Суйджин

Тишина. Только шелест травы, качающейся от слабого вечернего ветра.

Деревня, к которой приблизился Хикару, скрылась за его спиной. С поля, где заросли несли следы старых пожаров, он шёл дальше — в сторону разрушенного водохранилища. Именно туда позвал его таинственный человек, так внезапно появившийся среди напуганных жителей.

Теперь он стоял в нескольких десятках шагов от него.

— Ты не из тех, кто прячется, — голос у незнакомца был хриплым, будто пропитанным морской солью. — Я тоже.

Человек медленно бросил с плеча огромный якорь. Тот с глухим грохотом врезался в землю, подняв взрыв брызг и влаги. Под ногами начала образовываться лужа — вода стекала с его тела, как будто он вышел прямо из глубин океана.

— Моё имя... Суйджин.

Хикару ничего не сказал. Его глаза слегка сузились — он чувствовал странную силу. Не ярость, не ненависть. Спокойствие. Но за ним скрывалась буря.

Суйджин провёл рукой по рукояти якоря. Волны влажного тумана взвились в воздух, обволакивая его тело. Татуировки на коже начали светиться бледно-синим светом.

— Я слышал о тебе. Легенда о демоне, вырвавшемся из Нараки. Я не верю в легенды. Только в бой.

Он сделал шаг вперёд. Земля под ним размокла, будто вода подчинилась его шагам.

— Покажи мне, что ты не призрак прошлого.

Хикару поднял взгляд. Его тело окутало слабое свечение — остатки солнечного пламени, подавленного временем, но не угасшего. Он не кричал, не рычал — просто распрямился, словно в нём проснулась старая суть.

— Ты не первый, кто хочет проверить меня. Но ты, возможно, первый, кого я не хочу убивать.

Суйджин усмехнулся. Глубокий хриплый смешок, как от скрежета скал под волнами.

— Посмотрим.

Он метнул якорь вперёд. Сила воды хлынула следом, словно весь океан пошёл за ним. Хикару сдвинулся с места в тот же миг — бой начался.

Якорь рухнул с такой силой, что земля под ногами вздрогнула. Потоки воды рванули следом, превращая равнину в болотистое поле. Грязь и влага смешались, бурля под ногами обоих бойцов.

Хикару отпрыгнул назад, и его пятки вонзились в землю. Пламя на его плечах вспыхнуло чуть ярче — словно солнце, прорывающееся сквозь бурю. Но перед ним стоял не просто человек. Суйджин был воплощением океана.

— Интересная техника, — сказал Хикару, смахнув каплю воды с подбородка. — Ты управляешь стихией, как будто она — продолжение твоей воли.

Суйджин шагнул вперёд. За ним вода тянулась, будто послушный зверь.

— Вода — не просто стихия. Это память. Вес глубин. Сила не в ярости, а в давлении.

Он вновь поднял якорь, и в этот момент его тело начало меняться. Вода хлынула из-под земли, обволакивая его фигуру. Контуры человека начали исчезать, уступая место новой форме. Мускулы налились водой. Черты лица вытянулись, превращаясь в акулью морду с мертвыми глазами. Его дыхание стало похожим на рёв, срывающийся из глотки древнего чудовища.

Он стал похож на акулу

Хикару на миг застыл. Перед ним стояло существо, похожее на стихийного зверя. Не бог, не демон — человек, который поглотил океан.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Тогда и я перестану сдерживаться.

Пламя на его теле вспыхнуло, поднявсь к небу в форме спирали. На его коже проявились золотые трещины, как будто сам свет прорывался наружу. Воздух вокруг начал плавиться. Даже вода, казалось, закипала, приближаясь к нему.

Волна против солнца. Безумие против спокойствия.

Суйджин рванул вперёд, не издав ни звука. Якорь — как хвост кита, с глухим визгом воздуха — хлестнул по направлению к Хикару. Обезьяна увернулась, в прыжке оказавшись над ним. В ответ он ударил кулаком сверху, запуская жар в землю.

БУМ.

Взрыв. Вода поднялась столбом, закручиваясь в воронку. Суйджин вынырнул, не пострадав. В акульей форме он не просто силён — он неуязвим к жару. Морская плоть поглощала огонь, гася волны жара.

Хикару почувствовал лёгкую тревогу.

Он не просто силён. Он знает, как сражаться с пламенем.

Суйджин развернулся, его голос стал глубже:

— Я охотился на таких, как ты. Сотни лет назад. Остатки огня... были ещё живы. Но все сгорели.

— Тогда ты знаешь, как это закончится, — прорычал Хикару.

— Конечно. Вода побеждает.

Он ударил в землю, и из-под ног Хикару вырвались цепи из воды, обвитые водорослями. Они хлестнули вверх, пытаясь сковать его руки. Обезьяна с огнём в глазах вспыхнула — жар прорвал цепи. Но этого было достаточно: Суйджин оказался рядом.

Хикару почувствовал удар.

Якорь врезался ему в бок, и тело обезьяны взлетело в воздух. Он отлетел на десятки метров, разбивая несколько обломков старого водохранилища. Камни и пар взлетели в небо.

Хикару, лежащий на земле, ощутил вкус крови.

Этот бой будет долгим. И трудным.

Но он поднялся. Сунув пальцы в грудь, он вытащил пульсирующий кусок огня — свою внутреннюю силу. Он зарычал, и пламя приняло форму крыльев.

Суйджин впервые остановился. Его глаза — мёртвые, как у акулы — едва заметно расширились.

— Неплохо, — произнёс он. — Ты тоже не просто легенда.

Хикару стоял в центре разрушенного пространства, его дыхание тяжёлое, но ровное. Крылья пламени, расправившиеся за спиной, начали менять форму. Огненные струи закрутились, образуя две дополнительные пары рук, которые выросли, словно живые. Теперь у Хикару было шесть рук: две обычные, обычного размера, и четыре, горящие, с пылающими когтями. Эти руки были не просто для красоты — они стали его основным орудием.

Его тело изменилось, словно огонь наполнял его до предела, впитывая саму сущность его ярости. Молнии сверкали в его глазах. Гнев заполнил его душу, и теперь он был больше, чем просто обезьяна. Он был существом, призванным из самого пламени, чтобы уничтожить всё, что встанет на его пути.

Суйджин стоял перед ним, почти не двигаясь, но его глаза были полны чего-то похожего на уважение. В его теле, всё ещё покрытом водной оболочкой, отражались сгустки огня.

— Ты не просто зверь, — проговорил Суйджин. — Ты… твой огонь — это не просто ярость. Это сущность. Но даже сущности не всегда могут победить приручённую бурю.

Хикару яростно взревел, расправив крылья. Каждый удар огня был как вспышка молнии, сжигающая землю и разрывающая всё вокруг. Он был готов истребить всё, что ему встретится. С каждым его шагом земля под ногами трескалась.

— Я не сгорю, — прошипел он, глядя на Суйджина. — Ты не понимаешь, что такое огонь.

Он рванулся вперёд, его шесть рук стали вихрем, каждая с пламенными когтями, сжимающимися и разжимающимися с чудовищной силой. Одним мощным рывком Хикару разорвал воздух и ударил по акульей форме Суйджина, но тот, к счастью, оказался не так просто уязвим.

Цепи глубин вновь вырвались из земли, но теперь, вместо обычной воды, это были плотные, твёрдые как камень верёвки, которые взялись сдерживать Хикару. Суйджин бросил якорь, пытаясь поймать его, но Хикару сжал кулаки. Пламя на его руках взметнулось, и он сжёг цепи прямо на ходу.

— Ты не остановишь меня, — проговорил Хикару, уже не сдерживая злости в голосе. Его пламя стало горячее, яростнее.

Суйджин вновь встал на своём пути, а его огромный якорь снова взмыл в воздух, направляясь к Хикару, но тот был быстрее. Схватив свою новую пару рук, он отразил удар якоря и перевёл его в мощный контрудар. Суйджин был вынужден отступить, но Хикару не дал ему времени для восстановления. Он поднялся в воздух, и его новые руки начали метать огненные шары.

Гнева не остановишь.

Суйджин оказался в центре нескольких атак, которые порвали землю вокруг. Его акулья форма с трудом справлялась с этим натиском. Он был силён, но не так быстр, как Хикару в своём яростном состоянии. Прежде чем успел среагировать, огненная обезьяна вновь взмыла в воздух и нанёс последний удар, оглушивший его.

Вода начала медленно отступать, не в силах выдержать жар.

Суйджин, почувствовав, что его сила истощается, изменил тактику. Он сконцентрировался, поглощая воду из окружающей земли, его акульи зубы начали расти, а тело покрывалась пузырями. Он вновь стал намного мощнее и опаснее. Но Хикару был уже на другой ступени — его пламя стало столь мощным, что оно не просто пекло, оно разрывалось, как лазеры.

Он прыгнул, его новые руки расправились, и в следующий момент он вонзил одну руку прямо в грудь Суйджина.

Это было не просто поражение. Это была смерть.

Однако Хикару не дал своему врагу завершить путь в тёмную бездну. Его огонь, когда тот жёстко вспыхнул внутри, всё же не сжёг его полностью.

Он пощадил его.

Суйджин опустился на колени, тяжело дыша. Его акулья форма начала разрушаться, отступая от огня. Он был не победителем. Но и не побеждённым. Только сломленным. В том числе душой.

— Ты сильный. Но твой огонь — не всеобъемлющая смерть, — сказал Суйджин, хрипло смеясь. — Ты всё ещё... человек.

Хикару отошёл на пару шагов и не произнес ни слова, покинул поле боя, оставив Суйджина стоять в середине разрушенной арены.