Неверифицированный

Пыль ещё не успела осесть. Воздух дрожал от отголосков разрушения, и всё вокруг напоминало кадры из чужого сна: выжженный асфальт, искорёженные металлические панели, капли крови на оконном стекле автобуса, внутри которого недавно находились они — выжившие.

Он стоял, дыша рвано. Каждое движение казалось ножом под рёбра. Лёгкие горели. Плечо ныло от удара, полученного чуть раньше, но адреналин гасил боль. Его пальцы дрожали, но хватка была крепкой. Джейсон смотрел вперёд, как будто взглядом мог вырезать следующую секунду, следующую угрозу.

И тогда он увидел его.

Грузовик, застрявший между двумя бетонными блоками, медленно скрипнул, будто почувствовав, что его больше не держат цепи пространства. Из его кабины медленно, словно не спеша, вышел тот, кого он ощущал кожей задолго до того, как увидел.

Ростом почти в два метра, он двигался как тень, с механикой хищника. Шаг, ещё шаг — и его ботинки глухо ударяли по бетонной крошке. Мужчина выглядел... просто. Ничего избыточного. Тёмная куртка, перчатки. Лицо — как высеченное из гранита: неподвижное, лишённое эмоций. Но стоило взглянуть в его глаза, как в животе закипал холод.

Чанхон.

Имя, услышанное от других, теперь обретало форму. Он вышел из грузовика не как человек. Как неизбежность. Каждая мышца — как пружина, заведённая на пределе. С каждым вдохом лёгкие будто вгрызались в воздух. Сердце било в рёбра, как пёс, сорвавшийся с цепи.

Противник стоял в шаге от него.

Чанхон.

Тот, кого он раньше бы принял за обычного бродягу. Теперь — он ощущался иначе. Воздух вокруг будто подчинялся его присутствию. Давление. Тяжесть. Даже свет стал тусклее.

Джейсон двинулся первым.

Выпад — короткий, в корпус, с левой. Движение — чистое. Без эмоций. Всё по учебнику. Тренированное тело взорвалось серией ударов: локоть — печень, кулак — в висок, колено — под рёбра.

Он бил, как бил бы в последний раз.

Но каждая атака — будто пробивала пустоту.

Чанхон не уклонялся. Не блокировал. Он просто чуть двигался. Поворачивал плечо, наклонял голову, смещал бедро — и каждый удар уходил мимо, как будто реальность сама отвергала прикосновение.

У Джейсона вспотела шея. Он это знал — не сознанием, а телом.

«Он быстрее, чем кажется. Гораздо быстрее».

Ещё серия. Он вложил всё в подныривающий апперкот. Услышал, как кость треснула. Чанхон принял удар. Левое плечо дёрнулось назад. Тело не шелохнулось.

Джейсон отскочил, сделал шаг назад. Его собственное дыхание грохотало, как двигатель под перегрузкой. В голове пульсировали слова:

«Ты даже не царапнул его».

Чанхон двинулся.

Никакого предупреждения. Ни зевка между движениями.

И ударил.

Грудная клетка Джейсона сложилась внутрь. Удар был не кулаком — массой, весом. Его бросило в воздух, как выбитую дверь. Плечи с глухим звуком ударились о бетонную стену. Пыль взметнулась. Кровь хлынула из носа.

Он упал на одно колено, пальцы дрожали.

«Нельзя останавливаться. Если остановишься — умрёшь».

Он взревел. Вскочил, бросился снова. Рывок — ноги вспыхнули болью, но он вбежал в ближнюю зону. Цепочка ударов: в колени, в печень, под подбородок. Он не пытался победить. Он хотел остаться живым.

Но снова — стена. Пустая.

Чанхон двигался, как будто пространство ему подчинялось.

Джейсон сделал шаг вбок, резко сменил уровень, ушёл вниз — попытался ударить в колено, перебить сустав.

Коснулся.

На долю секунды почувствовал, как его пятка вошла в плоть.

Тот момент — короткий миг триумфа.

И тут же — расплата.

Кулак Чанхона вошёл ему в бок. Рёбра треснули, словно доски под сапогом. Его подбросило, и он приземлился спиной на груду железа рядом с грузовиком. Он не понимал, как в нём ещё осталась сила подняться. Но мышцы — вспоминали. Выросшие в боли. Закалённые на выживание.

В следующий момент он уже летел вперёд. На чистом импульсе. Ещё удар — кулак разорвал воздух. Он бил как зверь, уже не помня себя. Плечо в живот. Захват. Бросок.

Чанхон — не двинулся.

Джейсон снова рухнул. Пыль. Камни. Мрак перед глазами. Вкус крови.

Но сзади — здание.

Промышленный вход. Стальная дверь, полураскрытая.

Он отполз, встал, бросился туда.

«Если будет ближний бой — может, получится что-то. Узкие проходы. Слепые зоны».

Он влетел внутрь, почти падая. Тьма. Бетон. Ржавые лестницы. Узкие коридоры.

Позади — шаги.

Медленные. Точные. Без звука.

Он нашёл трубу — массивную, сорвал с креплений. Вес в руках — словно дубина. Тяжёлая. Надёжная.

«Если не могу победить — могу хотя бы остановить».

Он замер у угла. Замер, как охотник.

И когда Чанхон вошёл в коридор — ударил.

Всё тело вложилось в замах. Он шёл не на блок — на перелом. Голову. Шею. Уничтожение.

Но...

Чанхон поднял руку. Просто ладонь. И остановил трубу, как бы между делом.

Громкий звон. Искры. Вибрация, прошедшая по трубам и костям.

Джейсон взревел. Второй удар — от бедра. Затем — разворот и удар ногой в стену, чтобы оттолкнуться, увеличить силу.

Ничего.

Чанхон толкнул его в грудь — и Джейсона снесло, как мешок. Он пролетел несколько метров и врезался в стойку с инструментами. Всё рухнуло сверху — металл, сталь, пыль. Он пытался подняться. Локоть болел. Нога не слушалась. Кровь в глазу. Одна из рёбер — точно пробита.