Глава 95.0
Шурш--
— Что такое? Ещё мелкая сошка пожаловала заработать тысячу золотых таэлей?
Джин Чон Хи сжал кулак.
— Хи-я. Ха-ха-ха, где ты пропадал, обманывая мастера?
Обернувшись, он увидел Чжэ Гал Ына с пугающей улыбкой на лице.
Цвет лица наставника стал ещё хуже с их последней встречи, но исходящее от него давление вселяло ужас.
Позади Чжэ Гал Ына стоял Ю Хо, обливаясь потом. Лицо помощника выглядело ещё более измождённым, чем у больного наставника.
"Этот ублюдок Ю Хо…?"
В следующее мгновение рука мастера вцепилась Джин Чон Хи в ухо.
— Ай-ай-ай! Мастер.
— Почему ученик, который должен был сидеть в затворничестве, бродит снаружи?
— Всё не так, мастер!
— Ха-ха-ха, понятно. Внутренняя энергия заметно окрепла, да и тело стало куда крепче. Обсудим детали внутри, согласен?
Хруст--
Лишь тогда Джин Чон Хи осознал, насколько пугающим был уровень наставника.
Пусть хватали всего лишь за ухо, вырваться не получалось, как бы ученик ни рвался.
"Нет, состояние явно ухудшилось, но откуда эта сила?"
Гав!
С другой стороны, Хван Гу явно радовался, понимая, что ждать снаружи не придётся.
Пёс радостно вилял хвостом, следуя за волокущимся Джин Чон Хи.
За один шичэнь Джин Чон Хи выслушал нагоняй на целую жизнь.
Начитав морали, наставник наконец выдохнул.
— Я уже собрал большую часть сведений. Но хочу услышать всё из твоих уст.
Джин Чон Хи сглотнул.
У ног Джин Чон Хи Хван Гу лежал на спине, тяжело дыша.
Вероятно, из-за полученного лакомства пёс выглядел крайне счастливым.
И не простого, а конфеты из Божественной пилюли Белого Дракона.
Лекарственные компоненты в составе приводили Хван Гу в ещё больший восторг.
"Всё-таки разбирается, что ему полезно…"
Джин Чон Хи почесал псу живот и начал рассказ.
— Для начала полагаю, вы догадались, что я отправился в путь ради внутреннего ядра Десятитысячелетнего огненного карпа.
Джин Чон Хи достал из свёртка ядро карпа.
Точнее говоря, зверь закатал добычу в грязь, словно рисовый пирог, но никто не усомнился в подлинности: поверхность пылала жаром, а аура говорила сама за себя.
— Откуда ты узнал, где искать?
Чжэ Гал Ын сразу попал в точку.
Джин Чон Хи дёрнулся, но сохранил спокойное выражение лица.
— На самом деле мне известны местонахождения как минимум пяти духовных зверей и семи ингредиентов для духовных лекарств.
Эта партия уже проиграна.
Врать не имело смысла.
Джин Чон Хи добавил одно уточнение.
— Не могу рассказать, откуда эти знания.
— …
Между бровей наставника залегли складки.
Он крепко прижал пальцы к вискам.
— Верно. Когда я принимал тебя в ученики, то обещал больше не расспрашивать об этом.
Такова была их договорённость. В конце концов Чжэ Гал Ын заговорил.
— Но меня волнует одно. Поймать Десятитысячелетнего огненного карпа твоими прежними силами было невозможно. Станешь ли ты и дальше рисковать жизнью в поисках других духовных зверей?
— Я сделаю всё, чтобы спасти вас, мастер.
— Хи-я. Меня мало что держит в этом мире, и ничто не дороже мне жизни ученика.
— Знаю.
— …
Джин Чон Хи ответил твёрдо, не отводя взгляда от наставника.
В конце концов Чжэ Гал Ын отпустил ученика.
Джин Чон Хи низко поклонился мастеру и вышел.
Наставник долго смотрел вслед Джин Чон Хи, прихлёбывая чай.
— Вы выглядите встревоженным, — заметил Ю Хо.
— Этот непутёвый ученик доводит меня до головной боли.
— И всё же вы довольны.
— Верно. Где ещё найти ученика, столь преданного наставнику?
Уголки губ Чжэ Гал Ына дрогнули в слабой улыбке.
Чувство вышло странным. Он злился на опасный поступок, но как мастер радовался, видя, что ученик вернулся, став ещё сильнее.
— Кажется, я начинаю понимать, почему старые чудаки в мире боевых искусств готовы с ума сходить ради одного ученика, — пробормотал Чжэ Гал Ын, запивая горечь чая. — Странное ощущение. Злость от тревоги, но рядом — радость и гордость.
Неужели та самая связь учителя и ученика, о которой говорят в мире уся?
Чжэ Гал Ын погрузился в раздумья.
В мире боевых искусств духовные пилюли и ядра обладают уникальными свойствами.
Состояние одновременно жидкое, твёрдое и несёт в себе свойства ци.
Не зря подобные артефакты называют цветком романов о боевых искусствах.
Можно сказать, что это загадка, которую современная наука так и не способна разгадать.
Раньше Джин Чон Хи применял подобные пилюли для создания хирургических швов, но сейчас цель заключалась в ином: соткать подобие ткани, которую предстоит имплантировать в сердце.
Джин Чон Хи взял зубило и разбил глиняную оболочку, скрывающую ядро Десятитысячелетнего огненного карпа.
Дзынь!
Звук напомнил разбивающуюся керамику.
Жар внутри, должно быть, оказался невероятным.
Так и вышло: наружу вырвалось клубящееся паром ядро карпа.
Размер ядра почти соответствовал туше самого зверя.
— Фух… Сосредоточимся.
Джин Чон Хи начал вытягивать ядро в длинные нити, применяя атрибут Металла в Божественной технике Пяти Стихий.
Работа требовала предельной концентрации: одна ошибка — и огненная энергия, заключённая в ядре, рассеется.
— Чем могу помочь? — спросил Ю Хо, стоявший рядом.
Помощник явно пребывал в хорошем настроении, предвкушая возможное спасение господина.
— Как только вытяну всё в золотые нити, следуй схеме.
— Это и правда поместят внутрь тела?
— Да. Как ни удивительно.
Примечательно, что артефакты из духовных пилюль и ядер не вызывают отторжения при имплантации в человеческий организм.
Хотя смерть от отклонения ци при поглощении избытка энергии возможна, странно, что отсутствуют случаи гибели от того, что современная медицина назвала бы иммунным ответом.
"В каком-то смысле это напоминает кровяных червей."
Вторым явлением, поразившим Джин Чон Хи, оказались именно кровяные черви.
Несмотря на явный паразитизм, черви ассимилируются, пожирая внутреннюю энергию хозяина.
Процесс проходит без медицинской реакции отторжения.
Циркуляция энергии также не нарушается.
Хотя можно умереть, если черви лопнут внутри из-за несвоевременной подкормки.
"А третье — переплавка костей и трансформация тела."
Хоть он и пережил это на себе, принцип оставался непонятным.
Тело словно собирают заново. Более того, организм молодеет или растёт.
"Там, откуда я родом, правила устанавливала наука, здесь — ци."
Джин Чон Хи гордился тем, как хорошо адаптировался к миру боевых искусств, но принять некоторые вещи всё ещё было тяжело.
Ю Хо, наблюдавший со стороны, заметил:
— Внутренняя энергия стала чище? И выносливость тоже выросла.
— Я прошёл переплавку костей и трансформацию тела.
От неожиданного заявления Джин Чон Хи глаза Ю Хо расширились, а затем сузились.
— Так и думал. Обычно занятия боевыми искусствами ведут к быстрому росту мышц и костей, увеличивая габариты, но вы, молодой господин, зашли слишком далеко даже для этого.
— Я ещё не говорил мастеру. Но скажу позже.
— Наверняка уже знает. Злость утихла, стоило ему увидеть вас.
Джин Чон Хи кивнул в ответ.
— Вероятно, понял с первого взгляда.
— Однако черты лица почти не изменились?
— Неужели влюбились?
— Ха-ха-ха, уберите это противное выражение лица.
— Ваша ненависть временна, Ю Хо. Как только закончу, всё остальное — ваша забота.
Джин Чон Хи ограничился этими словами и вновь сосредоточился.
Чтобы уберечь руки от огненной энергии ядра, приходилось непрерывно гонять ци Воды.
"Примени энергию Льда — нарушится баланс…"
Он твёрдо решил довести дело до конца, даже если кожа слегка обгорит.
Воздух наполнился запахом горелой плоти.
— Молодой господин, вы и вправду особенный.
— О, наконец оценили мой характер?
— Эх… И убить вас нельзя.
Джин Чон Хи хихикнул, продолжая обжигать собственные руки.
Стоило замедлить циркуляцию ци Воды хоть на каплю, как накатывала боль. Но выражение лица Джин Чон Хи оставалось холодным.
— Подобные ожоги заживут быстро, я же молод. Немного потерплю. Жизнь мастера важнее.
— Спрашиваю серьёзно: зачем вы заходите так далеко? Умри мастер — всё достанется вам.
Шипение--
Наполненные жаром золотые нити вытягивались в длину.
На пальце Джин Чон Хи образовался длинный шрам.
— Ну, если операция провалится, вы придёте меня убить, верно?
— Таков установленный порядок, но есть ли иная причина?
— Разве не естественно ученику рисковать жизнью ради наставника, обучившего боевым искусствам?
— Знаю, вы не тот человек, кого сковывают подобные условности.
— …
Джин Чон Хи задумался.
Зачем? Почему он готов зайти так далеко ради спасения Чжэ Гал Ына?
Поразмыслив, он ответил так:
— Поменяйся мы местами, он поступил бы так же. Разве не в этом был смысл, когда он изначально принимал меня в ученики?
— Верно.
— Тогда этого достаточно. Слишком глубокие размышления лишь вызовут головную боль.
Джин Чон Хи продолжил создавать золотые нити. Запах горелой плоти пропитал комнату.
Джин Чон Хи произнёс:
— Отличная тренировка. Чтобы поддерживать атрибут Воды Божественной техники Пяти Стихий, используя меридианы по всему телу, требуется предельная концентрация, верно? Если закончу без ошибок, уровень мастерства может вырасти ещё сильнее.
Ю Хо взглянул на Джин Чон Хи так, словно видел безумца.
— Что такое, Ю Хо?
— Просто подумал, что хотел бы извлечь ваш мозг и изучить его.
— Ха-ха-ха, вот это шутка.
— Могу ненавидеть ваше лицо, но мозг ваш увидеть действительно хочу.
"Этот ублюдок говорит серьёзно."
Джин Чон Хи цокнул языком и невозмутимо продолжил работу.
Джин Чон Хи наконец завершил первичную обработку ядра Десятитысячелетнего огненного карпа.
Сложнейший этап пройден, вторичную и третичную обработку доверят Ю Хо и ученикам медицинского павильона.
Тем временем Джин Чон Хи уже провёл инструктаж учеников павильона, разъяснив схему и ход эндопротезирования грудной аорты (TEVAR).
"Изначально такую операцию должны выполнять вместе с другими резидентами…"
Но здесь он остался один.
Ошибка означала смерть мастера, а следом — визит Ю Хо, пришедшего убить Джин Чон Хи.
Джин Чон Хи прекрасно понимал: помощник не проявит милосердия.
Вероятно, помощник будет лишь выбирать между удушением и сворачиванием шеи.
"Нужно преуспеть. Я обязан преуспеть."
После недели подобной подготовки.
День операции наконец настал.
Ранним утром Джин Чон Хи сел в позу лотоса и погрузился в медитацию.
Он не гонял внутреннюю энергию.
Лишь раз за разом прокручивал симуляцию операции в голове. Десятки, сотни раз.
Нахлынули воспоминания о годах ординатуры.
Тогда Джин Чон Хи вёл себя так же. Боялся ошибиться, но ещё больше страшился собственной неуверенности.
Для Джин Чон Хи, лишённого семьи, единственным пристанищем оставался хирургический отдел.
"Второго шанса не существует."
Ощущение напоминало ходьбу по стеклу.
Разобьётся — и непонятно, куда двигаться дальше.
Дни, когда казалось, будто в груди образовалась дыра.
Он изо всех сил пытался заполнить пустоту работой.
В каком-то смысле это могло быть детским желанием… чтобы люди нуждались в нём.
Теперь Джин Чон Хи вновь ощущал эти чувства.