Глава 2.0

Дрожащие зрачки.

Широко разинутый рот.

Декан с нервным видом облизал пересохшие губы.

Я усмехнулся, глядя на побледневшее лицо старика.

— Да не стану я его убивать. За кого вы меня принимаете…

— А разве ты не только что говорил это наполовину всерьез?!

Декан судорожно вцепился в мою руку.

Что ж, я и вправду всерьез подумывал прибрать за собой, как и сказал декан, но отбросил эту мысль после следующей реплики Беньямина.

— Так вы, получается, кого-то ищете?

— ?

Если хорошенько подумать, всё так и было.

Мы говорили, опуская подлежащие.

Так что Беньямин никак не мог знать, что разыскиваемый преступник — это я.

Очевидно, парень решил, что я сам охочусь за кем-то, за чью голову назначена награда.

Беньямин испуганно огляделся по сторонам, а затем, понизив голос, спросил:

— Вы ищете преступника в розыске?..

— Вроде того.

— Ох…

Беньямин округлил глаза, переводя взгляд с меня на декана, и тихо забормотал себе под нос:

— Профессор, должно быть, охотится на опасного преступника…

— Беньямин, я всё слышу.

Пока я невозмутимо отвечал, декан потащил студента прочь.

— Беньямин! Ночные прогулки запрещены. Это штрафные баллы!

— Ай, декан, ну пожалуйста, простите на первый раз!!

— И то, что у тебя в руках, я тоже конфискую!

Только тогда я внимательно посмотрел на Беньямина.

Его руки были заняты пакетами, от которых исходил аппетитный аромат — похоже, он втайне заказал доставку еды.

Декан из кожи вон лез, пытаясь отобрать пакеты, возможно, желая отвлечь моё внимание.

Глядя на то, как старик мучается, пытаясь спасти студента и попутно мороча мне голову, я махнул рукой.

— Беньямин, иди. И о сегодняшнем лучше помалкивай.

— А, да.

— Декан...

Я подал знак декану, чтобы тот провел манипуляцию с памятью, но взгляд старика был каким-то странным.

«Не могу, не могу».

Нет, в смысле — не может?

Пока я смотрел на причмокивающего губами декана, Беньямин склонил голову и обратился ко мне:

— Спасибо, профессор!!

— Погоди...

— Э-э, а можно мне зайти к вам в лабораторию позже??

— Декан?

На слова Беньямина, сыпавшиеся без умолку, я ответил, стиснув зубы:

— ……Можешь прийти в ботанический сад рядом со Вторым лекционным залом.

Сказав это, я широко раскрыл глаза и повернул голову к декану, но тот отвел взгляд.

— Хе-хе, спасибо, профессор!

Услышав мой ответ, Беньямин ярко улыбнулся и зашагал вниз по лестнице.

Как только студент скрылся из виду, декан первым пошел на признание:

— Я не могу стирать ему память.

— Хотите сказать, вы не владеете магией?

— Нет. Я не могу применить её именно к этому другу.

— Беньямин какой-то важный студент?

Магия манипуляции памятью действительно имела побочные эффекты.

Если что-то пойдет не так, память может начать «скакать» туда-сюда.

Поскольку этот эффект остается на всю жизнь, магию редко использовали на важных персонах.

Учитывая это, Беньямин…

— Насколько я помню, он сын обычного фермера, выращивающего кукурузу.

Он не числился ни на военном факультете, ни на факультете алхимической очистки, где людей было пруд пруди, а характеристики большинства ребят с факультета магии я помнил наизусть.

Среди них Беньямин был ребенком, в котором не было абсолютно ничего особенного.

Я нахмурился и почесал затылок.

— Скажите честно. Декан.

Старик долго мучился, а затем соединил большой и указательный пальцы в кольцо.

— Вот в чем дело. В этом.

— Деньги? Он богат?

— Не просто богат. Отец Беньямина — крупнейший спонсор нашего работодателя.

А, спонсор.

Спустя мгновение я сухо кашлянул.

— И почему вы говорите мне об этом только сейчас?

— Я… я боялся, что это помешает работе, или что ты пойдешь и прикончишь его первым…

— Я же сказал, что я не настолько сумасшедший?

— Из уст человека, который только что раздумывал, убивать его или нет, эти слова звучат неубедительно.

— Я в темных очках, как вы узнали?

— У тебя руки вот так подергивались!

Мы с деканом стояли, схватившись за головы и распаляясь всё сильнее.

Я снял очки и серьезно обратился к нему:

— Но я правда не могу его убрать?

Шлеп!

Меня снова ударили по спине.

Видно, и впрямь нельзя.

*

Беньямин карабкался по стене мужского общежития, зажав пакет в зубах.

Зрелище того, как он, пыхтя, поднимается, цепляясь за выступы кирпичей, было близко к триллеру.

Арпад, друг детства, наблюдавший за этим из окна, цокнул языком.

«Ему стоило идти на военный факультет, а не на магический».

— Хоп!

Беньямин, в мгновение ока добравшийся до третьего этажа, где жил Арпад, ввалился в комнату.

Глядя на сияющего друга, протягивающего пакет, Арпад покачал головой.

— И как ты умудрился не попасться?

— Нет. Я попался.

Пфф!

Арпад, пивший воду, выплюнул её обратно и закашлялся.

— К-кому?

— Декану Константину и этому… как его? Новому профессору.

— Профессору Асилю?

— Ага. Точно.

— Этот профессор выглядит жутковато.

— Профессор Асиль? Разве он не обычный?

— Не, профессор был какой-то пугающий.

Арпад пожал плечами и перестал пытаться вспомнить лицо профессора Асиля, которое даже не всплывало в памяти.

Ни один из них не посещал лекции Асиля, а поскольку «Базовая магия», которую тот преподавал, была курсом первого года, для третьекурсника Арпада было естественно ничего не помнить.

Это был профессор, с которым у него не было точек соприкосновения; возможно, если бы он вел предмет у старших курсов, интерес бы появился, но в остальном — ноль внимания.

— Но профессор, кажется, вполне приятный человек.

— С чего вдруг?

— Он просто сказал мне идти? Хотя декан чуть всё не отобрал.

— Это не…

Арпад хотел было сказать: «Должно быть, он просто решил спасти одного жалкого студента», но тут же задумался: «А считается ли это добротой?», и взял вилку, которую протянул Беньямин.

Разорвав пакет, Беньямин запихнул в рот куриную ножку и продолжил:

— На Северной площадке вообще никого нет. Полузаброшенное место. Но раз профессор и декан пошли туда, они наверняка ходили забирать доставку еды...

Бам...

Арпад, отвесивший Беньямину пинок, скривился.

— Ты так думаешь? И почему ты ешь ножку первым? Издеваешься?

— Ой, черт.

Потирая пострадавшее место, Беньямин достал оставшуюся ножку и передал её Арпаду.

С довольным видом вгрызаясь в мясо, Арпад произнес:

— Рядом с Северной площадкой находится ботанический сад декана. Должно быть, они шли туда.

— А, правда?

— Странно, что ты заказал доставку именно туда, там же ни души. Обычно курьеры туда не ездят.

— Почему?

— Из сада декана иногда выбираются растения. Поэтому людей там нет.

— …Растения?

— Декан выращивает их там. Но эти растения… они двигаются.

Исследовательский ботанический сад декана был слишком похож на джунгли, чтобы студенты задерживались там надолго, и славился своими шокирующими видами.

Беньямин, живущий без особых раздумий, об этом не знал, но разве не всё равно, если в итоге всё обошлось?

— В любом случае, раз пронесло, то и ладно.

— Ах да. Я решил навестить профессора Асиля.

— …Что за чушь ты опять несешь?

— Профессор сказал, что я могу прийти.

— Будто я тебя не знаю! Ты наверняка сам первым напросился!

Беньямин с виноватым лицом отвел взгляд и замолчал.

У него была дурная привычка устраивать «туры» по лабораториям профессоров, и не осталось ни одной, где бы он еще не побывал.

Конечно, у Беньямина всё же были какие-то зачатки разума, поэтому он не совался в отдаленное здание военного факультета.

«Когда-нибудь ты сам себя подставишь этим своим жизнелюбием и эксцентричностью».

Арпад вытер руки влажной салфеткой и потер лицо.

Что же делать с этим чудаковатым Беньямином?

Впрочем, беспокойство длилось недолго.

Смирившись, Арпад спросил:

— …Так куда он сказал приходить?

— В ботанический сад рядом со Вторым лекционным залом?

— Туда?

— Ну да.

Арпад склонил голову набок.

— А что, есть проблема?

— Да нет, просто я не знаю дороги. Разве у нас есть Второй лекционный зал?

— Разве нет?

— Может, ты ослышался?

— Как и ожидалось, мне стоит спросить у лучшей студентки Александры…

— Эй! Я не настолько тупой, ясно? И вообще, вытри руки и мне—

Клац...

— Вы двое!

— ……А.

Их короткая перепалка и трапеза закончились тем, что их застукал комендант общежития.

Финал был вызван жалобой из соседней комнаты на шум.

*

Моя родина, Торе, была нацией, сражавшейся на передовой борьбы с эрозией.

Невероятная частота сражений, закрытая культура, чудовищный разрыв в благосостоянии и монархия.

Это была хаотичная страна, но одно было ясно — я любил свою родину.

Поэтому я помнил.

День перед тем, как я разнес королевский дворец.

Это был худший день.

Утром я пролил кофе на стол, а за обедом деревянная вилка сломалась и порезала мне рот изнутри.

А потом снова миссия, миссия, миссия.

— Хаа.

Я снял маску.

Нет, я снял всё защитное снаряжение, призванное блокировать «эрозию».

Когда я, с пустым лицом глядя на горизонт, отбросил даже пропитанные кровью перчатки, сзади послышался слабый крик:

— Стиан!

Голос моего близкого друга, который теперь уже невозможно услышать.

Я осознал.

«А, это сон».

Даже зная, что это сон, всё казалось утомительным.

Я усмехнулся ощущению, будто мои легкие разорвутся при каждом вдохе.

«Если бы я не был магом, если бы я не был воином».

Я сходил с ума, глядя на картину перед собой: весь город, почерневший от эрозии Великой Волны.

Тихий плач, доносящийся с небес.

Здания, искажающиеся чернотой, и бесформенные черные комки, чьи очертания были настолько неясными, что их нельзя было больше называть людьми.

Даже оставшийся солнечный свет странно мерцал, и весь город превратился в тьму, которая двигалась, словно живая.

— Кто-нибудь, остановите это…

Они дышали в унисон, превратившись в гигантский организм, словно разделяя одно сознание на всех.

— Должен убить

Послышался голос ужасного учителя.

При этих словах я стиснул зубы и выплеснул ману.

Оружие, дарованное королем, не ломается, и ментальный мир проявляет себя.

— Твой ментальный образ — это море, которое сметет всё

Волны, приближающиеся издалека.

Вскоре разразилось цунами и захлестнуло город.

Я заходился в крике, погружаясь в магию вместе с городом, который уносили волны.

Оружие, которое я надеялся сломать.

Среди магии, которую я не хотел разрушать.

Я провел свой худший день.

*

— Ха!

Мои глаза широко распахнулись.

Схватившись за грудь, где сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть, я дрожащими руками нащупал ящик прикроватной тумбочки.

— Черт возьми.

Порывшись внутри, я достал шприц с ретардантом и вонзил иглу в предплечье.

Препарат, замедляющий скорость эрозии, вошел в тело и успокоил обостренные чувства.

Бушующие стимулы понемногу утихли.

— Качество снов — просто мусор.

Я перебрался на диван, свернулся калачиком и накрылся тонким одеялом.

Сон не шел из-за пережитого кошмара, поэтому я долго ворочался, прежде чем окончательно провалиться в забытье.

В ловушку я попал позже: из-за этого я проспал, пропустив пятнадцать звонков от декана, но до этого момента я и не подозревал, что случится нечто настолько проблемное.

В конце концов, кто посмеет украсть магию Архимага?