Глава 101.0

Ожидая гостей у входа в чайную, Джин Чон Хи увидел поднимающихся братьев и сестёр Намгун и девушку, судя по всему, из клана Тан.

На ней было чёрное боевое облачение с красной вышивкой, бросавшееся в глаза даже издалека.

"Подростки клана Тан носят маскировочные костюмы даже средь бела дня. Днём это выделяет их ещё сильнее, а не скрывает. Это вообще нормально?"

Сычуаньский клан Тан.

Красные иероглифы бросались в глаза.

Подобное облачение выдавали подросткам клана Тан в период, когда их поглощала тьма. Большинство надевали его добровольно.

Глава прошлого поколения лично заказал дизайн в швейном отделе во время собственной юности.

Несколько сшитых тогда боевых костюмов передавались из поколения в поколение и вручались подросткам с аналогичными "симптомами".

Подростков завораживала магия этого облачения, тёмного, как ночь, и алого, как кровь. Старейшины других семей боевых искусств, увидев форму, всё понимали и шли навстречу.

Поистине традиционный наряд.

Она уставилась на Джин Чон Хи.

Чёрные глаза напоминали взгляд зверька.

Если Намгун Ун походил на крупного пса, а Намгун Ён — на кошку, то Тан А смахивала на белого щенка.

"А, как это называлось? Видел на Земле… Померанский шпиц!"

И вправду походила на шпица.

Тёмные волосы и пронзительный взгляд создавали образ свирепо милой девчонки.

"Интересно, любит ли она хурму? Что нравится подросткам? Рисовые лепёшки? Тыквенные цукаты? Понравятся ли им сушёная хурма?"

Инстинкт дяди внутри Джин Чон Хи настойчиво требовал поскорее накормить гостей до отвала.

"Хочу такую же дочку."

Старая, давно похороненная мечта робко поднимала голову.

Джин Чон Хи полез в рукав в поисках угощения.

Ему не терпелось поскорее вручить им побольше вкусностей.

В этот момент девушка заговорила.

— Ты Малый Белый Дракон?

Голос прозвучал довольно громко.

Джин Чон Хи ответил.

— Да, верно.

— Я Тан А из сычуаньского клана Тан. Вызываю на поединок!

"О… Поединок сразу после знакомства. Слышал, что в мире уся бродячие бойцы порой вызывают на дуэль подобным образом, но…"

Он уже щупал кости тех, кто шёл за наградой, но дуэль — дело иное.

Джин Чон Хи ещё ни разу не получал подобных вызовов.

"Свежо."

Неужто это и есть тот самый аромат мира уся?

Неужели я уже достиг положения, когда могу сталкиваться с подобным?

Джин Чон Хи вспомнил романтику, которую лелеял и скрывал в прошлом.

Тан А сказала:

— Фармацевтическая дуэль! Будем травить друг друга и посмотрим, кто быстрее выведет яд!

Услышав это, Джин Чон Хи слегка нахмурился.

"Не о таком поединке я мечтал."

Подобные дуэли устраивали практикующие ядовитые искусства.

Однако Джин Чон Хи никогда не изучал отравления, а его специализацией было ломать кости, а не выводить токсины.

— Не хочу.

Голос, вероятно, прозвучал резче, чем он планировал.

Лицо Тан А залилось краской: девушка явно не ожидала столь прямого отказа.

— Как ты смеешь…!

Проигнорировав Тан А, Джин Чон Хи обратился к Намгун Уну.

— Прошу, входите все.

Джин Чон Хи проводил гостей в приёмную.

Усадив всех, он сказал Намгун Уну:

— Юный господин Намгун, протяните запястье.

Намгун Ун послушно протянул руку.

Когда Джин Чон Хи взялся за пульс, глаза Тан А расширились, словно у испуганного кролика.

— Что? Как он так легко доверяет запястье чужаку? Неужели брат Ун доверяет этому парню настолько сильно?

Услышав это, и Джин Чон Хи, и Намгун Ун еле сдерживали смех.

— Кхм, не смейтесь. Сложно диагностировать пульс, когда вы смеётесь.

— К-кхм, верно. Буду неподвижен.

Намгун Ён обхватила Тан А за шею, прижавшись сзади.

— Ты тяжёлая. Сестрица Ён, ты давишь!

Джин Чон Хи продолжал подавлять рвущийся наружу смех. Намгун Ун, судя по всему, испытывал то же самое: пульс то сбивался, то выравнивался, то снова скакал.

Закончив диагностику, Джин Чон Хи произнёс серьёзно:

— Вы не последовали моим рекомендациям, верно?

— Имеете в виду пить много воды и избегать солёного и жирного?

— Да.

Услышав это, Намгун Ун отвёл взгляд.

— Ну… В последнее время старейшины и друзья постоянно зовут на пирушки, отказать не мог.

— Камень увеличился. Пока положение терпимое, но затяни вы ещё немного — начнётся.

— Что началось бы?

— Адские мучения.

Глаза Намгун Уна округлились.

Тут вступила Тан А.

— Ничего не понимаю. Вы утверждаете, что способны определить почечные камни только по пульсу?

Действительно, обнаружить конкременты через диагностику по пульсу непросто.

Джин Чон Хи мог находить внутренние или внешние травмы, отслеживая течение ци и очерчивая поражённую зону, но мелкие камни в почках оставались серьёзной задачей.

Особенно конкременты, которые ещё не успели вырасти до размеров, вызывающих осложнения.

Обычно камни обнаруживали лишь после того, как те разрастались настолько, что начинали повреждать мочеточники или почки.

"Если скажу, что искать проще благодаря хирургическим знаниям об уролитиазе, не породит ли это ещё больше вопросов?"

Не дождавшись ответа, Тан А уверенно заявила:

— Я никогда не встречала врача, способного предсказать уролитиаз заранее по пульсу! Это наверняка мошенничество!

"Ну, если опираться исключительно на медицинские знания этой эпохи, она не так уж и ошибается."

В мире, где хирургия не развита, причина мочекаменной болезни так и не установлена.

Никто не знает, почему образуются конкременты. Когда низ живота начинает нестерпимо болеть, диагностика по пульсу часто оказывается бесполезной, и пациентам остаётся лишь молиться, приставляя нож к животу.

Недуг был настолько опасен, что нередко приводил к смерти.

Особенно в эпоху, когда природа инфекций оставалась загадкой, а антибиотики ещё не изобрели, литотрипсия считалась крайне рискованной процедурой.

— Во-первых, текущую стадию уролитиаза обнаружить несложно.

— Это ещё как?

— Юный господин Намгун, готовы потерпеть немного боли?

— Брат Чин, я привык к подобному, так что лечите сразу, без этих проверок.

Однако у Тан А было иное мнение.

— Раз вы врач, продемонстрируйте прямо сейчас!

— Эх… Ладно, хотя бы объясните план. Всё-таки это моё тело.

Джин Чон Хи спокойно ответил:

— Ничего сложного. Я просто слегка нажму на область, где залегает камень, пропустив немного внутренней энергии, чтобы сдвинуть конкремент. Хоть он и мал, края острые, словно лезвие, так что вы сразу почувствуете боль и всё поймёте.

— Брат Ун! Отличный способ! Так мы точно не отдадим деньги мошенникам с открытыми глазами!

— Ребята, это моё тело. Ён, ты…

Глаза Намгун Ён загорелись.

— О-о, проверка наличия камня в теле брата — дело важное… У-уверяю, это не месть за то, сколько раз он меня дразнил.

Джин Чон Хи рассмеялся.

— Двое против одного. Тогда нажимаю…

— П-подождите!

Джин Чон Хи уверенно надавил на область чуть ниже спины, где залегал камень.

Пропустив немного ци и слегка поворочав, он нашёл конкремент.

— Ху… хук!

Уролитиаз.

Пациенты, попадавшие в приёмный покой, сравнивали боль с пулевым ранением.

Говорили, будто колют ножом или рвут шилом, а затем выворачивают рану.

Джин Чон Хи сам не сталкивался с почечной коликой, но прекрасно знал, насколько невыносимой бывает боль.

Намгун Ун даже закричать не смог, лишь хрипел и задыхался целых три секунды.

Джин Чон Хи мгновенно убрал руку.

Тан А произнесла:

— Это не… актёрская игра. Лицо искренне искажено болью. Я почувствовала, как кричит душа брата Уна.

— Тан А, Ён. Вы обе… остаётесь без угощений на три дня.

Намгун Ун тихо прорычал.

Даже от мгновенного укола по рукам пробежал холодный пот.

— Видите, брат Чин. Даже не знаю, забочусь ли я о двух девушках или о двух демонах.

Ён смотрела в сторону, делая вид, что не слышит.

Джин Чон Хи подумал:

"Вот они, настоящие брат и сестра."

Могут поклясться в вечной обиде, но при первом же удобном случае обязательно подденут друг друга — точь-в-точь как на Земле.

"Видимо, люди везде одинаковы."

— Юный господин Намгун, стоило бы быть мягче в быту. Вы так часто дразните госпожу Намгун, вот и получаете сдачу при каждом удобном случае.

— Урх… Но дразнить сестру — моя отрада. Не чужаку вмешиваться.

Услышав это, Джин Чон Хи спросил:

— Госпожа Намгун, надавить ещё раз? Одного раза мало для уверенности, верно?

— Помилуйте! Умоляю, пощадите!

---

Намгун Ун решил ненадолго лечь в стационар для прохождения литотрипсии.

На это время с ним оставались Намгун Ён и Тан А.

Девушки казались неразлучными подругами, не расставаясь ни на секунду.

Намгун Ён, обычно застенчивая и заикающаяся, рядом с Тан А сияла улыбкой.

Хоть Тан А вступила в пубертат и, подобно другим членам клана, отличалась странностями, добрая натура позволяла ей пользоваться уважением даже среди персонала павильона.

Её чудачества ограничивались тем, что она брала бинты в павильоне и обматывала здоровые руки, утверждая, будто отрабатывает новую технику боевых искусств.

Когда сотрудник павильона показал правильный способ бинтования, девушка усваивала материал с горящими глазами.

Тем временем Джин Чон Хи внимательно изучал состояние Намгун Уна.

"Естественное выведение абсолютно невозможно."

Это человек, живущий на алкоголе и мясе.

Поразительно, как такой гуляка становится главой альянса боевых искусств и слывёт обладателем величайшего меча Поднебесной.

К счастью, во время пребывания в Павильоне Белого Дракона удавалось запретить алкоголь, жирную и солёную пищу.

"Согласно оригиналу, хоть камень в итоге вырос, он каким-то чудом справился с проблемой…"

Джин Чон Хи почесал подбородок.

"Неужели он перенёс камень, полагаясь на внутреннюю энергию, как мастер…"

Если отбросить воспаление или закупорку, боль выходит за пределы человеческой выносливости.

Внезапно Джин Чон Хи передумал.

"Это мир уся. Здешние люди действительно способны на всё."

Даже императорский консорт Ю Ран выдернул штифт, фиксирующий ногу, чтобы пырнуть Чжу Вана, когда тот заявил о самоубийстве.

Это люди, которые стискивают зубы и терпят пытки, рвущие живую плоть, лишь бы сохранить тайну.

"Это место… настоящий ад для хирурга."

Когда речь заходит о принципах, пациенты скрывают симптомы, а ради любой мелочи готовы рисковать жизнью снаружи из-за убеждений или решиться на смерть из-за кровной вражды.

"Как именно Намгун Ун справился с камнем, в романе всё равно не описано. С точки зрения протагониста Ё Ха Рюна, Намгун Ун — лишь невероятно сильный противник."

Джин Чон Хи пришёл к чёткому выводу.

"Я врач, значит, должен заниматься врачебным делом. Сосредоточусь на пациенте передо мной."

Джин Чон Хи долго держал пальцы на запястье Намгун Уна, прежде чем открыть глаза.

— Почему камень так сильно вырос за это время… и как вы вообще умудрились выпить алкоголя? Только не говорите, что пили медицинский спирт?

— И это тоже видно по пульсу?