Уведомление о прорыве уровня допуска

Первые солнечные лучи просочились сквозь густую крону деревьев, отбрасывая вытянутые тени на асфальтированную дорожку, ведущую к зданию школы. Город ещё не успел полностью проснуться, но Джейсон уже стоял на пороге очередного учебного дня. Его последнего в этой школе.

Дорогая куртка из плотной ткани села по фигуре идеально, подчеркивая его стройное, но крепкое телосложение. Кроссовки — лимитированная модель, привезённая из Японии, — не издавали ни звука на сером бетоне. У него был выбор: приехать на своём трековом карбоновом фрейме, гордости коллекции, но он выбрал автобус. Так проще. Так он чувствовал себя обычным.

Он не любил школу, но именно она заставляла чувствовать хоть какую-то динамику жизни. Несмотря на дорогие вещи и квартиру в центре, купленную на свои собственные, кровью и потом заработанные деньги, внутри Джейсон оставался одинок. После резкой ссоры с семьёй он не поддерживал с ними связь. Свобода обернулась изоляцией.

Но сегодняшний день был особенным. Он это чувствовал.

Перед входом в школу его путь преградили трое. Старшеклассники, на год старше. Они не были незнакомыми — скорее, обыденной частью школьной среды, тех, кто всегда искал повод для конфликта.

— Эй, — заговорил один из них, широкий в плечах парень с короткой стрижкой. — Слышь, ты ходил на свидание с моей девушкой?

Джейсон прищурился, откинул капюшон.

— Я просто был голоден. Она сидела одна в кафетерии. Мы пошли поесть. Я ел, она говорила про любовь. Я не слушал. Всё.

— Ты... издеваешься? — лицо парня исказила ярость. — Ты хочешь сказать, что она влюбилась в тебя просто так? Из-за того, что ты... игнорировал её?!

— Видимо, да, — пожал плечами Джейсон.

Это стало последней каплей. Парень рванул вперёд, сжав кулаки, как будто считал, что сила и ярость дадут ему преимущество. Его лицо исказила гримаса, он дышал тяжело, но не от усталости — от злобы.

Джейсон не двигался. Его глаза были спокойны, будто он знал исход заранее. В последний миг он шагнул в сторону — почти лениво — и обошёл парня по дуге. Мгновение, и его локоть уже скользнул вперёд. Не было ни ярости, ни усилия — только точный, рассчитанный удар в челюсть. Хруст. Тот рухнул мгновенно, даже не вскрикнув.

Оставшиеся двое замерли. Секунда — и в их руках появились биты. Один вытащил телескопическую, уже поцарапанную. Второй достал что-то, больше похожее на трубу, чем на оружие.

Тяжёлый металл засверкал на солнце.

— Твою мать... — прошептал Джейсон, отступив на шаг и перекинув ремешок рюкзака через плечо. — Ну ладно.

Он разжал пальцы. Почувствовал, как лёгкий ветерок коснулся его ладоней. Всё тело пришло в движение — не резко, а словно переключилось в другой режим: ни одного лишнего движения, ни доли эмоции.

Первый из них пошёл в обход, по дуге. Второй метнулся вперёд, подняв биту над головой, как в плохом фильме про гопников.

Джейсон не стал ждать. Он шагнул вперёд и резко опустился вниз, ударив в колено. Бита просвистела мимо, рассекла воздух. Противник пошатнулся — и тут же получил обратным кулаком по шее. Удар пришёлся точно под ухо — парень зашатался, хватаясь за воздух, будто потерял ориентацию.

Второй парень уже атаковал, размахивая трубой наотмашь. Джейсон отскочил, увёл корпус вбок и в тот же момент схватил руку с трубой обеими руками, резко дёрнул на себя. Плечо атакующего дёрнулось — он заорал. Джейсон рванул трубу вниз и ударил противника по груди. Глухой стук. Парень отлетел назад, падая на спину, и захрипел, как пробитый мяч.

Джейсон повернулся к первому — тот уже хотел убежать. Паника на лице, страх в ногах.

— Серьёзно?.. — спокойно выдохнул Джейсон, словно это было просто утро понедельника.

Он догнал его за два шага. Удар плечом — и тот рухнул. Потом резкий замах — и труба впечаталась в землю рядом с головой парня. Джейсон смотрел на него сверху вниз.

— Если бы я ходил на свидания — ты бы точно знал. — Голос был тихим, почти ленивым.

Тот не ответил. Только задыхался.

Джейсон выпрямился. Снова ни капли пота. Ни одной царапины. Только чуть тяжёлое дыхание и привычная пустота в груди.

— Эй!

Позади — полицейские машины. Их двери распахнуты, мигалки не включены, но напряжение ощущалось даже в воздухе.

— Что происходит?.. — начал Джейсон, но тут раздался крик за спиной. Не от боли — от страха.

Из-за угла выехала ещё одна машина. Потом вторая. Пешеходы разбегались. Кто-то из школьников кричал, телефоны разом вылезли из карманов.

Офицеры пробежали мимо. Один из них схватил Джейсона за плечо.

— В машину. Немедленно.

— Из-за чего?..

— Просто садись!

Джейсон снова хотел спросить, но язык прилип к нёбу. Что-то подсказывало: он не хочет знать. Он просто сел. Молча. Стук двери прозвучал, как удар сердца.

Машина тронулась, а Джейсон, прижавшись к окну, смотрел, как город, который он знал, начал исчезать. Люди кричали. Кто-то волок детей, кто-то падал, спотыкался. Полицейские раздавали команды, но их не слушали.

Толпы, сигналы, шум — всё слилось в один большой страх. Он хотел спросить: что происходит? Но офицеры выглядели так, будто и сами не понимали.

На горизонте — дым. Где-то вдалеке. Или очень близко.