Биржа Скверны

Люцифер стоял в двух шагах позади Кайто, его присутствие было похоже на сгустившуюся грозовую тучу. Багрово-фиолетовое сияние, исходившее от него, обжигало не кожу, а самую душу. Демоны, встречавшиеся им по пути, шарахались в стороны, испуганно шипя. Кайто шёл впереди, внешне невозмутимый, но внутри анализировал новый «актив». Ангел был мощным сдерживающим фактором, но его лояльность висела на волоске, на тонкой ниточке зависимости от Грехов.

— Сегодня, — сказал Малхус, ведущий их через лабиринт всё более помпезных и ужасающих улиц, — мы посетим место, где заключается настоящая власть над Адом. «Биржу Скверны». Запомни, всё, что ты видел до сих пор — лишь чёрный рынок. Биржа — это сердце финансового Ада.

Они подошли к гигантскому сооружению, напоминавшему собор, построенный из застывших криков и спрессованных кошмаров. Вместо витражей в стенах пульсировали светящиеся руны, отображающие котировки. Вместо церковного пения — оглушительный рёв тысяч голосов, выкрикивающих названия товаров и цены.

— Что здесь торгуют? — спросил Кайто, его взгляд скользил по безумной архитектуре зала.

— Всём, — ответил Малхус. — Фьючерсами на души ещё живых грешников. Облигациями, обеспеченными страданиями целых городов. Пакетами мелких пороков. Опционами на будущие предательства. И, конечно, чистым экстрактом Грехов — валютой высшего порядка.

Кайто чувствовал, как его собственный «Неискупленный Долг» на него reacts, словно гигантский магнит, притягивая алчные взгляды. Мелкие трейдеры, похожие на помесь гоблинов и пиявок, тут же облепили их.

— Слушай! Мальчик с большим долгом! Продай мне часть! Я даю двадцать процентов!

—Нет мне! Тридцать! С переуступкой прав на твои будущие мучения!

Кайто отмахнулся от них, как от назойливых мух. Его разум работал с бешеной скоростью, анализируя потоки информации. И тут его осенило. Его Долг — это не обуза. Это актив. Ликвидный и уникальный.

Он повернулся к Малхусу. — Я хочу выпустить облигации.

Малхус, обычно невозмутимый, поперхнулся. — Что?

— Облигации, обеспеченные моим «Неискупленным Долгом». Мы назовём их «Облигации Перерождения Кайто». Суть проста: инвесторы покупают долю в моём Долге. Если мне удастся выкупить себя и вернуться в мир живых, они получат стократную прибыль в виде... эссенции моего искупления. Если же я потерплю неудачу и буду уничтожен, они получат мою распылённую душу в качестве компенсации.

Малхус смотрел на него с восхищённым ужасом. — Это... самое гениальное и самое безумное, что я когда-либо слышал. Ты превращаешь собственную душу в финансовый инструмент. Ты продаёшь надежду на своё спасение как спекулятивный актив.

— Именно, — Кайто уже искал глазами площадку для объявлений. — Мы разместим первый выпуск. Скажем, на сто тысяч Грехов.

Новость разнеслась по Бирже с мгновенной скоростью. Поднялся невообразимый шум. Кто-то смеялся, кто-то негодовал, но все были заинтригованы. Ад никогда не видел ничего подобного.

Кайто стоял на импровизированном подиуме, пока магические свитки с условиями контракта материализовались в воздухе. — Предлагаю вам инвестировать не в страдание, а в искупление! Шанс сорвать джекпот, который бывает раз в тысячелетие!

Началась торговля. Цены росли. Демоны-трейдеры, движимые жадностью и азартом, скупали облигации. Кайто наблюдал, как его «долг» превращается в капитал. Он чувствовал головокружение от успеха.

И тут толпа расступилась. К ним медленно шла демонесса в платье из жидкого обсидиана. Её красота была ледяной и совершенной, а глаза источали такую древнюю мощь, что даже Люцифер за его спиной напрягся.

— Архидемон Астарта, — почтительно прошептал Малхус, склонив голову.

Демонесса остановилась перед Кайто. Её взгляд скользнул по светящимся облигациям.

— Остроумно, — её голос был похож на звон хрустальных бокалов. — Я выкупаю весь выпуск.

В зале воцарилась мёртвая тишина.

— Весь? — переспросил Кайто, сохраняя внешнее спокойствие.

— Весь, — она протянула руку, и в воздухе возник контракт, подписанный её печатью — пылающим сердцем, пронзённым кинжалом. — Сто тысяч Грехов переведены на твой счёт. Поздравляю. Теперь ты в долгу передо мной. Лично.

Она повернулась и ушла, оставив за собой шлейф ледяного аромата и абсолютную тишину.

Кайто стоял, сжимая в руке свиток, подтверждающий перевод средств. У него был капитал. Теперь у него была настоящая власть для действий. Но он также приобрёл внимание и долг перед одним из самых могущественных существ Ада. Он получил всё, о чём мечтал, и подписал себе новый, куда более страшный приговор.

Люцифер наклонился к его уху, и его шёпот был полон горького удовлетворения: — Поздравляю, брокер. Ты только что продал душу дважды. Интересно, хватит ли у тебя их на всех?