Позвольте мне повторить.
Глава 68: Позвольте мне повторить.
На экзамене Итачи на звание Чунина, даже Фугаку и Микото знали исход, они никак не могли это пропустить. Они не пропустили ни одного момента взросления Итачи.
Всегда спокойный и уверенный Фугаку спросил:
—Каковы результаты? Даже с Хатаке Какаши в качестве судьи, ты должен был сдать, верно?
Неужели капитан военной полиции Конохи тоже считает Хатаке Какаши ненадежным главным судьей? Действительно, не очень надежный. После того как Какаши насильно завершил письменный экзамен... экзаменационный зал готов был взорваться жарким спором!
— ...Все прошло нормально.
Выражение лица Учиха Итачи было очень странным. Он не знал, как ему следует ответить. В конце концов, быть оцененным как «сдавший» Хатаке Какаши после написания всего одного иероглифа... судья его подставил.
Микото поставила Саске на ноги и нежно погладила голову сына:
—Итачи, наверное, очень тяжело участвовать в экзаменах на Чунина в одиночку, да?
Микото тоже пришлось несладко во время ее экзамена на Чунина. Во время Второй Великой Войны Ниндзя, после того как ее товарищи по команде погибли в бою, команда Микото на экзамене была сформирована на скорую руку. В тот раз она с трудом прошла.
Сложность экзаменов на Чунина в Конохе была немаленькой; это был экзамен с очень низким проходным баллом. В клане Учиха тоже были неудачи.
Однажды одна старушка из клана ворчала, что ее внучок несколько раз провалил экзамены на Чунина, и что ему лучше бы пойти домой, поскорее жениться и завести ребенка или что-то в этом роде.
Учиха Микото в душе тонко чувствовала, что частично согласна со словами старушки, просто ее сын был еще слишком молод.
— ...Все прошло нормально.
Учиха Итачи покачал головой. Процесс его сдачи письменного теста был настолько прост, что даже неловко было говорить вслух, но кто-то помог ему это сказать.
Выходящие из экзаменационного зала генины один за другим указывали на Учиха Итачи:
—Это тот мелкий! Его признали сдавшим еще до начала экзамена!
—Все-таки он сын главы клана Учиха! Даже Бессердечный Какаши не может себе позволить его обидеть, верно?
—Это уже перебор. Наш учитель сказал, что сила Учиха Итачи — сильнейшая на этом экзамене.
—...
Учиха Фугаку хлопнул себя по лбу. Неудивительно, что у его сына было такое странное выражение лица и слова после выхода. Что, черт возьми, этот Хатаке Какаши задумал!
— Пойдем сначала домой! — нахмурилась Учиха Микото.
— М-м, в день боевой оценки уже никто не будет подвергать сомнению Итачи. — Фугаку кивнул, затем вдруг спросил с сомнением: — А где Китахара?
— Поскольку старший Какаши сказал, что на этом экзамене на Чунина запрещены призывные существа и питомцы, Китахара не очень доволен...
Учиха Итачи, думая о местонахождении ворона, придумал место:
—Может быть, он ушел в горы, чтобы расслабиться!
Если бы он не поверил Итачи, Фугаку определенно заподозрил бы неладное.
В конце концов, Китахаре было чрезвычайно трудно вставать с постели зимой. Когда он злился, разве он обычно не капризничал, что хочет съесть свои любимые лакомства, а потом спать весь день, не вставая?
Учиха Фугаку действительно особенно хорошо понимал ворона.
Он был немного зол и пошел искать «грушу для битья».
В Стране Горячих Источников, где круглый год весна.
Китахара пришел в такое теплое место... на самом деле в основном потому, что Хошигаки Кисаме выполнял здесь миссию.
С тех пор как Китахара вырезал на нем метку Летящего Бога Грома, он иногда внезапно перемещался к месту нахождения Кисаме в отпуск.
Иногда это был ресторан, и он халявно ел; иногда это было поле боя, и он дарил Бомбу-Хвостатого.
Честный Хошигаки Кисаме считал, что это неплохо, чувствуя, что он больше не так одинок... Хотя он на словах жаловался, его тело было очень честным.
— Что случилось сегодня? Опять проиграл спор с малышом в доме Итачи? — Хошигаки Кисаме наклонился в горячем источнике, с недоумением глядя на внезапное появление ворона.
Китахара поднял голову и взглянул на него:
—Кар!
Ворон сердито стукнул по земле.
«Разве я похож на того, кто обижает детей?»
— А разве не тебя дети обижают? — Слова Хошигаки Кисаме становились все острее и острее, всегда умудряясь попасть в самую точку.
— Кар!
—Ладно, ладно, пожалуйста, наслаждайся горячими источниками! — Когда Кисаме говорил, он чувствовал, будто уговаривает ребенка.
В последнее время в Деревне Скрытого Тумана все еще не было новостей об Учиха Обито, но это был неоспоримый факт, что Четвертый Мизукаге в последнее время действительно вел себя странно.
Четвертый Мизукаге Ягура, который изначально выступал за реформу коррумпированных практик, сильно изменился в характере и действовал все более безумно. На этот раз он снова приказал Хошигаки Кисаме разобраться с ниндзя, провалившими свои миссии.
— Четвертый сошел с ума, выдавая совершенно невыполнимую миссию. Наспех собранный отряд, разве не естественно, что им не удалось устранить Джирайю!
— Кар?
Услышав знакомое имя, Китахара внезапно поднял голову, глядя на акульи глаза Хошигаки Кисаме, как бы желая подтвердить эту новость.
— Ах, точно, я говорю об учителе маленького Итачи! — Хошигаки Кисаме покачал головой: — Но он, наверное, уже ушел, вероятно из-за нападения!
— ...
Китахара покачал головой. Учиха Обито, должно быть, начал контролировать Четвертого Мизукаге Ягуру в этот период... Но он и Кисаме могли только пассивно ждать его появления.
Быть обиженным Хатаке Какаши, а затем иметь дело с его бывшим лучшим другом или что-то в этом роде... Это всегда казалось немного странным.
Поздней ночью, после наслаждения теплой ванной в горячем источнике и отличной еды от Хошигаки Кисаме, ворон вернулся в Коноху с помощью техники Летящего Бога Грома.
Наблюдая за детенышем, ждущим его возвращения рядом с меткой Летящего Бога Грома, он время от времени топает ногами; зимы в Стране Огня были немного влажными и холодными.
Китахара спустился и приземлился на голову Итачи, клюя его волосы. Теплый и нежный поток чакры вошел в его тело.
На следующий день была боевая оценка экзаменов на Чунина. Вся трибуна для зрителей была заполнена, большая часть из них пришла посмотреть на Учиха Итачи.
Учиха Изуми тоже была среди них. Она с неодобрением надула губки на соседнюю девочку. Всегда находились какие-то вампиры, положившие глаз на статус и силу Итачи.
Изуми была другой. Ее требования были не так высоки; ей просто нравилось нежное личико Итачи и его мягкий характер.
(Прим. Сестра, я верю в тебя, пусть хоть здесь ты выживешь, и будешь с Итачи.)
Инузука Хана, в редкий случай, не лечила животных в деревне, а использовала свое перерывное время, чтобы посмотреть этот экзамен. Она стояла на возвышенности, постоянно доставая закуски, чтобы покормить ворона.
— Я думала, Китахара тоже будет участвовать! — Инузука Хана прищурилась и улыбнулась, гладя крыло ворона: — Я действительно не ожидала, что на экзаменах на Чунина запретят сражаться вместе с напарниками!
— Кар~ — Китахара опустил голову, клюя бобы в ее ладони, изредка ругая Какаши...
Девочка спокойно успокаивала его, наклоняясь, чтобы попытаться разглядеть, как же выглядит постоянно ругаемый судья. Неожиданно ее тело слишком сильно наклонилось с трибуны, и по инерции она упала с нее.
Ворон, качаясь вместе с ее движением, упал вместе с ней с высоты. Он смотрел ошеломленно на неуклюжий маневр девочки... Что Инузука Хана пыталась сделать!
Почему каждая девочка любопытствует насчет Хатаке Какаши!
— Девочка падает!
—Быстро, спасите ее!
—Инузука!
Поскольку позиция Инузука Ханы была так высока, многие люди увидели момент ее падения с неба...
Беловолосый судья внизу заметил эту сцену, подпрыгнул и попытался поймать девочку.
Бум!
Тело Китахары внезапно увеличилось, и он расправил крылья, чтобы устойчиво поймать Инузука Хану, остановив девочку в воздухе.
— Кар!
Хатаке Какаши был сбит ударом крыла ворона. Он беззаботно поднялся и громко крикнул:
—Позвольте мне повторить, использование призывных существ или питомцев запрещено на этом экзамене на Чунина!
— ...
Китахара все так же невинно смотрел на Какаши.
(Прим. Пхах.)