне вы выбираете архетип, которому стремитесь подражать в своих боевых стилях и техниках. Выберите "Проклятый клинок", "Черное оружие" или "Элементальное оружие"

Элементальное оружие:

Многие самураи Вано овладели этим стилем, вливая волю в определённую стихию. Но также им от рождения умеют пользоваться Минки, их воля образует электрические разряды, позволяющие ускорять тело, или усиливать атаки»

Кажется, благодаря тому, что Маргарин, как культурный хамелеон, училась у минков, она унаследовала и их боевой стиль, а не только повадки и странное поведение. Но, видимо, понять, как пользоваться им, смогла только в такой неприятной схватке.

Девушка обернулась ко мне и усмехнулась, её глаза так и говорили: я на одном с тобой уровне, но бросать вызов она как-то не спешила. Просто убрала саблю в ножны и взялась за тушу морского короля, вопросительно посмотрев на меня.

— Идём? — да, для боя было рано, мы устали, и нужен отдых.

— Поздравляю. Теперь у тебя есть больше шансов занять место подруги, — мой ответ заставил её улыбнуться? лицо озарилось искренней радостью от похвалы. После этого мы вместе потащили тушу по острову, направляясь к месту, где нас уже ждал Ягнёнок. По пути я не мог не заметить, как наши усилия и командная работа сумели нас даже сплотить… пускай и ненадолго.

Когда мы, наконец, прибыли, Ягнёнок с нетерпением посмотрел на наш последний трофей. Я продолжал действовать из желания увидеть, что он будет делать.

— Ваши боги! — вскинул тот руки, и нарисованные жаровни за его спиной резко вспыхнули. Каждый член племени просто сидел на коленях, упиваясь в крови просто мутировавших животных. — Вы попробовали их плоть и кровь, вкусили их знаний и мудрость! Но это не единственные боги в мире, я жажду уничтожить их всех, а вы станете ступенькой на пути к моей силе! На колени.

Последний приказ, который он отдал, прозвучал жутко, холодно. Не понимающие смысл его слов аборигены подчинились словно зомбированные, на секунду Ягнёнок посмотрел на них, как на агнцев, способных пойти на жертву. И тут лист персонажа снова дал о себе знать.

«Песнь убеждения:

Начиная со 2-го уровня вы можете использовать ораторское искусство и свое мастерство, чтобы навести гипноз и прочий морок сразу на большую толпу людей.

Универсальных стих:

На 2-м уровне вы можете снять ограничения с тела выбранного существа, благодаря гипнозу. Такое существо не будет жалеть своих мышц и покажет взрывную силу с неприятными последствиями для себя»

— Ну вот и всё, — весело воскликнул он, пройдя по спинам людей прямо до нас и остановившись с заведёнными за спину руками. — Жаль, что их нельзя взять, но их хотя бы можно будет использовать, чтобы закончить работу на корабле.

— …Ты это серьезно? Про богов, — спокойно спросил я. Учитывая, что ему давал второй навык, это было настоящее безумие, мне осталось не по себе от мысли, что он, на фоне Маргарин, доставит куда больше проблем.

— Бесспорно! Меня хотели принести в жертву богам, и только благодаря Маргарин я остался в живых. Так что я подумал и понял, что принесу в жертву любого бога, который попадётся мне на глаза, всего-то! — и мило так улыбнулся. Тут я глянул и на дамочку, но она лишь пожала плечами. — Так, куда же дальше, капитан?

Абсолютно безумный день. Поняв, что мне нужен куда больший отдых, чем на момент высаживания на этот самый остров, я вернулся вместе с командой в наш лагерь — при всем этом толпа аборигенов продолжала нас преследовать. Никто из команды не спал даже несмотря на наступившую ночь — разрушенное огромное дерево и другой шум, который раздавался по острову, не позволяли Гэрри и СиДи сомкнуть даже глаз. А увидев других людей... ну, Ягнёнок сам стал им всё объяснять.

После того как мы поели и отдохнули, начали просто смотреть со стороны за новыми работниками, которые попросту себя не жалели. Я приказывал, Маргарин переводила, а Ягнёнок заставлял слушаться, так рабы сделали недельную работу меньше чем за сутки... Да уж. На следующее утро, как только первые лучи солнца пробились сквозь облака, мы быстро покинули зловещий остров, который больше не представлял для нас интереса. Ягнёнок со слезами на глазах махал рукой стоящим у берега людям, многих из которых наверняка вскоре сожрет какой-то очередной гибрид. Что ж, курс был направлен к новому месту, где мы надеялись укрепить наши навыки и стать ещё сильнее.

Однако, чем больше проходило дней, тем активнее начинали действовать охотники за головами. По совершенно неведомой мне причине они все как будто взъелись именно на нас. Каждый день сталкивались с различными группами. Но вскоре мы всё же смогли понять причину.

— Агх… прошу… — прохрипел поднятый за шею мужчина, окружённый кровоточащими трупами и горящим кораблём. Я стоял посреди его разбитой палубы, смотря, как моя команда ходит и грабит судно. — Не убивай.

— Для этого будь добр и ответь — вас кто-то нанял?

— Кх… да! — я тихонько прищурился. — Дозорный по имени… Монки Д. Драгон купил кучу людей, чтобы отыскать человека, который устроил бойню на острове Кономи. Вы стали его личной целью для охоты.

В этот момент из кармана мужчины выпали сложенные листовки, и быстро подбежавший Ягнёнок с интересом их все осмотрел. Однако даже на лице этого вечно весёлого монстра встала грубая тяжесть.

— Хм, неплохо, — сказала забравшая свою листовку Маргарин. На её плакате красовалась цифра в двенадцать миллионов белли, как на моей бывшей листовке.

— Да? — держа одной рукой мужчину, второй взял листик. Удивлением стало то, что моё окровавленное лицо заменили на образ в шлеме, причём две картинки были вместе — рано или поздно должны были раскрыть. Награда равняется тридцати миллионам белли.

— Меня, должно быть решили обвинить просто за компанию, — выдохнул держащий одну руку в кармане Гэрри, пытающийся прибедняться и сделать вид, что это не он вызывал в нашей команде больше жути. Пугающий мужчина в шлеме на его листовке щеголял наградой в десять миллионов. Странное имя на его награде, вроде как, отсылать к псевдониму, который он использовал до присоединения в команду. Отшельник.

По итогу мы все уставились на Ягнёнка. Он один не показал свою и просто молчал.

— Я для них что — шутка? — он перевёл листовку и вместо привычной надписи — живым или мёртвым, увидели — только живым. Награда была всего в тысячу белли, но как будто это была некая награда за возвращение. Учитывая, что он не показывал себя в бою и обычно стоял каждый раз за спиной… его могли воспринять, как нашего пленника?

— Ладно, не злись, — сжав руку и переломав шею охотнику, я точно так же отбросил и листовку с наградой. — Не думал встретиться с семьей Монки, а особенно Драгоном, но мы можем только продолжать.

Опустив взгляд, сосредоточился на цифре своего уровня, уверенно сияющей после битвы со всеми этими пиратами, дозорными и охотниками за головами. Я увеличил не только показатель силы после всех тех тяжёлых тренировок, но и получил особую черту. Постепенно обретал свои очертания билд танка, способного влетать в любой замес и с лёгкостью переживать любой удар. Поскольку скорость, которой я буду владеть в будущем, будет иметь просто заоблачные значения, мне и правда нужно было становиться настоящим титаном обороны.

Раса: Человек

(Особенности:

Два параметра на выбор увеличивается на 1.

Человек на старте может выбрать дополнительную черту.)

Любимая еда: Курица гриль

Нелюбимая еда: Сухие пайки

Баланс: 15,000,000

Роль в команде: Капитан.

(Характеристика: Харизма капитана.

Персонаж с ролью капитана может легко вербовать других пиратов, тратя свои очки пиратского престижа в различных местах вместо денег. Вы можете быть уверены, что завербованный член команды будет верно служить вам на корабле)

Очки престижа: 45

Уровень: 4

Сила — 10

Телосложение — 16+1 от расы

Ловкость — 13

Интеллект — 10

Мудрость — 12+1 от расы

Харизма — 15

(Черты)

1 ур — Фрукт-блокер(Вы отработали приёмы, полезные в ближнем бою против мастеров боевых искусств и других фруктовиков, получив следующие преимущества: Когда существо в радиусе 3 метров от вас использует способность, вы можете с преимуществом использовать свою реакцию для атаки этого существа оружием ближнего боя)

1 ур ЧЕЛОВЕК — Умелый(Вы можете использовать свой модификатор ловкости, чтобы быстрее остальных выполнять действия)

4 ур — Особо-прочный(Вы увеличиваете своё телосложение на 2 очка. У вас так же есть возможность проигнорировать атаки, наносящие слишком мало повреждений, будь то дробящие, колящие или режущие)

Класс — Мастер боевых искусств.

На 1-м уровне практика боевых искусств даёт вам мастерство в стилях боя, использующих удары без оружия, и оружие боевых мастеров, к которому относятся короткие-мечи и любое простое оружие ближнего боя, не имеющее свойства "двуручное" или "тяжелое".

Начиная со 2-го уровня, ты можешь бегать на 4 метра в секунду быстрее.

Благодаря черте «Умелый», вы также получаете:

Стремительное нападение(Сразу после выполнения действия "Атака" вы можете нанести два безоружных удара в качестве бонусного действия).

Смещение тела(Вы можете выполнить действие "Уклонение" в качестве бонусного действия)

Стремительный рывок(Вы можете выполнить действие "Разъединение и рывок" в качестве бонусного действия. Расстояние вашего прыжка в это момент удваивается)»

Школа боевых искусств:

Достигнув 3 уровня, вы посвящаете себя одной из школ боевых искусств: Рокусики, Рыбо-карате или Красная нога Зефа. Внимание, поскольку у вас нет основоположных знаний некоторых способностей, вы можете выбрать только “Рокусики”.

Отклонить снаряд:

Начиная с 3-го уровня, вы можете использовать свою реакцию, чтобы отклонять атаки дальнего боя, наносящие колющий, пронзающий или режущий урон»

По достижению 4-го уровня персонажа вы можете выбрать дополнительную черту персонажа. Вы выбрали «Особо-прочный».

Группировка(Начиная с 4-го уровня и благодаря черте Умелый, вы способны мгновенно подниматься из любого лежащего положения, а также найти баланс, находясь в воздухе)

Слон(Начиная с 4-го уровня и благодаря черте Особо-Прочный, вы способны отключать болевые ощущения и начинаете управлять своим телом даже во время боя: вы медленнее теряете кровь, сломанные кости больше не ограничивают вас, раны намного быстрее затягиваются)

Я уже и не совсем человек…