«Двадцать два музыканта»

Мы прошли 13 километров на север. Ровно от того места, на котором Джонибек объяснял нам ситуацию, а точнее от нашего временного убежища. Ко мне вдруг пришло осознание нашего положения: мы особо ничего сделать не можем, сбили один нищий корабль, в то время как для Короля Бездны видимо это не проблема, раз он расставил столько техники для защиты одного объекта. А учитывая масштабы разрушений... думаю, три таких Tragumatic уничтожат весь город.
Сделать мы ничего не можем. Спуститься в Марианскую Впадину и набить ебало Королю Бездны теперь кажется непосильной задачей. И в то же время тот самый командир по имени Альдеман сказал, что мы "уже приглашены". Может, суть его фразы заключается в другом? Или же я просто тупой, и воспринимаю каждое слово не буквально...
Всем нам, шестерым, сейчас видимо предстоит перейти в наступление. Джонибек и Король Бездны затеяли игру со своими войсками: так они разрешают конфликт, путём войны между сторонами. И никто не пойдёт на перемирие. Одни отстаивают честь своей родины, другие отстаивают свои права.

... А я – третья сторона. Я отстаиваю свою роль в повествовании...

Вдали нам показалась стена из высоких небоскрёбов. Шторм хорошо выбрал позицию, ведь их корабли совсем не видно. Но Джонибек сказал, что именно в этом районе находятся все корабли Tragumatic, все 22. "Как будем заявляться?" – насмешливо сказал Максим.

– Я предлагаю для начала убрать то, что их скрывает. – предложил Михаил. – Пусть Герой прожжёт лазером эти здания, рухнув, они откроют нам взор на их позицию.

– О, отличная идея, сынок. – сказал Александр, похлопывая Михаила по плечу. – Щас, только сделаю одно дело...

Он достал из табачной пачки сигарету. Подпалил её одним глазом и она мгновенно прикурилась. Затем он всунул её в рот и закурил. Не знаю почему, но меня это начало напрягать.

– Так ладно всё я готов. – сказал Герой, как только закончил свои теперь уже постоянные процедуры.

Он вышел вперёд всех, метров так на 10. Герой осмотрел этот район с высокими небоскрёбами, который закрывал наших врагов. Палящее солнце освещало нас и эти гигантские здания тоже. Собственно, опыляло лучами всю эту рухнувшую пустыню. Пустыню, состоящую из либо массивных, либо гладко уложенных груд металла, стекла, тел людей и прочих останков когда-то целого, кипящего жизнью города.
Затем вспыхнула яркая красная вспышка, посреди всего этого озарения. В момент между глазами Героя и самым ближним небоскрёбом образовалась красная, яркая линия. Лазер. Он пробил небоскрёб насквозь, а затем медленно поворачивал голову влево. Жгучий лазерный луч, словно нож прорубал каждое здание, которое виднелось нам на горизонте. Вот уже около трёх небоскрёбов рухнули полностью, а точнее их половинки, почти идеально ровные. Небоскрёб за небоскрёбом падал с ошеломительным звуком.

... А мы просто молились, чтобы в этих городских зданиях не было ни одного человека...

Левая часть всего района рухнула, которая была у нас на горизонте, в расстояние 21 километр. Теперь Герой принялся уничтожать правую. Он делал это так беспощадно, ему было абсолютно плевать. Ему предложили – он делает. И он не подумал о людях. Может, это побочные действия табака, раз уж на то пошло? Хотя, Герой наверно курит не так давно.
Перед нами открылась прекрасная картина: летающие машины Tragumatic действительно были прямо за этой высокой стеной из небоскрёбов. Каждый из кораблей будто бы делал что-то своё: одни летали в сторону, другие отлетали на несколько метров и поворачивались на 360 градусов, а некоторые... смотрели на нас. Своими стреляющими отверстиями.

– Они... – молвил Марк. – Они видят нас...

И действительно, видят. Но ничего не предпринимают. Это вызов, они вызывают нас. Вызывают на решительное наступление. Все 22 музыканта, которые сочинили смертельную мелодию, зовут нас на свой оркестр в качестве зрителей. Или протестантов.

Наконец, всё прикрытие обрушилось. Герой видимо, немного выдохся. Он переводил дух, но старался это скрыть. "А табачок то, даёт о себе знать. Да? " – сказал я. На что Александр Иргашев помотал головой.

– Вперёд, теперь нам надо идти. – сказал Егор Орехов и указал рукой на район, в котором находится стратегически важный объект. И мы двинулись в путь. Но стоило нам пройти всего лишь три километра, как один из кораблей-часовых уже спешил к нам, чтобы нанести первый удар. Да, всё как и рассказывал Джонибек... Корабли сжимают пространство, и летят без двигателей на стремительной скорости. Но мы все знали, что летит он специально медленнее, чем может. Пилот знает, что мы встретим его первыми.

Я быстро призвал свой меч и превратил его в бластер. Выстрелил, но корабль успел слегка уклониться. Однако вмятина осталась. Теперь её уже никогда нельзя будет починить. Такова концептуальная сила.
Он продолжал лететь к нам. После слов Егора "Огонь нахуй.", Макс направил на него свою левую руку. Скрестил пальцы и выстрелил Зодиаком. Вслед за ним и подключился Марк, у него был свой собственный некий стиль: он призвал свою силу эбестера, сомкнул свои кровавые щупальца и направил их на приближающийся к нам Tragumatic. Он тоже зарядил Зодиак, и тоже выстрелил с характерным звуком.

В итоге попасть смог Марк. После того, как он подбил корабль, он выстрелил в ответ, но тут Михаил очень удачно успел нас прикрыть своим щитом из жёлтой, яркой молнии. Теперь нижняя часть летающего корабля Шторма дымилась, а сам он сделал полный круг над нами и выстрелил своим духовным лучом снова. Защита работает на ура.
А я попытался выстрелить снова. На этот раз я попал точно в цель, по крайней мере я так думаю. Концептуальный выстрел насквозь протаранил Tragumatic, причём я попал ему прямо в отсек для выстрела. Теперь там большая дыра, а корабль с грохотом рухнул вниз, прямо около нас. После этого падения, я услышал звуки одобрения и похвалы от всех остальных.

– Надо же, какое удачное попадание! – порадовался за меня Герой.

Радоваться естественно было рано. С каждым разом, корабли по одному летели к нам и бомбардировали наш "отряд". У Шторма определённо есть какая-то неведомая стратегия, каждый это понимает. Летающие корабли всё летели и летели в нашу сторону, и каждый раз мы сбиваем их. И вот мы уже сбили 7 кораблей и каждый раз, когда они терпят поражение и расходуют свою защиту ради какой-то непонятной тактики, мы двигаемся вперёд, а иногда успеваем преодолеть километр-два. Кораблей осталось всего 15.

– Что-то они уже не торопятся... – подметил Егор Орехов, всматриваясь в район, где всё ещё летали оставшиеся войска. Теперь этот укрепрайон был не так далеко.

– Может они будут атаковать нас, когда мы зайдём? – сказал я.

– Вполне возможно. – ответил Егор. – Поэтому мы не будем торопиться туда идти. Очевидно, это ловушка.

– И что ты предлагаешь? – снова спросил я.

Егор Орехов неожиданно просто сел на засохшую, пыльную землю. Неожиданно, видимо только для меня. Остальные члены ACKIE точно также сели на землю и всё. А мы с Героем стояли рядом, немного ошарашенные. Все они просто преспокойно уселись, словно ничего и не происходит, словно никакой цели у них нет. "Ничего. Мы ничего и не можем сделать." – ответил Егор.

– Что?! Что за бредятина?? – сказал я, повышая тон. – Что вы опять задумали?!

– Ничего мы не задумали, долбаёб. – сказал Марк. – Зайдём туда и нас убьют.

– Все вы какие-то... странные. – подметил Герой. Я выразил ему своё соглашение.

– Расслабьтесь. – успокоил нас Михаил. – Мы просто ждём захода солнца. Так мы будем менее заметны.

Затем он развернулся к Егору и остальным.

– А вы, прекратите ставить Матвея и Александра в заблуждение. Они не так глупы, чтобы понять ваши умные речи.

... И наконец, заход солнца настал...

Корабли Tragumatic всё ещё были настороже, кружили в воздухе над жалким подобием земли, однако уже не так интенсивно как днём. Мы прождали ещё около 3-х часов. За это время ни один корабль не сдвинулся с позиции в целях атаковать нас. Наоборот, как мы видели издалека, они проверяли каждый уголок, каждую улицу района в котором находился духовный разлом, дабы не найти посторонних существ. Если по версии Михаила ночь нам полезна, значит наш план должен сработать.
Корабли летали по всему укрепрайону Шторма медленно и плавно, словно ни о чём не подозревали. Между тем, мы всей группой пробираемся сквозь маленькие и высокие здания. Обходим каждые слишком широкие улицы, избегаем освещения, которое в некоторых переулках ещё каким-то хуем работает.

– Нам же в любом случае придётся уничтожить их всех? – внезапно спросил Герой, когда покуривал сигарету.

– Думаю, да. – ответил Егор Орехов, оглядываясь по сторонам. Мы стоим на улице, именуемой "Монументальный Проспект 32".

Здесь корабли залетают реже всего. И не похоже, чтобы эбестеры-пилоты могли что-то видеть в такой глубокой темноте. Учитывая те факторы, что на часах 00:47, освещение по всей улице отсутствует. И лишь только луна пытается дать хоть какой-то свет кораблям Tragumatic, словно помогает им нас найти. Но зря.

– Вот там, один стоит... – прошептал нам Максим. – Давайте ёбнем его!

Один из кораблей наверное отбился от курса и просто буквально стоял на месте, будучи в воздухе. Максим использовал свою силу делать всё что угодно острым и кинул горсть песка, которую он взял с собой и нашёл неизвестно откуда. Свою руку, которая приняла уже привычный тёмный с белизной окрас кожи он запустил на крышу небольшого здания. Одинокий корабль попадает в радиус действия, поэтому песок, как только столкнулся с покрытием корабля, мгновенно пробил его насквозь. Каждая крупица песка словно пуля прошла через весь корабль.

Теперь он был разрублен на две большие уродливые части. А затем, корабль резко опустился на землю.

– Он вроде не высоко стоял... – говорил Марк. – Звук падения должен был быть не таким громким...

Внутри никого не было. Tragumatic оказался пустой, без пилота. Можно было бы конечно не прибегать к такому и наоборот попробовать управлять этим кораблём. Но оказывается, для его использования необходима духовная частица солдата Шторма. Это всё усложняет.

Вдруг послышались торопливые шаги на асфальте. Каждый из нас их слышал, пока выбирался наружу из корабля или стоял снаружи.

– Эй! А вы ещё кто?!! – крикнула чья-то фигура, которая постепенно приближалась к нам из-за зданий.

– Он же... толком нас не видит? – неуверенно спросил я.

– Ну вроде нет... – шёпотом ответил мне Герой из темноты.

– А вот я его вижу. – сказал я и трансформировал свой заранее призванный меч в бластер. Не успев оглянуться, некто уже лежал мёртвый на холодном асфальте. Кажется, я попал ему в грудь.

– О-оу!! Ты чё творишь?! – испуганно сказал Марк. – А если это кто-то из наших?! Ты чем вообще думаешь, идиот?!

– Кто этот "кто-то" из наших? – также агрессивно ответил ему я. – Мне похуй, меня никто не предупреждал.

– Ах ты сука! Вообще не умеешь думать, сукин ты сыночек!! – истерил Марк, злясь непонятно от чего.

– Успокойтесь. – прервал его агрессивный выпад Михаил. – Это враг, абсолютно. Матвей сделал разумное решение, раз смог заметить его в такой темноте.

Мы осмотрели тело. Это судя по всему был пилот того самого корабля, который разрублен на две части от острой пыли Максима. Пилот так же был в шлеме, и этот шлем перекрывал ему его маску эбестера.
Однако наши исследования его трупа неожиданно подошли к концу. Прозвучал короткий странный звук, и прямо сзади нас произошёл выстрел духовного луча.

Конец 23 главы.