Шрамы

Полуволк сидел довольно близко к доктору. После того, как вскрылась правда про попадание Юнипер в темницу, Курт немного зауважал её и даже терпел колкости. Даже приближаться посмел, не зарычав от предупреждения и отвращения. Сидели они на полу, а силуэт зверочеловека был подле неё, от чего девушка могла услышать запах псины.

Взгляд жёлтых глаз уловил шрамы на левом предплечье у Юнипер. Странные шрамы. Едва различались следы ровного ряда зубов и двумя более чёткими углублениями ближе к вершине ободка давно зажившего укуса — очевидно от двух клыков. Что-то от взгляда на эти шрамы промелькнуло в голове у зверочеловека. Эти отметины показались ему хорошо знакомыми.

— Шрамы?.. — неловко спросил зверочеловек.

Юнипер нахмурилась, словно не понимая о чём речь. И только по направлению когтистой руки, указывающее ей на руку, она понимающе ахнула и воскликнула:

— А, эти? Оставил один буйный пациент.

Всё же она выхаживала раненых зверолюдей в своей аптеке, подвергнув себя опасности не только со стороны закона, но и со стороны беспокойных зверолюдей. Нередки были случаи, когда их инстинкт самосохранения выскакивал посреди лечения.

Однако этим ответом Курт не удовлетворил своё любопытно, через некоторое время вновь спрашивая, разнюхивая.

— Ты, случаем, Аисула не знаешь?

Девушка округлила глаза, заметно опешив от столь неожиданного вопроса.

— Аисул? Никогда не слышала это имя, — имя ей и вправду было незнакомо, даже само это слово Юнипер выговорила с акцентом.

Поняв это, волк облегчённо вздохнул.

«Слава Луне. Это был глупый вопрос, но на миг я подумал, что эта человеческая килен знает вожака. Конечно, не знает. Если бы встречала, её бы здесь не было,» — вот такие мысли одолевали разум Курта. Про себя он ещё добавил, что желает этой язливой, но всё же совестливой девушке никогда его не встречать.

Юнипер же примолкла, глубоко задумавшись. Она и вправду не знала этого имени. И от того ей становилось неимоверно тоскливо. Чтобы отвлечься от преследующих мыслей, Юнипер вдруг заулыбалась.

— И вообще-то невежливо спрашивать про шрамы. Особенно у девушки. Я же про твои молчу, — человеческая девушка поддразнивающе покрутила пальцем у себя у шеи.

Курт сразу понял смысл её слов и схватился за шею, моментально оскалившись и поджав уши.

— Знаешь, с тобой бесполезно вести серьёзные разговоры, — обиженный зверочеловек встал и прошёлся к противоположной стенке, демонстративно усаживаясь спиной к человеку.

Юнипер тихо усмехнулась, но улыбка быстро слезла с её губ, когда она приложила ладонь к задней части своей шеи, глубоко задумавшись. В голову невольно приходили воспоминания давно минувших дней.

***

В свои семнадцать лет Юнипер была ещё подмастерьем у своего отца. Проще говоря — девочкой на побегушках. Собирание трав и наблюдение за работой настоящего врача, принимающих сельских пациентов — вот были основные задачи Юнипер. Только недавно девушка добилась того, что перевязка ран будет оставаться за ней, дабы немного помочь отцу. Всё же он был несчастным вдовцом, возложивший на свои плечи заботу о здоровье целой деревни.

Хоть девушка в основном чувствовала себя бесполезной, батюшка всегда заставлял чувствовать её значимой. Каждый раз уходя собирать целебные травы, Юнипер говорили, что она всегда приносит хорошие растения, из которых получаются превосходные снадобья. Именно слова похвалы крутятся у юного фармацевта в голове, стоило ей пойти в лес за сырьём.

Их местность была умеренна по целебным травам. Зверобой, подорожник, одуванчик, крапива и тысячелистник. И это только те, которые росли изобильно. За некоторыми же она выходила в лес. Волков Юнипер не боялась — деревенский охотник всех их спугнул, так что девушка могла спокойно собирать травы и выкапывать подземные органы, для чего всегда носила небольшую лопату.

По случайности она и не заметила, как зашла слишком далеко в лес, увлёкшись собиранием земляники. Уж слишком привлекателен был её аромат, а вкус земляничного варенья с чаем из её же листьев уже устойчиво стоял во рту Юнипер. Пока её взгляд не увидел нечто странное — на низких ветках деревьев и кустарниках были странные красные следы, похожие на ягоды. Они тянулись неровной дорожкой по вытоптанной траве, словно раненый не ведал куда идти. Девушка подумала сначала, что это раненый зверь, однако что-то в сердце сжалось.

А вдруг это человек, на которого напал дикий зверь?

Мысль эта не давала покоя, и Юнипер более не могла заниматься собирательством. Она осторожно и тихо последовала за следами, предполагая возможность, что идёт в другую сторону от цели. Однако вскоре её глазам предстала пещера, скрытая от глаз кустами, да ещё и вход в пещеру находился в углублении. Превосходное место, чтобы спрятаться.

Дурость и отвага. Так бы описала свои действия нынешняя Юнипер, ибо этот этап в своей жизни она вспоминала бессонными ночами и неистово проклинала себя.

Прошлая же Юнипер без задней мысли вошла в пещеру. В ней было темно и сыро, но даже не тьма первая бросилась в глаза, а густой настойчивый запах крови, железом проникающим в ноздри. И к своему страху зелёные глаза девушки опустились, натыкаясь на лужу тёмной жидкости на каменном полу, к которой и тянулся этот злосчастный кровавый след.

Не успела девушка поднять взгляд, как она увидела боковым зрением странное движение чего-то бледного, словно призрак. Таковым движение было потому, что оно было чересчур плавным, словно действительно нечисть парила по воздуху. Однако не бесшумно. Был слышен непрерывный шум того, словно кого-то тащат по твёрдой поверхности со скрипом как от металлической кольчуги. Сердце ушло в пятки, и стук его казалось достиг перепонок, перебивая малейшие звуки.

Послышалось угрожающее шипение, разбившие последнюю надежду на то, что обнаруженное существо являлось человеком. Из-за явного шипения Юнипер казалось, что она угодила в яму со змеями. Однако это было ещё не всё.

Если пару секунд назад девушка была готова поклясться, что попала к огромному змею, что мог являться чудищем под горой, то сейчас взгляд её скользнул к изголовью этой дрожащей фигуры. И Юнипер непроизвольно ахнула, увидев, к телу змеи присоединялся человеческий торс с руками и головой, изгибающимся подобно своему хвосту.

«Зверочеловек!» — моментально сообразила целительница, попятившись спиной к выходу из пещеры для отступления. Если это был зверочеловек, то это было в сто раз хуже, чем встретиться с разгневанным змеиным божеством.

«Что здесь делает зверочеловек?! Их не встречали в округе по крайней мере лет 50!» — запаниковала Юнипер.

Однако, к сожалению, её страх как и её присутствие, не прошли незамеченными. Увидев незнакомое тепло, полузмей зашипел, забеспокоившись на мокрых камнях. Тем более, поддавшись на выход из пещеры, Юнипер ненароком спровоцировала его рефлекс охотника, увидевший добычу в бегах.

Не успев даже приблизиться к выходу из тёмной пещеры, Юнипер сбили с ног, ловко обвив и потянув за её лодыжку кончиком белого хвоста. Девушка повернулась на спину, когда её потащили по земле, приближая её к источнику шипящего звука. Глаза её округлились от страха, но в последний момент девушка выставила перед собой левую руку, которая сразу же встала на пути у разинувшейся пасти, вцепившейся мёртвой хваткой за внешнюю сторону предплечья человека. Раздался приглушённый и жалкий звук от резкой боли, издаваемый Юнипер. Пару длинных и острых клыков вонзились в кожу наряду с маленькими зубами, свободно проходя через ткань одежды. Подперев раненую руку другой, девушка обнаружила себя после болевого шока прижатой тушей полузверя, рычащего и кусающегося. Вмиг на её лицо упали длинные светлые волосы, но Юнипер из-за сильной боли не обратила на это внимания. Серебряные глаза сверкали в полутьме, не сводя взгляд от незнакомки. Если бы не её героическая левая рука, принимающей весь удар на себя, то эти клыки сейчас были вонзены в её сонную артерию это уж точно.

«Если эта тварь ядовита и выпустила в меня яд, то я считай уже мертвец,» — Юнипер в ответ уставилась нахмуренными от расползающейся боли зелёными глазами, играя со зверочеловеком в своеобразные гляделки.

Кровь капала на грудь девушки, стекала по руке, заставляя Юнипер всё больше отчаиваться в своей ситуации.

Любопытство сгубило кошку. Но её любопытство обнаружило, что нападавший на неё полузверь тяжело дышал и еле дрожал, а взгляд змеиных глаз был затуманен. И внезапно Юнипер поняла, что не только её кровь проливалась на часто вздымающуюся грудь. На левом плече у бледной полузмеи находилось тёмное пятно, которое не сразу заметила девушка, принимая во внимание, что её глаза были прикованы к клыкам, которые норовили прокусить руку до костей. В порыве адреналина и паники, Юнипер пыталась ухватиться за малейшую деталь, которая могла спасти её жизнь. Но принимая во внимание настойчивый запах крови и пятно на бледном плече в непроглядной темноте, можно было сделать вывод — зверочеловек ранен. Серьёзно ранен. Может даже смертельно. И в зелёных глазах мелькнула надежды от такой мысли.

— Я… — её голос предавала дрожь. — Ты ранен. Я могу помочь. Я доктор.

Зверочеловек казалось даже не придал значения человеческому голосу, и Юнипер даже подумала, что он не понимает человеческой речи. И вместе с этим её единственная надежда пропала.

Они лежали на холодном и неровном полу продолжительное время, Юнипер испытывала выносливость раненого полузверя, всё упорно наседающего на её покусанную руку, заставляя её всю дрожать и вскрикивать от боли. Однако зверочеловек более не нападал, лишь предупреждающе держал её руку в своих зубах, не давая ей пошевелиться. И спустя худшие десять минут полузмей разомкнул каменную хватку челюстей вокруг её руки, заставляя укус сочиться ещё больше в отсутствии затычки в виде зубов. Юнипер поёжилась, скрючившись на месте, когда вес полузверя пропал с неё. Девушка ухватилась за раненую руку. Чуть помедлив, Юнипер разорвала рукав от своей рубашки, туго намотав его выше раны, предупредив ещё большую потерю крови.

И тут зелёные глаза распахнулись, упорно глядя в угол, куда уполз её нападавший. Обнаружив его безвольно упавшего в собственную лужу крови, Юнипер мгновенно бросилась к выходу из пещеры, выбежав на свободу на чистый и свежий воздух, так контрастирующий с затхлым пещерным воздухом, пропитанным кровью. Лесной запах успокоил её разум, и девушка в бреду побрела домой, обернувшись к пещере на миг. Пережив что-то травмирующее, Юнипер желала поскорее забыть это и продолжить жить, как ни в чём не бывало. Только вот её рука болела.

«Нет, туда мне путь заказан.»

Шаг юного доктора вдруг замедлился — Юнипер замекшалась, стоило ей подумать о произошедшей ситуации глубже.

«Он там совсем один.»

«Серьёзно ранен.»

«Он потерял много крови.»

«… Отпустил тебя.»

Треклятые голоса кружились в её каштановой кудрявой голове. И даже голос разума не перекрикивал их. Конечно же нет. Моральные принципы, так тщательно высаживаемые её отцом в сердце дочери, сделали из Юнипер крайне совестливую персону.

Не прошло и пары часов как Юнипер снова стояла у входа в пещеру, сжимая в руке ремень сумки.

«Я точно об этом пожалею…» — корила себя целительница.

Осторожно преодолев границу травы и камня, Юнипер нырнула в тёмное пространство, видя уже знакомую извивающуюся фигуру. Чтобы не провоцировать лишний раз, девушка села у входа, делая себя ниже и визуально меньше. Зверочеловек, казалось, удивился её возвращению.

— Я пришла помочь. Я принесла лекарства, — медленно проговорила Юнипер, но никакой реакции не последовало. Ранее опасный зверь стал вялым и обессиленным, что сигнализировало о резко критическом состоянии.

Более не следуя осторожному настроению, Юнипер подбежала к полузверю, присаживаясь около опавшей бледной фигуры, чем вызвала недовольное шипение и попытку отодвинуться. Девушка нахмурилась, схватив того за больное плечо:

— Если ты будешь упрямиться и не давать себя лечить, я просто развернусь и уйду, — сказала Юнипер, прекрасно осознавая, что зверочеловек может её не понимать. Но словно инстинктивно не почувствовав какой-либо угрозы, полузмей расслабился, но шипеть при каждом подозрительным движении лекаря не перестал. Особенно когда она зажгла свечку в стеклянном подносе.

Девушка вытащила мешок с водой, омывая рану, и зверочеловек тут же оживился, из последних сил извиваясь хвостом и всем телом от резкой боли в плече с побеспокоенной раной. Юнипер же принялась в полумраке разглядывать рану, как только она немного отмылась от крови. Одна её рука держала светильник, а другая нервно теребила ремешок от сумки, невольно паникуя.

И тут же девушка горько вздохнула. Рана была глубокой, от острого предмета, до кости, возможно сломана ключица. Юнипер лишь единожды видела, как отец обрабатывал такую рану у крестьянина, которого отдыхающего случайно ударили серпом в поле. Тот не выжил, скончался от шока и потери крови.

Однако Юнипер лишь сильнее решилась попробовать. Несмотря на то, что рана была нанесена давненько, примерно несколько дней назад, видимого воспаления не было. Девушка полезла в сумку за обеззараживающим.

— Будет больно, — предупредила девушка, орошая рану спиртовым раствором, однако зверочеловеку это сильно не понравилось, так как эта жидкость щипала больше, чем вода. Полузмей думал, что его решили помучить перед смертью, и начал извиваться. Боль наверняка была сильнее, чем при непосредственном нанесении раны.

Зверочеловек ударил по спине девушки хвостом, бормоча что-то на своём языке, пытаясь дать ей понять, что ему больно. Зелёные глаза посуровели.

— Попытайся не терять сознание, — помучать зверочеловека девушка всё же решила, доставая из сумки округло изогнутую иглу и нитки. Увидев предметы, взгляд серебряных глаз наполнился страхом и фантомной болью.

С горем пополам девушка закончила зашивать его, сделав тринадцать неумелых швов, соединяя ровные края раны друг с другом. Из-за предсмертного состояния зверочеловека, лишённого всяких сил, он не мог даже нормально отбиваться или сопротивляться, лишь жалостливо шипя и хмурясь, сжимая в клыках любезно предоставленный кожаный ремешок от сумки. За швами последовала обезболивающую мазь, в которую Юнипер догадалась добавить кое-что из запасов отца, и бинты. На тот момент зверочеловек уже не воспринимал своё окружение, пустым взглядом сверля стену пещеры.

Плечо его было благополучно перевязано, и девушка удовлетворённо взглянула, промыв руки от чужой крови. Зелёные глаза заметили, как верхняя часть тела зверочеловека медленно спадает на землю.

«Потерял сознание! Я даже лечение не закончила. Что мне делать прикажешь?..» — с недовольством врача подумала Юнипер, усмехаясь над всей ситуацией.

Что она вообще делает? Помогает зверочеловеку? Эти раны он получил в борьбе против холодного оружия, а не от клыков и когтей своего сородича. А если он получил их, убив нескольких людей, и Юнипер из благородного врача стала пособницей убийцы? Что бы сказал отец…

Юнипер посмотрела на благополучно отрубившегося полузверя, на всякий случай проверив его пульс. Он потерял много крови и продолжает её терять, ибо бинт уже окрасился красным пятном. Девушка приподняла голову с ниспадающими белыми волосами, заставив принять вертикальное положение. Юнипер спустя время усердных раздумий достала склянку из сумки с лекарствами, которую она собрала на ходу из запасов отца. Слава богу последнего не было дома, видимо ушёл по домам к малоподвижным пациентам. Открыв склянку с резким запахом, Юнипер одним залпом опустошила её, набирая полный рот вяжущей жидкостью. Затем девушка приблизила лицо к бледному лицу зверочеловека, подмечая про себя, что у юноши были тонкие и красивые черты лица, несмотря на бледность и измождённый вид. Надавив на челюсть, тем самым приоткрывая рот, Юнипер прильнула к его губам, вливая лекарство напрямую. Разум у неё успокоился, когда она услышала характерные глотки. Отстранившись и утерев рот от остатков лекарства, стекающего к подбородку, целительница прижалась к стенке, почувствовав слабость. Слишком утомительным был день.

— Не умирай. А если проснешься, то не ешь меня, — отчаянно прошептала Юнипер, закрывая глаза. Ей нужно отдохнуть.