Глава 2.0

Глава 2: Асахина Вакаба и её парень в игре на наказание.

— Что-то сегодня странно…

Прозвенел звонок, и первый урок подошёл к концу. Обычно, как только учитель выходил из класса, одноклассницы вокруг начинали ко мне приставать. Если подумать, атмосфера в классе была странной с самого утра. Девчонки, которые любили дразнить меня приветствием, даже не подошли. Более того, та самая Нанасэ-сан обратилась ко мне с обычным, ничем не примечательным «Доброе утро»! Представьте!

Хотя от этого мне стало ещё неловче. Я думала, что буду невероятно счастлива, если такое когда-нибудь случится… Наверное, я и правда слишком перекручена, да.

— О, правда?

— Ваа, как красиво!

Чего-чего!? Класс наполнился восхищёнными возгласами, и я посмотрела в сторону их источника.

— Нанасэ-сан?

Нанасэ Икуми-сан была окружена большим количеством одноклассниц. В руке она держала красивый аксессуар со множеством украшений и показывала его всем. Я видела, как что-то ярко сверкало, словно солнечный свет в зеркале. Может, компактная пудреница?

Все внимательно разглядывали этот предмет, вздыхая в такт. Мне было не очень хорошо видно издалека, но, наверное, это что-то красивое. Мне на секунду стало интересно, но ко мне это не относится. Чтобы снова не получить оскорбительный комментарий, я решила просто отвести взгляд и проигнорировать.

Но это оказалось роковой ошибкой.

— Асахина, почему бы и тебе не подойти? Я и тебе покажу.

— …Э?

Нанасэ-сан обратилась ко мне странно добрым и бодрым голосом. Честно, я на секунду подумала, что ослышалась. В конце концов, услышать такие слова из её уст, таким тоном — я никогда бы такого не ожидала.

— Давай же, не стесняйся. — Она мягко улыбнулась, подзывая меня.

— Ах… Х-хорошо!

Если быть совершенно честной, мне было немного… нет, очень приятно. Я подумала, что, может быть, меня наконец-то допустили стать частью этого класса.

— Видишь, вот.

— О, как мило. Это пудреница?

Разглядев предмет поближе, я увидела на нём красивый узор. Основной цвет был нежно-розовым, повсюду цветочные орнаменты, и я почувствовала, что, наверное, это очень дорого.

— Правда? Хочешь подержать? Мне папа подарил, это довольно популярный бренд.

— Э, правда?

Раз уж она предлагает, я не могла не разглядывать её ещё секунду. Что, если я случайно сломаю?

— Не стесняйся. Вот, возьми.

Но я не могла отказать. Больше всего мне хотелось рассмотреть её поближе. Не устояв перед искушением, я приняла предмет из рук Нанасэ-сан.

— Держи.

— Ваа, какая прелест— Кия-а-а!?

В ту же секунду, как я взяла пудреницу, я почувствовала, как что-то ударило меня в спину.

— Ах.

Этот момент промелькнул в замедленной съёмке. Пудреница выскользнула из рук Нанасэ-сан, не долетела до моей ладони и с грохотом упала на пол. И, словно лепесток цветка, разлетелась на кусочки.

— Что ты делаешь!?

— Не могу поверить!

Одноклассницы вокруг подняли шум.

— Я-я не виновата, это…!

Меня точно кто-то толкнул только что…! Но, оглянувшись, я никого не увидела.

— Что ты натворила!? Идиотка!

— П-простите!

Но меня же толкнули! Поэтому она и выскользнула…! Я хотела это сказать. Но не смогла. Единственное, что я выдавила, — слова извинений.

— Это пудреница, которую мне подарили на день рождения! Она стоит несколько тысяч иен… как ты могла!?

— Н-неужели так дорого!?

Слёзы катились по лицу Нанасэ-сан. Ах, эх, что, что же мне делать…! Я растерялась, не зная, как реагировать, а окружение уже обрушило на меня суровые обвинения.

— Ух ты, до чего же неловкая!

— Мне так жалко Нанасэ-сан!

— Это что, так Асахина выпускает свою досаду? Просто отвратительно, вау.

Это уже была даже не ситуация, где я могла бы оправдываться. Я могла лишь стоять на месте перед лицом этого ужаса, когда Нанасэ-сан схватила меня за плечо. Её ногти впились в кожу, и я издала стон.

— Я расскажу твоим родителям! Пусть возместят ущерб!

— Ах, уф…

Вслед за этой инициативой злословие вокруг стало лишь хуже. Я уже и не знала, что делать. Всё, на что я была физически способна, — это стоять на месте и дрожать. Наконец, Нанасэ-сан, казалось, немного успокоилась, её плечи расслабились, а лицо стало бесстрастным.

— Что ж, думаю, ты сделала это не нарочно, так что я прощаю тебя.

— П-правда!?

— Да. Однако при одном условии.

Всё что угодно! Я сделаю всё, что нужно! Я лихорадочно закивала несколько раз.

— Понимаю, ты сама сказала. — Уголки её губ поползли вверх, обнажив зловещую улыбку. — Тогда… я заставлю тебя поучаствовать в игре, в качестве наказания!

— В в-игре?

— Именно. Это простая игра, так что можешь не волноваться.

— Ч-что мне делать?

— Ты знаешь того Ируму из первого класса?

Воспоминание о той сцене мелькнуло у меня в голове.

— Д-да, я слышала о нём… Первый год, класс 1, Ирума Харуто-кун, верно?

— Точно. Этот идиотский и похабный толстяк. Он всё время несёт какую-то тошнотворную чушь, даже не пытаясь скрыть, что он мерзкий отаку.

— Он нам реально мешает. Одно его присутствие портит мне настроение. — Из-за спины Нанасэ-сан появилось лицо Сёдзи-сан. — В последнее время он ведёт себя так, будто он здесь хозяин, не кажется тебе, что он заносится?

— Х-хорошо…?

— Вот и я хочу указать ему на его место. Если так продолжится, наше душевное здоровье точно пострадает.

О чём они говорят? Я совсем не могу уследить за разговором.

— Поэтому… Кхе-хе-хе… мы устроим игру! — Сёдзи-сан подняла указательный палец.

Пока я пребывала в недоумении, Нанасэ-сан положила руку мне на плечо.

— Ты пойдёшь и признаешься в любви тому Ируме. И вы будете встречаться.

— — Чего?

Она сказала это таким тоном, будто просила купить ей что-то в магазинчике.

— Э-это же не имеет смысла! Почему, зачем…!

— Серьёзно, до чего же ты тупая. Слушай, он настолько отвратительная свинья-отаку, что у него ни разу не было девушки. Как думаешь, что случится, если ему признается девушка с такой внешностью, как у тебя?

Ах, ты же не хочешь сказать…!

— Конечно, он клюнет на приманку, как обезьяна, которой и является. — Нанасэ-сан показала ледяную улыбку, от которой у меня по спине пробежали мурашки. — И когда вы действительно сойдётесь, станете близки и превратитесь в настоящую пару — мы скажем ему, что всё это время его обманывали.

Ч-что эти люди говорят?

— Даже будучи таким живучим и мерзким, как таракан, он наверняка сломается от шока. И после этого мы наконец-то сможем наслаждаться нашей спокойной и полноценной школьной жизнью. Мы просто укажем ему на его место, понимаешь. — Сёдзи-сан осклабилась.

Её лицо выглядело милым, как у ангела. Меня почти пугало, насколько собранным было её выражение… и я не могла перестать трястись перед этим.

— Э-это слишком жестоко, я считаю!

— А? Ты серьёзно думаешь, что у тебя есть выбор? Мне просто рассказать твоим родителям?

И ещё — Нанасэ-сан махнула рукой и продолжила.

— Разве ты не сказала, что сделаешь всё что угодно? Ты что, соврала? Серьёзно?

— Она меня подставила!

То, что только что было, — всё спектакль! Но осознать это только сейчас… до чего же я глупа…!

— Это…

По правде говоря, я хотела сказать «нет». Меня мучает вина за обман человека, к которому у меня нет претензий, но больше всего я хочу свободно выбирать себе парня. Я хочу признаться по собственным чувствам и желанию. А теперь она велит мне стать девушкой самого ненавистного парня во всей школе!

Но я не могла ничего сказать. Если я откажусь здесь, меня будут травить ещё сильнее, чем раньше, а родителей заставят заплатить за пудреницу. Для меня действительно оставался лишь один выбор.

— У-уф…

Поэтому я —

— Я… поняла…

— вынуждена была принять наихудшее из возможных решений.

＊＊＊

2

Время быстро пролетело, и настала большая перемена. Обычно я уже была бы на улице, но даже с обедом перед собой мои палочки не двигались. Меня заставили остаться в классе, и я не могла ничего делать, кроме как ждать наступления «того самого момента».

— Эм-м… это класс 4? Прошу прощения!

Моё тело дёрнулось. Ах, наконец-то, он пришёл, я вижу…

— Асахина? Твой любимый пришёл. Фуфу, разве не здорово. — Торимаки-сан усмехнулась и позвала меня, но я не смогла собрать сил, чтобы ответить.

Вскоре с грохотом открылась дверь класса.

— Вы звали, и я пришёл! Первый год, класс 1, Ирума Харуто к вашим услугам!

В комнату вошёл слегка полноватый парень, гордо объявив о себе. Без сомнений, это Ирума Харуто-кун.

— Можно поговорить с этой Асахиной-сан? Я слышал, у неё ко мне дело?

Возможно, из-за его внешности и манер в классе началось оживление, я слышала шёпот то тут, то там… Однако.

— Я планировал наконец-то решить нашу божественную битву, но этот момент просто ужасен. Давайте закончим с делами и уйдём.

Вместе с его появлением атмосфера в классе замерла.

— Серьёзно, ты умеешь мешать чужим планам, Рёити. Я просил тебя ждать в классе.

— Я не хотел рисковать, что меня поставят в дураки. Сегодня мы точно выясним, кто сильнее.

— До чего же ты не умеешь проигрывать. — Ирума-кун хихикнул, похлопав Бидзэн Рёити-куна по плечу.

Перед лицом этого неожиданного посетителя все одноклассники вокруг пришли в замешательство. И я тоже. Почему он тоже здесь? Их что, позвали вместе? Позади них стояла Сёдзи-сан, та, кому было поручено позвать Ируму-куна. Однако, что редкость, её лицо было ужасно бледным, и мне показалось, будто я вижу, как её тело слегка дрожит.

— Э-эй, Риа! Иди сюда, сейчас же!

Нанасэ-сан подбежала, схватила Сёдзи-сан за руку и оттащила её вглубь класса.

— Что это такое, почему этот парень здесь!? Слишком опасно, если он здесь, иначе нас могут раскусить! Я же сказала привести только этого идиота Ируму!

— Д-да…! Я пыталась, но он меня совсем не слушал, просто шёл следом!

— Я ожидала, что что-то пойдёт не так, но чтобы вот так…

Три девушки перешёптывались. Похоже, появление Бидзэна-куна было непредвиденным обстоятельством.

— В-в любом случае, давайте двигать историю дальше. Давай же, Асахина-сан!

— Фуэ?

Внезапно меня окликнули. Не зная, как реагировать, я почувствовала, как Сёдзи-сан толкает меня в спину.

— У тебя же есть что обсудить с Ирумой-куном, верно?

— Ах, д-да…

— Это вы — Асахина-сан? — спросил Ирума-кун.

— Д-да. Дело в том, эм-м…

Мы впервые встречались лицом к лицу, но, увидев его вблизи, я снова растерялась. Его живот был круглым, а лицо таким, будто его набили пастой из красной фасоли. Он был полной противоположностью тому, что можно назвать красивым.

У меня и так были проблемы с парнями, а теперь, когда меня заставили говорить с таким парнем, как он, я не могла перестать чувствовать неловкость. Что ещё хуже, я знала о нём только по слухам от других. И, как будто этого было мало, я должна ему признаться!

Нанасэ-сан, должно быть, заметила моё напряжение и встала передо мной, слегка раздражённая.

— Эй, Ирума. Ты и правда везунчик. Эта девочка, похоже, в тебя влюбилась.

— …Чего? — Ирума-кун моргнул в замешательстве и замолчал.

После короткой паузы он медленно открыл рот, наклонил голову набок с растерянным видом.

— Не могу сказать, что оцениваю эту шутку. Сорок баллов из ста, осмелюсь предположить.

— Э-это не шутка! Верно, Асахина-сан?

— Ах, эх… Д-да.

— Чегоо!? — Ирума-кун вскрикнул от шока, опустившись на одно колено.

Н-неужели это был для него такой удар…?

— Че… чего… С-серьёзно!?

— Кия! — Вскрик Ирумы-куна застал меня врасплох.

— П-правда!? Т-ты любишь меня!? Эх, что? Это не сон, правда?

— Что за развитие событий… Такую сёнэн-мангу бы сразу закрыли, говорю тебе. — прокомментировал Бидзэн-кун.

Видя, как Ирума-кун дрожит от радости, меня накрыла волна вины. Мне было ужасно плохо, и я пыталась подавить желание сбежать. Мне хочется сказать ему, что я лгала.

— Д-да. Эм, я на самом деле…

— Авававава!?

Мои слова застряли в горле. Я стояла на краю выбора. Действительно ли я должна признаться здесь? Сейчас я ещё могу всё забрать назад. Но даже этот последний шанс, что у меня был —

— Асахина-сан?

— был разрушен голосом Нанасэ-сан.

— Ирума…-кун…

— Д-да!

Тук-тук, моё сердце колотилось в груди. Я не могла заставить своё тело перестать дрожать. Мне уже действительно не сбежать.

— …Я… люблю тебя. Пожалуйста… давай… будем вместе… — Дрожащим голосом я выдавила эти слова из горла.

— …

…Ч-что случилось? Моя голова была опущена, поэтому я не видела его лица, могла лишь ждать его реакции.

— Кажется, он впал в ступор от шока. Асахина-сан, правильно? — заговорил Бидзэн-кун, и я лихорадочно подняла голову.

— Ах, да…!

— Прости, но, думаю, тебе лучше сдаться. Он не интересуется девушками из 3D. Он постоянно твердит, что посвятит свою жизнь своим 2D-жёнушкам и всё такое. И я восхищаюсь таким мужеством. Поэтому лучше бы тебе—

— Я с р-радостью принимаю твоё признание!

— Ооооооййй!?

— Когда он успел прийти в себя? С пунцовым лицом Ирума-кун снова встал.

— Е-если я тебя устраиваю, то пожалуйста! Прошу!

Глядя на него, я увидела, как его выражение лица сменилось на сияющую улыбку. Подавленная такой реакцией, я не смогла произнести ни слова.

— Наконец-то! Наконец-то наступила моя собственная весна молодости! Ах, как я рад, что никогда не сдавался! Папа, ты видишь!? У меня получилось!

— Погоди-ка чёрт побери! А как же обещание, которое мы дали под закатным солнцем!? Ты сказал, что отдашь свою душу Богу 2D!

— Ха-ха-ха, о чём это ты, Рёити-кун. Я не припоминаю такого Бога.

— Т-ты паршивец…! — Я увидела, как у Бидзэна-куна на лбу вздулась вена.

Его взгляд был страшен, очень страшен. И всё же Ирума-кун нисколько не смутился.

— Ну, оставим Рёити… Асахина-сан!

— Ч-что такое?

— Т-ты правда согласна на меня? С-стать парнем и девушкой, понимаешь. — Он нервно теребил сцепленные руки.

Этот жест заставлял меня чувствовать себя ещё неловче.

— Д-да… Пожалуйста.

— Уууу… Наконец-то! Наконец-то у меня получилось! У меня теперь есть девушка! — Возможно, не совладав с эмоциями, Ирума-кун расплакался. — Я-я неважно, сон это или нет, только не будите меня!

Неужели для него это было чем-то настолько невероятным? Он оттягивал себе щёки, отпускал и повторял это несколько раз.

— А-Асахина-сан! Спасибо тебе, большое спасибо!

— М-мне тоже…

«Прости».

Видя парня, разрыдавшегося от чистой радости, эти слова действительно подкатили к самому горлу. Казалось, стоит мне расслабиться на мгновение — и я всё выложу. Я схватилась за подол юбки, отчаянно пытаясь сглотнуть эти слова обратно.

— Поздравляю! — Нанасэ-сан и другие «поздравили» меня. — Вы выглядите прекрасной парой. Я искренне так думаю.

— Д-да… спасибо… большое…

— …Хм? — Ирума-кун прищурился, словно что-то привлекло его внимание. — Вы и правда друзья Асахины-сан?

— А? Конечно. Мы её дорогие одноклассницы, верно? — Нанасэ-сан толкнула меня локтем в бок.

— Д-да! Мы друзья! — Я запаниковала и закивала.

— Что ж, если Асахина-сан так говорит. Извини, что спросил что-то такое странное.

— Эй, Харуто! Теперь всё в порядке, да? Пошли назад. Моя правая нога сегодня почему-то чешется… И она просит меня пнуть твою задницу обратно в класс!

— Ладно, успокойся. Но ты прав, не стоит заставлять Сюна ждать слишком долго. Так что пойдём.

Ирума-кун всё ещё выглядел не вполне удовлетворённым, но, видимо, не мог противиться настояниям Бидзэна-куна. Он снова посмотрел на меня и опустил голову с виноватым выражением.

— Прости, что приходится уходить вот так… Если ты не против, мы могли бы, эм, пойти домой вместе? Я хочу познакомить тебя с остальными.

— Ах, д-да! С удовольствием!

Я изобразила самую лучшую улыбку, на какую была способна, и проводила его взглядом. Я чувствовала, как дёргаются уголки моих губ. Он заметил?

Пока я об этом думала, Ирума-кун и Бидзэн-кун покинули класс, наконец позволив мне перевести дух. Из моих ног ушли силы, и я опустилась на пол. На мгновение в комнате воцарилась тишина —

— Ахахахаха!

Вскоре раздался оглушительный хохот.

— Кяхахаха! Ты и правда призналась этому толстяку!

— Видели? Как он расплакался от счастья!

В ответ на это я почувствовала острую боль в груди.

— Неплохо! Это было здорово, Асахина!

— Ах, уф…

— Что ж, теперь начинается самое интересное, ладно? Бьюсь об заклад, он ещё девственник, так почему бы тебе не забрать это заодно? — Остальные в классе разразились хохотом на слова Нанасэ-сан.

— Это было великолепно!

— Унылая девчонка и мерзкий толстяк — разве не лучшая возможная комбинация? Ахахаха!

Сегодня я солгала человеку. И это была та ложь, которая в конце концов разобьёт ему сердце. Без сомнения, я буду сожалеть об этом решении ещё очень долго.

«А-Асахина-сан! Спасибо тебе, большое спасибо!»

Ирума Харуто-кун. Что он подумает в конце этой игры, узнав, что признание, которое так его обрадовало, было на самом деле ложью?

«…Мне страшно узнать это».