Заговор

Огромный пассажирский понтонный корабль, заполненный сильными воинами и несколькими "магами высокого уровня", медленно причалил к берегу перед лагерем племени огров. Орсу заранее привел свою охрану и ождал. Теперь силы, поддерживающие его, прибыли, его план скоро будет реализован, и его ждала успешная жизнь.

Почему подкрепление прибыло так быстро, он не очень удивился: эти высокоуровневые маги, рожденные в Ассоциации высших магов, уже обладали способностью создавать порталы по своему желанию, если только было достаточно времени и координат для их направления.

Но когда Орсу увидел первого человека, сошедшего с дирижабля, он не мог не воскликнуть в шоке:

– Я не верю своим глазам, Уилл, это ты?

Уилл Кларенс происходил из той же семьи, что и Орсу Кларенс. Однако по сравнению с постыдным положением Орсу, который мог служить лишь главой связанной с семьей купеческой группы, положение Уилла было гораздо выше.

Он был будущим хозяином семьи Кларенс, а также нынешним столпом семьи - старшим сыном казначея империи Карфаген. Сам он был очень сильным воином, поэтому в семье у него было много поклонников.

Высокое тело Кларенса было довольно крепким, он взглянул на прячущегося за спиной воина-слугу, изначально преданного Орсу, и мягко рассмеялся:

– Почему это не могу быть я. Ты нашел молодых драконов, о чем Буни уже доложил мне. Это чрезвычайно важная возможность для нашей семьи. Если всё получится у семьи появится возможность подняться на ступеньку выше. Не волнуйся, Орсу, семья не будет презирать тех, у кого есть заслуги, я вознагражу тебя.

Орсу знал, что изначально верный воин Буни выбрал более могущественного покровителя, и его собственные намерения уже считались провалившимися. Однако он все же взглядом спросил у стоящего рядом с ним мага Лаксу: если маг Лаксу сможет объединить волшебников, у него еще будет возможность побороться с Уиллом за главенство в этом плане.

Лаксу мог понять смысл взгляда Орсу - они были компаньонами много лет и уже имели достаточно молчаливого взаимопонимания. Но магов он понимал лучше. Эти чародеи смотрят только на интересы, а относительно невысокая позиция Орсу не могла дать лучших фишек, чем Уилл Кларенс, поэтому он покачал головой.

Поэтому лицо Орсу поспешно изобразило улыбку в знак приветствия, взяло снисходительного Уилла за руку и с улыбкой тот произнёс:

– Твое прибытие может быть действительно своевременным, Уилл. Так получилось, что у меня есть план, который может принести тебе небольшую помощь.

---

– Багг, ты такой верный кобольд.

Так сказал синий дракон Досс, глядя сверху вниз на маленького кобольда человечка. После резких перемен в каньоне Драконьего гнезда кобольды, которым не на кого было положиться, под предводительством своего вожака Багга тихонько перебрались обратно в склепы пастбища и нашли молодых драконов, которые не решались приблизиться к Драконьему гнезду из-за страха перед таинственной силой демона-огра.

Странно, но кобольды, подчинившиеся власти драконов, казалось, рождались в объятиях драконов. Казалось, что в их природе и родословной есть какая-то установка.

Как только кобольд становился зависимым от дракона, он больше не склонялся ни перед какой силой, и даже если ему грозила гибель, он только убегал, хотя эти кобольды часто бегали быстрее кроликов.

В эти дни молодые драконы также полагались на Багга, который водил своих кобольдов к горному хребту Драконье Гнездо, чтобы разведать обстановку, и сейчас кобольд Багг принес хорошие новости, которые подняли настроение драконов.

– Я нашел в Гнезде дракона двух синих и одного белого дракона, но не обнаружил фигуры лорда Карона. Поскольку я не осмелился подойти слишком близко, я не смог хорошо рассмотреть ситуацию и вернулся.

Багг был явно немного расстроен: в его представлении красивый и сильный красный дракон был его любимым лордом.

Возможно, из-за редкой преданности кобольда, красный дракон Кленая утешила кобольда Багга:

– Не волнуйся, Карон умнее и сильнее нас всех, даже если он не вернулся в драконье логово на данный момент, то наверняка где-то прячется.

Молодые драконы смотрели, как Багг уходит, и устремили свои взоры на синего дракона - обычно стабильный синий дракон явно был тем драконом, у которого молодые драконы сейчас черпали идеи.

Белый дракон Камид уже давно вышел вперед, хотя среди драконов не было столь явного выражения эмоций, как среди людей, Камид все же несколько раз проявлял беспокойство, по поводу брата Гмота.

– Хочешь вернуться и проверить, Досс, кажется, что Карит не сбежала с Акзом и Гмотом, надо пойти и выяснить, что происходит.

Антаджена и Россани, не издававшие ни звука, тоже смотрели на Досса с нетерпением: в эти дни без укрытия драконьего гнезда молодые драконы даже не смели спать с закрытыми глазами, малейшее дуновение ветерка пугало их, как пугливых зверей на пастбище. Им надоели эти дни, и они скучают по безопасности, которая была у них в драконьем гнезде.

Досс согласился:

– Возвращайтесь и осмотритесь, с Карит и Акзом не придется бояться огров, даже если они вернутся на этот раз, если мы будем осторожны и бдительны.

Молодые драконы взмыли в небо, с нетерпением направляясь к драконьему гнезду, как путешественники, долгое время находившиеся вдали от дома. Синий дракон Карит мирно лежала посреди ущелья, которое изначально было гнездом молодых драконов, и лениво загорала, окруженная равновеликими фантомами Гмота и Акза, которые были делом рук человеческих магов.

Хотя люди, выглядевшие настолько хрупкими, что их можно было убить одним когтем, прятались в тени рядом с ней, магические запреты не позволяли ей думать больше, чем нужно.

Хотя она могла оказаться перед выбором - предать свой собственный вид, - она не чувствовала себя виноватой. На самом деле подавляющее большинство разноцветных драконов вели себя и действовали в соответствии с законом выживания зверей джунглей, который гласил: причинять вред другим ради выгоды для себя.

Она лишь надеялась, что люди сдержат свое обещание и отпустят их после того, как дело будет сделано, а что касается тех молодых драконов, то, хотя их и жаль, но ей было все равно: если ей дадут время, она сможет снова вывести новую партию молодых драконов.

В небе послышалось хлопанье драконьих крыльев, характерное для них: крылья дракона, опирающиеся на магию, издавали звук, похожий на то, как огромный брезент барабанит на сильном ветру, когда они делают длинные и мощные взмахи с большими интервалами. Карит посмотрела вверх: это были не кто иные, как несколько птенцов семьи, которые парили высоко в небе, настороженно поглядывая вниз.

Уилл Кларенс, прятавшийся в тени в магическом строю вместе с волшебником, подал знак, и волшебник рядом с ним мгновенно катализировал свою магию, снимая ограничения, наложенные на душу синего дракона, и Карит тут же испустила долгий, протяжный драконий рев, взывая к молодым драконам.

Молодые драконы прилетели со свистом, они не подозревали, что это ловушка, сейчас молодые драконы, которые были чуть лучше магических идиотов, не могли распознать тактику высших магов Карфагенской империи, и они вошли в окружение как само собой разумеющееся.

Когда молодые драконы обнаружили воинов и магов, вышедших из теневой магической формации, они отреагировали так, как будто их ловят как рыбу. Как Карон любил ловить рыбу на прямые крючки, так и эти молодые драконы стали рыбой на крючке: как только заклинание запрещения полета было активировано, они стали такими же, как рыба, прибившаяся к берегу.

– Ты действительно предала нас, Карит!

Гнев Кленаи превратился в пламя, когда она набросилась на физически худого волшебника, и остальные молодые драконы тоже бросились врассыпную, не желая быть пойманными со связанными руками.

Но все присутствующие воины были элитой, которую Уилл привёз из своей семьи, - все сильные воины, пробудившие свои силы и вышедшие на высшую ступень со среднем уровнем 4-5.

Сам Уилл был даже высокоранговым воином 11 уровня. Хотя после 16 уровня ему еще далеко до святого домена, но с такими способностями Уилл даже в имперском легионе может стать капитаном.

Молодые драконы, лишенные магической силы и способности к полету, не успели даже приблизиться к щиту магов, как их сбили с неба огненные шары, летящие в них, и лед, сконденсировавшийся на земле.

Крюки и цепи, наброшенные бойцами сзади, проникали сквозь их конечности и крылья и тащили птенцов назад, а затем пентаграммы, на которые они наступили, выпустили паутину, призванную связать драконов и заманить их в ловушку.

– Фантастика! - восторг Уилла был ощутимым, его длинные светлые волосы неудержимо колебались под воздействием бушующей в нем силы.

– Даже мой отец будет впечатлен мной после такого подвига.

Он повернул голову и обратился к воинам с тяжелым обещанием:

– Дальше просто ждите здесь, как пень, пока красный дракон не налетит, как кролик, и когда нам удастся его схватить, каждый из вас по возвращении получит золотые монеты, равные вашему весу.

– Нехорошо, нехорошо, - внезапно появилась из леса над каньоном бесплотная фигура - щуплая эльфийка в зеленом платье феи из лепестков. Казалось, что она сливалась с зеленым морем леса, эльфийка пробормотала про себя, красиво нахмурив брови:

– Этих дураков схватили люди, придется сказать Карону. Карон, но Карон, где же ты?