Постепенно меняющийся Какаши.

Глава 85: Постепенно меняющийся Какаши.

Детям нельзя лгать, но и нельзя давать им необдуманных обещаний — они очень серьёзно запоминают каждое сказанное вами слово.

Из-за слов, сказанных Учихой Итачи прошлой ночью, ни он, ни Китахара как следует не выспались. На рассвете Саске поднялся и начал тянуть брата за руку, чтобы тот проснулся.

— Онии... Онии-сан...

Учиха Итачи сонно открыл глаза, глядя на младшего брата, лежавшего на его подушке:

—Саске, что случилось? Тебе нужно в туалет?

— Кушать... кушать...

Маленький детёныш ткнул пальчиком в свой рот.

Учиха Итачи с недоумением посмотрел в окно... Небо ещё даже не начало светлеть? Даже если зимой световой день короток, это всё равно слишком рано!

— Кушать...

Пухлое личико Саске выражало исключительную серьёзность.

— ...Ладно.

Учиха Итачи с покорностью поднялся с постели и начал готовить завтрак для всей семьи. С тех пор как он стал ниндзя, Микоти редко позволяла ему помогать на кухне.

— Иди со мной, не мешай Китахаре...

Не успел Учиха Итачи договорить, как увидел, что его младший брат, пошатываясь, подошёл к постели Китахары и громко прокричал:

— Эй! Ха! Ё!

— Кар!

Ужасающая аура мгновенно вырвалась из-под одеяла, отшвырнув Саске. Огромная чакра тут же вышла из-под контроля... Вся семья Учиха проснулась.

— ...

Ранним утром у ворот Конохи было безлюдно, лишь несколько отрядов ниндзя отправлялись на задания.

Учиха Итачи и Китахара ждали прибытия Какаши. Поскольку Саске заставил их обоих подняться на рассвете, они прибыли к воротам деревни немного раньше времени. Некоторые заметившие его люди перешёптывались о чём-то.

В конце концов, Учиха Итачи стал известным именем ещё со времён экзаменов на чунина.

Ниндзя из отправлявшегося на задание отряда внезапно повернул голову:

—Это Учиха Итачи? Тот самый малыш, который выпустился с нами в этом году?

— Думаю, да! Кроме него, в деревне нет других ниндзя такого возраста.

Джоунин-руководитель отряда ворчливо потрепал по головам своих двух учеников по очереди:

—Сверстник младше вас уже получил повышение до чунина, а вы всё ещё не стараетесь!

— Учитель, мы не успели поучаствовать в экзаменах на чунина в этом году. Ничего страшного, получим повышение в следующем году!

— Экзамены на чунина не так просты! — Джоунин-руководитель был разочарован несоответствием своих учеников. Они были слишком легкомысленны. Он посмотрел на единственного спокойного ученика: — Если вы трое сможете хорошо сработаться, у вас ещё есть шанс пройти...

— Эй! Эй! Эй! Я знаю! Но Хаято слишком быстрый!

— Будущий чунин Хаято Гекко, какие будут приказания?

— ...

Тихий юноша в хвосте отряда нахмурился, посмотрел на своего товарища, обнявшего его за шею, и пару раз слегка кашлянул:

—У вас есть лекарство от простуды? Думаю, я, возможно, простудился...

— Эй, эй, эй, почему ты всегда без причины болеешь!

— Я собираюсь стать Хокаге! Но сейчас мне кажется, что я в итогу стану ниндзя-медиком просто из-за необходимости готовить для тебя лекарства, придурок!

Какие же весёлые ребята!

Учиха Итачи с завистью наблюдал, как этот жизнерадостный отряд удаляется. Такая обычная жизнь ниндзя временами вызывала тоску!

Его собственный путь ниндзя тоже был странным. Он последовательно служил под началом Джирайи и Учихи Шисуи, а теперь попал в отряд Анбу Какаши Хатаке.

Его товарищи или начальники не могли дурачиться так, как они. В конце концов, все уже были очень зрелыми психологически... за исключением того старика Джирайи, который всё ещё вел себя по-детски.

Маленький мальчик заметил взгляд ворона у него на руках, с недоумением посмотрел на удаляющийся отряд ниндзя и спросил:

—Китахара, ты их знаешь?

— Кар...

Ворон кивнул. Среди них был победитель в жизни!

— Доброе утро!

Какаши Хатаке помахал им издалека. Только подойдя ближе, он удивлённо произнёс:

—Вы, ребята, довольно рано! Я ведь не опоздал?

Учиха Итачи и Китахара в унисон покачали головами:

— ...

Этот парень Какаши... на самом деле не опоздал!

Незаметно Какаши избавился от многих плохих привычек. Оставалось ещё много дел, которые ему предстояло сделать. Он постепенно становился тем седовласым гением, на которого равнялись все его сверстники.

На самом деле, возможно, также потому, что его предыдущие изменения не были замечены другими. А тем, кто заметил перемену в своём друге, оказался, как ни странно, Гай, который не умел говорить, но мог только действовать...

По пути к границе Страны Рисовых Полей Какаши Хатаке был странно дружелюбен, хорошо заботясь о своём младшем товарище. Он также вёл себя очень по-старшински при устройстве лагеря.

Это полностью разрушало его прежний образ.

Учиха Итачи взял переданную им флягу с водой и с благодарностью кивнул:

—Сэнпай Какаши совсем не похож на того, о ком говорят в деревне!

— Хм, возможно, здесь какое-то недоразумение. — Какаши Хатаке не стал много спорить, протянул руку, чтобы подправить костёр, а затем заботливо накрыл ворона одеялом из своего рюкзака.

Ворон высунул голову из тёплого одеяла:

—Кар...

Этот Какаши, внезапно такой внимательный, не пытается ли он меня обмануть?

Аномалию нового начальника Учиха Итачи заметил не сразу, потому что его два предыдущих начальника были очень дружелюбны. Но Китахара отлично знал, будь то в его прошлой жизни или этой, Какаши Хатаке не был порядочным человеком...

Каждый день он либо держал в руках «Ича Ича Рай» и игнорировал всех остальных, либо словесно насмехался над окружающими. Даже Команда 7 и Ямато сильно от этого пострадали.

Учиха Итачи, всегда внимательный, спросил:

—Сэнпай Какаши, что-то не так?

— А? Ничего. — Седовласый ниндзя почесал затылок, выглядя немного смущённым: — Я так и не поблагодарил тебя как следует за ту ночь...

— Это из-за Учихи Обито?

— Не только! — Какаши Хатаке подбросил в костёр полено и мягко покачал головой: — В ночь неистовства Девятихвостого, поскольку наше поколение молодых ниндзя не было закалено на поле боя, я так и не узнал, что сын Учителя Минато жив... Спасибо, что рассказал мне позже.

При подаче боевого отчёта за ту ночь Учиха Итачи упомянул остаточный дух четвёртого Хокаге, сохранившийся в чакре. Естественно, он не стал скрывать это от Какаши, прямого ученика Четвёртого.

В день неистовства Девятихвостого Какаши Хатаке и группа молодых ниндзя вроде Курэной Юхи были отправлены старшим поколением ниндзя в укрытие. В ту ночь и Четвёртый Хокаге, и его жена погибли. Он думал, что их сын тоже не выжил.

По сравнению со смертью Четвёртого Хокаге и его жены, ребёнок, чьё успешное рождение было под вопросом, был поистине ничтожен.

Более того, Хирузен Сарутоби был очень строг в отношении сохранения в тайне личности Джинчуурики. С другой стороны, это также было потому, что у него самого не было душевных сил обращать внимание на правду.

Сталкиваясь с Джинчуурики, Какаши когда-то тоже чувствовал обиду. В конце концов, неистовствовавший в ту ночь Девятихвостый, строго говоря, лишил его последней связи в Конохе.

— Наруто Узумаки?

Учиха Итачи вспомнил маленького паренька, плачущего в одиночестве в водяной тюрьме:

—Как он поживает в последнее время? Хорошо ли ест?

— Мм, с ним всё в порядке. Дети довольно бойкие.

Какаши кивнул со сложным выражением лица. Упоминая Наруто Узумаки, сказать, что он «бойкий», было вынужденным комплиментом. Этот малыш совсем не похож на Учителя Минато и госпожу Кушину!

(Прим. Лол, мне теперь интересно, за 300 глав, мы дойдем до канона? Еще лет 10-11 до него.)