"Соседский шпионаж и тактическое печенье"

Тень на мониторе заставила кровь застыть в жилах. Это был не бесцельный зомби. Это был целенаправленный, живой и явно недружелюбный визит.

— Он здесь, — прошептал Лекс, его пальцы замерли над пультом. Вся его уверенность «смотрителя» испарилась, сменившись паникой затравленного зверя. — Он знает, где я. Он знает про башню.

Капитан уже схватил свой «тактический сухарь», готовясь к обороне.
— Тактическая оценка: враг проводит разведку местности. Возможно, готовится к штурму.

— Штурму? ЧЕМ? — зашипел Кай. — Громкими криками? Он же тоже не может их убить!

— Но он может их на нас натравить! — голос Элис дрожал. — Представьте, если он направит сюда всех разъярённых...

Лекс резко дёрнул один из рычагов. Снаружи, у подножия башни, раздался оглушительный, пронзительный визг сирены. На всех мониторах зомби в радиусе сотни метров дружно вздрогнули и попятились от башни, как от раскалённого железа.

— Эвакуационная тревога, — пояснил Лекс. — Купил нам минут десять. Меньше. Он уже всё видел.

План родился спонтанно и был так же безумен, как и всё в их жизни.
— Он был один, — сказал капитан. — Значит, он не ждёт атаки. Он наблюдатель. Мы должны найти его первыми.
— Как? — спросил Кай. — Спрятаться за углом и прыгнуть на него с криком «Сюрприз!»?
— Почти, — неожиданно согласился Лекс. Он полез в груду хлама и вытащил три старые, потрёпанные рации. — Канал 3. Дальность полкилометра. Вы идёте на разведку. Я буду смотреть с высоты и направлять вас. И ради всего святого... ТИШИНА.

Так началась операция «Немая слежка». Кай, капитан и Элис, вооружённые рациями и решимостью, снова вышли на улицу. Теперь они охотились. Но на кого?

Комедия ситуации достигла новых высот абсурда.
Рация Кая шипела, и в ней звучал голос Лекса:
— Проблема №47, я вижу вас. Вы идёте слишком громко. Вы топаете, как слон в балетной пачке.
— Я не топаю! — прошипел Кай в рацию.
— Шшшш! — зашипели в ответ сразу три голоса — Лекс, капитан и Элис.

Лекс, с высоты своей башни, руководил ими, как гениальный, но помешанный режиссёр.
— Цель предположительно в зоне возле разрушенной булочной. Капитан, обойди слева, используя разбитый автобус как укрытие. Перекатывайся. Это уменьшит звуковой след.
Капитан, не моргнув глазом, повалился на землю и начал перекатываться к автобусу, сжав в руке свой сухарь.
— Он... перекатывается, — с ужасом прошептал Кай, наблюдая за этим.
— Эффективно! — донёсся из рации одобрительный голос Лекса.

— Вижу движение! — прошептала Элис в рацию, указывая на груду ящиков. — Там что-то есть!
Трое замерли. Из-за ящиков действительно что-то показалось. Медленно, крадучись.
Это был Борис. С невозмутимым видом он подошёл к стене, прислонился к ней и начал методично биться о неё головой. Тук. Тук. Тук.
— Ложная тревога, — вздохнул Лекс в рации. — Это местный... э... перформер. Игнорируйте.

Кай был готов взорваться от ярости. Они ползали по пыли, перекатывались, как колбаски, а их враг был призраком.

Они обыскали всё вокруг. Никого. Казалось, тень растворилась в воздухе.

— Возможно, он ушёл, — предположила Элис, вытирая пот со лба.
— Или он нас обманул, — мрачно сказал капитан. — Пока мы искали его здесь, он...

Голос Лекса в рациях прервал его. В нём слышалась паника, смешанная с изумлением.
— Ребята... Возвращайтесь. Срочно. У меня проблемы.

Они бросились назад, в башню, предчувствуя недоброе.

Картина, открывшаяся им, была surреалистичной. Лекс стоял посреди своего хаоса, бледный как полотно. В его руках была записка. А на его диджейском пульте, прямо на самом главном рычаге, лежало аккуратное, идеально круглое... печенье с предсказанием.

— Это... это было на пульте, — прошептал Лекс. — Я отвернулся на секунду. Его тут не было.

Кай взял записку. На ней был нарисован схематичный смайлик с подмигивающим глазом. И больше ничего.

— Печенье? — Элис подняла его. Оно было настоящим. На обороте была надпись: «Ждёт вас большое потрясение».

— Он был ЗДЕСЬ! — закричал Лекс, и в его голосе впервые послышалась истерика. — Пока вы его искали снаружи, он прошёл сюда! Он был в моей башне! Он трогал мой пульт! Он... он оставил мне печенье!

Это было хуже, чем любая атака. Это был унизительный, мастерский троллинг. Их враг не просто был опасен. Он был насмешлив.

Капитан, всегда сохранявший подобие спокойствия, первый опомнился. Он подошёл к карте Лекса и внимательно её изучил.

— Смотритель, — сказал он строго. — Ваши «крестики». Вы сказали, это зоны звуковых угроз. А это? — Он ткнул пальцем в несколько крестиков на окраине, которые были обведены красным кружком.

Лекс, всё ещё дрожа, подошёл ближе.
— Это... это зоны, где его сигнал самый сильный. Где он проводит свои эксперименты.

— А это что за здание? — Капитан ткнул в самое большое здание в центре красного круга.

Лекс присмотрелся, и его лицо вытянулось ещё больше.
— Старая городская радиостанция. С мощными передатчиками. Она заброшена... Я думал...

— Он не просто пришёл сюда, чтобы пошутить, — капитан обвёл всех тяжёлым взглядом. — Он пришёл сюда, чтобы изучить ваше оборудование. Потому что его собственное... у него лучше. Он готовится к чему-то большому. И радиостанция — его цель. Он хочет не просто злить их. Он хочет говорить с ними. Со всеми сразу.

В башне повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим, довольным посапыванием Бориса снаружи. Их враг был не пироманьяком. Он был проповедником. И он готовился обратиться к своей пастве.