"Алая Нота и хор безумия"

В ту ночь деревня Грунфейн превратилась в ад…

Монстры? Да ладно, обычные твари — это скучно. Эти пришли с жалобой.

— Вы что, не читали указ? — рявкнул один, размахивая потрёпанным свитком. — «Все деревни обязаны платить налог черепами!» А вы? Ни одного черепа за месяц!

— Да у нас тут только пьяницы! — завопил староста. — Их черепа даже монстрам не годятся!

— Не наше дело! — проскрипел «рыцарь-неудачник» в ржавых латах. — Нам же зарплату не платят, если квоту не выполним!

И тут… ОН появился.

Темный силуэт, меч — как серебряная молния, а на маске… алая нота, светящаяся в темноте.

— Ночная Нота! — завопили девушки из толпы.

Да-да, у него уже есть фанатки. Даже в апокалипсисе найдется место фан-клубу… и налоговым разборкам.

Один монстр, пошире в плечах (видимо, местный «качок» среди нечисти), выступил вперед:

— Ты кто такой, маска?! У нас тут трудовой спор!

Нота не ответил. Он просто сыграл на клинке.

Дзинь! — и голова «качка» покатилась, издавая обиженный рык:

— Эй, я же в отпуск завтра собирался!..

— Как круто! — вздохнула рыжая крестьянка.

— Я рожу от него ребенка! — заявила другая.

Нота споткнулся.

Эйлин Граунфейн: "Я не должна влюбляться! (Но он такой харизматичный…)"

— Меня зовут Эйлин Граунфейн, и я… официально в беде, — скрестила руки графиня, наблюдая, как её деревня горит.

Её серебристые волосы (да, она пафосная) развевались на ветру, а в голове крутилась одна мысль:

— Черт, он крутой… Но я же будущая жена принца! — мысленно вскрикнула она. — Хотя какая разница? Королевская семья даже не ответила на мое письмо! Они, наверное, его в камин швырнули со словами: «Грунфейн? Это где-то рядом с задницей мира?»

Но тут…

— Где он?! — раздался новый голос.

Из толпы выбежала принцесса Анфиса (да, та самая, которая «забыла» сказать, что посещает эту дыру).

— Я хочу его ребенка! — заявила она, сверкая глазами. — Не знаю ни имени, ни лица… Но его нота на маске — это уже символ нашей любви!

Эйлин закатила глаза:

— Ты даже не спросила, есть ли у него мозги под этой маской.

— Зачем? У него же меч!

Нота, наблюдавший за этим из тени, тихо охнул.

Королевство Эндрфурен — великое, могучее… и абсолютно пофигистичное

— Нам нужны новые земли! — кричал король.

— А наши деревни горят! — напоминала принцесса.

— …Новые земли!

Армия? Заточена на поиск других королевств. Монстры? Пусть сами разбираются.

Но Ночная Нота… Он явно не отсюда.

Его скорость — нечеловеческая.

Его сила — как у демона.

Его возраст? Лет 17, если верить принцессе.

— Откуда он? — шептались люди.

— Может, он бог?

— Или просто парень, у которого куча проблем?

Нота предпочёл скрыться.

Но нота на его маске светилась ещё ярче…

Ночная Нота и его невольные поклонницы

Ночная Нота, скрываясь в тени, вдруг ощутил ледяной холод за спиной. Это был не страх — а взгляд принцессы Анфисы, горящий, как адское пламя.

— "Мой будущий отец ребёнка... Какой у него голос? А вдруг он карлик?!" — бормотала она, записывая каждую деталь в блокнот.

Рядом, затаившись на крыше, Эйлин Граунфейн кусала губу. "Я не должна... Но почему он так ловко уворачивается?"

Но ни одна из них не заметила Лукию — эльфийку-рабыню с острыми ушами и кандалами на запястьях. Та бесшумно скользнула в тень, шепча в магический камень:

— "Господин Граунфейн... Ваша дочь следит за каким-то маскедом. Возможно, у неё... чувства."

Где-то в замке раздался грохот — отец Эйлин разнёс стол ударом кулака:

— "Чёрт бы её побрал! Если этот «Нота» — крестьянин или раб, я сожгу его на площади!"

Лукия вздрогнула. Мать… Та самая, что учила её не показывать уши и всегда держать язык за зубами. Пока не исчезла в одну ночь.

Нота, не подозревая о заговоре, споткнулся о кошку, и та фыркнула: "Бездарь!" Его маска съехала, обнажив острый клык — но он тут же дёрнулся в сторону.

— "Ай! Ой! Чёрт, это больно..." — его голос звучал то ли как у перепуганного юнца, то ли как у девушки в панике.

Анфиса, размахивая пером, кричала:

— "Я научусь фехтовать! И тогда ты точно меня заметишь!"

— "Ага, особенно когда я буду от тебя убегать!" — рявкнул Нота, случайно срывая маску… но тут же дёрнул её обратно.

Учебник по выживанию от Ноты

Вдруг из толпы вышел староста деревни, размахивая потрёпанной запиской:

— "Смотрите-ка! Ночная Нота оставил нам... учебник по мечам!"

Бумага была испещрена корявыми, но точными рисунками — как держать клинок, как рубить. Внизу подпись:

"Дорогие жители. Я был тут случайно. Хотите выжить? — Учитесь. Ваш Н.Н."

Толпа замерла.

— "Говорят, где он появляется — монстры исчезают..." — прошептал кто-то.

— "Или просто убегают от его криков!" — ржал пьяный кузнец, свалившийся с крыши.

Анфиса, отвлёкшись на спор о росте Ноты, упустила его из виду.

— "Где он?! Я же почти... почти..."

Эйлин, наблюдая с крыши, нечаянно закрыла глаза — слишком устала от долга и мыслей.

Результат? Она рухнула прямо на Анфису.

Нота, глядя на эту свалку из аристократок, вздохнул:

— "Лучше бы монстры... Хотя нет. С этими — страшнее."

Кровавая луна над Грунфейном

Деревня спала, когда луна внезапно окрасилась в багровый цвет. Из тумана вышла Рули Бейстела — полуфенрир с безумными глазами, мечом из кости и… нелепым детским бантом на хвосте.

— КТО ВИДЕЛ МОЕГО НОТУ?! — завыла она, и от её голоса стёкла в кабаке затрескались.

Староста шлёпнулся в лужу. Кузнец перекрестился:

— Это не девушка, это стихийное бедствие!

Только маленький Томми, пятилетний сорванец, восторженно завопил:

— У-у-у-у! — и начал передразнивать её движения.

Рули, неожиданно тронутая, схватила его за шиворот:

— Наконец-то адекватный человек! Ты… будешь моим учеником!

— Я научу тебя… э-э-э… не кусаться! — осеклась она, вспомнив, что люди это не одобряют.

Томми надулся:

— Но мама говорит, кусаться — плохо!

— Твоя мама… умная женщина, — вздохнула Рули.

Охота на Ноту

Анфиса, сверкая глазами, подбежала с подносом пирожных:

— О, новая подруга! Хочешь торт?

Рули облизнулась, но тут же нахмурилась:

— Я… я ищу одного дурака. Со шрамом. Нотой. Вдруг смутилась: Он… обещал вернуться.

Анфиса всплеснула руками:

— Ты влюбилась! Мы теперь сёстры!

— Я НЕ ВЛЮБЛЯЮСЬ! — зарычала Рули, но хвост предательски завилял. — Я просто хочу… разорвать его! Или обнять. Зависит от настроения.

Тем временем Томми, объявивший себя «сыном фенрира», попытался укусить Рули за хвост. Та машинально подбросила его в воздух, а он визжал от восторга.

Нота, услышав её вой, нырнул в колодец.

— Чёрт, чёрт, чёрт… Почему она здесь?!

Перед глазами мелькнуло воспоминание:

Деревня Рунфенстор, два года назад. Маленькая Рули, ещё без шрамов, кормит его ягодами. Он клянётся: «Вернусь…»

Реальность оказалась прозаичнее:

— Ах да… Я же сбежал.

Тут Рули, уловив его запах, взревела на всю деревню:

— НОТААА! ТЫ ДОЛЖЕН МНЕ 10 ЛЕТ СЧАСТЛИВОЙ СЕМЕЙНОЙ ЖИЗНИ!

Теперь Рули и Анфиса неразлучны:

— Рули учит её выть по-волчьи.

— Анфиса пугает сов тортом.

— Томми кусает всех подряд, кроме Рули — она его «мама» теперь.

Нота в панике пытается срочно уйти в подполье, но Лукия уже шепчет в магический камень:

— Господин Граунфейн… тут появилась полуфенрирша. И она… знает Ноту.

Где-то в замке раздаётся грохот — отец Эйлин разносит очередной стол.

Деревня Грунфейн больше никогда не будет прежней.

Принцесса Анфиса с любопытством наблюдала, как Рули Бейстела методично крошила пятое печенье подряд. Полуфенрирша нервно подёргивала ухом, явно прислушиваясь к чему-то.

— Ты так и не рассказала, как он выглядит, — кокетливо подтолкнула её Анфиса.

— Зачем? Всё равно сначала укушу, потом спрошу, — буркнула Рули, но кончик хвоста дёрнулся.

В этот момент мимо прошла пара влюблённых. Девушка смеялась, опираясь на руку молодого человека.

Ноздри Рули дрогнули.

— Его запах! — она вскочила, опрокинув стул. — Но не от них... Где-то рядом...

Анфиса едва успела схватить её за плащ:

— Подожди! Может, это просто...

Но полуфенрирша уже мчалась по улице, нюхая воздух, как гончая.

Запах привёл их в уютную пекарню, где витрины ломились от тёмных пирожных с алыми нотами. Рули ворвалась внутрь, громко объявив:

— Я ЧУЮ ЕГО! ГДЕ ОН?!

Перепуганный пекарь уронил лопатку:

— К-кого, мадам?

Анфиса указала на пирожные:

— Откуда у вас этот рецепт? Кто его придумал?

— А, "Чёрные ноты"! Пекарь расслабился. Их раньше "Ночными нотами" звали. Парень один принёс рецепт...

Рули насторожила уши:

— Какой парень?

— Тихий, в маске. Говорил, лица не покажет — боится, что в нём разочаруются. Пекарь понизил голос. А потом... исчез. Ровно два года назад.

Тихий скрип раздался с чердака.

На чердаке

Нота прижался спиной к мешкам с мукой. "Чёрт, чёрт, чёрт..."

Воспоминания нахлынули:

— Ты... не испугался меня? — маленькая Рули смотрела своими золотыми глазами.

— Зачем бояться? Ты просто... ты.

Теперь же...

Внизу Рули вдруг замерла. Её нос дрогнул.

— Он... здесь.

Анфиса тут же схватила пекаря за рукав:

— А в чём особенность рецепта? Может, ингредиенты особенные?

— Ну... мёд только с северных лугов, — задумался пекарь. — Говорил, что там...

Грохот! Рули уже карабкалась по лестнице на чердак.

Нота в панике огляделся. Окно. Только бы успеть...

— ТЫ ДВА ГОДА ПЕК ПИРОЖНЫЕ, ВМЕСТО ТОГО ЧТОБЫ... — рёв Рули разнёсся по всей улице.

Анфиса же, разглядывая пирожное, вдруг улыбнулась:

— Так вот почему он пахнет мёдом...

Где-то на крыше соседнего дома тень с острыми ушами торопливо скрылась в переулке.

А на прилавке осталось одно нетронутое пирожное... с откусанным уголком.

Тронный зал замка Эндрфурена. Король Утец (его официальный титул - "Его Бесчеловечное Величество") разглядывал карту, испещренную красными крестами там, где когда-то были деревни. Его толстые пальцы сжимали кубок с вином, но пил он редко - лишь когда вспоминал о том, что никогда не сможет иметь собственного наследника.

— Ваше Величество, — голос советника дрожал. — Принцесса Анфиса пропала. Уже неделю её нет в замке.

Король медленно поднял взгляд. Его глаза, обычно холодные, на мгновение смягчились. Анфиса... Единственное, что осталось от младшего брата. Того самого, который всегда говорил: "Люди - не расходный материал".

Но мгновение прошло.
— Пропала? Ну и хрен бы с ней! — рявкнул он, швыряя кубок в стену. — Нам бы другие королевства найти, а то экономика в жопе! Всё из-за этого проклятого расслоения! Низшие не хотят работать, средние воруют, а высшие...

Он замолчал, глядя на старую афишу с изображением рыцаря в маске. Как же всё было просто, когда тот парень был рядом...

— Кстати... а куда делся наш лучший рыцарь? Тот, что с элементом и танцующим клинком?

Тишина.

— ...Два года как пропал, Ваше Величество.

Король провёл рукой по лицу.
— А ведь с ним не было этого дурацкого расслоения...

Тронный зал. Молодой ещё Утец слушал доклад о бунте в деревне Грунфейн.

— Они требуют снижения налогов, Ваше Величество, — докладывал министр. — Говорят, нечем кормить детей.

— Расстрелять! — рявкнул Утец.

И тут вперёд вышел он. Рыцарь в маске. Его клинок чуть подрагивал, будто в такт невидимой музыке.

— Позвольте мне поговорить с ними, Ваше Величество.

— О чём?! Они же скоты!

— Они люди, — просто сказал рыцарь.

Утец фыркнул, но разрешил.

Через три дня деревня не только заплатила налоги, но и добровольно увеличила поставки зерна.

— Как ты это сделал? — удивился Утец.

— Я их выслушал, — пожал плечами рыцарь.

Король вздохнул.
— Эх... а ведь с ним не было этих дурацких бунтов. Какой же у него был элемент?.. Зигзаг?

— Нет, Ваше Величество, не зигзаг.

— Молния?

— Тоже нет.

— Чёрт, ну как же...

Король махнул рукой, подзывая генерала Устрюха — единственного, кто ещё помнил те времена.

— Устрюх! Ты же с ним водился. Какой у него был элемент?

Генерал почесал затылок.
— М-да... Дай-ка вспомнить...

— Ты же с ним пил, воевал, а элемент забыл?!

— Ну... его клинок словно танцевал. А элемент... Он мог говорить с кем угодно. С крестьянином, с купцом, даже с вами, Ваше Величество. И после этого разговора люди... менялись.

Король замер.

— ...Слово?

— Да нет...

— Обаяние?

— Тоже мимо...

И тут оба одновременно хлопнули себя по лбу.

— НОТА!

— Вот точно! — закричал Утец. — Мы же его звали Ночной Нотой! Потому что его слова звучали, как музыка!

Генерал кивнул.
— А ещё потому, что его клинок "пел" в бою.

Король вдруг оживился.
— Устрюх! Немедленно сделать листовки с его розыском! Награда... сто тысяч золотых! Нет, двести!

— Но, Ваше Величество...

— Молчать! Если он смог уговорить одну деревню, сможет и остальные! Экономика наладится, и мы наконец захватим эти проклятые земли!

И тут в зал ворвался гонец:
— ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! В ДЕРЕВНЕ ГРУНФЕЙН ПОЯВИЛАСЬ ПОЛУФЕНРИРША, ПРИНЦЕССА АНФИСА И КАКОЙ-ТО МУЖИК В МАСКЕ!

Король медленно поднял глаза к потолку.
— Ну вот, начинается...

Нота, затаившись в тёмном углу чердака, вдруг почувствовал знакомое щекотание в носу.

"Опять... Это же..."

Воспоминание (2 года назад):
Молодая эльфийка-рабыня Ирия впервые улыбнулась, когда он дал ей фамилию "Лукрина".

"Благодарю, господин", - прошептала она, и солнечный луч упал прямо на её нос.

Апчхи! - громко чихнул Нота, ударившись головой о балку.

Это он! - тут же завопила Рули внизу. - Чихает так же мило, как два года назад!

Нота в ужасе зажал нос. "Чёрт, она запомнила даже ЭТО?!"

В замке Граунфейнов разгорался скандал:

200 тысяч? - фыркнула Эйлин, читая королевский указ. - И что? Я не продажная!

Дурочка! - отец швырнул на стол мешок с золотом. - Это не просто награда! Король явно знает, кто он! Значит, он...

...знатный род? - подняла бровь Эйлин.

Хуже! - закричал отец. - Он ДЕНЬГОНОСНЫЙ! А ребёнок от него...

...будет полукровкой, - холодно закончила Эйлин.

Будет ЗАКОННЫМ наследником двух состояний! - поправил отец. - Иди лови его, пока принцесса не опередила!

Тем временем в кабаке:

200 тысяч за голову моего будущего мужа?! - Анфиса в ярости рвала королевские листовки. - Да я лучше сама заплачу, чтобы его НЕ ловили!

Ваше высочество, - осторожно сказал советник, - это же целое состояние...

Плевать! - принцесса швырнула в него пирожным. - Я хочу ребёнка от него, а не денег! Папаша может хоть миллион предложить - мне нужен ТОЛЬКО ОН!

Рули одобрительно завыла:

Верно! Сначала кусаем, потом спрашиваем!

Именно! - кивнула Анфиса, не поняв, но поддержав

Лукия наблюдала этот цирк, сжимая в руке медальон. Вдруг её уши уловили:

Чёрт, опять чихнул... - донёсся из-за бочки знакомый голос.

Её глаза расширились. "Он... здесь?"

Но когда она подбежала, там никого не было - только кошка, демонстративно вылизывающая лапу.

Бездарь, - сказала кошка и исчезла.

 На окраине деревни появилась новая листовка:

"НАГРАДА: 300 тысяч за живого Ноту ИЛИ 50 тысяч за его ребёнка (любого возраста)"

Подпись: "Отец Эйлин. Гарантия конфиденциальности".