Поворот логики

По моей просьбе мой первый свидетель, Мистер Шадл, поднялся на свидетельскую трибуну. 

— Содер Шадл. Я владелец торгового центра «Пегасус Таун», — представился он привычной для него джентльменской улыбкой. Он посмотрел на меня и слегка кивнул. — Я готов обсудить все, что я знаю об этом инциденте. Однако я был занят работой в моем кабинете, поэтому я, возможно, не скажу ничего полезного.

— Мистер Шадл. Пожалуйста, подробно опишите, что вы делали в тот день, — сказал я, и он молча кивнул в ответ.

— Перед началом мероприятия я общался со всеми артистами в гримерке № 1. После этого мы вместе с Мистером Райтом и Мистером Умори вышли в коридор. Мистер Умори сразу же направился в гримерку № 2, а мы с Мистером Райтом общались по дороге к лифту. Я должен был вернуться в кабинет до начала техобслуживания лифта… Кажется, мы говорили именно об этом. Это было в 12:55. 

— …Да.

— Я вернулся в кабинет на последнем этаже, чтобы заняться некоторыми делами. Позже Мистер Райт зашел ко мне, чтобы обсудить мероприятие в следующем месяце. Это было незадолго до 14:00. Мистер Райт уже собирался уходить, когда мне позвонили и сообщили об инциденте. 

— Вы выбрали работу вместо отдыха на мероприятии. Довольно похвально, — сказал судья, который выбрал странный момент, чтобы выразить свое восхищение.

— То есть, проще говоря, наш свидетель зашел в лифт в 12:55 и поднялся на последний этаж, где находился до того, как ему сообщили об инциденте, — заговорил прокурор Блэккуилл. — Он никак не связан с этим делом.

— Да, если он действительно сел в лифт. 

— Что вы имеете в виду, Мистер Райт? — Мистер Шадл посмеялся над моим предположением, до конца сохраняя достоинство. — Хотите сказать, что я не поднимался на лифте?

— Когда мы закончили разговор, я повернулся спиной и ушел. Я не видел своими глазами, как вы заходите в лифт. 

— ...К чему вы клоните?

— Вы не заходили в лифт. Вы спрятались и дожидались момента, когда все выйдут из гримерки, не так ли?

— Вы же не подозреваете меня в убийстве? — Мистер Шадл саркастически улыбнулся. — Это довольно серьезное обвинение. Где бы я мог спрятаться? В коридоре негде спрятаться. 

— В туалете, конечно же, — я обозначил место на своем грубо нарисованном эскизе места преступления.

— Охо? — сказал судья. — Это те туалеты, в которых проводилась уборка?

— Именно. Эти туалеты были прямо рядом с гримерками. Если преступник там спрятался, то он мог без проблем быстро перемещаться…

— Прекратите говорить глупости, Райт-доно. Оставьте свои предложения для ставок… Так сказал мне один заключенный, который обожал азартные игры, — угрожающе сказал прокурор Блэккуилл. 

Ух… Почему я должен слушать заключенного...

— Есть способ подтвердить мои догадки. Мы можем навести справки в «Пегасус Тауне» и узнать, была ли запланирована уборка в туалетах на это время. Если нет, то что мешало кому-то зайти туда и поставить табличку «Идет уборка»… Это довольно просто. 

Взгляд Мистера Шадла помрачнел. Или, по крайней мере, так казалось.

Судья кивнул и позвал судебного пристава, чтобы он запросил необходимую информацию в «Пегасус Тауне».

Вскоре судебный пристав вернулся с результатами, предоставив отчет судье:

— Администрация «Пегасус Тауна» подтвердила, что уборка в туалетах не была запланирована на это время. Это все. 

…Я так и знал! Как я и думал. Табличка у туалета была уловкой преступника!

— Табличка «Идет уборка» стояла у туалетов, в которых не проводилась уборка! — решительно выкрикнул я. — Таким образом, мы можем сделать вывод, что убийца прятался в туалете. Мистер Шадл, вы только притворились, что зашли в лифт, а на самом деле прятались в туалете, не так ли?

— Ха! — Мистер Шадл надменно посмотрел на меня. Казалось, будто он стал совсем другим человеком, не похожим на джентльмена, которым он обычно был. — Вы не можете выдвигать такие обвинения, основываясь на столь надуманных предположениях. Я действительно зашел в лифт и вернулся в кабинет. Или вы можете доказать обратное?

— Да, конечно, — я уверенно улыбнулся, но в глубине души я все еще сомневался. 

Именно поэтому я вызвал второго свидетеля. Но я не был уверен, что ее показания разоблачат ложь Мистера Шадла. 

К тому же она немного невнимательна… Я даже не уверен, что она даст адекватные показания. 

Но у меня нет иного выбора, кроме как полагаться на то, что она скажет.

Второй свидетель поднялся на свидетельскую трибуну. 

— Меня зовут Ока Спеши! Я работаю менеджером в «Пегасус Тауне», в третьем отделе! Я так взволнована, я раньше никогда не была в зале суда! Я, может быть, неопытна, но я сделаю все возможное, чтобы дать показания! — прокричала Мисс Спеши, чье выражение лица было таким же взволнованным, как и ее слова.

— Ах… — сказал судья. — Вы можете не кричать, мы и так вас слышим. Пожалуйста, успокойтесь и дайте правдивые показания. 

— Да, Сэр! Я сделаю все, что в моих силах, как менеджер «Пегасус Тауна», третьего отдела! Начальник отдела, директор филиала, наблюдайте за мной! Спеши постарается!

Ух… Было ли это действительно хорошей идеей вызвать ее?.. Теперь я не так уверен.

— Пожалуйста, подробно опишите свои действия в день инцидента, — я обратился к Мисс Спеши.

— Да, Сэр! В тот день я проснулась в 7:00. Я умылась и приготовила обед, и я собиралась надеть свою любимую блузку, но поняла, что не погладила ее, так что пошла за утюгом!..

— Н-нет. Думаю, эту часть можно опустить. Я слышал, что вы выронили кошелек в лифте? Примерно во сколько?

— Во сколько… Мм… Я не уверена. Наверное, это случилось около 11:00 или 12:00 или, может, в 13:00?

Это слишком расплывчато!

Я постараюсь ей помочь.

— Как я понимаю, вы уронили кошелек, когда отвечали на звонок?

— А, да, все верно.

— Это значит, что если вы проверите историю звонков на вашем телефоне, вы узнаете, во сколько это было?

— А, точно! Вы такой умный, Мистер Адвокат! — Мисс Спеши поспешно вытащила телефон из сумки, из-за чего ее кошелек, косметичка и книга в мягкой обложке упали на пол. Она быстро подняла все вещи и наконец проверила телефон. — А, нашла! Мне позвонили в 12:48!

Отлично. Как я и подозревал.

Я попросил Мисс Спеши спуститься с трибуны (к ее большому разочарованию...), и снова вызвал Мистера Шадла для дачи показаний. 

— Мистер Шадл, вы сказали, что зашли в лифт в 12:55 и вернулись в кабинет?

— …Да, — улыбка исчезла с лица Мистера Шадла.

— Незадолго до этого, в 12:48, Мисс Спеши уронила там кошелек. Вы не видели потерявшийся кошелек, когда зашли в лифт?

— Ну… Что насчет такого. Наверное, кто-то поднял его до того, как я зашел в лифт. 

— Нет, — я покачал головой. — Позже механик, который проводил техобслуживание, нашел его и передал администрации. Так кошелек вернулся к Мисс Спеши. Это значит, что все это время до начала техобслуживания в 13:00, кошелек лежал на полу лифта. Если вы действительно были в лифте, разве это не странно, что вы не заметили его?

— Ах… Простите. Теперь я вспомнил, — уверенная улыбка вернулась на лицо Мистера Шадла. — Я правда видел кошелек на полу. Но я сильно торопился, поэтому не подобрал его. 

— Вы просто оставили его лежать там?

— Приношу глубочайшие извинения. Я был так занят в тот день, что у меня просто не было времени отнести потерянную вещь администрации.

— Мистер Шадл, вы…

— Я правда его видел. Розовый кошелек с черным котом, верно?

— !..

После того как я уверенно требовал ответы, я вдруг потерял дар речи.

…Все верно. Мистер Шадл точно описал кошелек.

— Нет никаких сомнений, — вмешался прокурор Блэккуилл. — Владелец торгового центра зашел в лифт и вернулся в кабинет. Он не имеет отношения к этому делу. 

Не может быть…

Я думал, что кошелька будет достаточно, чтобы доказать, что он не пользовался лифтом… Но он обернул это в свою пользу…

— Кроме того, у нас есть ключевые доказательства того, что владелец торгового центра не причастен к этому преступлению, — продолжил прокурор Блэккуилл, чтобы укрепить свою позицию. — Похоже, вы упустили их из виду.

— …Какие ключевые доказательства?..

— Посмотрите на его правую руку.

Я неожиданно осознал. 

— Все, как и сказал прокурор, — Мистер Шадл удовлетворенно кивнул и поднял правую руку. — У меня травмирована рука. Вы правда думаете, что я мог бы держать нож и ударить человека с такой рукой?

Правая рука Мистера Шадла была забинтована… 

— Я же говорил вам, что случайно порезался за день до инцидента, пока готовил. 

— Это…

Я вспомнил, как Мистер Шадл левой рукой неловко протянул мне визитку, открывал двери и так далее.

— Это… А что если… вы на самом деле левша…

— Нет, я правша. Просто спросите у моей секретарши. Ее показания это подтвердят.

…Нет смысла спрашивать. Он слишком уверен в себе. 

— Если вы действительно правша, разве это не странно, что вы порезались правой рукой? Если бы вы держали нож правой рукой, вы бы не поранились…

— Я был совершенно неряшлив, — он элегантно отмахнулся от моего отчаянного замечания. — Я уронил нож на пол и в панике поднял его за лезвие.

— О-о-ох… Больно даже думать об этом, — вздрогнув, сказал судья. 

— Я могу вам показать, если вы все еще сомневаетесь, — Мистер Шадл начал разматывать бинты. — Уверен, вы сможете сказать, смог бы я держать нож в этой руке.

У него и впрямь была большая рана под бинтами. Глубокий порез у основания большого пальца. Он никак не мог держать что-то с таким порезом на руке.

— Д-достаточно. Свидетель, забинтуйте руку! — судья закрыл глаза. 

— Теперь вы, наверняка, довольны. Мы просто впустую тратим время, затягивая этот суд, — заявил прокурор Блэккуилл.

— Возможно… Сторона защиты, вам есть что еще сказать?.. — судья все еще сомневался. 

— Ну что, Ваша честь. Уверен, ваш внук уже ждет, когда вы вернетесь домой, — неожиданно голос прокурора Блэккуилла стал дружелюбнее.

— !..

— Если вы сейчас поедете домой, уверен, у вас будет много времени поиграть вместе сегодня днем?

Что за чертовщина? Вы не можете играть на чувствах судьи ко внуку!

Однако, похоже, судья повелся на провокацию: 

— Понятно. Я готов вынести свой вердикт. 

— Протестую! — запаниковав, выкрикнул я. — Мы еще не раскрыли всю правду об этом деле. В показаниях свидетеля есть противоречие!

— Охо. Что ж, тогда сторона защиты должна указать нам на это противоречие, — судья опустил молоток, который держал в руке.

Я блефовал, говоря о противоречии, чтобы выиграть время. Если бы я промолчал, судья бы вынес приговор.

Я загнан в угол. Успокойся, Феникс Райт… Если Мистер Шадл преступник, то он должен был солгать. Где-то в его словах должно быть противоречие. 

Я детально вспоминал все, что говорил Мистер Шадл. 

«Я был совершенно неряшлив. Я уронил нож на пол и в панике поднял его за лезвие.»

…Что-то в этих словах меня смущает. Что-то не так с этими показаниями?..

Нет, эти показания сами по себе ничему не противоречат. Меня беспокоит…

Я точно слышал недавно что-то похожее. 

«Я всегда такой ужасно неряшливый. Моя секретарша бы меня отругала, если бы узнала.»

Я снова вспомнил горький смех Мистера Шадла, когда я зашел в его кабинет.

Пол был мокрым, будто его недавно протерли… 

Я понял. Вот что меня беспокоило. Мистер Шадл уже совершил огромную ошибку!

— Мистер Шадл. Пол в вашем кабинете был мокрым, будто его недавно протерли. Я чуть ли не поскользнулся на том месте, помните?

— …Да. А что? Я просто разлил кофе. Я такой неряшливый…

— Неважно, что именно пролили, — я покачал головой. — Важно то, что вы протерли пол. Вам бы пришлось встать на четвереньки, чтобы вытереть все тряпкой. Как вы это сделали? Вы ведь ничего не могли делать правой рукой, да?

Мистер Шадл на секунду затаил дыхание. А после спокойно продолжил:

— А, это все? Я просто взял швабру. Я все еще могу убираться шваброй левой рукой…

— Значит, в кабинете владельца торгового центра есть швабра. Может, попросим вашу секретаршу подтвердить это? 

— !.. — впервые Мистер Шадл начал нервничать. 

Отлично. Я пошел ва-банк, но, похоже, риск оправдался. В тот момент, когда он упомянул швабру, все закончилось.

— Вы, как всегда, удачно блефуете, Мистер Райт! — восхитилась Афина.

Удача или нет, но теперь нужно довести дело до конца.

— Мистер Шадл. В тот момент с вашей правой рукой было все в порядке. Вы намеренно обмотали правую руку бинтами и специально не использовали ее. После инцидента вы умышленно нанесли себе рану. 

Лицо Мистера Шадла побледнело. Он приоткрыл рот, и в ответ раздался лишь безмолвный стон вместо его привычно спокойного голоса.

— Отвечайте на вопрос, свидетель. После инцидента вы умышленно нанесли себе рану? — сурово спросил судья. 

— …А что…

— Э?

— А ЧТО ЕСЛИ Я ЭТО СДЕЛАЛ, А?!

Громкий голос разнесся эхом по залу суда. Все на мгновение застыли. 

Мистер Шадл сразу же осознал свою ошибку. Он быстро откашлялся и перефразировал свои слова.

— Прошу прощения. Я хотел сказать следующее. Да, я умышленно нанес себе рану.

…О? Он так просто признается?..

— Однако а что, если я это сделал? Разве это теперь преступление?

— Э…

— Я нанес себе увечье, а не кому-то еще. И что? — Мистер Шадл выпятил грудь. 

О-он действительно зашел слишком далеко…

— Но зачем вы это сделали? — потрясенно спросил я. — Очевидно, чтобы создать себе алиби, утверждая, что вы не могли совершить убийство?..

— Ошибаетесь. Я просто устал от работы, — Мистер Шадл вздохнул. — Изо дня в день я просматриваю горы документов, решаю различные вопросы… Я устал от этого. Я думал, что если получу травму, смогу отдохнуть от всего этого.

— Н-не может быть.

— Это была глупая идея. Должно быть, я был одержим, — Мистер Шадл полностью пришел в себя и снова улыбнулся.

Это возмутительно! Есть же границы, за которые не стоит заходить.

— Но это странно, Мистер Шадл! В плане, зачем вы обмотали руку бинтами до инцидента? Вы еще не нанесли себе рану.

— А, это просто. За день до инцидента я пытался нанести себе рану. Однако я струсил и оставил только неглубокий порез. Этого было недостаточно, чтобы повредить руку, но я все равно ее забинтовал. Позже я решил, что этого недостаточно, и сделал более глубокий порез.

Это становится все более возмутительным. Это совсем не правдоподобно!

Как бы то ни было, прокурор Блэккуилл вмешался в разговор, раздраженно посмотрев на Мистера Шадла:
— …Наносить себе увечья не преступление. Не более чем эксцентричность. Что скажете, Ваша честь?

— Действительно. Я согласен, что это не преступление… Но… Я бы посоветовал вам не повторять этого дома, — ответил судья.

— Тогда никаких проблем. Выносите уже приговор. 

— Протестую! — я ударил рукой по трибуне стороны защиты. 

Я убедился в своих опасениях. Мистер Шадл определенно подозрительный.

Однако… неважно, насколько он подозрительный, я ничего не могу сделать без доказательств. Где-то… Где-то должно быть противоречие… 

— По какой причине вы протестуете, сторона защиты? Пожалуйста, четко огласите.

— Это… Ну… — я не мог подобрать слова. 

Где-то точно должно быть противоречие. Но где?!

— Не обращайте на него внимания, — сказал прокурор Блэккуилл. — Это просто еще один из фирменных блефов Райта-доно. 

— !..

— Пришло время вынести вердикт, Ваша честь. Пора дать слово вашему опыту и рассудительности.

— Опыту… и рассудительности. Хохо, — судья радостно кивнул.

Нехорошо…

Он полностью купился на психологические манипуляции прокурора Блэккуилла…

Судья взял в руки молоток. Если он ударит им по подставке, все закончится. Он собирается вынести приговор Мелоди Резаки!..

— Минутку!.. — неосознанно прокричал я.

— Вам есть что еще сказать, сторона защиты? — рука судьи остановилась.

— В показаниях Мистера Шадла остались неясные моменты! Я хотел бы еще раз тщательно разобраться в деталях!

Это был отчаянный трюк, чтобы выиграть время. Единственный, который пришел мне в голову, чтобы продолжить борьбу. Я буду продолжать это дело изо всех сил.

— Не люблю все время повторять одно и то же снова и снова… — владелец торгового центра Шадл заговорил с торжествующим выражением лица. — Но я готов сотрудничать. Я с радостью буду давать показания до тех пор, пока Мистер Райт не будет удовлетворен, — спокойно продолжил Мистер Шадл. — Когда мы с Мистером Райтом разошлись, я зашел в лифт, поднялся на нем на последний этаж и пошел в кабинет. Это было в 12:55. Мы уже доказали, что я действительно зашел в лифт, потому что я смог описать кошелек, который там лежал. Если бы я не заходил в лифт, я бы не смог описать цвет или дизайн кошелька. 

— …

— Все время я работал в своем кабинете. Незадолго до 14:00 Мистер Райт зашел ко мне. Когда мы с Мистером Райтом обсуждали мероприятие в следующем месяце, мне позвонили и сообщили об инциденте.

— До 13:50 было техобслуживание лифта, — добавил прокурор Блэккуилл. Я молча кивнул. — Первым, кто зашел в лифт, были вы, Райт-доно.

— …Все верно.

— Когда вы зашли в кабинет владельца, он уже был там. Если бы он был преступником, как бы он успел вернуться туда раньше вас?

…Верно. И это самая большая проблема.

Если Мистер Шадл действительно преступник, то после совершения преступления он каким-то образом вернулся в свой кабинет на 17-м этаже раньше меня.

Как можно подняться на 17-й этаж быстрее, чем на лифте… Если я разберусь…

— Владелец торгового центра, вы поднялись на 17-й этаж по лестнице? — уточнил прокурор Блэккуилл.

— Конечно нет! — Мистер Шадл просто засмеялся в ответ. — Мне бы не хватило выносливости. Я бы свалился от усталости уже на третьем этаже.

В зале суда раздался смех. 

Он прав… Нереально подняться на 17-й этаж по лестнице.

Если он поднялся ни на лифте, ни по лестнице…

Как-то иначе подняться на 17-й этаж раньше меня… Это вообще возможно?

— Он никак не мог сбежать с места преступления, — сказал прокурор Блэккуилл. — Следовательно, владелец торгового центра не мог совершить убийство. Утверждения Райта-доно не более чем бредовая фантазия. Нет других правдоподобных подозреваемых, кроме подсудимой, Мелоди Реза́ки!

— Похоже на то, — судья кивнул. — У стороны защиты есть еще какие-либо возражения?

— … — я промолчал.

— Мистер Райт!.. — Афина отчаянно на меня посмотрела. — Вы должны что-то сказать… Иначе суд закончится!

— …

Я не могу ничего придумать. Невозможно подняться на 17-й этаж быстрее меня, не используя лифт.

Это конец? Я действительно ничего не могу сделать, чтобы спасти Мисс Реза́ки?..

Нет, еще не конец. Я не могу сдаться. 

Я уже бывал в подобных ситуациях. Это не первый и не второй раз, когда я сталкиваюсь с абсолютным отчаянием. Я уже выходил из таких ситуаций.

Мне нужно повернуть способ мышления.

Это мой главный козырь. С помощью этого метода я переворачивал бесчисленное множество безнадежных ситуаций. И в этот раз я тоже разверну это дело в свою пользу. Вместо того чтобы думать о том, как преступник мог вернуться на 17-й этаж, не используя лифт… Мне нужно подумать о том, каким образом он мог воспользоваться лифтом!

В тот момент я не один поднимался на лифте. Со мной в лифт зашел еще один человек.

Точно. Только этот человек мог подняться на лифте!..

— Помимо меня в лифте был еще один человек, — заговорил я.

— Кто? — судья остановил руку, которая почти ударила молотком по подставке. 

— Уборщик. Его лицо закрывала маска, и он ни разу не поднял взгляд. Если этот уборщик был настоящим преступником, то все становится на свои места.

— Еще один новый подозреваемый? — прокурор Блэккуилл саркастически улыбнулся. 

— Кажется, он вероятный подозреваемый, — Мистер Шадл тоже рассмеялся. — Нам, наверное, стоит выследить этого уборщика перед тем как мы продолжим суд, да, Мистер Райт? 

— В этом нет необходимости. Этот уборщик стоит прямо передо мной.

— …Что вы сказали?

— Мистер Шадл. На самом деле это вы замаскировались под уборщика, не так ли?

Шум заполнил зал суда. Судья, который, кажется, забыл про свой молоток, непонимающе уставился.

Он пришел в себя, когда услышал громкий смех Мистера Шадла.

— Хахаха!.. Неслыханная чушь… Полнейшая бредятина! Постарайтесь быть реалистичнее, Мистер Райт.

— С-сторона защиты, пожалуйста, оставайтесь в пределах разумного. 

Судья постоянно моргал, смотря на меня. 

— Кажется, прокурор Блэккуилл упоминал уборщика на днях. Вроде уборщиком была женщина, разве нет?

— Уборщик был одет как женщина. Но волосы были спрятаны под бандану, а лицо закрыто маской.

Да. Вот и ответ на вопрос. 

— Мистер Шадл. Вы были амбициозным артистом в молодости, — я посмотрел прямо на Мистера Шадла. — Такой невысокий мужчина, как вы, мог бы запросто переодеться в женщину. 

— Вы не можете обвинять меня, основываясь на этом! — когда Мистер Шадл посмотрел на меня, его голос огрубел.

— Вы переоделись в форму уборщика в туалете, наверное, поверх надели какое-то пальто, чтобы брызги крови не попали на униформу, и совершили преступление. Полагаю, вы заранее сломали шкафчик, чтобы убедиться, что Мистер Умори не будет им пользоваться. Вы спрятались в шкафчике, дожидаясь нужного момента, и напали на него, когда Мисс Реза́ки вышла из гримерки.

— Воз…мутительно… У вас нет доказательств...

— После преступления. Вы спрятали пальто в ведре для уборки, надели маску, чтобы скрыть лицо, и пошли к лифту. Однако там стоял человек, которого вы не ожидали увидеть. Я. 

— … — Мистер Шадл замолчал, жалобно посмотрев на меня.

— Помимо всего прочего, я спросил, где находится кабинет владельца торгового центра. Вы запаниковали. Вы как-то должны были вернуться в кабинет раньше меня… Поэтому вы сказали мне выйти не на том этаже, чтобы выиграть время. Вы поспешили в кабинет и сняли маскировку. Из-за спешки кровь с пальто случайно попала на пол. Как только вы закончили ее вытирать, я постучал в дверь…

— Достаточно, Райт-доно, — эхом раздался низкий голос. Прокурор Блэккуилл испепелял меня взглядом, полным яростной жажды крови. — Не позволяйте своим заблуждениям выходить из-под контроля…

— Это не заблуждения! Я только что выяснил, как настоящий преступник мог сбежать с места преступления. Это все объясняет: почему у туалетов стоял знак «Идет уборка», почему в открытом пустом шкафчике была кровь. 

— Молчать! — закричал прокурор Блэккуилл.

Я инстинктивно вздрогнул.

Хотя это был всего лишь крик, его сила была подобна беспощадной катане. 

— Вы можете прекратить повторять одно и то же? Владелец торгового центра никак не мог совершить преступление. Уже доказано, что он вошел в лифт сразу после того, как вы с ним разошлись!

— Все так, как сказал прокурор, — Мистер Шадл кивнул. 

Его волосы и одежда были в ужасном состоянии из-за того, что он уже несколько раз был на взводе. Он старался вернуть свое джентльменское самообладание, но его глаза были налиты кровью. 

— Я видел розовый кошелек сотрудницы в лифте. На нем был нарисован черный кот. Если бы я не заходил в лифт, я бы не знал этого.

— Вы видели потерявшийся кошелек, но не соизволили взять его? — я двумя руками ударил по трибуне стороны защиты и посмотрел на Мистера Шадла.

— Да, все верно. Как я и говорил, у меня было много работы, я был слишком занят.

— Вы даже не могли передать его своей секретарше?

— Не было смысла! Я же сказал, я был занят!

— Вы известны своей добротой и заботой о других. Разве это не странно, что вы закрыли глаза на чью-то потерянную вещь?

— Прекратите совать свой нос! Это не вашего ума дело! — теперь Мистер Шадл был раздражен. — Если бы в нем было что-то важное, я бы забрал его. Но в кошельке были только бонусные карточки. Не было смысла придавать этому особое значение!

— … — я спокойно вздохнул. 

Мистер Шадл отвернулся, считая этот вопрос улаженным. Он начал приводить в порядок взъерошенные волосы. 

— Откуда вы знаете, что было в кошельке? — уточнил я. — Мисс Спеши ничего не говорила об этом в своих показаниях.

— Становится… очевидно, если посмотреть!

— Вы видели содержимое кошелька? Несмотря на то, что всего минуту назад вы утверждали, что «не подобрали его»?

— Я сказал, что не подбирал и не отдавал его никому. Я приподнял его, чтобы просто проверить, что там было!

— В таком случае, давайте проверим отпечатки пальцев на кошельке.

Как только я это сказал, выражение лица Мистера Шадла изменилось.

Маска джентльмена слезла. Под ней я увидел озлобленного демона, полного ненависти, его истинное лицо.

Все было понятно по его лицу. Нам даже не нужно проводить анализ. Мы не найдем отпечатки пальцев Мистера Шадла на кошельке.

— Вы не притрагивались к кошельку. Тем не менее, вы знаете, что в нем. Есть только одно объяснение.

— …

— Вы слышали разговор Мисс Спеши с ее коллегой. В том разговоре она определенно рассказала про цвет, рисунок и содержание кошелька. Она говорила об этом в лифте, в котором были мы с уборщиком.

Мистер Шадл побледнел как полотно. Его широко раскрытые глаза наполнились гневом.

— Только мы с уборщиком слышали этот разговор. Мистер Шадл, вы были уборщиком, а следовательно тем, кто убил Мистера Умори… — я указал пальцем на Мистера Шадла. — …были вы! 

Неожиданно в зале суда стало настолько тихо, что можно было услышать, как падает булавка. Никто не шевелился. Все глаза были прикованы к Мистеру Шадлу.

Прокурор Блэккуилл молчал. Напряженная тишина сосредоточила внимание на Мистере Шадле.

Мистер Шадл начал дрожать. Его тщательно продуманный образ джентльмена медленно рушился у всех на глазах.

— И что… — он бросил на меня пронзительный взгляд, рявкнув грубым голосом. — И ЧТО ЧЕРТ ВОЗЬМИ С ТОГО?! ЭТОТ ПАРШИВЕЦ ЗАСЛУЖИВАЛ СМЕРТИ. БОЖЕСТВЕННОЕ НАКАЗАНИЕ… ЕГО ПОСТИГЛО БОЖЕСТВЕННОЕ НАКАЗАНИЕ!.. — он ударил обеими руками по свидетельской трибуне.

Его эмоциональный всплеск продолжался до тех пор, пока судебные приставы не пришли его усмирять.

Когда его вытащили из зала, в суде снова воцарилась тишина.

Судья повернулся к скамье для подсудимых и торжественно заявил:

— Истина в этом деле установлена. Теперь я готов вынести вердикт. Мелоди Реза́ки… Невиновна!

Первой в зале встала Трюси.

Мисс Реза́ки подняла голову и впервые одарила нас лучезарной улыбкой, подобающей айдолу.