Заткнись.

— Каааин… — протянула Коони. — Сейчас, вообще-то, ночь. Люди спят. А мы ползём по этим улицам, как тараканы.

Каин шёл молча.

Шаги — быстрые, выверенные.

Глаза скользили по стенам, отражениям, крышам.

— Серьёзно, — не унималась она. — Ты хоть скажи, куда мы так бежим?

Он не ответил.

— Слушай, — голос Коони стал острее, — ты хоть иногда думаешь обо мне? Я не твоя тень. Я человек. У меня ноги, между прочим, есть. И они боляяят!

Каин резко остановился.

Коони чуть не врезалась в него. Поморщилась, встала рядом. И не замолчала:

— И вообще, ты мог бы хотя бы—

Он быстро провёл глазами по крышам, будто что-то искал. Взгляд стал острым, как лезвие.

— Заткнись.

Она застыла. Открыла рот для возмущения — и в тот же миг он рванулся вперёд.

Схватил её за ворот и рывком отбросил в сторону.

Туда, где она стояла, — влетело копьё.

С шипением оно вонзилось в землю. Пыль взметнулась. Металл звякнул.

Коони упала.

Закашлялась.

Оглянулась.

И увидела их.

На крышах. Худые. Длинные. В чёрных, рваных плащах.

На лицах — белые маски. Гладкие, как кость. Без рта. Только узкие отверстия для глаз, вытянутые, как порезы.

Плащи трепал ночной ветер.

Тени от них падали, как ножи.

Фигуры не двигались. Просто смотрели.

Каин вытянул руку назад — коснулся её плеча.

Мягко, но с силой, отодвигая Коони за спину.

Он не сказал ни слова.

Всё вокруг замерло.

Один из них шагнул вперёд. С крыши — на балкон. С балкона — на стену. Потом — на землю.

Мягко. Без звука.

Как дым.

Каин достал меч. Ткань упала с лезвия.

Металл — чёрный, лезвие покрыто сетью трещин.

Он выглядел так, будто пережил тысячу битв и всё ещё был голоден.

Коони застыла.

Враг приближался.

— Кто это?.. — прошептала она.

Каин не ответил.

Он не знал, кто они.

Но знал — бой приближается.

И он был готов.

Фигура в маске подошла ближе.

Плащ скользил по пыли, словно волоча за собой ночь.

Тогда голос — хриплый, глухой, как шёпот из-под воды — прокатился по улицам:

— Мементо видит вас. И помнит всё.

Пауза.

Пауза, от которой мороз по коже.

Как будто сам город на миг перестал дышать, прислушиваясь к своему же голосу.

— Добро пожаловать, дорогие странники.

Коони вздрогнула.

Где-то в глубине черепа зачесалась мысль. Мысль, которая не была её.

Что-то чужое…

Шепчет имена, которых она не знает.

Шепчет с лаской.

С уверенностью.

Как будто знает её лучше, чем она сама.

Её пальцы сжались.

Сердце пропустило удар.